Решение проблемы

      — Еще раз вздумаешь навязываться моим пользователям, и я тебя…       — Что ты? — усмехнулся Макс. Он самоуверенно смотрел на Телеграм, который холодно глядел на него в ответ, схватив за шиворот. Новый мессенджер смотрел на него снизу вверх без капли страха.       — Выебу тебя, вот что, — произнес Телеграм. — Представить трудно, как вообще мог на свете появиться такой мусор как ты.       — Зато в отличии от тебя я ловлю даже на парковке, — Макс улыбнулся во все тридцать два.       Раздался звонкий удар. Макс схватился за нос и болезненно промычал. Белая, идеально выглаженная рубашка быстро пропиталась каплями крови. Телеграм отошел, неспешно сел за стол. Он хмуро оглядел осевшего на пол Макса. Он не ожидал, что новенький настолько упрям, что будет препираться с ним в его же кабинете. В любом случае, кулаки действуют на него явно лучше слов.       — Свободен, — сухо произнёс старший, наблюдая за тем, как Макс медленно поднимается с пола, держась за окровавленный нос.       — Я тебе это ещё припомню, — ядовито произнес он, и, прежде чем тот успел ему что-то ответить, скрылся за дверью.       Телеграм несколько секунд смотрел ему вслед, после чего вздохнул. Сколько же хлопот с этим новым мессенджером, условия пользования которого оставляют желать лучшего. При всём своем ограниченном интерфейсе, он обладает таким высоким самомнением, что с ним невозможно разговаривать.       Телеграм сразу невзлюбил новенького, который верил, что может затмить их всех лишь потому, что его окрестили «отечественным». Однако он был уверен: никто не станет воспринимать Макса всерьёз.

***

      Насвистывая едва знакомую мелодию, Макс шёл в сторону своего дома. В голове то и дело всплывала угроза старшего, что не могла не вызывать улыбки. Он находил это громкое заявление до безумия смешным. На секунду он даже поверил в эти слова, но потом еле нашёл силы, чтобы не рассмеяться Телеграму в лицо.       Подходя к двери, он вдргу заподозрил неладное. Стало боязно. Он оглянулся, словно чувствуя, что рядом кто-то есть. Никого.       Зайдя в свою достаточно большую квартиру (отечественный аналог заслуживает всего самого лучшего), он сразу же направился в спальню. Макс стал поочередно открывать каждую полочку тумбы, ища таблетки, которые у него абсолютно точно оставались.       «Только не сейчас…» — подумал он, заметив наконец пустую упаковку. Макс попытался сообразить, что же ему делать. Он ни за что в жизни не выйдет на улицу во время течки. Не хватало еще, что бы кто-то из знакомых ненарочно заметил его в такой уязвительном и позорном состоянии. Пойдут слухи, которые разрушат его и без того хрупкую репутацию. Нет уж, лучше он останется дома.

***

      Телеграм недовольно смотрел на экран телефона, на котором высвечивались уже два вызова, на которые никто ему не ответил. Мало того, что Макс не вышел на работу, так он еще и не отвечает на звонки. Телеграм хотел уже плюнуть на всю эту ситуацию и заняться своими делами, как вдргу раздался звонок.       — Алло? — голос Макса был немного надломан.       — Это что за дела?! — не здороваясь, начал Телеграм. — Почему я должен названивать тебе с самого утра, чем ты занят?       В ответ Макс что-то сонно и невнятно промычал. Он прижал к себе лежащую рядом подушку.       — Я заболел, — кратко ответил он. Телеграм нахмурился.       — Включи видеосвязь.       — Чего? Зачем? — Макс встрепенулся и удивлённо моргнул.       — Включи видео или я всем расскажу что ты без причины прогуливаешь работу.       Скрипя зубами, Макс переключил камеру. К удивлению Телеграма, он действительно выглядел нездоровым: щеки горели, волосы были взъерошены. Однако внимание его привлекла куча подушек и одеял рядом. Они были беспорядочно навалены рядом, а одну из них Макс и вовсе придимал к груди. Стоп, он что, был без одежды?..       — Выглядит так, будто ты не болеешь, а гнездишься, — усмехнулся Телеграм. Однако Макса это нисколько не насмешило.       — Нет, конечно! — нахмурился он. — как тебе такое в голову могло прийти?       — Да я пошутил, чего ты? — Телеграм выглядел озадаченным. В голову закралось подозрение. — А давай-ка я приеду к тебе? Документы передам, гостинцы привезу…       — Нет! — испуганно пролепетал Макс.       Он не мог допустить, чтобы Телеграм хотя бы приблизился к нему. Тот помолчал несколько секунд, разглядывая своеобразное гнездо на экране телефона. Среди подушек и нескольких футболок его внимание привлекла путсая коробочка, которую также настигла участь быть частью этого странного сооружения. Она показалась Телеграму знакомой. — Ты что, пьешь нейтрализаторы? — он с интресом посмотрел на Макса, который схватил упаковку и выкинул куда-то на пол. — Да неужели самый быстрый и надёжный мессенджер — омега?       — С чего вдруг? — прошипел Макс. Он отключил видеосвязь, но не убрал телефон, понимая, что попал. — Я бета, ты же это знаешь!       — Да у тебя все симптомы течки, кого ты обманываешь?       Телеграм прислушался. В трубке было слышно лишь напряжённое дыхание. Макс помолчал несколько секунд, после чего злобно ответил:       — Ладно-ладно, ты меня раскусил! Теперь пойдешь рассказывать всем на свете об этой невероятной новости, я правильно понимаю? — Макс почувствовал, как глаза неприятно щиплет. Его репутация не могла быть разрушена, нет. Но что он сделает сейчас, когда сам Телеграм узнал его позорный секрет? Остается надеяться, что все не так плохо, как может показаться.       Несколько секунд показались Максу часами. Телеграм же неторопливо думал, стоит ли ему поступить назло своему главному неприятелю. В голову вдруг пришла идея: а ведь он может получить нечто большее, чем простое удовольствие от унижения Макса. Глаза его загорелись решимостью.       — М-м, нет. У меня есть предложение, — Макс напрягся. Вряд-ли сделка с Телеграмом будет сулить ему что-то приятное. — Я никому не расскажу о твоей маленькой тайне, но при условии, что я приеду к тебе прямо сейчас.       Макс сглотнул. Ему не нужно было объяснять, зачем альфе вроде Телеграма приезжать к омеге во время течки. С одной стороны, ему и самому станет лучше после визита коллеги, к тому же слухов не распространится… Но с другой — это ведь Телеграм! Макс нахмурился и хотел уже было отказаться, как в трубке послышался вздох.       — Ну, раз ты не хочешь…       — Нет-нет, я согласен! — выпалил вдруг Макс, невольно представив, как Телеграм уже тянет руки к клавиатуре, чтобы напечатать о своём открытии. Он вздохнул. — Приезжай. Адрес сейчас отправлю.       — Хорошо, — улыбнулся Телеграм. Он и вправду уже открыл чат со всеми своими коллегами, но, услышав согласие Макса, встал и отошёл от компьютера. — Кстати, со мной будет еще кое-кто.       — Что?! — возмутился было Макс, но Телеграм отключил связь.       Спустя каких-то 15 минут он уже ехал на машине, чувствуя, как по телу пробегаются мурашки. Он не был особо удивлен, что Макс все это время лишь притворялся бетой, однако был очень взбудоражен тем, что наконец сможет сполна отомстить ему за все.       — И что за срочное дело? — спросил Ватсап, садясь на пассажирское кресло и пристегиваясь. Он скрестил руки на груди и холодно взглянул на Телеграма.       — Мы едем к Максу, — Телеграм широко улыбнулся, на что тот скривился.       — И зачем же, позволь спросить? — он с тоской взглянул на свой дом, который остался позади.       — А затем, что у него течка, и ему не помешает наша помощь.       Ватсап несколько секунд смотрел на Телеграма, а затем нервно рассмеялся. Тот прищурился и сжал руль, не отвлекаясь от дороги.       — Хорошая шутка, но у меня есть дела, — он откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза.       — Не веришь? Ну что-ж, я заставлю тебя поверить, — Телеграм криво улыбнулся. Ватсап был единственным, кто мог сейчас разделить его восторг. Он не стал бы рассказывать об этом кому-то еще. В отличии от Макса, он был честен.       Войдя в квартиру, первое, что почувствовал Телеграм, — это резкий, дурманящий голову запах. От неожиданности ему показалось, что сейчас пойдёт кровь из носа, настолько подскочило давление. Ватсап глубоко вдохнул и облизнулся. Будучи бетой, он не чувствовал того же, что и Телеграм, но мог отчётливо учуять медовый аромат. Словно мёд, он повис в воздухе, липкий и сладкий, заставлял гостей замереть, наслаждаясь.       Сгорая от нетерпения, Телеграм прошел в другую комнату. Это была гостиная. Здесь было чисто и убрано, за исключением большого деревянного шкафа. Дверцы его были раскрыты, а одежда беспорядочно валялась на полу рядом. Пара футболок лежали ближе к двери, что вела в коридор.       Ватсап в это время зашел в другую комнату. Макс вздернул голову и напряженно посмотрел на гостя. Тот криво ухмыльнулся.       — А Телеграм и правда не шутил, — произнес он и подошел к кровати.       — Что ты тут забыл? — прошипел Макс. Он накрылся одеялом, оставив снаружи лишь голову. — Он сказал, что приедет один.       Ватсап не ответил. Он глубоко вдохнул. Руки его дрогнули. «Гнёздышко» из одежды, пропиталось феромонами, количество которых даже его заставляло похотливо смотреть на Макса. Не отдавая себе отчета, он наклонился и крепко схватил омегу за подбородок. Тот резко выдохнул, ошарашенно глядя на, как ему казалось, спокойного и уравновешенного коллегу.       — Что ты?.. М-м! — Макс зажмурился, когда его губы накрыли чужие. Ватсап особо не церемонился и сразу проник языком в его рот. Он поднял повыше голову Макса, заставляя его привстать на колени.       В этот момент в спальню вошёл Телеграм. Мысли его стали путаться. О, здесь медовый аромат был таким густым, что казалось его можно было зачерпнуть ложкой. Он подошёл к кровати и положил руки на грудь Макса. Тот промычал, чувствуя, как чужие ладони сжимают его. Наконец Ватсап его отпустил, и он сел на кровать, шумно дыша.       — Эй! — возмутился он, когда руки Телеграма полезли ему под наспех надетую перед их приходом футболку.       Макс зажумрился. Чувствовать руки альфы на себе было донельзя приятно. Однако в голове крутилась мысль, не дававшая расслабиться. Это Телеграм, он ему не друг, как и Ватсап. Отдаться этим двоим значило бы растерять остатки собственного достоинства.       — А что ты такой невеселый, м? — поинтересовался Телеграм. Он времени зря не терял, и пока тот сидел, не двигаясь, альфа снял с себя рубашку. Макс уставился на него, чувствуя, как к щекам приливает кровь. Такой откровенный вид сводил его с ума, но он держал себя в руках.       — На тебя бы я посмотрел в такой ситуации, — огрызнулся Макс. В ту же секунду он почувствовал, как Ватсап взял его за волосы и заставил посмотреть на себя. В глубине души Макс был разочарован тем, что теперь не сможет полюбоваться торсом Телеграма. Однако тут же мотнул головой, стараясь отогнать подобного рода мысли.       — А с чего это вдруг такой неуважительный тон? — ядовито улыбнулся Ватсап. — Мы сейчас явно выше тебя.       Макс возмущённо замотал головой. Он не собирался тешить их самолюбие.       — Ах да, забыл уточнить, — Телеграм подошел к Максу и наклонился так близко к его лицу, что у того перехватило дыхание.       Только сейчас он учуял его запах: не такой сильный, как у других альф, но так неожиданно ударивший по его носу в этот момент. Запах еловой хвои, который словно переносил Макса на свежий воздух, позволял наконец вдохнуть полной грудью.       — Мы здесь не затем, чтобы ты с нами пререкался. Мне, конечно, не хотелось бы выглядеть манипулятором, но все узнают о твоей омежьей натуре, если будешь таким несносным.       До Макса, увлечённого феромонами, не сразу дошел смысл сказанного. А когда наконец понял, что от него требуют, то презрительно фыркнул.       — Вы оба думаете, что можете сделать меня своей игрушкой? — усмехнулся он самоуверенно.       В ответ на это Телеграм стянул с него футболку, в то время как Ватсап стоял рядом, наблюдая. Макс не сопротивлялся. Из-за чужого феромона его разум поплыл. Ему хотелось отдаться этим двоим, хотелось наконец расслабиться. Но так унижаться перед ними он не был намерен, а потому вскинул голову, даже сейчас умудряясь смотреть на них свысока.       — Мы не думаем, мы знаем, — усмехнулся Телеграм и толкнул Макса в «гнездо». Тот сжал в руках рубашку альфы, что лежала теперь рядом с его вещами, и прикрыл глаза от наслаждения. Запах ельника смешивался с медовым, образуя неповторимую гармонию.       Телеграм навис над омегой и прижался щекой к его груди. Это сладкий, тягучий аромат сводил его с ума. Он провёл языком по мягкой коже Макса, заставляя его вздрогнуть. Ему показалось, что сладкий мёд словно осёл у него во рту, а потому слегка укусил того. Макс шумно вздохнул и подожил руку на голову Телеграма. Он сжал его волосы, чувствуя, как его грудь покрывается всё новыми и новыми метками.       Ватсап в это время подошёл ближе. Он стянул с Макса шорты, которые ему уже явно не были нужны. Бета провёл пальцами по колену омеги, заставляя его поджать ноги и тихо проскулить. Телеграм же не расслаблялся. Он взял Макса за подбородок, сжимая его щеки, и поцеловал. В порыве страсти он исследовал рот младшего языком, не давая тому отстраниться.       — Какой миленький, — улыбнулся Ватсап. Он схватил личико Макса сразу после Телеграма, рассматривая его красные щёки. Тот нахмурился и попытался отстраниться.       Телеграм про себя отметил, что Ватсап прав. Он и подумать не мог, что такой противный мессенджер может быть такой душкой в постели. Не сдерживаясь, он наклонился к шее омеги и укусил его, оставляя яркий след.       — Ай! — вскрикнул Макс, завертевшись и вырвавшись из рук Ватсапа. — Ты что, метку оставил?!       — А ты разве против? — Телеграм пододвинулся к Максу, что сидел теперь на кровати, потирая шею. Он провёл пальцами по его груди, но тот шлёпнул его по руке.       — А ты считаешь, что раз альфа, то можешь делать всё, что вздумается? — Макс оскалился, но почувствовал, что сам вырыл себе могилу.       Перед ним сидел сильный и явно возбуждённый альфа, а рядом еще и Ватсап, который, хоть и не был настолько доминантным, но тоже был не прочь полакомиться омегой, от которого так несло сладостью.       — Не забывай про наши условия, — Телеграм приблизился к омеге вплотную, заставляя попятиться к стене. — Мы трахнем тебя в любом случае, но тебе решать, сделаем мы это наедине с тобой, или в прямом эфире.       Ватсап улыбнулся, а Макс нахмурился, прижавшись к стене.       — Несмешно, — голос его дрогнул.       — А я разве шучу? — Телеграм насмешливо наблюдал за Максом, что отвёл взгляд, о чем-то думая.       Ватсап взял его руку в свою и, не ощутив сопротивления, поцеловал её, поглаживая большим пальцем. Вторая его рука прошлась по животу омеги, заставляя его прикрыть глаза. Не успел Макс полностью расслабиться, как почувствовал пальцы Телеграма, поглаживающие его по щеке.       Стараясь забыть в наслаждении, Макс подался навстречу ласкам. Чужие пальцы прошлись по вздрогнувшим губам и неожиданно проникли в рот. Омега нахмурился, закрыл глаза и замер. На него была направлена камера телефона. Телеграм с гаденькой улыбкой на лице толкнулся в его рот.       — М-м! — протестующе замычал Макс. Паника захватила его с головой.       — Успокойся, — проговорил Телеграм. Он передал телефон Ватсапу. — Это всего лишь видео, сохраню его на память.       От этого легче не стало. Кто знает, оставит Телеграм это видео у себя или же выложит в сеть. Но думать об этом не было времени, ведь альфа продолжал резко толкаться в рот Макса, нисколько его не жалея. Он улыбнулся, обнажая клыки, и глянул в камеру, словно позируя для фото. Телеграм провел языком по шее, а затем и по щеке омеги, чувствуя, как чужие феромоны будоражат его разум.       Макс тихо промычал. Он поджал ноги, стараясь отстраниться от альфы, но тот крепко прижался к нему, не отпуская. Омега то и дело закатывал глаза, ëрзал на простыне, пытаясь унять нарастающее возбуждение. Он то прижимался к Телеграму, то отдёргивался от него как от кипятка. Спустя пару минут Телеграм наконец вынул пальцы, позволяя омеге свободно вдохнуть, но тут же поцеловал его.       Ватсап положил руку себе на пах, массируя его. Он закусил губу, ни на миг не отрывая взгляда от того, как Телеграм жадно целует Макса, что еще сильнее прижимался к стенке под его напором.       Феромоны альфы вскружили омеге голову, он едва замечал что либо вокруг себя. Щеки раскраснелись, волосы прилипали к вспотевшему лбу.       Когда Телеграм наконец закончил вылизывать нижнего, высасывая из него все соки, Ватсап остановил запись и отложил телефон. Ему и самому уже не терпелось полакомиться омегой как следует. Он пододвинулся к едва отдышавшемуся Максу и повалил его на кровать, заставляя непонимающе распахнуть глаза. Он стал снимать с себя низ.       Телеграм украдкой посмотрел на пол, где лежали пара упавших вещей. Среди них была еще одна упаковка. Противозачаточные? Странно, что Макс держал их у себя. Он пододвинулся к краю, взял коробочку и вернулся к омеге. Видя, что тот уже плохо соображает, подрагивая и глядя на Ватсапа сквозь пелену, Телеграм сунул упаковку прямо ему под нос.       — Принимал? — спросил он. Тот перевел взгляд на альфу.       — Да, — голос Макса дрогнул. Его взгляд вернулся к Ватсапу. Тот хоть и не был альфой, но его тело сейчас казалось омеге таким привлекательным, что у него перехватывало дыхание.       Он абсолютно перестал думать о том, что это его неприятели, о том, что Телеграм вновь берет телефон, включая запись. Сейчас для него существовали лишь этот бета и его член. Ватсап потянул на себя омегу. Видя, что тот уже весь мокрый, он понял, что на растяжку времени можно не тратить. Его тело вполне может принять его, а во время течки тем более.       Макс протяжно простонал, почувствовав, как тот вошёл сразу до упора. На удивление, было совершенно не больно, совсем наоборот. Он думал лишь о том, как приятно ему, как при каждом новом толчке его тело пронизывает дрожь. Глаза закатывались, руки хватались за простыню, не в силах сделать хоть что-то.       Ощутив, что Ватсап начинает двигаться всё быстрее, крепко удерживая его за талию, Макс поднял дрожащие ноги и обнял ими бету. Не думая ни о чем, кроме собственного удовольствия, он запрокинул голову, не сдерживая отрывистых стонов. Еще никогда в жизни ему не было так хорошо.       Однако это продлилось недолго. Член Телеграма уже изнывал от нехватки внимания. А ведь именно альфа затеял все это! Он желал получить ему принадлежащее, а потому пододвинулся к Ватсапу и что-то шепнул ему на ухо. Тот с сожалением отстранился и, отодвинувшись, стал наблюдать за ними. Держа камеру на готове, он водил рукой по стволу, не отводя взгляда от них.       Альфа неожиданно перевернул Макса на живот. Тот проскулил и поднял на него взгляд. Зрачки обоих были большими, феромоны давили на них, захватывая разум возбуждением. Макс повернул голову, смотря на альфу, что уже пристаривался сзади.       — Теле…грам… — Макс не смог выговорить его имя четко, чувствуя чужие пальцы в себе. Альфа хотел сполна насладиться омежьим телом, несмотря на то, что сам уже изнывал от возбуждения. — Остано.! Ах!       Задев особо чувствительную точку, Телеграм выбил из Макса громкий стон. Омега уткнулся носом в подушку. Ноги его задрожали, когда Телеграм продолжил вталкиваться в него в нужном направлении. Руки крепко сжимали простынь, а спина непроизвольно выгибалась. Альфа криво улыбнулся. Вид всхлипывающего, послушно поддающегося навстречу пальцам Макса его необычайно заводил. Но неожиданно он остановился.       Макс поднял голову. Он слегка раздвинул ноги: феромоны альфы не давали ему думать ни о чем кроме секса. Голова кружилась от неудовлетворенности, и он не понимал, почему Телеграм медлит. Омега непонимающе взглянул на него.       — Хочешь еще? — Телеграм провёл пальцами по спине Макса, заставляя его выгнуться сильнее. Омега закивал. — Тогда проси.       Макс непонимающе взглянул сначала на него, затем на Ватсапа, что направил камеру телефона прямо на него. Намек был понят и Макс, сжав губы, посмотрел в камеру.       — Пожалуйста? — неуверенно произнес он. Телеграм хмыкнул.       — Неправильно, — он не сдвинулся с места, лишь поглаживая бедра омеги кончиками пальцев.       Тот отвернул голову и обиженно поджал губы. Что еще он должен сказать? Перебирать варианты, раз за разом умоляя альфу продолжать, было бы ужасно унизителньо, так ещё и на камеру. Макс почувствовал, как тот убрал руки. Он тихо просычал и обиженно посмотрел на него.       — Трахни меня, пожалуйста, — тихо произнес он, тут же зарываясь носом в подушку.       — Извини, я не расслышал, — хмыкнул Телеграм. Конечно же, он все слышал. Дыхание Макса участилось.       — Да… Да трахни меня уже! — воскликнул Макс, чувствуя, как щеки его пылают от стыда. Затем добавил: — Пожалуйста, прошу тебя…       Проошло всего несколько секунд, показавшихся Максу вечностью, как вдруг Телеграм вошёл в него до упора безо всякого предупреждения. Член альфы был больше, его желание было сильнее. Одним словом, он во многом превосходил бету, который в это время дрочил рядом, не забывая снимать все на камеру.       Больше не сдерживая себя, Телеграм схватил руки омеги и прижал их к его спине. Держа его запястья и одновременно вжимая его в кровать, альфа сделал ещё один пробный толчок. Затем он взял омегу за талию второй рукой и стал быстро, ритмично двигать бёдрами.       Постепенно движения его становились все более резкими, почти что звериными. Макс стонал, откидывая голову назад, кусал губы до крови в попытках заткнуть себя.       Слишком быстро.       Он стал отчаянно дёргаться, не в силах выдержать такой бешеной стимуляции, но альфа был сильнее. С каждым новым толчком у омеги перед глазами мерцали звёздочки. Он протяжно стонал, всхлипывая и почти что плача.       — М… Ме-едле… А-ах!.. — Телеграм вошел в него по самые яйца, и наклонился. Омега уж подумал, что его мольбам вняли, но тот неожиданно укусил его за загривок. — Ах-а-а…       По щеке Макса скатилась слеза. Он почувствовал, как Телеграм то и дело впивается в его кожу, заставляя поскуливать. Однако и этого было мало, ведь альфа вновь стал двигаться, на этот раз не давая тому ни малейшей передышки. Тело будто прошибло током.       — Ст. Стой! Оста-…ах-ха-а! — Макс, сам того не осознавая, двигался в такт альфе, лишь сильнее мучая самого себя.       Тело омеги поддавалось чужому телу, впускало его в себя и не хотело выпускать. Однако же сам Макс, будучи совсем неопытным, не желал поддаваться соблазну. Он скулил и вскрикивал, лишь больше раззадоривая верхнего. Но бёдрах его оставались синяки от чужих рук, сжавших его белоснежную кожу в порыве страсти.       Он не знал, сколько времени прошло. Может, пара минут, а может и весь день. Единственное, что он помнил, как все тело мелко задрожало. Его нутро каждый своей клеточкой чувствовало альфу. Руки его задергались, едва не вырываясь из крепкой хватки верхнего, и по телу разошлась мощная волна оргазма.       Альфа вышел из него с неприлично мокрым звуком. Около минуты он тяжело дышал, глядя на омегу, а затем повернулся к Ватсапу. Тот кончил ещё давно, но все также смотрел на все это, не отрывая взгляда. В руках его все также находился телефон.       — Вырубай, — произнёс Телеграм на камеру.       Запись становилась.

***

      Макс очнулся и приоткрыл глаза. Первое, что он увидел — потолок его спальни. Первое, что он почувствовал, — тепло друх тел, лежащих около него. Он встрепенулся и попытался вскочить, но тут же болезненно зашипел. Поясница ужасно ныла, и он вряд ли бы смог самостоятельно встать.       — Проснулся? — с необычайной нежностью в голосе произнёс Телеграм. На секунду Максу показалось, что все это ему снится.       Он почувствовал, как Ватсап водит пальцем, по его красной от засосов груди. От беты исходил слабый мятный запах, который Макс не учуял раньше. Приятный и нисколько не резкий, он уступал феромонам альфы. Омега перевёл взгляд сначала на него, потом на Телеграма, и наконец обессиленно опустил голову на подушку.       — Я вас, блять, ненавижу… — простонал он, чувствуя себя выжатым до последней капли.       — Взаимно, — ответил Ватсап. Телеграм кивнул.       — В другой раз, когда у тебя начнётся течка, можешь смело звонить нам, не придумывая никаких отмазок, — альфа повёл рукой по своей же метке на теле омеги.       Макс устало вздохнул. Ему было сейчас ни до подколов старших, ни до компромата на телефоне Телеграма. Хотелось провалиться в сон, чувствуя, как его обнимают с обоих сторон, и не вставать ещё очень долго. Неожиданно для самого себя он не увидел в предложении альфы ничего сверхъестественного. Несмотря ни на что, ему понравилось развлекаться таким нестандартным способом.       — Обязательно позвоню, — омега закрыл глаза и устроился поудобнее, подставляя тело под ласковые поглаживания, которые заставляли его забыть обо всем.