Экстрачлен

«Давайте, мальчики, порадуйте меня!», — подумал Феликс и, хлопнув в ладоши, кликнул на ссылку сайта знакомств. На экране сразу замелькали анкеты вип-аккаунтов и предложения оформить этот же вип в один клик. Обычно Феликс предпочитал искать себе партнёров на ночь в гей-клубах. Но в последние полгода Верховный Распределитель секса был неблагосклонен к нему. Как проклятье, нависли над ним дрочка или вялый отсос в вонючем туалете. Ему даже никто не предлагал поехать домой за продолжением. Обидно. Или Феликс постарел и уже не та вкусная конфетка, или клубное сообщество приняло манифест «О не проникновении», а Феликса забыли предупредить. Венцом отчаяния стал унылейший сеанс фроттажа с незнакомцем посреди танцпола. Об него усердно тёрлись и пыхтели в шею, а Феликс не то что не кончил, у него даже не встал нормально. Феликс тогда проследил за закатывающимися от оргазма глазами напротив, неловко похлопал счастливчика по плечу и свалил домой, чтобы залить свой недотрах бутылкой виски. Поэтому да, с клубами временно покончено. Феликс решил раскинуть свои неудовлетворённые сети на сайте знакомств. В обители фриков, извращенцев и отчаявшихся. — Да я сам разберусь! Дайте, блять, войти! — он раздражённо закрывал всплывающие окна и ругал себя за отсутствие эдблока. Сам себе отсрочил этим секс. Понадобилось пять минут, чтобы пробить оборону неправильного пароля и зайти в свой старый аккаунт. Ещё полчаса ушло на наведение лоска в профиле. Добавил шлюшьего шарма: загрузил свою самую развратную фотку, чтобы никто не мог усомниться, зачем он здесь. Когда детально перечислил все свои кинки и предпочтения, он создал поисковый запрос по ключевым меткам и начал просматривать кандидатов на секс. На настоящий секс. Никаких: «давай поближе познакомимся», «давай притрёмся». Жёсткая долбёжка с первой встречи. Ролевые игры, легкие извращения — Феликс согласен почти на всё, если это развлечет его душу и тело. Первичный скроллинг огорчил. Одни скучные анкеты и подписи, повторяющиеся своей банальностью. «Я ESFJ, увлекаюсь спортом и твоей попкой тоже увлекусь», — пресс на аватарке был обмазан сливками. Какая безвкусная пошлость. Феликс не голодный кот, он на такое не ведётся. «папочка ищет своего детку», — Феликс затряс головой и быстро пролистал страницу вниз, чтобы убрать с экрана пузатого аджосси. Нет, нет, нет, он ещё не настолько отчаялся. «Иногда я жалею о том, что мой рот нельзя поставить на паузу», — ты треплешься без остановки или классно сосёшь? Добавил в закладки: если ничего лучше не найдёт, то придёт выяснять. «Нагадаю будущее и очищу ауру своим экстрачленом», — Феликс хохотнул в голос и сразу открыл анкету. Нихрена себе предложение. «Начинающий маг к вашим услугам. В работе применяю магический секс-ритуал собственной разработки. Принимаю очно. Главный и основной инструмент – это мой экстрасенсорный фаллос, который не только раскроет будущее, но и зарядит вашу энергию на удачу и достаток. Черная полоса в жизни не заканчивается? Не затягивайте! Напишите мне прямо сейчас. ~Ритуал пока бесплатный. Набираюсь опыта~» Феликс оттянул резинку трусов и разочарованно покачал головой на свой ни разу не волшебный член: — А ты почему не можешь предсказывать будущее, ммм? Ездили бы по ярмаркам, или в игровой сезон запускали стримы с предсказаниями на победную команду. Сколотили бы целое состояние, — чуда не случилось: член тихонько лежал, не подавая признаков магии. Ни искорок, ни таинственной дымки. Даже не дёрнулся. Феликс цокнул и вернулся к сайту. Магическое секс-предложение заинтриговало. Интересен был ход ритуала и колдуний экстрасенсорный фаллос. Экстрасенсорный фаллос особенно. Решил: если ему не нужно будет обмазываться какой-нибудь тёплой петушиной кровью в процессе, то он согласен. А вдруг реально на нём порча, и отсутствие секса — её следствие? Получается двойная выгода: и сглаз снимет, и его трахнут. Трахнут ведь? Феликс больше не думал – он действовал. Боялся, что очередь уже собиралась. Магические хуи ведь редкая вещь, можно и не успеть. «приветуль~ моя энергия давно не заряжалась. сможешь мне с этим помочь🫢?» Феликс откинулся на спинку кресла, свёл кончики пальцев и начал гипнотизировать окно диалога в ожидании ответа: — Ну же, экстрачлен. Я же вижу, что ты онлайн и прочитал моё сообщение. Ждать пришлось долго. Феликс успел заварить себе рамён и съесть его. От скуки вернулся к своему поиску, и когда уже подумывал всё-таки написать тому чуваку с незакрывающимся ртом, ему наконец-то пискнул чат, почти как сова из «Гарри Поттера», впрочем, и ощущения были схожи с получением письма о зачислении в Хогвартс. «здравствуйте, конечно я с удовольствием помогу вам. опишите ваши проблемы» «проблемы? а меня не ебут😩…и я не ебу😢. так долго, что сегодня я увидел трахающихся кошек во дворе и разогнал их, потому что стало завидно. это может быть порча?»

***

Переписка с экстрасенсом продлилась до поздней ночи. Феликс выпытывал детали ритуала, а Хёнджин – так, оказывается, звали мага-поебуху – отказывался говорить подробности. Всё ссылался на сакральную тайну. Неужели у магов так распространено воровство практик? Главное, что удалось узнать: «слияние» тел необязательно. Можно было обойтись. Феликс, когда прочитал это сообщение, так завизжал, что соседи постучали в стенку, намекая быть потише. Как необязательно? Как обойтись? Хорошо, что колдуна удалось быстро переубедить. Но из-за необходимого Феликсу «слияния», ритуал пришлось перенести на неделю, потому что Хёнджин потребовал справку от венеролога. С одной стороны, правильно, Феликс одобрил сознательность. Но с другой — появились сомнения в магической профпригодности. Мог бы и продиагностировать своим волшебным пенисом ауру Феликса на наличие хламидий. Общение с Хёнджином продолжилось и в течение недели, пока Феликс ждал результатов анализов. Решили заранее налаживать ментальную связь, чтобы при встрече было проще контактировать. Правда, теперь они перешли в какаоток, и вся переписка больше походила на неловкий секстинг школьников. Экстрасенсорику и ритуал почти не затрагивали. Больше обсуждали жизнь, увлечения и немножечко кинки. Магу нравились твинки, быть сверху, а ещё рисовать. Обменивались фотографиями. Хёнджин нахваливал полученные селки. К Феликсу даже вернулось ощущение, что он всё ещё вкусная конфетка. В подлинность фотографий колдуна-ебуна Феликс не верил. Слишком уж хорош пижон был. Такие не гадают, а по телевизору поют. Может, фотошопил себя, может, пиздил у кого-то. Феликсу было всё равно. Скоро увидит. Он будет доволен, если реальный Хёнджин хоть немного симпатичный и по возрасту младше пятидесяти. Феликс взял себе в привычку ежедневно слать Хёнджину дикпики перед сном. В первый раз отправил для сканирования ауры, а следующие по приколу. Его забавляли смущенная реакция и причитания мага. Сам же Хёнджин дикпики зажал, но прислал фотографию, где в узких штанах отчетливо можно было увидеть и экстра, и член. А еще полоску поджарого живота, которую Феликс планировал вылизать. Он молился, чтобы хоть эта фотка была настоящей.

***

Перед субботой, днём, когда Феликса должны отритуалить, ему не спалось. В голову лезли стрёмные мысли, которые до этого обходили его стороной. А если это развод? Хорошо, если просто малолетние пранкеры с социальным экспериментом. Но может же быть что похуже. Не пойдёт ли он самостоятельно в руки к сектантам? Станет той самой тупоголовой ритуальной овцой. А на утро какая-нибудь несчастная старушка обнаружит посреди парка его голое бездыханное тело, прибитое к столбу. И обязательно без члена. Член Феликсу точно оттяпают, а потом один из сектантов будет носить его на шее, как талисман. Пиздец. Феликс долго ворочался на кровати. Накрывал голову подушкой, стараясь прогнать страшные картинки, всплывающие перед глазами. Не помогало. Он швырнул подушкой в стену и взял свой телефон, чтобы перечитать всю переписку с Хёнджином. Пытался найти подтверждения своим загонам. Не нашёл. Прошерстил все новостные сайты на наличие заголовков: "Жестокие сатанисты орудуют в Сеуле", "Обнаружен труп с признаками ритуального жертвоприношения". Ничего даже близко похожего не было. Немного успокоился. Посидел, попялился в темноту комнаты и решил: похуй. Одинокая жизнь в ипотечной однушке – это не то, за что сильно хотелось держаться. Трахаться с магами хотелось больше. С этими мыслями он провалился в сон. Проснулся Феликс ближе к полудню, когда до выхода оставалась пара часов. Он носился по квартире с кружкой кофе, совершенно позабыв о своих ночных терзаниях. Ему было некогда. Нужно было быстро собраться, а ещё доехать до мага на другой конец города. Начал с банных процедур. Как назло, его старенький бойлер устроил забастовку, и выдавал воду тонкой, чуть тёплой струйкой. Но Феликса на пути к сексу уже нельзя было остановить. Он стучал от холода зубами, но побрил себе всё, до чего смог дотянуться. Проскользил по коже ладонью, проверяя, чтобы нигде не кололся. Вроде был везде гладенький. На свою подготовку выделил больше всего времени. Это, можно сказать, было его принципом. Не хочешь страдать от разрывов – позаботься о себе сам, не надеясь на внимательность партнёра. Феликс долго и тщательно растягивал себя в душе. После, чтобы не проебать свои труды, вставил пробку, выбрав самую большую по диаметру из имеющихся в его арсенале. На всякий случай. Он помнил размеры очертания члена в узких брюках и решил подстраховаться. На укладку, лёгкий макияж и подбор одежды осталось всего тридцать минут. Для таких сжатых сроков получилось очень даже неплохо. Собственное отражение в зеркале пьяненько улыбалось Феликсу и показывало большой палец вверх. Да, Феликс всосал пол-литра вискаря для храбрости, пока собирался. Уже перед выходом, поймав снова тревожку, он скинул другу ник в какао и адрес своего экстрасексуала. Если его всё-таки поджидают сатанисты, близкие будут знать, с чего начинать поиски.

***

Феликс немного растерялся, когда дверь ему открыл тот самый пижон с фотографий. По предыдущему опыту встреч с парнями с сайтов знакомств он уяснил основное: всегда готовься к худшему. Да и затянувшийся период неудач не располагал к везению. Феликс не рассматривал возможность узреть такого красавчика. Он даже репетировал «совсем не разочарованный взгляд» перед встречей, чтобы не обидеть того, кого он себе напредставлял. Но репетиции оказались напрасны. Хёнджин превзошёл все ожидания. Феликс хотел придержать свой ремень на штанах, потому что они грозились слететь от сексуальных чар этого мага. Тогда бы и сам Феликс не медлил: и пробку бы вынул, и в позу нужную встал. — Привет, — довольная улыбка расплылась на лице. Он нетерпеливо расшнуровывал свои кроссовки, косясь на гладкие лодыжки Хёнджина, которые виднелись из-под пол красного шёлкового халата. Так и хотелось прикусить эту выпирающую косточку. Но, наверное, невежливо вгрызаться в малознакомые щиколотки прямо с порога. — Здравствуй, — голос Хёнджина подрагивал. Он переминался с ноги на ногу и теребил пояс халата, стараясь затянуть его потуже. В Хёнджине не было той таинственной или пугающей энергетики, которую Феликс ожидал от экстрасенса. Однажды на ярмарке ему гадала жуткая бабка на картах таро. Вот с неё он срался, как маленький ребёнок от сказки про бабайку. Даже спустя время по телу пробегали мурашки при воспоминании о ней. Хёнджин же изучающе смотрел на него своими раскосыми глазами. Тёмные, слегка волнистые волосы были немного растрёпаны. На губах играла неуверенная улыбка. Ничего пугающего. От него не хотелось спрятаться или убежать. Было желание схватить за руку и утащить побыстрее в кровать. Феликс, зажмурив глаза, пискнул от переполняющего счастья и влетел в грудь Хёнджина: — Я так рад, что ты не мерзкий чудила и, похоже, не маньяк, — от него и пахло замечательно, чем-то сладеньким. — Спасибо, наверное. Рад с тобой познакомиться, Феликс, — Хёнджин негромко засмеялся и, погладив его по спине, отстранился, — иди за мной.

***

Комната, в которую его привёл Хёнджин, совершенно не походила на логово колдуна. Светлые стены, модные аксессуары на полках, красные акценты в мебели — всё выглядело современно и стильно. Ни намёка на засушенные травы или жабьи лапы, по крайней мере, здесь. Либо экстрасенс хранил свои магические принадлежности подальше от посторонних глаз, либо такая атрибутика была ему чужда. Хёнджин усадил Феликса на край кровати, обложив его спину дюжиной подушек. Сказал, что так нужно для ритуала. Зашторил окна и начал зажигать декоративные светильники в виде свечей, расставляя их по углам комнаты. Настоящих восковых у экстрасенса, видимо, не было. Феликс, когда представлял себе ритуал, думал, что открытое пламя — неотъемлемая часть всего магического. Похоже, не только технологии неумолимо идут вперёд, но и обряды. Может, сейчас колдунов больше заботила пожарная безопасность, чем в былые времена. В комнате воцарился полумрак, разбавленный приятным жёлтым светом. Феликс следил за передвижениями и ёрзал по простыням, не находя себе места. Его немного раздражало, что с ним почти не разговаривали и неохотно отвечали даже на отвлечённые темы. В переписке Хёнджин был более болтливым. Такое отстраненное поведение сейчас как-то настораживало. Ещё Феликс не мог нормально умоститься из-за мешающей анальной пробки. Когда ему уже раздеваться-то можно будет? Закончив расставлять свечки, Хёнджин принёс открытую бутылку вина и два бокала: — Будешь? — Пока нет, я немного накатил перед тем как идти к тебе, мне было страшно, — честно признался Феликс. — Что ж, тогда пойду подготовлюсь к ритуалу, — Хёнджин поставил вино и бокалы на маленький столик у стены. Потом быстро закивал и начал пятиться спиной в сторону дверного проёма, словно пытаясь найти путь к отступлению, — жди меня здесь. — Куда ж я денусь, — захихикал Феликс, и раскинув руки, упал всем телом на подушки. Предвкушал. Спустя минуту колдун снова вернулся. Он прошаркал до столика, где стояла бутылка, и наклонился, чтобы взять её: — Секунду, — наполнил свой бокал и выпил залпом, затем повторил действия. Вторая порция вина, видимо, давалась Хёнджину с трудом: он долго держал её во рту, смешно раздув щёки. И только после того, как всё проглотил, Хёнджин развернулся к Феликсу, натянуто улыбаясь. Его лицо было бледным, а глаза выдавали беспокойство, — извини, — и снова ушёл, почти убежал. Нервозность экстрасенса передалась и Феликсу. Почему он так дёргается? Что-то идёт не так? Он не понравился Хёнджину? Феликс поднялся с кровати и подошёл к огромному зеркалу напротив. Начал вертеться перед ним, рассматривая в отражении свои лицо и тело. Да быть не может, чтобы не понравился! Феликс давно не выглядел так хорошо. Ни одного прыщика, укладка как у айдолов: вроде небрежная, но смотрится отлично. Попка просто загляденье. Феликс бы себе дал. Скорее всего, Хёнджин просто нервничал перед ритуалом, он ведь сам признавал, что только учился. Феликсу тоже следовало успокоиться. Он забрал початую бутылку и вновь улегся на кровать в ожидании, попивая вино прямо из горла. Из глубины квартиры доносились глухие звуки, свидетельствующие о бурной деятельности Хёнджина: он время от времени громко матерился, лязгал чем-то металлическим, а потом вдруг начал всхлипывать. Феликс решил пока не вмешиваться.

***

Он почти заснул, когда Хёнджин молча появился в комнате. Феликс оторвал голову от подушек, чтобы проверить, не почудилось ли ему, и в этот момент его сон как рукой сняло. Потому что Хёнджин в своём полном магическо-ритуальном обмундировании — самая извращенная сексуальная фантазия, которую Феликс мог себе вообразить. Всё тот же красный халат теперь был распахнут и больше не скрывал полностью обнаженного тела. Длинная шея плавно переходила на красиво выпирающие ключицы. Подтянутый живот с выделяющимися венами был словно вылеплен талантливым скульптором. А дальше... У Феликса перехватило дыхание, и во рту собралась слюна. Тот самый ритуальный инструмент – экстрасенсорный фаллос в боевой готовности. Как Феликс себе и представлял: большой, толстый и манящий. Чуть смотрит влево. Но даже не это заставляло не отводить взгляда. Член был уже смазан и одет в диковинное украшение. Феликс такого даже в порно не видел. От головки до основания — череда золотых колец-хомутов, связанных между собой цепочкой. Яички тоже были пережаты кольцом со свисающей по мошонке подвеской с маленьким кулоном на конце. Феликс не нашёл слов, просто тихо заскулил и подался вперёд. Он хотел встать, очевидно, чтобы сразу же упасть перед магом на колени, но Хёнджин остановил его жестом руки: — Сиди, — он достал телефон из кармана халата и включил необычную музыку, сочетавшую в себе звуки журчащего ручья, пение птиц и какие-то буддийские мантры. В полумраке комнаты атмосфера стала по-настоящему интимной и мистической. — А можно я хотя бы штаны сниму? Мне уже давит, если честно, — Феликс погладил через ткань вставший член. Ему хотелось уже просто трахнуться, забив на ритуал. Только смотреть на такого красивого и голого мужчину, когда тебе полгода не перепадал секс, было физически больно. — Да, сними, — Хёнджин кивнул и отвернулся, встав к Феликсу спиной. Феликс судорожно стряхнул с себя штаны на пол. Немного подумал и туда же скинул рубашку. Остался сидеть в одних трусах. Стало немного легче. Он покашлял, давая понять Хёнджину, что готов. — Откинься на подушки, но полностью не ложись, оставь ноги свешенными с кровати, — Хёнджин так же продолжал стоять лицом к стене, — постарайся расслабиться, отпусти все негативные мысли, слушай музыку и смотри на меня. Представь, что кроме этой комнаты и нас, в мире больше ничего нет, — его мягкий голос напоминал журчание ручья или мурчание кота, и Феликс действительно старался расслабиться, просто слушая и представляя то, что ему было велено. — Начнём, — Хёнджин громко выдохнул и скинул с себя халат. «Бляя-аа-я-яять», — проорал Феликс в голове. Всё его расслабление покатилось к чёрту. Как он должен был расслабиться, когда перед ним стоял греческий бог, сверкая своими олимпийскими ягодицами. Хёнджин начал танцевать. Он медленно и грациозно двигал корпусом из стороны в сторону, поднимая руки вверх. Кисти описывали движения, напоминающие распускающиеся цветы, плавно раскрывающиеся в воздухе. Сделал шаг в сторону, и одновременно с этим провёл руками вдоль тела, как будто обнимал себя. Каждое его движение было тягучим, как патока. Упругие мышцы красиво играли под кожей. Феликс не мог оторваться — магический танец заворожил его. Внезапно динамика танца сменилась на экспрессивную. Плавные движения исчезли. Хёнджин хаотично двигал руками, создавая подобие волны. Затем он резко развернулся к Феликсу, подарив прямой и острый взгляд. Феликс глупо улыбнулся, поднял руку и тихонько пошевелил пальцами в знак приветствия. Он совсем не понимал, как ему реагировать. Хёнджин никак не ответил. Он медленно начал опускать корпус вниз, как будто собираясь коснуться пола, а затем резко распрямился и прыгнул в сторону Феликса. Феликс взвизгнул и зажмурился. Он почувствовал, как Хёнджин забрался на кровать, и перекинув ногу, сел ему на грудь. Оба молчали. Смешанные чувства: Феликс одновременно испытывал и страх, и возбуждение. Своей кожей он чувствовал чужую, горячую. Осознание, что это кожа тех самых олимпийских ягодиц, которыми он залюбовался несколькими минутами ранее, добавляло пикантности моменту. Пересилив себя, он открыл глаза. Первое, что он увидел — блестящий член в кольцах прямо у его лица. Экстрачлен был весь покрыт смазкой с маленькими блестяшками. На расстоянии Феликс не заметил этого «спецэффекта», но сейчас засмотрелся на мерцание и немного расслабился. — Это звёздная пыльца? — он вытянул язык и попытался лизнуть головку, чтобы попробовать на вкус. Хёнджин увернулся: — Не надо, это смазка с шиммером, но она не съедобная, — он так тихо пробормотал, что Феликсу пришлось напрячься, чтобы расслышать, — ты готов продолжить? Феликс неуверенно кивнул. — Сейчас мы попробуем погрузить тебя в транс. Если повезет, то тебе раскроется твоё будущее. Пожалуйста, не отвлекаясь и не отрывая глаз, следи за ними, — Хёнджин смотрел на него сверху встревоженными взглядом, а потом легонько погладил Феликса по щеке. Феликс на секунду поддался руке, но внезапно задумался. За кем «за ними»? За членом в кольцах? За яйцами? За кулончиком? Или за их коллективным движением? Куда Феликсу смотреть? Ответ нашёлся быстро. Хёнджин, всё ещё сидящий на его груди, поставил колени на кровать и приподнялся, начав крутить бёдрами, приводя в движение свой украшенный экстрасенсорный фаллос. Член крутился подобно пропеллеру вентилятора, который только что заработал. Цепочки слегка позвякивали, а кулончик с красным камушком ритмично бился о мошонку. Феликс пытался сдерживать смех, но, как просили, взгляд не отводил. Вообще, отвести взгляд от подобного зрелища довольно трудно. Хёнджин тяжело дышал, наращивая скорость и увеличивая амплитуду вращения бёдрами. Погружение длилось уже несколько минут. То ли от концентрации на крутящемся члене, то ли от количества выпитого, но Феликса начало укачивать. В глазах плыло и его подташнивало. Может, это и было погружение в транс? Хёнджина, казалось, тоже штормило. Член был все ближе и ближе к лицу Феликса. Движения стали более резкими. Головка с металлическим хомутом у основания несколько раз шлёпнула Феликса по щеке. Ощутимо, даже немного больно. Транс трансом, но Феликс начал затылком вжиматься в подушки в попытке уйти от ударов. А дальше темнота…

***

—…ять, блять, это зашло всё слишком далеко… Феликс….Феликс, — на него что-то лилось, а голос Хёнджина доносился, как будто через вату. Сознание медленно возвращалось. Феликс открыл сначала один глаз. Увидел Хёнджина, который стоял над ним коршуном и плескал ему в лицо водой. — Ты очнулся? Как же хорошо, — из груди Хёнджина вырвался вздох облегчения, — прости меня, Феликс, я не хотел, чтобы так получилось, я не рассчитал. Ты в порядке? Феликс приподнялся, пытаясь оценить критичность своего состояния. Не так уж и плохо. Голова кружилась, но терпимо. Радовало, что он немного протрезвел и его больше не тошнило. — Я в норме. Это и был тот самый транс? Если, да, то я нихуя не увидел, — голос после потери сознания был почему-то скрипучим. — Да не было никакого транса и погружения в него, — Хёнджин истерично захныкал и плюхнулся на кровать рядом с Феликсом, — я просто тебя членом вырубил. Феликс вяло растирал свою саднящую щёку, смотря на голого почти плачущего Хёнджина. Он надеялся, что в понедельник ему не придётся идти на работу с отпечатком хуя на лице. Анальная пробка в заднице не вовремя напомнила, что она тоже участница этой трагикомедии. Вся ситуация казалась сюром. — Так ты не маг? Ты меня наебал, что ли? — он даже не злился, просто хотелось понять. — Я проиграл спор, а это, — Хёнджин абстрактно покрутил кистью в воздухе и указал на свой блестящий пенис, — моё наказание, — грустно вздохнул, — извини, пожалуйста, — он закрыл лицо ладонями. Его уши и шея начали покрываться красными пятнами. Феликс не хотел разбираться в случившемся, что-то обсуждать, узнавать детали спора. Ему казалось, что Хёнджин действовал не со зла и сейчас переживал больше, чем он сам. Феликс находил эту ситуацию больше забавной, чем пугающей или оскорбительной. Он знал себя: уже завтра растрещит всем друзьям о своем хуёвом НЕмагическом приключении. Сейчас его в основном волновало, что его могут так и не трахнуть. Ведь именно это — главная цель визита. Уже пугающе. Очередной цикл поиска партнёра он не выдержит, и придётся прибегнуть к услугам проститушной. Чего ему совсем не хотелось. Да и Хёнджин, при всей его ебанце, понравился Феликсу. Лучший кандидат на секс. Но этот самый кандидат был таким же поникшим, как и его член. Нужно было что-то делать с этим. Как-то повлиять на его состояние. Феликс недолго думая уселся верхом на бёдра Хёнджина: — Посмотри на меня, — отцепил руки Хёнджина от лица и переместил на свои ягодицы, — я обещаю написать для твоих спорщиков развёрнутый отзыв на тебя, если хорошенько оттрахаешь, — он пошевелил бровями и заглянул в глаза Хёнджину, — договорились? Хёнджин хлопал ресницами и непонимающе смотрел на Феликса в ответ. Очевидно, он ожидал другой, более негативной реакции на свой поступок, и теперь пытался осознать, что ему сейчас предлагают: — Да? — он несколько раз неуверенно сжал предложенную задницу, вызвав у Феликса стон. — Постараешься, даже мистическую часть подробно распишу, — он прошептал это на ухо, использовав свой самый томный голос, — ты же постараешься? — Феликс провёл носом по щеке Хёнджина, вдыхая запах его кожи. Хёнджин глухо застонал и вместо ответа начал выцеловывать шею, плавно переходя на линию челюсти. Он хаотично оглаживал своими большими ладонями бока и задницу Феликса, запуская пальцы под резинку трусов. Наслаждаясь долгожданными ласками, Феликс подставлял всё новые и новые места для поцелуев. Как же, блять, хорошо, его давно так никто не трогал. Он соскучился по жару чужого тела, по несдержанным касаниям. Какое везение, что растормошить Хёнджина было нетрудной задачей. Если в его реальности для близости необходимо получать членом по лицу, то он готов проходить это на регулярной основе. — Скажи, а ты не записывал всё на скрытую камеру, ну, знаешь, как подтверждение, — Феликсу захотелось узнать, сможет ли он посмотреть такое незабываемое зрелище. Он надеялся, что в отключке не выглядел слишком уродливо. Хёнджин оторвался от шеи Феликса, и прищурившись, посмотрел на него, глазами спрашивая: «ты серьёзно?»: — Нет. — Очень жаль. Расскажешь мне потом, как я вырубился, — Феликс откинул голову, закатил глаза и высунул язык, изобразив опоссума, симулирующего смерть. — Даже не знаю, кто из нас более сумасшедший: я — колдун недоделанный, или ты, — Хёнджин стиснул пальцами щеки актёра и притянул к своим губам. Феликс засмеялся в поцелуй. Они целовались жадно и глубоко, будто долго ждали этого. А Феликс и ждал. Хёнджин сразу раздвинул губы Феликса своим языком, медленно прошёлся по нёбу, потом сильнее прижался, втягивая его язык к себе. Феликс ответил тем же: прикусил нижнюю губу Хёнджина, потянул чуть-чуть, тут же смягчил укус языком. Их языки сплелись, скользили друг о друга, то нежно, то настойчивее, дыхание смешивалось. Хёнджин сжал волосы Феликса у затылка и оттянул голову назад, открывая шею, тут же прошёлся по ней зубами и вернулся к губам, целуя ещё жёстче. Феликс тихо стонал ему в рот, царапал кожу на затылке, тянул за волосы в ответ. Они дышали друг в друга, глотали стоны, облизывали уголки губ — медленно, но так, что внутри всё горело. Феликс потянулся к члену Хёнджина, чтобы сжать наконец-то желанную плоть, но кончиками пальцев почувствовал холодный металл хомута. Чёрт. Он уже и забыл. Феликс, отстранившись, посмотрел на зажатого между ними блестящего вырубателя и вздохнул: — Иди, смой свою звездную пыльцу, — собрал остатки смазки с члена Хёнджина и растёр ее между пальцев, рассматривая мерцание блёсток под тёплым светом фейк-свечей, — она не внушает мне доверия, но…красиво, блять. Хёнджин активно закивал и, подхватив Феликса под задницу, поднялся вместе с ним. Еще раз глубоко поцеловал и опустил обратно на кровать: — Я быстро, — пытаясь находу надеть свой халат, Хёнджин умудрился в нём же и запутаться, и начал смешно размахивать руками. Какие же недомаги бывают неуклюжие. — И кольца эти блядские тоже сними, — хихикая, крикнул Феликс вдогонку. Ему достаточно повреждений от экстрачлена. Он снял трусы, скинул нескончаемые подушки с кровати и забрался под одеяло. Пытался улечься в максимально сексуальную позу, чтоб Хёнджин по приходу сразу на него накинулся, не раздумывая. Может, на четвереньки встать? — Феееелииикс, — раздавшийся вопль не предвещал ничего хорошего, — у меня проблемааа! «Какая проблема? Нет у тебя никаких проблем, Хёнджин, не выдумывай, пошли трахаться», — Феликс злобно топал на голос. Просто смешно, сколько падений его член пережил за сегодня, так и не получив разрядки. Звуки кряхтения и шипения привели его в ванную, где Хёнджин, скрючившись почти пополам, ковырялся в своей сбруе, пытаясь освободиться. Он поднял голову на Феликса и остался в позе мемной птицы с растопыренными в стороны коленками. — Я три снял, — Хёнджин кивнул в сторону раковины, на которой лежали злосчастные кольца, — но тут такая сложная система, и у меня дальше не выходит, там, похоже, цепочка запуталась в отверстии, — он оттянул яйца вниз, а член наоборот поднял, указывая, куда смотреть. Феликс шмыгнул носом. Потрясающе. Интересно, сколько ещё препятствий будет на пути к его сексу? Может, правда найти настоящего мага и проконсультироваться. Не просто же так всё поворачивается против него. Он подошёл вплотную к Хёнджину и встал перед ним на колени. Тонкая цепочка, действительно, обернулась вокруг последнего хомута и зацепилась несколькими звеньями за отверстие, через которое была продета. Видимо, Хёнджин в спешке сам растянул мягкий металл цепи, образовав запутанный клубок. — Видишь? — Вижу, — «вижу, что очень трудно с тобою придётся, Хёнджин». Феликс дёрнул за цепочку, пытаясь понять, с чего начинать. Украшение потеряло всю свою интригующую привлекательность. На опавшем члене оно почти не держалось, но и снять, не причинив вреда, не выходило, потому что хомут на стволе был скреплен с кольцом на мошонке. Феликс как будто разгадывал логическую головоломку: потяни за нужную веревочку, чтобы освободить мышонка из клетки. — Господа колечки, отдайте мне, пожалуйста, этот член, мне очень срочно надо, — Феликс нетерпеливо распутывал клубок, в надежде, что ему всё-таки сегодня улыбнётся удача. Стоя на коленях на холодном кафеле и высвобождая затворника от оков, Феликс подумал, что они с Хёнджином незаметно перешли на какой-то иной уровень интимности. Да, Феликс нередко касался чужих членов, но для достижения удовольствия, а не для помощи. Буквальной. Обычно похожим занимаются старые женатики. Высматривают странно раздувшиеся родинки и консилиумом решают, идти к врачу или нет. Такое доверие со стороны Хёнджина тронуло сердце Феликса, хоть и сам процесс уже начал нервировать. Хёнджина, кажется, всё устраивало: он, уперев руки в бока, контролировал процесс сверху. Не помогал, но и не мешал, просто наблюдал. — Какие у тебя ловкие пальчики, — Хёнджин хитро заулыбался и почесал макушку Феликса, как кота. — Ловкие, — Феликс хмыкнул и отпустил цепочку, переместив ладони на бёдра Хёнджина, — ты даже не представляешь, как ловко и быстро они находят простату, — он начал шагать пальцами по ягодицам, опасно остановившись у самого ануса и лукаво заглянул в глаза, которые наблюдали за ним с испугом, — проверим? Хёнджин весь заалелся, в мгновение поджав булки. Он закусил губу и быстро задышал, выдавая изо рта что-то невнятное. «Что ж ты такой милый. Так и влюбиться недолго. Боги, какая любовь, Феликс, займись делом»: — Расслабься, — Феликс шлёпнул его по напряженной заднице и вернулся к кольцам, — как-нибудь в другой раз. — Готово, — встал с колен и протянул на раскрытой ладони остатки магического наряда. Если Хёнджин планировал его ещё когда-нибудь использовать, то ему придётся менять цепь – эта была безнадёжно испорчена. — Спасибо, без тебя я бы точно не справился, — Хёнджин забрал украшение из рук и сразу кинул в стоявший на тумбе органайзер, — иди, я сейчас вернусь. — Нихрена, я тебя сам помою, — отрезал Феликс. По правде, на Хёнджине почти не осталось шиммерной смазки, теперь она блестела на руках Феликса. Но доверять этому бедовому парню полоскание члена он не мог. Ошпарится ещё. Феликс был рад не чувствовать сопротивления, когда взяв под руку Хёнджина, подвёл его к раковине и открыл воду. Тот даже покорно привстал на цыпочки, чтобы Феликсу было проще мыть. Феликс пристроился сбоку, прижавшись своими бёдрами к чужим. От такой близости в паху затянуло. Он намылил свои руки и подсмыв пену, взял член Хёнджина в ладони и осторожными движениями принялся очищать его от оставшихся блёсток. Почти медитативное занятие. Вода, скольжение и красивый венистый член, который от нежных касаний начал крепнуть прямо в руках Феликса. Он упустил момент, когда мытьё переросло в дрочку. Может, когда Хёнджин накрыл его ладони своими, и начал несдержанно толкаться в них? От созерцания исчезающей тёмной головки в замке рук было невозможно оторваться, и он неосознанно вжался в ногу Хёнджина и начал тереться об неё. — Пошли в спальню, — Хёнджин внезапно перекрыл воду, резко развернулся, и заключив Феликса в объятья, протолкнул язык в его рот. — Давай здесь, больше не могу,— Феликс оторвался от губ и оперся одной рукой о край раковины, а второй оттянул свою ягодицу, обнажив петлю силиконовой пробки. Он надеялся, что смазки, которая была в нём, будет достаточно. В любом случае он никуда не пойдёт, пока они не закончат начатое. — Она всё время была в тебе? — Хёнджин провёл пальцем около дырочки, схватился за петлю и несколько раз провернул пробку внутри, заставив Феликса зашипеть сквозь зубы, — тебе, должно быть, было неудобно, да? — Хёнджин, блять, давай уже, — Феликс возмутился, посмотрев через плечо, и расставил ноги шире. Он терял терпение, пока его только дразнили, но не действовали. — Не кричи на меня, — Хёнджин ещё раз надавил на игрушку и резко вынул с характерным влажным звуком. У Феликса собрались слёзы в уголках глаз. Ему никогда не было настолько приятно от такого простого действия. Пробка полетела в раковину, и Феликс проследил, как она несколько раз прокатилась по оси чаши и упала на решётку слива. «Как же долго ты меня мучала, падла». Хёнджин навалился на него своим телом, перехватив рукой поперёк живота. Кожу обдало горячим дыханием, и по плечам посыпались быстрые поцелуи: — Так легче, правда? — Феликс наблюдал за действиями Хёнджина через зеркало, висевшее над раковиной. Как же он безжалостно прекрасен. Чувствовал бедром его твёрдый и мокрый стояк. Хотелось почувствовать его не кожей, а в себе. — Пожалуйста, Хёнджин, — он готов был молить, чтобы его наконец-то взяли, — пожалуйста. Хёнджин просунул вторую руку между их разгорячёнными телами, и нащупав края отверстия, толкнулся внутрь сразу двумя пальцами. Феликс вскрикнул и прогнулся в спине, раскрываясь еще шире. Какой же кайф от одних только пальцев. Он запрокинул голову на плечо Хёнджину, сразу получив череду хаотичных поцелуев по щекам. — Ты такой красивый, Феликс, — шёпот у самого уха. Феликс, как в бреду, завёл руки за спину и шарил по чужому телу, пытаясь притянуть Хёнджина ближе. Пальцы внутри распирали, растягивали, но этого было недостаточно. — Можешь просто вставить, я готов, — благословите Хёнджина за его послушность. Он убрал пальцы и упёрся влажной головкой в ложбинку между ягодиц. Несколько раз мазнул по краям дырки и наконец-то вошёл до конца одним одним быстрым, уверенным движением. Феликс почувствовал всё сразу: как толстая головка раздвигает кольцо мышц, как ствол скользит внутрь, растягивая его до сладкой, почти невыносимой границы. Воздух вырвался из лёгких коротким криком. Член был таким горячим и твёрдым. Именно то что и нужно было Феликсу. Он ощущал каждую вену, каждый изгиб, каждый миллиметр, который заполнял его до конца. Хёнджин замер на секунду, полностью внутри, прижимаясь лобком к ягодицам. Его дыхание обжигало шею Феликса. — Дыши, — прошептал он хрипло, — расслабься… вот так, умница. Феликс выдохнул, и в этот момент Хёнджин медленно вышел почти до конца, оставляя только головку внутри, и снова вошёл, глубже, чем в первый раз. От этого движения внутри всё вспыхнуло: простата отозвалась острой, яркой волной, которая прокатилась по позвоночнику до самой макушки. Ноги Феликса подкосились, он вцепился пальцами в край раковины, чтобы не упасть. Хёнджин начал двигаться: сначала медленно, глубоко, каждый толчок — до упора, с лёгким поворотом бёдер в конце, чтобы головка тёрлась о нужную точку. Каждый раз, когда он входил особенно сильно, Феликс терял равновесие и в итоге от одного из таких очередных толчков упал грудью на раковину — грудь прижалась к холодной керамике, соски тёрли о мокрую поверхность, отдавая резкими искрами удовольствия. Теперь, с каждым новым движением вперёд, его тело скользило по этой гладкой, прохладной плоскости, усиливая ощущения, а когда Хёнджин выходил, внутри оставалась мучительная пустота, требующая, чтобы её немедленно заполнили снова. — Ещё, — вырвалось у Феликса, голос сорванный, — глубже…пожалуйста… Хёнджин рыкнул что-то неразборчивое, схватил его за бёдра обеими руками, пальцы впились в кожу так, что останутся синяки, и резко ускорился. Теперь Хёнджин точно таранил Феликса: жёстко, быстро, с влажным шлепком тел друг о друга. Член входил под идеальным углом, каждый раз цепляя простату, и Феликс уже не кричал, а выл, низко, протяжно, не в силах сдержаться. Внутри всё горело, сжималось, пульсировало в такт толчкам. Он чувствовал, как смазка внутри хлюпает, как Хёнджин скользит в нём всё легче, как его собственный член бьётся о живот, оставляя липкие следы предэякулята на коже. — Ты так туго сжимаешь, — Хёнджин наклонился ближе, — я чувствую, как ты меня держишь… боже, Феликс… Он изменил угол, чуть приподнял бёдра Феликса, и теперь каждый толчок был прямо в точку. Мир сузился до одного: горячего, твёрдого члена, который вбивался в него снова и снова, до дрожи в коленях, до слёз на глазах, до ощущения, что он сейчас развалится на части от удовольствия. Феликс уже не контролировал себя: он толкался назад, навстречу, подмахивал, как последняя шлюшка, лишь бы глубже, лишь бы сильнее. — Да, да, вот так, — Хёнджин почти рычал, одна рука скользнула вперёд, обхватила член Феликса, сжала у основания и начала дрочить — грубо, быстро, в такт своим бёдрам. Пальцы скользили по всей длине, сжимали головку и теребили уздечку. Феликс задрожал всем телом. Оргазм подкатывал волной, сжимая низ живота, заставляя мышцы внутри сокращаться всё сильнее. Он уже не дышал, только хрипел, выгибался, толкался в кулак Хёнджина и одновременно насаживался на член сзади. — Кончаю… Хёнджин, я… — и он кончил. Жёстко, долго, с криком, который сорвался на хрип. Сперма брызнула мощно, длинными струями — на пол, на раковину, на руку Хёнджина. Всё внутри сжалось так сильно, что Хёнджин зашипел, вонзился до конца и замер, чувствуя, как Феликс пульсирует вокруг него. — Чёрт… — выдохнул Хёнджин, вышел резко и кончил ему на задницу — горячие, густые толчки спермы ложились на кожу, стекали по ложбинке, по бёдрам. Он продолжал дрочить себе, выдавливая последние капли, пока не обессилел и не прижался грудью к спине Феликса, тяжело дыша ему в шею.

***

Голова была пуста ещё несколько минут после того, как Феликс кончил. Он смотрел в отражении на взмокшую макушку Хёнджина, которая лежала на его плече. Феликс спиной чувствовал, как он тяжело дышал. Надо было, наверное, идти в кровать, когда предлагали, лёжа было бы проще приходить в себя. Но кто теперь его осудит? — Хёнджин, — голова устало поднялась с плеча, и тут же упала подбородком обратно, издав вопросительное «ммм», — знаешь, я думаю, у тебя реально магический член, — Хёнджин посмотрел на него через зеркало и негромко засмеялся. Обвил руками талию Феликса и сильнее притянул к себе. — Почему ты смеешься? Порчу недотраха ты им с меня снял. Значит, ритуал-то действенный, — Феликс поджал губы, и подняв указательный палец вверх, повертел им из стороны в сторону, говоря: «так оно и есть». — Я начинающий маг, но уверен, что такие ритуалы надо проводить курсом, чтобы достичь устойчивого эффекта, — Хёнджин принял правила этой нехитрой игры. — Правда? Тогда запишите меня на следующий приём. Хёнджин отлип от него. Немного подумал и театрально раскрыл в воздухе невидимый ежедневник, несколько раз перелистнул такие же невидимые страницы и, покивав, поставил в воздухе галочку: — Я вас записал. — Ты смешон, ты даже дату не уточнил, — наигранный возмущенный разворот Феликсу не удался: он поскользнулся на своей же сперме и пытался сохранить баланс с помощью расставленных рук. — Сейчас получишь, — Хёнджин вовремя подхватил, но строго сузил глаза. — Да? — Феликс заулыбался в крепкой хватке, — на это я и рассчитываю, — притянул Хёнджина за шею и втянул в новый поцелуй. «Надеюсь, что долго буду от тебя получать, очень надеюсь.»