Притяжение

Горячий пар вился в тесном пространстве душевой. Дин первым шагнул под струи воды, смывая с кожи грязь и пот, оставшиеся после долгой охоты. — Заходи, — хрипло бросил он через плечо, отбрасывая мокрые пряди со лба. Сэм заколебался на пороге, но холод за спиной и усталость перевесили. Он снял последние вещи и втиснулся внутрь, стараясь не задевать брата, но пространства было слишком мало. Их тела почти касались, разделённые лишь тёплыми каплями, стекавшими по коже. Дин протянул ему шампунь, и их пальцы ненадолго встретились. Сэм замер, ощущая, как по спине пробежал странный трепет. Он наклонил голову под воду, закрывая глаза, но тут же почувствовал, как чьи-то пальцы вплетаются в его волосы. — Ты вечно пропускаешь затылок, — проворчал Дин, намыливая ладони. Его прикосновения были грубоватыми, но Сэм не сопротивлялся. Пальцы Дина скользили по коже, случайно задевая шею, и Сэм подавил стон. Он не мог отвести взгляд от капель, стекавших по груди Дина, от того, как мышцы играют под мокрой кожей. Дин не замечал, как Сэм изучает его тело, быть может, потому что сам был занят мыслями о том, как брат стал ещё красивее за последние месяцы. Как его фигура набрала мускулов, как он стал выше, сильнее. Сначала это было невинным любопытством, но потом Сэм почувствовал, как дыхание становится учащённым, а взгляд застревает на маленькой родинке под левым соском. Он облизнул губы, и Дин заметил это движение. Его дыхание участилось, но он лишь усмехнулся: — Чего уставился, малыш? Ответ застрял в горле у Сэма, когда их бёдра ненароком соприкоснулись. Вода лилась между ними, но жар внутри становился невыносимым. Дин увидел, как капли стекают с ресниц Сэма, как его рот приоткрыт, и внезапно почувствовал непреодолимое желание поцеловать брата. — Я не малыш, — прошептал Сэм, и его голос прозвучал хрипло и низко. Он положил ладони на грудь Дина, слегка оттесняя его. — И ты знаешь это. — Знаю, — признал Дин, и его голос стал глубже и тише. Он не отстранился, вместо этого обхватив талию Сэма, пальцы глубоко впиваясь в кожу. — Проклятый ад, — выдохнул Дин, приближаясь вплотную. Их носы столкнулись. — Я не должен этого делать... Не с тобой... Голос Сэма был хриплым, полным желания: — Заткнись и поцелуй меня, Дин. Хватит сдерживаться, потому что я тоже не могу... Больше не могу. Дин замер, его сердце колотилось в груди, но не от страсти, а от паники. Он не мог поцеловать брата, не мог позволить себе этого. Он отстранился, разрывая контакт. В глазах Сэма вспыхнуло разочарование. Он больше не мог это терпеть. — Не смотри так на меня, Сэмми, — проговорил Дин, но не извиняющимся тоном. Он развернулся и вышел из душа, на ходу хватая полотенце и обматывая его вокруг талии. Сэм постоял под струями горячей воды, смывая с себя не только мыло, но и смятение. Он выключил воду и вышел, не удосужившись взять полотенце. Вода капала с него на пол. Дин же не мог поверить в то, что только что произошло между ними. Он стоял в спальне и в смятении теребил волосы через полотенце, сердце всё ещё бешено колотилось. Но не от желания. От страха. Дин услышал, как Сэм подошёл к нему. Он чувствовал присутствие брата, но не смотрел на него. Не мог. Божественно красивый и абсолютно голый Сэм стоял перед ним, а Дин... Дин был в панике. Сэм прижался к его голой спине. Дин напрягся, ощутив тёплое мокрое тело брата за своей спиной. Он закрыл глаза, пытаясь сдержать дрожь. Сэм был слишком близко, слишком голый, слишком... желанный. — Я хочу тебя, Дин. И ты тоже хочешь меня. Так в чём проблема? — Сэм положил руки на талию Дина, обхватив его и прижимаясь ещё ближе. — Проблема в том, что это неправильно, Сэм. Мы братья. Мы не должны... Не можем... — Дин сглотнул, когда руки Сэма скользнули по его животу, заставляя мышцы подрагивать. — Братство не помешало мне возбудиться от твоего голого тела в душе, верно? — проворчал Сэм, позволяя Дину почувствовать своё возбуждение, прижимаясь к нему всем телом. — Чёрт, Сэмми... Пожалуйста... Не делай так... — Дин попытался отстраниться, но Сэма будто магнитом тянуло к нему. Дин чувствовал, как Сэм прижимается, как его руки обхватывают его живот, а лицо упирается в шею. Он знал, что Сэм зависим от него, что он — его опора, единственный близкий человек. Дин попытался ещё раз отстраниться, но Сэм уже обхватил его руками за шею, прижав к себе спиной. Он почувствовал, как брат целует его шею, как его руки скользят по животу и ниже... — Я не могу, Сэм... Я не могу так с тобой... — Дин пытался убедить себя, но его голос дрожал от слабости. Он знал, что Сэм не отступит. Никогда не отступал. — А я могу. И я хочу. Я хочу тебя больше всего на свете, Дин. И ты тоже хочешь меня. Так почему мы должны сдерживаться? — Сэм прошептал эти слова прямо в ухо Дина, кусая мочку. Дин чувствовал, как его руки скользят всё ниже и, наконец, обхватывают его ягодицы. Он был на грани потери контроля. Никогда ещё он не был так близок к тому, чтобы... — Я люблю тебя, Дин. Люблю больше, чем любого другого человека в этой проклятой вселенной. И если я не могу иметь тебя, то никто не сможет. Так почему ты всё время отталкиваешь меня? Эти слова стали последней каплей. Дин резко развернулся и прижал Сэма к стене, зажав между собственным телом и холодным бетоном. Он схватил его за лицо, притягивая к себе для жёсткого поцелуя. Он больше не мог сопротивляться. Сэм отвечал с такой же силой, его руки обхватили Дина за шею и впились в волосы. Он целовал брата с отчаянной страстью, которую копил долгие годы. Он всегда этого хотел... Поцелуй становился всё более жарким и властным. Дин почувствовал, как Сэм прижимается к нему, их дыхание смешалось в одном ритме. Он знал, что переступил черту... Плевать на будущее, плевать на правильное и неправильное. В этот миг он принадлежал Сэму, а Сэм принадлежал ему. Их руки блуждали по телам друг друга, словно пытаясь запомнить каждый миллиметр. Они пытались слиться воедино, будто их тела знали друг друга лучше их самих. Дин подхватил Сэма на руки, и тот обвил ногами его талию. Их губы не могли оторваться друг от друга даже на секунду. Дин крепко вцепился в эти чёртовски прекрасные волосы Сэма, которые всегда мечтал держать в руках. Он откинул голову брата назад, оголив шею, и принялся покрывать её поцелуями и укусами. Сэм выгнулся и застонал, его ногти впились в спину Дина. Вот оно... Вот то, о чём он мечтал все эти годы. Наконец-то они делали то, о чём оба фантазировали бессчётное количество раз. Их тела двигались в едином ритме, поцелуи были жарче огня, руки исследовали всё, до чего могли дотянуться. Дин бросил Сэма на кровать и навис над ним, прижимая его руки к матрасу. Он смотрел на брата со страстью и голодом, которых Сэм никогда прежде не видел в его глазах. Дин хотел его так же сильно. — Дин... — Тсс, — Дин прервал его, наклоняясь и запечатывая его губы в ещё одном поцелуе, полном нетерпения и желания. Его руки скользнули ниже, обхватив ягодицы Сэма и крепко сжав их. Он приподнял бёдра брата и прижался ещё ближе, упершись своим членом в его. Сэм тихо простонал, его тело изогнулось навстречу. Они оба знали: если сейчас не остановиться, они переступят все мыслимые границы. Именно этого они и хотели все эти годы. Все тайные фантазии, все ночи в тесной машине, все случайные прикосновения и долгие взгляды взорвались этой страстью. Больше не было границ, правил, не было «мы братья». Были лишь двое взрослых мужчин, безумно желающих друг друга. Дин скользнул рукой между их тел, готовя Сэма пальцами. Он целовал брата, глотая его стоны, пока пальцы растягивали его, подготавливая к тому, что должно было случиться. Руки Сэма обхватили его талию, ноги сомкнулись на его бёдрах. Он был готов, он хотел этого, хотел Дина внутри себя так сильно, как никогда ничего в жизни. — Дин, пожалуйста... — Тсс, — прошептал Дин в ответ, целуя его шею и прикусывая мочку уха. — Я дам тебе всё, что ты хочешь. Всё, чего всегда ждал от меня. — И он медленно вошёл в него, растягивая и заполняя собой полностью. Сэм почувствовал такой жар, такую полноту внутри, что у него перехватило дыхание. Он чувствовал каждый миллиметр Дина, пульсирующий внутри него член, его руки, сжимающие его бёдра. — Ты такой тугой, — выдохнул Дин, начиная медленно двигаться. — Такой горячий и тугой вокруг меня. Ты даже не представляешь, сколько раз я дрочил, представляя, как вхожу в тебя вот так. Сэм не отводил взгляда от Дина, его глаза горели, губы были приоткрыты в беззвучном стоне. Он извивался под ним, встречая каждый толчок, ногти впивались в спину брата. Он мечтал об этом с самого Стэнфорда. Но мешал отец. Мешала неуверенность. Мешал страх. И вот теперь, когда все преграды рухнули и остались только они двое, Сэм наконец получил того, о ком грезил все эти годы. Дин был внутри него, Дин был с ним, Дин любил его. — Ты всегда был моей тайной фантазией, — прошептал Дин, его толчки стали глубже и быстрее. — Каждую ночь в машине я представлял, как делаю это с тобой. — И я, — выдохнул Сэм, целуя Дина с отчаянной страстью. — Каждую ночь я представлял, как ты берёшь меня, как заполняешь меня полностью. Я хотел тебя так сильно... Так чёртовски сильно... Дин улыбнулся, его глаза сияли счастьем. Он всегда догадывался, что Сэм чувствует то же самое, но слышать это из его уст было невероятно. Всё будет иначе. Но они больше не будут убегать. Их связь нерушима. Невозможно разорвать. Один пойдёт за другим в самую бездну. Будут ссоры и разногласия, но в конце концов один всегда будет ждать другого. Потому что такова их природа. Они братья, они напарники, они — всё друг для друга. Они единое целое. — Я люблю тебя, — прошептал Сэм в губы Дина, целуя его нежно. — Люблю так сильно, что даже страшно. — Он обвил ногами бёдра Дина, притягивая его ближе. — Я тоже люблю тебя, — голос Дина дрогнул от эмоций. — Больше жизни. Больше, чем себя. И никогда не отпущу. Никогда. Дин с громким стоном кончил, заполняя Сэма своей спермой. Его тело содрогнулось, он прикусил губу брата, заглушая крик. Сэм кончил следом, его тело конвульсивно сжималось вокруг Дина, пачкая их животы своей спермой. Его голова откинулась на подушку, он тяжело дышал, пытаясь прийти в себя. Дин рухнул сверху, обняв Сэма за шею и прижимаясь всем телом. Его голова уткнулась в плечо брата, дыхание постепенно выравнивалось. Он не хотел двигаться, не хотел выходить. — Ты меня вообще когда-нибудь отпустишь? Или так и будешь валяться на мне? — Сэм улыбнулся, проводя рукой по спине Дина. — Не знаю, — Дин тихо рассмеялся, прикусывая его нижнюю губу. — Тут так тепло и уютно. И ты вкусно пахнешь. Не уверен, что хочу вылезать. Сэм попытался оттолкнуть его, смеясь. — Идиот, — он шлёпнул Дина по заднице, пытаясь сдвинуть. — У меня весь живот перепачкан, а ты нежишься. Дин только крепче прижался, обхватив его ногами. — Не выйдет, — хихикнул он, пощекотав Сэма за бока. — Я как пиявка. Присосался — и всё. — Присосался, блин, — Сэм засмеялся, пытаясь вывернуться. — Давай уже, а то мы так и приклеимся друг к другу. Дин игриво сопротивлялся, его улыбка становилась всё шире. Он целовал Сэма в шею и плечо, оставляя на коже влажные следы. — Не хочу вылезать... — бормотал он между поцелуями. Сэм извивался, но Дин держал его крепко. — Дин! — засмеялся он, чувствуя щекотку. — Перестань! Дин сдался, когда Сэм принялся щекотать его в ответ. Он взвизгнул от смеха. — Ладно, ладно! — выпустил он Сэма из объятий. — Ты победил. — Спасибо, Ди, ты такой добрый, — Сэм поцеловал его в лоб. Дин фыркнул, но не смог сдержать улыбку. Он обнял Сэма за шею и поцеловал в щёку. — Иди ты, — пробормотал он, но в голосе слышалась лишь нежность. Дин лежал в постели и смотрел на открытую дверь ванной, куда ушёл Сэм. Он улыбался сам себе. — Эй, Сэм? — крикнул он. — Ты там не утонешь? Могу прийти проверить, если хочешь. Из ванной донёсся смех. — Давай уж, приходи проверяй, — отозвался Сэм, и Дин уже вскакивал с постели, направляясь туда с широкой улыбкой. Всё у них будет хорошо.