Конкурс для Оскара

Оскар сидит в кафетерии университета, уткнувшись в свой макбук, когда слышит крики и визги с улицы, сопровождающиеся мощным движком мотоцикла. У Оскара на этот звук чертов Павловский рефлекс. Он прилагает множество усилий, чтобы не обернуться к окну, наверняка зная, кого там увидит. Ландо Норрис — студент третьего курса факультета бизнеса, на год младше Оскара, звезда Moto GP и просто обожаемая персона всех девчонок в университете. Казалось бы, Оскар уже наизусть выучил звук мотора его ярко-зеленого мотоцикла, который он всегда ставит на подножку и приветливо машет облепившим его девочкам своей фирменной улыбкой. Она воспроизводится в голове Оскара, настолько часто он ее видит во всех социальных сетях. Без шуток, вся лента Пиастри пестрит новостями о Норрисе: Ландо взял очередной трофей, обойдя легенду мотоспорта, Ландо увеличил доход компании отца почти в три раза, Ландо станет легендарным выпускником их университета. Оскар буквально самолично выстроил вокруг стену из новостей о Ландо Норрисе, долгое время не желая верить, что он фанатеет. Но именно так это и называется, когда вся твоя лента и галерея в телефоне превращаются в храм поклонения одному единственному человеку. У Оскара на ключах даже брелок с расцветкой шлема Ландо. И одно время он пытался это переработать в себе, записался к психологу. Но когда та сказала, что это просто жизненный этап, и пока Пиастри не начнет караулить объект своего воздыхания у дверей, то и беспокоиться не о чем — он перестал ходить. Ландо Норрис заходит в кафетерий и разрушает эту тонкую пленку тишины, внося какофонию запахов и звуков с собой. И Оскар наконец поднимает на него глаза, а сердце приятно дергается в клетке ребер. Кудрявые и уложенные гелем волосы, создавая мокрый эффект, выбритые виски, кожаный мотоциклистский костюм и тот самый ярко-зеленый шлем в руках. Он улыбается окружившим его девчонкам самой яркой и белозубой улыбкой, а у Оскара ломается что-то внутри. Он звонко хохочет, здоровается с университетской футбольной командой, во главе которой Макс Ферстаппен. Лучший общается с лучшими. Они сталкиваются взглядами лишь на мгновение, но и его хватает, чтобы мир Оскара перевернулся. Вновь. Для Ландо его взгляд точно такой же как и все тысячи других, но для Оскара он значит нечто большее. Ландо скользит по Оскару нечитаемым взглядом, плавно переводя его куда-то вглубь кафетерия, уходя к стойке с едой. Оскару остается лишь гулко сглотнуть и вновь бездумно уставиться в свою статью. Он пытается вернуться мыслями к тексту, но они расплываются, мелкими крупицами собираются в образ Ландо Норриса, на которого хочется обернуться, поймать его взгляд еще раз. Но Оскар впивается ногтями в свою ладонь, чтобы причинить себе боль и не думать о том, кто привлекает все внимание кафетерия. — Хочу быть таким же популярным, — неожиданно напротив садится Логан, только пришедший после пары. Он недовольно оглядывает Норриса и отхлебывает свой кофе. — Ну для начала тебе надо родиться в богатой семье, пойти в мото, начать выигрывать у сильных соперников… — начинает перечислять Оскар, но его перебивают. — Все-все. Не стоит мне пересказывать всю биографию Норриса. Я знаю, что ты выучил ее наизусть, — Оскар от этих слов смущенно прячет глаза за экраном. Он обычно не афиширует свою увлеченность, но это же Логан. Он знает об Оскаре буквально все. — Кстати, ты слышал про конкурс, который устраивают он и его команда? Там что-то типа: проведи день с Ландо Норрисом! «Не упусти возможность взять у него эксклюзивное интервью», — Логан передразнивает голос с рекламы, а Оскар поджимает губы. Конечно, он слышал. Статья, открытая на компьютере — уже третья конкурсная работа. Не то, чтобы Оскар был слишком помешан, но три ночи подряд, в которые он не спал — явно говорят об обратном. Команда под финансированием отца Ландо и правда устроили конкурс среди студентов университета с одним победителем. Нужно было всего лишь написать статью с интервью и предположительными вопросами, которые можно задать Ландо. В основном этим конкурсом занялись студенты факультета журналистики, откуда и был Оскар. Пиастри особо не верил в свой успех, считая свои работы довольно посредственными, но одна мысль, что Ландо прочитает его текст — разжигала пламя. Он был уверен, что Норрис сам будет отбирать финалистов. — Чего завис? — машет перед глазами Оскара Логан. — Не говори, что и ты на это подписался, — но Пиастри лишь самозабвенно пожимает плечами.

🏍️🏍️🏍️

Утро его воскресенья начинается как обычно. Оскар просыпается, ставит компьютер на зарядку из-за вчерашних заданий и собирается на пробежку. Когда он уходит, мама уже вовсю готовит завтрак на семью. Обычно к приходу Оскара уже все бывает готово. На улице стояла все еще теплая осень, поэтому Оскару хватает лишь флисовой кофты. Он бегает обычно около часа, слушая любимую хаус музыку, а когда возвращается, замирает перед площадкой дома, где обычно паркуется отец. Но сейчас там стоял ярко-зеленый мотоцикл. Сердце Оскара дергается в груди, и он хмурится, оглядев мотоцикл несколько раз. Вероятно, двух одинаковых мотоциклов быть не могло в их городке. Когда Пиастри заходит в дом, снимая наушники, его оглушает звонкий смех. И такой до боли знакомый. Он не верит своим глазам, когда видит Ландо Норриса, сидящего за обеденным столом вместе с его сестренкой, пока мама все еще хлопочет по кухне. Роуз первая замечает брата, радостно подскакивая. — Оск! Почему ты раньше не говорил, что у тебя есть такой смешной друг! Он прошел мне тот уровень в игре, про которой я тебе столько говорила! — она поднимает руку с телефоном, а Оскар неосознанно себя щипает. Потому что чёртов Ландо Норрис сидит в их кухне и улыбается Оскару своей самой яркой улыбкой. — Эй, привет, я Ландо. Хотя, наверное, ты и так это знаешь. Но я представляюсь из вежливости, — он тараторит это так быстро, что Оскару приходится напрячь мозг, чтобы разобрать весь его британский акцент. Он все еще был до ужаса хорош, даже в такую рань. Эти черные джинсы, белая футболка и кожанка сверху — все до ужаса просто, но так сексуально. — Я предложила твоему другу позавтракать с нами, — Николь ставит на стол стопку блинов. — Что ты здесь делаешь? — звучит резче, чем он предполагал. — Прости, наверное это прозвучало грубо. — Вовсе нет. Ты выиграл конкурс же. И я тут, чтобы отдать приз. Так называемый, — Ландо звучит так непринужденно, будто пришел поговорить с Оскаром о погоде. Пиастри замирает и вскидывает бровь. — Что? На мгновение на кухне повисает тишина, они просто смотрят друг на друга, хлопая глазами. — Ты не видел сообщение на мэил? Тебе должны были отправить его. — Кажется, нет, — мотает головой Оскар и наконец выходит из ступора, подойдя к стулу напротив Норриса. — Черт, если ты сегодня не можешь, я уйду, — Ландо начинает спешно подниматься под недовольный вздох Роуз. — Нет-нет! Я свободен. Дай мне пятнадцать минут привести себя в порядок и собраться, — Оскару все еще не верится, когда в ответ получает снова эту яркую улыбку, которая теперь посвящена лишь ему одному. — Конечно. — Аккуратнее там, не торопись, — предостерегает Николь, когда Оскар срывается в свою комнату. И выходя из душа он точно не ожидает увидеть сидящего на своей кровати Ландо Норриса. Тот с интересом оглядывает его с ног до головы, а Оскару, стоящему в одних спортивных штанах, вдруг становится неловко под его взглядом. Он словно яд расползается по венам Пиастри, отравляя кровь. — Я без приглашения, — озвучивает мысли Ландо и рефлекторно облизывает губы. А Оскару до одури хочется их облизнуть, попробовать Ландо на вкус. Оскар уверен: он горький и сладкий одновременно. — Не думаю, что тебе оно нужно, — Оскар тут же отворачивается, потому что в какой-то момент выдерживать взгляд Ландо на своем торсе становится невозможно. — Наверное, мне стоило тебе позвонить, — Оскар не видит, стоя спиной, но точно ощущает взгляд Ландо на себе. — У тебя нет моего номера, — напоминает Оскар, натягивая коричневую водолазку. — Уверен? — Оскар резко поворачивается на Ландо, но тот уже разглядывает стену перед столом Пиастри. И только сейчас он осознает, что там висит. Ландо поднимается и, бесцеремонно обойдя Оскара, подходит ближе, разглядывая собственные фотографии. — Никогда не думал, что так нравлюсь тебе. Оскар решает на это ничего не отвечать, потому что просто нечего. Оскар тоже никогда бы не подумал, что будет фанатеть от Ландо Норриса. — Я не готовил план на день и интервью. — Ты можешь использовать вопросы с конкурсной работы, — пожимает плечами Ландо, срывая одну из фотографий. — Это был мой первый кубок в Китае. Не думал, что эту победу кто-то помнит. — Это мой самый любимый заезд, — Оскар опускает взгляд на фото и прикусывает внутреннюю часть губы. — Мой тоже, — его тон становится тише, когда он поворачивает голову на Оскара, и что-то замирает в этот момент. Кажется, это само время. — Почему ты выбрал меня? — вопрос, беспокоящий Оскара. — Ты спросил в своем интервью о том, какое мое любимое созвездие. Далеко не все знают, что я обожаю астрономию. Ты меня зацепил этим. Оскар почти не слышит то, что говорит Ландо. Его дорогой парфюм окутывает все пространство Оскара, его самого с ног до головы. Он неосознанно тянет носом воздух рядом с Норрисом и облизывается. Ландо внимательно прослеживает за траекторией чужого языка и нервно сглатывает. Они завтракают не спеша, а потом Оскар берет пару микрофонов с камерой, идя на улицу. — Умеешь водить мотоцикл? — вдруг спрашивает Ландо. — Да, у меня есть права этой категории. — Отлично, — Ландо тут же кидает Оскару ключи, которые он недоуменно ловит. — Тогда сегодня ты меня катаешь. — Доверишь незнакомому человеку свой мотоцикл? — Но ты не незнакомый! Мы же познакомились утром, — возражает Ландо и кидает второй шлем Оскару в руки. — Поехали, у нас целый день впереди. Оскар начинает осознавать реальность только тогда, когда Ландо обхватывает его руками за пояс и прижимается ближе к спине. — Если честно, думал, что это все инфоповод и не больше. Думал, что поснимаешь с победителем часик и не будет никакого дня, — поворачивается на Ландо Оскар, когда они стоят на светофоре. — Я не врун, — поджимает губы Ландо, умалчивая, что только Оскар достоин такого. Оскар на это ничего не отвечает, вновь опускает визор и газует, когда на светофоре загорается зеленый свет. Они паркуют мотоцикл в парке, и уже в первую минуту Оскар жалеет, что выбрал людное место. Ландо начинают окружать фанаты, протягивая листочки и телефоны для автографов и фото. Оскару почти приходится вытаскивать улыбающегося Ландо из капкана фанатов. — Тебе это нравится, да? — Что именно? — переспрашивает Ландо, когда они идут по тропинке парка. — Внимание, — поясняет Оскар, сунув руки в карманы брюк. — Я не задумывался об этом, если честно. Но я не получаю дискомфорт от внимания, даже наоборот. Мне не дали особо подумать над тем, что я хочу или не хочу. Просто кинули с головой в эту бездну, а медийность пришла сама собой. Поэтому сложно сказать. Иногда я устаю от людей, но всегда внутренне радуюсь, когда меня узнают. — Можно было сказать проще — да, — усмехается Оскар, поворачивая голову на Ландо. — А зачем? Наш диалог не склеится, если я буду односложно отвечать, — Ландо пожимает плечами, а Оскар задумывается, что Норрис точно прав. Ему не хочется говорить, хочется лишь слушать голос Ландо, внимать его словам. Он ведь так долго смотрел на его фото, слышал лишь голос с видео, а сейчас настоящий и живой парень идет рядом и улыбается ему самой яркой улыбкой, ради которой Оскар сжег бы все галактики. — Так… Наши планы на сегодня: отснять интервью и…? — Просто погуляй со мной, — Ландо вдруг тормозит и встает перед Оскаром, из-за чего они слегка сталкиваются. Оскар смотрит в эти глубокие серо-зеленые глаза и тонет, захлебываясь. Он словно голограмма, мозг Оскара не воспринимает реальность, где Ландо вдруг тянется к его волосам и убирает прядь, что лезет в глаз. Он больше положенного держит прикосновение к лицу Оскара, а Пиастри даже не дышит. — Ты не против пары видео? Надо отчитаться, что я выбрал победителя и выложить пару историй. Ландо отходит как ни в чем не бывало, доставая телефон, а Оскару становится душно. Небольшое интервью Оскар решает взять на лавочке в тихом закутке парка. Оскар по памяти вспоминает те вопросы, которые писал на конкурсную программу и наконец впервые вживую ловит эту непринужденность, с которой Ландо отвечает на вопросы. — Ты сказал, тебе понравился вопрос про созвездия. Но ты так и не ответил на него. Так какое твое любимое созвездие? — Центавр. Он похож на меня, такой же двойственный. Я люблю доминировать на трассе, уничтожать соперников, забирать все внимание, но в плане любовных отношений я предпочитаю, чтобы мной управляли, направляли, брали. Оскару вдруг не хватает воздуха и он кашляет в кулак. — Наверное, это мы вырежем, — наконец откашливается Оскар, а Ландо хитро пожимает плечами, наблюдая за реакцией Пиастри. — А что ты предпочитаешь в сексе? Доминировать или подчиняться? — Ландо, я не уверен… — Оскар тушуется. — Ты можешь выключить камеру, если она тебя смущает и просто поговорить со мной, — Ландо закидывает ногу на колено, усаживаясь в более удобную для него позу. — Ты очень милый, но думаю ты именно тот, кто всем управляет, не так ли? Оскар долго заглядывает в глаза Ландо, пытаясь понять, о чем тот думает. — Да, думаю, что так, — наконец соглашается Оскар. — У тебя есть девушка? — Мы, кажется, брали интервью у тебя, — но Ландо цокает и тянется к камере, отключая ее. — Хочу знать, кого ты предпочитаешь. Тебя. Это чудом не срывается с губ Оскара. Он поднимается и кивает в сторону кофейни. — По кофе? Ландо долго мучает его взглядом, но все же поднимается, направляясь в сторону здания. Оскар выбирает свой любимый американо, а Ландо — латте халва. — Я заплачу, — достает карту Ландо. — Я и сам могу, — возражает Оскар, недовольно наблюдая, как Норрис прикладывает свою черную карту к терминалу. Он и забыл, что имеет дело с миллионером буквально. — Знаю, но позволь мне. Это ведь я тебя выдернул в твой выходной. — Напоминает свидание, — и это вылетает из губ Оскара быстрее, чем он успевает подумать. — Разве это плохо? Думал, ты хотел свидание со мной. — Я совру, если скажу, что это не так. Ландо не выглядит удивлённо, он лишь улыбается и забирает свой кофе. Оскар задаёт еще пару вопросов уже в кофейне, решив, что на одно видео вполне хватит. Обратно их везет уже Ландо, и Пиастри отмечает, что за рулем он чувствуется увереннее, нежели он. Ландо привозит его к элитной многоэтажке, снимая шлем перед парадной. — Куда мы приехали? — Ко мне домой, — Ландо даже не смотрит на Оскара, словно боится увидеть отказ. Оскар явно не глупый человек, он замирает у мотоцикла, чуть склонив голову. — Ландо? — Норрис наконец оборачивается и закусывает губу. — Если я предложу тебе потрахаться, ты согласишься? Между ними повисает звенящая тишина, и она длится довольно долго, что Ландо начинает давать заднюю, приподнимая руки в капитулирующем жесте. — Тебе не нужно соглашаться, если ты не хочешь… — Соглашусь. И этого хватает, чтобы они на ощупь нашли кнопку лифта, вваливаясь в него. Оскар тянется к шее Ландо, перехватывая за горло и прижимая к стенке лифта. — Черт, я не спросил как ты любишь, — извиняюще в губы спрашивает Оскар. — Продолжай, молю, — Ландо закатывает глаза и поддается вперед, прося зажать его шею сильнее. Оскар только усмехается, подхватывает его запястья и поднимает над головой Ландо, прижимая к стенке лифта. У Оскара взрывается фейерверк внутри, потому что он лижет языком губы Ландо, мечтая вылизать его всего, без остатка. — Позволишь вылизать тебя?— спрашивает куда-то в шею парня Оскар, а Ландо жалобно стонет. — Блять, — он поглядывает на экран, считая в уме, сколько еще им осталось. В квартиру они заваливаются громко. Оскар тут же прижимает Ландо грудью к тумбочке, с которой летят все вещи на пол. Ландо хватается за тумбочку, ногтями впиваясь в дерево, когда Оскар стягивает с него джинсы с боксерами вниз. Ландо переступает через них и давит стон, когда Оскар руками двигает его ноги шире. Норрис не видит, но слышит шорох сзади, а потом прихожую оглушает громкий стон. Оскар, помогая себе руками, раздвигает две половинки и размашисто лижет между ними. — Твою мать, Оск, — с придыханием шепчет Ландо и закрывает себе рот рукой, сдерживая стоны, но его слегка ударяют ладонью по ягоднице. — Не закрывай, я хочу слышать твои стоны, — и Ландо до ужаса кроет от этого приказного тона. Язык Оскара очерчивает контур входа, а Ландо почти скулит. От эмоций и возбуждения его простреливает. Он видит еле заметные в темноте прихожей их силуэты в зеркале и задыхается, когда горячий язык проникает во внутрь. — Оск, прошу, — выходит совсем тихо, но этого хватает, чтобы Оскар послушно выпрямился, оттолкнул джинсы Ландо в сторону и, подхватив под ягодицы, на ощупь понес его в другую сторону. Оскар прогадывает с этим, не зная планировку квартиры, поэтому голая задница Ландо оказывается на столешнице в кухне. Оскар целуется медленно, глубоко и грязно, отчего у Норриса внутри морские узлы завязываются. Член предательски ноет, налившись красным, а раздраженный языком вход зудит. — Если так хотел свидания со мной, необязательно было так стараться ради конкурса. Честно говоря, я бы тебя и так выбрал. Совру, если скажу, что этот конкурс — не один огромный фарс, чтобы провести с тобой день. — Если так хотел со мной свидания, не стоило так париться с конкурсом, — парирует Оскар ему в губы, стоя все еще между разведанных ног Ландо. — Черт, как ты хорош. Один — один. Ландо вновь целует Оскара и тянет его водолазку вверх, открывая вид на рельефный торс. Он торопливо слазит со столешницы, чтобы в следующее мгновение размашисто облизать от пупка до сосков. С губ Оскара слетает неожиданный вздох, а рука заползает в кудри Ландо, сжимая их. — Сними с себя эти брюки и трахни меня уже. Спальня в соседней комнате. В следующее мгновение Ландо выскальзывает из объятий Оскара, чуть отходит в сторону, показательно снимая кожанку и футболку, оставаясь в одних кроссовках и белых носках. Он знает, что у Оскара от ожидания слюна собирается во рту. Его голый силуэт освещается лишь светом луны из окна. Ландо гипнотически манит его пальцем в комнату, а Оскару остается лишь молча следовать за ним. — Было смешно наблюдать, как ты каждый раз облизываешь меня взглядом. Признайся, ты дрочил на мои фото в душе или перед сном. — Пальцев на руках не хватит, чтобы сосчитать, сколько раз я это делал. Ландо улыбается и наконец падает на черные простыни, вальяжно раздвинув ноги. — Ты молодец, Оск, выиграл конкурс. В качестве приза я разрешу тебе выбрать одну вещь из той коробки, — он кивком головы указывает на красную коробку под кроватью, к которой Оскар тянется. Дыхание замедляется, когда он видит целое разнообразие игрушек для секса. — Ты ведь не предполагал, верно? — Ландо довольно скалится. — Разрешаю выбрать только одно. — Ландо Норрис — восходящая звезда мото-гонок любит, когда его трахают пожестче, а под его кроватью коробка с секс-игрушками. Вот это сенсация будет, — Оскар подхватывает двумя пальцами наручники, отбрасывая в сторону коробку, которая со звоном падает на пол. Ландо же в предвкушении прикусывает губу. — А еще я ловлю экстаз, когда меня хвалят. — Тогда тебе нужно постараться быть послушным мальчиком, — Оскар склоняется над ним, застегивая запястья наручниками. Ландо поджимает губы, а Оскар улыбается. И эта улыбка отзывается у Ландо болезненным спазмом в животе, потому что это была самая настоящая улыбка дьявола. Оскар ведет подушечками пальцев по торсу Ландо, вызывая табун мурашек. — Ты ведь будешь хорошим мальчиком? — он тормозит пальцами на пупке, чуть надавливая, а из губ Ландо вырывается согласный стон. — Если попросишь, я помогу тебе с этим, — он кивает на истекающий смазкой и налитый кровью член. — Да-а, Оск, пожалуйста, умоляю, — лепечет Ландо, зажмурив глаза. Оскар согласно кивает и наклоняется к члену Ландо. Он заглатывает сразу половину без нежных поцелуев и языка, вызывая у Ландо громкий стон и звезды перед глазами. — Ох, Оск, — шепчет Ландо, дергая руками, а наручники неприятно звенят, не давая и шанса выбраться. Оскар языком очерчивает контур вен и заглатывает полностью, отчего Ландо бьется затылком о спинку кровати. — Пожалуйста, Оск, молю, я хочу кончить. — Дождись разрешения, — безапелляционно отрезает Оскар, а у Ландо собираются слезы в уголках глаз от ноющей боли. Оскар облизывает ствол еще раз и поднимается, склоняясь над лицом Ландо. Он сцеловывает одинокую слезу. — Ты умница, Ландо, хороший мальчик. Так хорошо держишься. Ты заслужил награду. Кончи для меня, — последнее он шепчет в губы Ландо. Оскару хватает пары движений рукой, чтобы Ландо бурно кончил ему в кулак с громким стоном. Оскар глубоко вдыхает воздух, комната буквально пропахла сексом. Он поднимается и отходит в сторону, оглядывая комнату в поисках нужного предмета. — Тумба в столе, — выдавливает из себя Ландо и закусывает губу, когда Оскар достает из указанного ящика презерватив и смазку. Он вновь нависает над Ландо, снимает злосчастные наручники и закидывает ноги парня себе на плечи. Оскар входит одним толчком, а Ландо в ту же секунду запускает руки в его русые волосы и вновь стонет от переизбытка чувств и эмоций. По комнате разносится равномерный звук шлепков, смешиваемый со вздохами Оскара и стонами Ландо. — Ты заставил меня поломать голову, как предложить тебе встречаться, — закидывает голову Ландо. — Столько усилий. Ты мог просто подойти и предложить потрахаться, я бы не отказал. — О да, твои взгляды на меня были сумасшедшими. Я сейчас кончу. Снова. Оскар делает пару глубоких толчков, помогая рукой Ландо, и они кончают одновременно, словив самый мощный оргазм. Оскар падает на грудь Ландо, глубоко вдохнув спертый воздух. — Завтра весь университет будет твердить о том, что у нас было свидание, — подает голос Оскар. — Ну и пусть. Главное, что теперь я могу просто просить тебя трахнуть меня, а не представлять твое лицо в голове, дроча под одеялом. — Ты дрочил на меня? — поднимает голову Оскар, заглядывая в лицо Ландо. — А ты нет? Оскар в ответ лишь хмыкает, вновь укладывая голову на грудь Ландо. Ни одна его даже самая влажная мечта не имела такой концовки. Но сейчас Оскар обнимает того, за кем следил долгие годы, кто был так далек. Оказалось, что не так уж и далек.