К М. Письма в стол

Дорогая М. С момента нашей разлуки прошло 7 лет. Мне жаль, что я не смогла ответить на твою нежную любовь ко мне. Я была для тебя той героиней посредственного произведения, о которой зрители бы говорили, что она «стерва», потому что, дескать, не полюбила героя после всех его подвигов. Сейчас я понимаю, что любовь это не только и не столько про «за что-то». Любовь это про безусловное, бесцельное и беспричинное принятие. Если любовь только «за что-то», скорее всего, это игра каких-то эквивалентов, выгодный взаимообмен. Меж тем, подлинные чувства, подлинный чистосердечный этический акт никогда не нуждаются во взаимности и ответе. Мои чувства мне не в полной мере подконтрольны, поэтому я никогда не смогу полюбить «за что-то», пусть даже это будут самые великие свершения, достойные вознесения, или несметные богатства. Я перед тобой виновата во многом, но не в этом. Тем не менее, я вспоминаю тебя с улыбкой, думая о том, как ты неудачно попыталась покрасить волосы и выглядела очень мило с прядями цвета зелёнки :) Моя память по каким-то причинам бросила якорь там, решив навсегда остаться в пасмурном осеннем дне, в автобусе, где ты меня впервые взяла за руку. Если бы ты знала, каким волнительным был для меня тот момент. Мягкость твоей тёплой руки сбила меня с ног: я мгновенно потерялась, почувствовав жар и утратив дар речи. Язык неумело заплетался, пытаясь найти, что сказать. По телу распространилась дрожь от страха: что делать? Как будто все слова застряли рыбными костями где-то в горле, руки не слушались, я вся сгорала в тревоге, панически перебирая возможные решения этой головоломки вселенских масштабов. Такие ситуации чудовищно перегружают, потому что не поддаются расчётам и требуют отпустить контроль, чтобы всё происходило само собой — у меня не получается "само собой". Обычно я подражаю произведениям или другим людям, имитируя мимику, движения, слова и паузы. Как и обычно, я захотела расплакаться не в силах найти походящее решение. В горле появился комок, внутри скопился бушующий океан эмоций — цунами, сдерживаемое тонкой паутинкой, едва выдерживающей вес сухого листика. Я обернулась, чтобы посмотреть на тебя и увидела бездонно синие широко раскрытые глаза: они ослепительно сияли в свете пасмурного дня как два кристально чистых сапфира, весь мир рядом с ними казался безжизненно чёрно-белым. Взгляды... Я не выношу чужих взглядов и поэтому никогда не смотрю людям в глаза. Глаза честнее любых слов и поступков. Больше всего я не выношу, когда они не совпадают с мимикой лица, движением губ, улыбки, голосом и теми эмоциями, которые в него закладывают. Чужой взгляд — бездна невыраженных чувств, эмоций, желаний, молчаливых требований, ожиданий и непрошенных оценок. Дорогая М... Я никогда не смогу забыть твой взгляд, потому что он один из тех немногих, в которых я не встречала никакого смущения и букв, складывавшихся в слово "Фрик". Мне не хотелось удавиться после встреч с тобой. Когда мы виделись, я не чувствовала на себе груз твоих немых ожиданий, который часто сваливается на меня и берёт под контроль, заставляя делать и говорить лишь то, что от меня хотят услышать. Во время нашего знакомства мне было очень тяжело. Я так и не смогла тебе рассказать о том, что произошло в моей жизни, потому что это шокировало бы тебя. Именно тогда появилось то чувство, которое преследует меня до сих пор — чувство, что я побывала «по ту сторону» и безвозвратно изменилась коренным образом — настолько, что во вселенной теперь нет ни одного существа, способного меня понять. В нашу последнюю встречу ты провожала меня на вокзале, шёл снег. Снежинки, упавшие на мех твоей куртки и шапку сверкали маленькими алмазами в свете уличных фонарей. Ты так трепетно подходила к нашим встречам, стараясь выглядеть безупречно. Я тебе об этом не говорила, но ты была очаровательна. Спасибо, что принесла мне такой Великий Дар своей трансцендентной красоты. Всякий раз, когда мы виделись, твоё лицо ослепительно переливалось всеми цветами чувственного спектра — ярче чем небесное полотно и расплескавшийся по нему млечный путь. Тогда я только дочитала Ромена Роллана "Жан Кристоф". Помнишь мой любимый отрывок? «Считается, что живешь, считается, что приобрел какой-то опыт в жизни, и внезапно оказывается, что ничего-то ты не знал, ничего-то ты не видел, что жил доселе за плотной завесой иллюзий, сотканной усилиями твоего собственного ума, и за этой завесой не разглядел страшного лика действительности. Нет ничего общего между идеей страдания и живым существом, которое страдает и исходит кровью. Нет ничего общего между мыслью о смерти и судорогами тела и души, мятущейся в предсмертной муке. Все людские слова, вся человеческая премудрость - все это лишь игра деревянных паяцев из театра ужасов в траурном сиянии реальности, где жалкие существа из праха и крови в отчаянном и тщетном усилии цепляются за жизнь, которую подтачивает каждый убывающий час». Теперь же я с собой везде таскала «Евангелие от Иисуса» Жозе Сарамаго — мы забирали эту книгу вместе из «Читай Города». Это последнее большое художественное произведение в моей жизни, которое я прочту. Я помню день, когда ты писала мне в последний раз. Тёмный вечер, я больше двух недель не появлялась на учёбе, ты очень сильно переживала, что меня отчислят и оказалась права, потому что меня отчислили спустя полгода :) Ты мне написала совершенно справедливый вопрос, после которого я удалила свою страницу и осталась одна. По каким-то причинам я всегда лишь наблюдаю за тем, как передо мной происходит что-то плохое. Как уходят люди, разрушается моя собственная жизнь и мир вокруг. Я как будто застываю и не могу произнести ни слова, безмолвно глядя на происходящее. До недавнего времени ты и многие другие всплывали в моей голове призраками-истязателями. Сейчас же я возвращаюсь к тебе для того, чтобы... вновь ощутить твоё тепло и увидеть бездонную бесконечно синюю пропасть твоих очаровательных глаз. Эти глаза... я помню, как они ревностно горели, когда ты меня провожала и на остановке к нам подошёл мой одногруппник. Ты была такой милой в своей чёрной злобе и в том, как огрызалась на него :) Сейчас у меня всё хорошо, но цена, которую я заплатила — всё, что у меня было. Бесконечная необходимость жертвовать всем, что я имею, привела к инфляции. Я знаю: всё, что у меня есть, пойдёт прахом. Я не заберу с собой ни одной вещи, случай нарушит все планы. Люди уйдут. Моя жизнь вновь разрушится, пока я буду наблюдать за происходящим. Ничто не имеет какой-либо ценности. Ни за что не цепляться, не возводить в ранг сверхценности. Единственное, что будет со мной до последнего вздоха — это я, но даже я завтра стану другой: истина обернётся ложью, драма — комедией, выдумка — явью. Старый нарратив перепишется. Факты интерпретируются заново. Прости, что я не смогла разделить твои хрупкие нежные чувства ко мне. Иногда я испытывала желание что-то тебе написать, но сейчас поняла, что не хочу о себе напоминать и надеюсь, что ты меня забыла. Порой хочу, чтобы все люди, с которыми я была близко знакома, навсегда про меня забыли и не вспоминали, будто меня никогда не существовало вовсе. Я хочу быть невидимой, незаметной. Прожить жизнь едва уловимым касанием ласкового весеннего ветерка с запахом цветущей черемухи, чтобы никто не понял, была ли я на самом деле. Чтобы никто не мог описать моё лицо и вспомнить имя. Не оставить после себя ни одного следа. Любовь это внимание без желания иметь власть над тем, кого ты любишь. Я бесконечно люблю жизнь, мир, каждого человека в нём. Я бесконечно люблю тебя и всех, кто был со мной рядом. Пусть моё внимание коснётся тебя лишь едва уловимым майским теплом. Жаль, что я не умею быть хорошей подругой, девушкой, человеком. Моя дорогая М., твои тёплые чуть влажные маленькие руки всегда будут согревать меня в зимнюю стужу. Люблю тебя, твоя Е.... или? :) ------ Обнявшись, замрем под наркозом Забудь. Кроваво чёрное ничто. Сульфат циркония. Максим. К. С. Г.