Блины по рецепту Арины Родионовны

      На кухне было душно. Около плиты терпеливо стоял Романов, иногда поворачиваясь к сковороде, дабы перевернуть ароматный блинчик. Саша уже давно планировал приготовить их по рецепту Арины Родионовны, и вот момент подвернулся – Масленица, да и настроение позволяло. Налив в сковороду ещё немного пышного нежно-розового теста, Саша облокотился на кухонный гарнитур, скучающе вздыхая. Уж слишком рано он сегодня встал. Миша ещё спал, да даже Нева, что всегда вставал вместе с хозяином, посапывал на диване рядом, мило свернувшись клубочком. Саша снял поджаренное изделие, наливая новый половник в сковороду, аккуратно распределяя тесто по поверхности. "Последний", – подумал Саша, удовлетворительно вздыхая. В коридоре послышались шаги, а после хлопнула дальняя дверь. Через 10 минут в кухню вошёл Миша, уже умытый и в своей излюбленной красной футболке и свободных серых штанах. Старший сразу подошёл к Саше, обнял того и сонно пробурчал: - Доброе утро. - Доброе, – Саша обнял его в ответ, поглаживая по спине. - Миш, носки бы одел, – предупредительно сказал Саша, поглядывая на голые ступни мужа. На что Миша сонно махнул рукой, уютнее устраиваясь на чужой груди. Саша давно заметил эту странную привычку у многих старых городов. Даже Святогор Рюрикович дома ходил босой. - Миш, а почему ты всегда дома без носков ходишь? – спросил Саша ,выпуская Мишу из объятий и снимая финальный блинчик, кладя его на верх небольшой стопочки . - Да привык как-то, – пожимая плечами, ответил Миша, доставая нижний блин и и откусывая его . - Ммм, вкусно, а чего они розовые? Ты краситель добавлял что ли? – поинтересовался Миша, начиная медленно жевать. А после удивлённо вскинул брови, будто что-то вспомнив. - Нет, это свекольный сок, я их по рецепту Арины Родионовны сделал, давно хотел, времени не было. - А что, не вкусно? – Саша заметил странную реакцию мужа и решил сам попробовать. – Вкусно. Блинчики получились нежными и красивыми. - Да нет, вкусно даже очень, просто мне Родион как-то похожие сделал, – задумчиво проговорил Миша, нажимая электрический чайник. Саша заинтересованно смотрел на блондина, тот редко рассказывал истории из детства. - Помню, Масленицу справляли, там гулянки, песенки, блинчики, а я мелкий был вредный, капризный, ну и что-то не захотел есть обычные, Димка меня и так и сяк упрашивал поесть, а я же голодный тогда бегал, мол не буду, не буду, а Родион потом приготовил похожие, так я всю тарелку в один рот съел, Димка тогда только и успевал молока мне подливать. Миша не поворачиваясь говорил тихо и спокойно. Вспоминать прошлое грустно, особенно когда кого-то из твоих воспоминаний уже нет. Миша знал Родиона, знал и Диму, что был для него старшим братом, примером, защитником и поддержкой, когда он был совсем маленьким крохой, только появившимся в этом жестоком мире. Молчали возлюбленные недолго. - Напиши ему, — коротко сказал Романов, смотря на задумчивого мужа. Михаил не ответил, лишь поставил две кружки чая на стол, наблюдая, как Саша в центр стола водрузил стопку блинов. А после принялся расставлять розетки с вареньем и мёдом, не забыв про домашнюю сметану. Миша не любил покупные джемы и варенье, предпочитая домашнее. Смоленск, конечно, про это знал и каждый раз давал своей звёздочке охапку банок с различными ягодами. Вот и сейчас взяв розовенький блин и намазав на него сначала сметану, а потом тоненькой дорожкой черничное варенье. Скрутив его, Миша откусил. Ели они в тишине. Саша, наложив себе малинового варенья, с удовольствием его уплетал, заедая сметаной. — Вкусно, Саш, спасибо большое, — довольно улыбаясь, поблагодарил Миша, убирая за собой тарелку в посудомоечную машину . — Не за что, — Саша быстро запустил машину и ушёл в ванную. Москва не много постоял кухне, задумчиво глядя в окно. Он словно собираясь с мыслями и силами, а после решительно пошёл в спальню. На прикроватной тумбочке лежал новенький iPhone в чехле с гербом России. Разблокировав устройство и зайдя в Telegram, Михаил в архивах откопал давно заблокированный чат. "Днепровский Дмитрий Олегович" – гласило название, и Миша, разблокировав абонента, застыл, смотря в пустой чат. Вся переписка давно была удалена у обоих, контакты намеренно утеряны, а номера заблокированы и сменены, по крайней мере так думал Миша и Дмитрий. Но тут оба брата ошиблись: никто и ничего не менял, разве только заблокировали друг друга, да и в чёрный список кинули. Это было сложнее, чем думал Миша. Обычно он совсем не боялся кому-то писать, звонить, спрашивать, но сейчас боялся. Как тогда, когда он был ещё совсем ребёнком и жался на тёплой печке под пушистым одеялом, потому что Коля напугал его бабайкой. Саша опять гремел на кухне, убирал всё со стола в холодильник. А Миша всё сидел и пялился в телефон: надо было написать, надо с точки зрения морали, брат как ни как, но с другой стороны – война, они враги, и писать ему сейчас – предать страну и себя. Он же так яростно доказывал себе, что ему не нужен такой брат, а оказывается, что нужен? Миша не знал, но знал точно: надо написать и быстро. Что он и сделал буквально на одном дыхании. Он даже подумал, может просто картинку с поздравлением кинуть, но быстро отмёл эту идею. Не сейчас, может быть потом, когда всё встанет на круги своя. В чат отправилось короткое "С праздником". Миша поджал губы, голова разболелась. Он не ожидал ответа, он ничего не ожидал, он просто хотел как раньше, но, увы,как раньше уже не будет. Хотя они же воплощения, и даже война не сможет сразу поменять отношения, что строились веками между ними. Появилось огромное желание удалить сообщение и вернуть всё как было, кинуть в блок, а после в архив, но его остановило всего лишь одно уведомление: " І тебе." . Всё-таки на Масленицу принято прощать и просить прощения, может быть они и попросили друг у друга таким способом? А может Дима просто устал от всего этого, или он тоже скучает по братьям и хочет всё как раньше. Миша не знал точного ответа, но он знал точно: этот диалог спустя 4 года был каплей в море недопонимания и обид, которые надо будет решать в дальнейшем, и Миша решит обязательно решит, ведь Дима, как ни крути, его брат. А Москва не из тех, кто разбрасывается близкими людьми.