Поцелуй меня один раз... Поцелуй меня дважды...

Поцелуй меня один раз, потом поцелуй меня дважды, а потом поцелуй меня ещё раз

Как же давно это было

Я не чувствовал ничего подобного, моя дорогая, с тех пор, как не могу вспомнить

Как же давно это было

***

Всю дорогу до своего магазина Азирафаэль возился с ручками сумки для книг. Он украдкой поглядывал на демона, который ловко лавировал между обломками, несмотря на обязательное затемнение и невероятную скорость, с которой он двигался. Семьдесят девять лет в его жизни не было демона, и Азирафаэль чувствовал боль каждый год из этих лет. Он пронёс её через десятилетия - тяжёлую печаль и сожаление о их последнем разговоре. Осознание того, что его чувства не будут взаимными, что он, как и всегда, был средством для достижения цели. Он должен был ненавидеть Кроули за это, но не мог. Любовь выставляет нас всех дураками. Но теперь его книги были в безопасности. Он был в безопасности. Кроули поспешил покинуть освящённую землю, чтобы спасти его. После всего, что сказал ему ангел, Кроули вернулся. А потом он вспомнил о книгах. Этого было достаточно, чтобы Азирафаэль начал думать, что Кроули может испытывать к нему те же чувства, но волна любви, захлестнувшая ангела, когда Кроули очень мягко и нежно предложил подвезти его до дома, выбила из него все дух. - Что ты об этом думаешь? - Прости, - сказал Азирафаэль, выходя из оцепенения, - что ты сказал? Кроули закатил глаза: - Ты слышал хоть что-нибудь из того, что я сказал за последние пять минут, ангел? Азирафаэль открыл рот, но тут же закрыл его. Он был слишком погружён в свои мысли и не обратил внимания ни на одно слово Кроули. - Я спрашивал, - с нежностью произнес Кроули, - что ты об этом думаешь? Я имею в виду Бентли. - О да, конечно, - запнулся Азирафаэль, внезапно обрадовавшись, что в темноте не видно, как краснеют его щёки и кончики ушей, - это очень милая безлошадная повозка, мой дорогой, но не мог бы ты ехать чуть помедленнее? Кроули лишь ухмыльнулся и прибавил скорость: - Серьезно, ангел, это называется машина, на дворе 20-й век, черт возьми. Азирафаэль кивнул и снова уставился в лобовое стекло, стараясь не потерять завтрак из-за нелепой манеры вождения Кроули. Азирафаэль никогда не любил крайности и предпочитал твёрдо стоять на земле, спасибо большое. Но в глубине души он знал, что они оба балансируют на грани: с одной стороны - то, как всё было, а с другой - то, как всё может быть. Вопрос только в том, насколько храбрым может быть Азирафаэль? Когда они подъехали к книжному магазину, воздух в Бентли был наэлектризован. "Будь смелее", - сказал себе Азирафаэль, - "он пытается всё исправить, просто ответь ему тем же". - Не хочешь ли ты... - Наверное, мне следует... Они оба начали одновременно. Кроули жестом велел Азирафаэлю продолжать. - Я тут подумал, что у меня есть очень хорошая бутылка "Шато Петрюс" 1929 года, которую я давно хотел открыть, - сказал Азирафаэль, жалея, что Кроули не носит очки и он не может лучше разглядеть выражение лица своего друга, - было бы здорово наконец-то выпить её в хорошей компании. Он закрыл глаза, произнося эти слова, полностью ожидая отказа, но снова открыл их, услышав насмешливое фырканье. - Теперь мы зовём меня в приличную компанию, ангел? - с ухмылкой сказал Кроули, заглушая мотор. - Ну, по крайней мере, для меня, - ответил ангел, слегка расслабляясь, - в конце концов, прошло уже много-много времени. - Да, так и есть, не правда ли? Они вошли в книжный магазин, возвращаясь к старым привычкам, как будто и не было этих лет. Кроули швырнул шляпу на прилавок, полностью проигнорировав вешалку для шляп, и прокрался в подсобку, где рухнул на диван. Азирафаэль достал вино и два бокала и присоединился к нему. Подумав немного, он поставил пластинку на граммофон. Ангелу очень нравился этот новый стиль музыки, который появился по ту сторону океана. Они называли его "свинг". Ему нравилось мягкое и спокойное звучание труб и саксофонов; оно казалось ему приятным. Они всё говорили и говорили о всякой чепухе, но в основном говорил Кроули. Азирафаэль всё ещё переживал из-за тех восьмидесяти пропущенных лет, а Кроули демонстративно не упоминал о них. Азирафаэлю было любопытно. Ему не следовало этого делать, но вино приятно затуманивало разум и придавало уверенности. - И теперь у них есть устройства, которые измеряют землетрясения, можешь себе представить? - сказал Кроули, взмахнув бокалом с вином, чудом не пролив ни капли. Он улыбался от уха до уха, как всегда, воодушевлённый тем, что придумывают эти умные люди. "Я люблю его", - подумал Азирафаэль, - "я люблю этого нелепого демона". - Где ты был последние восемьдесят лет? Азирафаэль пожалел о своих словах почти сразу же, как только их произнёс, но он хотел... нет, должен был знать. Лицо Кроули помрачнело, и в воздухе повисло напряжение, как будто небесное существо протрезвело. - Просто, - продолжил ангел, не видя другого выхода, кроме как сказать всё как есть, - я действительно скучал по тебе; я ненавижу то, что произошло тогда. Я не виню тебя, если ты мне не веришь. И, ну, видеть тебя здесь сейчас... Он рискнул бросить взгляд на демона и увидел, что тот не поддаётся чтению. Азирафаэль вздохнул, встал с кресла и подошёл к дивану. - Дорогой, ты же знаешь, что мне не нужны эти глупости, - сказал Азирафаэль, медленно протягивая руку к очкам Кроули и останавливаясь в последний момент, - можно? Кроули едва заметно кивнул, и Азирафаэль снял очки, аккуратно сложил их и положил на приставной столик. Демон подвинулся, освобождая место для Азирафаэля на диване, но по-прежнему не произносил ни слова. - На чём я остановился? - Азирафаэль глубоко вздохнул и взял себя в руки. Было бы несправедливо по отношению к Кроули вести этот разговор в состоянии алкогольного опьянения, и раз уж Азирафаэль ступил на этот путь, он должен пройти его до конца. - Теперь, когда ты здесь, мой дорогой, снова в магазине, как будто и не уходил, я просто... ну, мне нужно знать... - Спал, - перебил его Кроули шёпотом. - Спал? - чего бы ни ожидал Азирафаэль, это было не то, что он услышал, - восемьдесят лет? - Большую часть этого времени, да, - Кроули перевёл взгляд куда угодно, только не на лицо Азирафаэля, - не было особого смысла бодрствовать. - С какой стати? - спросил Азирафаэль, слегка усмехнувшись, - у ваших людей что, мало соблазнов поработать? Должен признаться, я и сам никогда особо не любил спать, но, полагаю, если бы мне стало скучно... - Потому что ты не был... - голос Кроули зазвучал чуть выше, когда он снова перебил Азирафаэля. Его руки дрожали. Азирафаэль никогда раньше не видел его таким взволнованным. Кроули закрыл глаза и сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться. - Нет особого смысла бодрствовать и что-то переживать, если рядом нет тебя, с кем можно это пережить, вот и всё. Взгляд Кроули наконец остановился на Азирафаэле. Раскалённый янтарь встретился с глубокой синевой. Зрачки Кроули расширились, как это обычно случалось, когда он был ошеломлён. В воздухе висел тот же электрический заряд. Азирафаэль снова оказался на краю пропасти, на острие ножа, на меловой скале над морем. Ему оставалось только упасть. Но сейчас он мог лишь сидеть в оцепенении. - Азирафаэль, - произнёс Кроули его имя с благоговением, похожим на поклонение; с любовью, просачивающейся между каждой линией и изгибом написанного имени. Другого выбора не было; они оба сделали этот выбор давным-давно. На стене, в саду, под дождём. - О, Кроули, - успел выдохнуть Азирафаэль, прежде чем они врезались друг в друга посреди дивана, обхватив друг друга руками и остановившись в миллиметре друг от друга. - Азирафель, - тихо сказал Кроули, проводя пальцами по непостижимым узорам на завитках волос на затылке ангела, - ты уверен, что хочешь этого? Если мы это сделаем, я... я не смогу вернуться, не смогу остановиться. Если Рай или Ад... - Да пошли они все, - перебил его Азирафаэль, - прошло слишком много времени, и я слишком сильно по тебе скучал. Кроме того, с чего ты взял, что я когда-нибудь захочу остановиться? Глаза Кроули загорелись, и Азирафаэль растаял от этого зрелища, сократив разделявшее их расстояние до последнего вздоха. Губы искали губы, и это желание копилось тысячелетиями. Первый поцелуй был страстным и отчаянным, неуклюжим и неловким, с обилием зубов. Они оба рассмеялись, радуясь тому, что наконец-то дошли до этого момента, и не придавая этому значения. - Азирафаэль, я... - начал Кроули, но его прервали губы ангела, снова прижавшиеся к его губам. - Позже, мой дорогой, слова могут подождать, - сказал Азирафаэль почти прямо в губы демону, - поцелуй меня ещё раз. Кроули не нужно было повторять дважды. Он толкнул ангела обратно на диван и снова прижался к его губам, на этот раз целуя более страстно. - Ты хоть представляешь, - спросил его Кроули, сопровождая слова поцелуями в щёки и вдоль подбородка ангела, - как сильно я по тебе скучал? Азирафаэль запустил руки в медные волосы Кроули. - Не представлял, - признался он, слегка задыхаясь, - но, кажется, начинаю понимать. - Ты мне снился, - сказал Кроули, возившийся с галстуком ангела, - постоянно, столько снов, что и не сосчитать. - Я искал тебя, - выдохнул Азирафаэль, когда Кроули одержал победу в борьбе с галстуком и переключился на шею ангела, -везде, куда бы я ни пошёл, в надежде увидеть тебя. В надежде извиниться... - Не нужно, ангел, мы уже здесь, - Кроули снова поцеловал Азирафаэля, на этот раз с бесконечной нежностью, а затем отстранился и нежно провёл большим пальцем по подбородку ангела, - никаких извинений. Азирафаэль улыбнулся ему в ответ, глядя, как в янтарных глазах мерцает свет свечи. - Никаких извинений. Они целовались ещё немного, постепенно замедляясь, пока сквозь щели в картонных ставнях не начали пробиваться лучи рассвета. Кроули вздохнул и прижался к груди Азирафаэля. - Ты собираешься спать? - спросил ангел, целуя демона в волосы. - Возможно, - демон прижался еще ближе, собственнически обвив ангела рукой, - уверен, что на этот раз сны не будут такими пустыми. - Ну, я никуда не уйду, дорогой, - улыбнулся Азирафаэль и откинул волосы Кроули назад, - пусть тебе приснится все, что тебе больше нравится. - В этом нет необходимости, - невнятно сказал ему Кроули, уже находясь на пути ко сну, - ты прямо здесь. Азирафаэль почувствовал, как в уголке глаза у него защипало от нахлынувшей уязвимости. Он поцеловал Кроули в висок, решив дать ему поспать. Они обсудят детали позже. Планы на случай непредвиденных обстоятельств и тому подобное. А пока в этом маленьком книжном магазине в Сохо они были друг у друга. И никто не отнимет их друг у друга.