Шашлык

Тяжелые вздохи эхом раздавались по комнате, создавая липкую атмосферу страсти и желания, растекающуюся будто вязкое кровавое пятно. В тихом полумраке отчетливо ощущалось напряжение, сковывающее по рукам и ногам, заставляющее мысли путаться. Поджатый хвост зверолюда мелко подрагивал от прикосновений, которые пробивали будто электричеством по всему телу. Мелкие поцелуи, засосы, пронзающие плоть с особой нежностью чужие зубы, которые потом обязательно оставят за собой следы или даже мелкие шрамы в районе шеи и груди. Эссор просто не мог выдержать такого количества прикосновений и этой давящей атмосферы. Любит ли он Клавтара? Он бы соврал, если бы сказал, что любит. Симпатия, может быть, и была, но разве не рано называть мимолетное влечение любовью? Однако, Клавтару это совсем не мешало ласкать тело возлюбленного, прокусывая кожу до мелких кровоточащих ран, заставляя того задыхаться от ощущений и чувствовать то, чего возможно и нет вовсе. Эта ночь была их первой и, скорее всего, последней. Так думал Эссор: "Легко разойтись кораблям в море, когда волны плещут лишь в одну сторону", и они оба понимали, что это лишь на одну ночь. Долгую,бессонную ночь, заставляющую сердце отбивать ритм барабана, а обычно звонкий голос зверолюда дрожать и лишь иногда прерывать тишину хриплыми вздохами, полными безысходности от осознания его нынешнего положения. И почему ему это вообще нравится?... Эссор чувствовал себя загнанным в угол котенком. Он думал, что не чувствовал ничего к этому человеку, но отчего-то чужие руки на теле ощущались так горячо, а каждое прикосновение заставляло щеки гореть алым и глаза жмуриться в наслаждении. Этот человек... Они с Клавтаром ведь были знакомы достаточно давно, а сейчас эти до боли знакомые руки так нежны и обходительны с ним. Эти губы целуют его тело, а родной в какой-то степени голос шепчет на ухо что-то, что совсем не подобает их статусу старых знакомых и совсем разрушает все рамки и, казалось бы, уже давно обозначенные между ними границы. Кажется, скоро он сойдет с ума с этим парнем...