Заодно с судьбой

Начало лета выдалось на удивление жарким. Адепты Юньмэна умирали от жары. И Цзян Чэн, конечно, не был исключением. Впрочем, он, как заклинатель высокого уровня легче справлялся с раскаленной температурой воздуха. В Пристани Лотоса существовало место, отведённое специально для тренировок главы. Там Цзян Чэн в одиночестве мог проводить часы за тяжёлыми тренировками. Это был небольшой деревянный помост, скрытый от посторонних глаз несколькими шторами-полотнами ши, а так же газовыми занавесями. Это место, окружённое деревьями, было расположено на маленьком островке, который окружался прудами с уже расцветшими лотосами. В начале июня даже здесь, под крышей и занавесками было нестерпимо жарко. Однако Цзян Чэн не пропустил утреннюю тренировку. К полудню солнце взошло высоко, однако из-за деревьев и полотен, на тренировочном поле главы царил полумрак. Только в некоторых местах через свободное от штор пространство падали яркие солнечные лучи, в которых пылинки, витавшие в воздухе были видны особенно отчётливо. Даже скинув верхнее одеяние и оставшись только в простых штанах, Цзян Чэн чувствовал, как по телу стекают капли пота. Устав и едва не умерев от жары, он наконец отбросил длинный меч, с которым тренировался несколько часов. Утерев пот со лба, Цзян Чэн поискал глазами кувшин с водой, однако тот оказался пустым. С досадой он направился к выходу с площадки, чтобы набрать воды в роднике, однако, в тот момент, когда он поднял взгляд, встретился с темными широко распахнутыми глазами. На входе стоял Сичэнь, который ошарашенно уставился на него и застыл на месте. - Гэ! В голосе Цзян Чэна смешались удивление и радость. Эта была их первая встреча за несколько месяцев, но в первую секунду они просто замерли, глядя друг на друга. Внезапно Сичэнь закрыл себе глаза рукой: - П-прости, я не знал, что ты тренируешься в таком виде! - Ха? - брови Цзян Чэна взметнулись вверх, после чего он рассмеялся и, сделав несколько шагов, убрал руку Сичэня от лица. - Что за глупости? Гэ, мы разве не любовники? - Ч-что? - глаза Сичэня непроизвольно опустились, оглядывая обнажённый торс Цзян Чэна, однако, придя в себя, Сичэнь снова посмотрел на его лицо. Цзян Чэну не верилось, что он и правда наконец видит лицо Сичэня перед собой. Он протянул руку и коснулся его щеки, а потом обеими руками обхватил его шею, наклоняя к себе. Сердце Сичэня подскочило, он не хотел больше сдерживаться и, подхватив Цзян Чэна за талию, приподнял его и прижал к стене, яростно целуя в губы. - Мм... - Цзян Чэн простонал в поцелуй, стискивая руками его волосы и прижимая ещё ближе к себе, как будто глубины их поцелуя было недостаточно. - Мм... Ваньинь... мм... - в коротких перерывах, меняя положение головы, Сичэнь, как одержимый повторял его имя. Даже сквозь несколько слоёв одежды Сичэнь чувствовал, как разгорячено тело Цзян Чэна и этот жар волнами передавался ему. Пальцы Сичэня сжимали и поглаживали обнажённую талию и от каждого их движения на Цзян Чэна накатывало возбуждение, которое немедля расползалось жаром по всему телу а после сосредоточивалось в одном месте. Несмотря на то, что в полумраке площадки было не так жарко, как снаружи, их лица и шеи вскоре стали красными и горячими. - Сичэнь... гэ... - Цзян Чэн чуть отстранился, откинув голову назад и затуманенным взглядом посмотрел в глаза Сичэня, который, тяжело дыша, будто и не слыша его слов, прижал его ещё теснее к стене и, склонившись, впился губами в чувствительное место на шее Цзян Чэна. Как оказалось, даже слишком чувствительное. Цзян Чэн вздрогнул и не смог сдержать глухой стон. Сичэнь внезапно использовал зубы, отчего к возбуждению примешивалась лёгкая боль, которая, впрочем, только усиливала возбуждение. - Ах... п-полегче... Лань Сичэнь... - тело Цзян Чэна непроизвольно чуть задрожало. Его возбуждение усилилось за секунды. Сичэнь продолжал впиваться в шею и ключицы губами и зубами, оставляя заметные следы на коже. Надавив на плечо Сичэня, Цзян Чэн оторвал его от себя и, задыхаясь от возбуждения, потянулся к его поясу, пытаясь снять с него одежды. На сей раз Сичэнь пришёл в замешательство и остановил его руку. - П-погоди... Что ты хочешь... - Гэ, я хочу сделать это с тобой. - глядя в его глаза проговорил Цзян Чэн. - Но... разве это правильно? Мы ещё не супруги... - Гэгэ, почему ты беспокоишься об этом? Позже станем супругами, а сейчас я хочу просто чтобы ты трахнул меня. - Что?! - глаза Сичэня распахнулись, а лицо вспыхнуло до корней волос. Цзян Чэн опустил взгляд и усмехнулся: - Ты ведь тоже очень возбуждён, неужели хочешь оставить всё как есть? - Но я... не знаю, что делать. - беспомощно отозвался Сичэнь, совершенно растерявшись и от волнения сжав талию Цзян Чэна ещё крепче, отчего тот издал тихий стон. - Я скажу тебе, что нужно делать... - проговорил он, развязывая пояс на талии Сичэня. Наконец тот остался только в белых штанах, из-за чего теперь его возбуждение было видно слишком хорошо. - Может... всё же... - Сичэнь, сгорая от стыда, хотел снова возразить и тогда Цзян Чэн протянул руку и коснулся его возбуждённого органа прямо через ткань штанов. - Ах... Сичэнь немедля плотно сжал губы, сдерживая рвущийся наружу стон. - Ты говорил, что хочешь меня и что теперь? Я тебе уже надоел? - Цзян Чэн хмуро посмотрел на него и Сичэнь поспешно замотал головой. - Нет-нет-нет, о чём ты... Ваньинь, я так сильно этого хочу, но я боюсь сделать всё неправильно и тогда тебе будет больно, а ещё... это мой первый раз. - Мой тоже. - Цзян Чэн на секунду опустил взгляд, ощутив стыд, однако вскоре совладал с собой, всё-таки возбуждение было сильнее стыда и здравого смысла. - Это наш первый раз, Лань Сичэнь. С этими словами он глубоко поцеловал его, одновременно поглаживая его член, который тут же стал твёрже и больше. Наконец самообладание Сичэня рухнуло, он толкнулся в руку Цзян Чэна, придавливая его к стене и страстно отвечая на поцелуй. Они оба застонали. На секунду оторвавшись от него, он наконец спросил: - Что... что мне делать? - Для начала окончательно разденься, я тоже разденусь. Они одновременно сняли последний предмет одежды, и Цзян Чэн восхищённо охнул, взглянув на орган Сичэня. - Так и думал, что у тебя большой. - Почему ты вообще об этом думал? - Сичэнь вскинул брови. Цзян Чэн усмехнулся, но не ответил: - Теперь... честно говоря, я посмотрел несколько сборников про секс мужчин... Кхм... для начала... Сичэнь округлил глаза. - Ты читал эти грязные сборники? - А что такого? В подростковом возрасте я читал обычное порно, а теперь такое, потому что неожиданно начал встречаться с тобой. Ты назвал это "грязные" сборники... но мы сами собираемся заняться этим. Сичэнь-гэ, сделай это сзади... - Что? Как? - Я повернусь к тебе спиной. - Цзян Чэн действительно развернулся к стене. Несмотря на то, что он вёл себя достаточно уверенно, всё таки он не мог не чувствовать стыда от всего происходящего и потому предпочёл, чтобы Сичэнь не видел его лица. - Для начала смочи пальцы слюной и... р-растяни меня... Сичэнь секунду соображал, а затем вспыхнул. И всё же его возбуждение мгновенно усилилось. Он приобнял Цзян Чэна за талию сзади одной рукой, а пальцы второй облизал и поднёс к ягодицам Цзян Чэна, разведя которые нашёл нужное отверстие и попробовал протолкнуть туда палец. Цзян Чэн прикрыл глаза, внезапно ощутив ужасный стыд, от которого его орган почему-то только сильнее дёрнулся вверх. Между тем Сичэнь ввёл первую фалангу пальца в узкое отверстие. - Всё хорошо? Не больно? - подрагивающим голосом спросил он, наклоняясь к уху Цзян Чэна, отчего тот мгновенно покрылся румянцем. - Нормально всё, не спрашивай... Сичэнь прикусил губу и продолжил понемногу растягивать его пальцами. Вскоре он смог поместить туда и второй палец. Цзян Чэн совсем не боялся боли, однако ощущение было слишком непривычным и он невольно напрягся. - П-поцелуй меня... - негромко попросил он, поворачивая голову так, чтобы Сичэнь мог дотянуться до его губ и тот немедля сделал это. Во время поцелуя Цзян Чэн расслабился, и пальцы Сичэня смогли проникнуть глубже. Несмотря на то, что происходило внизу, поцелуй вышел очень нежным в отличие от всех предыдущих. Они просто легко соприкасались губами, и в этом простом действии было множество чувств, которые они так хотели высказать. Наконец Цзян Чэн негромко сказал: - Дальше... дальше ты знаешь, что делать верно? - Да... Сичэнь приставил свой член ко входу Цзян Чэна и легко толкнулся вперёд. Они на секунду замерли, ощутив себя в такой значимой близости. - Д-давай гэ... дальше. Однако Сичэнь внезапно вышел и развернул Цзян Чэна к себе лицом. - Хочу видеть тебя... - взволнованно ответил он на поражённый взгляд Цзян Чэна. - Л-ладно... - тогда Цзян Чэн обхватил его за шею. - Тогда давай так... Цзян Чэн внезапно потянул его вниз и они вместе присели на пол, на котором были разбросаны их одеяния. Сичэнь кивнул и, разведя его ноги, устроился между них, снова приставил член к отверстию и толкнулся внутрь. Трение доставило Цзян Чэну дискомфорт, а вот Сичэнь едва не задохнулся от прошедшего по всему телу удовольствия. Он медленно входил и всё это время они неотрывно смотрели друг другу в глаза. Дыхание обоих мгновенно сбилось. - Мы правда делаем это... - едва слышно пробормотал Цзян Чэн, прикусывая губу и отводя взгляд, однако Сичэнь мгновенно повернул его голову к себе за подбородок. - Посмотри на меня, прошу... И Цзян Чэн посмотрел. Их лица покраснели, а внизу оба ощущали сильный жар от их медленного соединения. Наконец Сичэнь вошёл наполовину. Оба тяжело задышали. - Дальше... гэ... И Сичэнь двинулся дальше. Ещё более медленно. Цзян Чэн сильнее прикусил губу и заметил, что Сичэнь сделал тоже самое. Трение члена внутри стало болезненным и Цзян Чэн невольно сильнее развёл ноги. Ещё несколько долгих секунд и Сичэнь смог войти полностью. Ощутив боль, Цзян Чэн, резко выдохнул и замер. - Поцелуй меня... - Тебе больно? Мне выйти? - глаза Сичэня, которые ещё секунду назад были затуманены пеленой вожделения, теперь прояснились, в них засветилось беспокойство. - Не нужно! Просто поцелуй меня, гэгэ, я хочу чтобы ты поцеловал меня... Сичэнь немедля наклонился, впиваясь в его губы своими. Руки Цзян Чэна вцепились в его спину. Он зажмурился, пытаясь расслабиться и принять удобную позу. Он знал, что член Сичэня может достать до тех точек, стимулируя которые можно получить удовольствие. Сичэнь громко застонал в поцелуй, когда он пошевелился. Цзян Чэн тут же замер. Боль стала терпимой и более привычной, теперь его беспокоило только растяжение, однако осознание, что он сейчас делает всё это с Сичэнем заставляло его чувствовать невероятное удовольствие и волнение. Обнимая и целуя Сичэня, орган которого сейчас находился полностью в нем, он ощутил, что тело Сичэня легко дрожит, как и его собственное. - Всё... больше не больно, ты можешь продолжить... - проговорил он, оторвавшись от губ Сичэня. - Хорошо... Если... если будет больно, говори, не терпи. - хрипло выговорил Сичэнь и, выйдя до половины, с силой, давно сдерживаемой, толкнулся внутрь. Цзян Чэн не сдержал резкий выдох. Было немного больно. Несколько толчков заставили Цзян Чэна ощущать лишь трение. Однако, когда Сичэнь толкнулся вновь, случайно чуть сместив угол, он слегка задел место, от прикосновения к которому по всему телу побежали мурашки. - Здесь... Сичэнь-гэ, сделай снова в это место... - тяжело дыша попросил он и конечно Сичэнь его послушал, немедля толкнувшись в том же направлении и приложив чуть больше силы. На сей раз стимуляция была сильнее и гораздо ощутимее, отчего Цзян Чэн вздрогнул и чуть выгнулся в спине. - Ах... - Тебе больно? - обеспокоенно спросил Сичэнь и Цзян Чэн, покраснев, покачал головой и отвёл взгляд. Тогда Сичэнь вышел почти полностью и толкнулся ещё глубже. Они одновременно сделали резкий выдох, больше напоминающий стон. На этот раз Сичэнь вышел полностью, а затем вошёл во всю длину за раз. - Аха... Удовольствие было ошеломляющим, Цзян Чэну даже показалось, что он может кончить прямо сейчас, только от стимуляции той точки. Но почему-то ему это казалось немного постыдным, потому он сжал зубы и сдержался. Однако Сичэнь начал двигаться быстрее, каждый раз попадая по нестерпимо приятному месту и Цзян Чэн не выдержал интенсивности его движений. - Хаа... ах! С-сичэнь... я... Его тело прошило удовольствие, пробирая до кончиков пальцев, сжимающих плечи Сичэня, настолько сильное, что он не смог сдержать громкого стона сквозь сжатые губы. Белёсая жидкость выплеснулась из его члена. - Ах, погоди секунду, гэгэ! - Цзян Чэн, ещё не успев прийти в себя после оргазма, ощутил, как Сичэнь снова начал двигаться. Однако тот не остановился даже после его слов и Цзян Чэн ощутил, как его член снова твердеет. - Ваньинь... я так сильно люблю тебя... Ваньинь... - Сичэнь поцеловал его в губы, затем в шею, ухо, ключицы. Оставляя поцелуи, он не прекращал двигаться, чувствуя, как в его руках дрожит талия и спина Цзян Чэна. Пусть Сичэнь толкался в него довольно быстро, Цзян Чэн понял, что ему и того не достаточно. Он невольно начал чуть приподнимать бёдра, чтобы член Сичэня входил ещё глубже. - Я тоже... тоже тебя люблю... - пробормотал он, крепче хватаясь за его спину. Им стало нестерпимо жарко, они всё быстрее сплетались друг с другом, чувствуя, как по телу пробегают волны удовольствия. - Я сейчас... гэгэ, я сейчас снова кончу... поэтому быстрее... - А-Чэн, позволь мне... сделать... это внутрь... - задыхаясь проговорил Сичэнь и Цзян Чэн кивнул. Они тут же потянулись друг к другу, чтобы поцеловаться и движения Сичэня стали более грубыми. Наконец, Сичэнь ощутил, как всё накопившееся напряжение и возбуждение выплеснулось наружу. Из его горла вырвался громкий стон мучительного удовольствия, пока он кончал прямо в чувствительное место Цзян Чэна, продолжая толкаться в него, чтобы продлить ошеломительное ощущение волнами расходящееся по телу. И Цзян Чэн немедленно выгнулся под ним, не выдержав такой мощной стимуляции. Долгий выдох и стон вырвался из его горла, пока он кончал. Наконец они вместе упали, прислонившись к стене. Какое-то время они лежали так неподвижно, тяжело дыша, пока Цзян Чэн не выдержал и сказал: - Всё... теперь можешь выйти... Сичэнь, опомнившись, поспешно вытащил член из Цзян Чэна, а затем виновато потупился. - Тебе понравилось? Было не так больно? - Всё было хорошо, почему ты выглядишь таким виноватым? - Цзян Чэн, приподнял ослабевшую руку и погладил его лицо. - Не знаю... Сейчас, подожди секунду. Сичэнь поднялся и сначала надел на себя штаны, а затем и на Цзян Чэна. После этого он снова сел на пол и усадил ослабленного Цзян Чэна себе на колени. Тот обнял его за шею. Сичэнь протянул руку к нему и заправил прядку волос, а затем наклонился чуть ближе и серьезно сказал: - Цзян Ваньинь, запомни, теперь ты только мой. Мы сделали столько всего, и ты должен навсегда остаться со мной. Тело Цзян Чэна на секунду оцепенело, но он тут же негромко рассмеялся: - Твой-твой, так и быть. Но... тогда ты тоже только мой? - Конечно! Погоди... Почему мне сейчас показалось, что ты говоришь со мной как... как ты обычно разговариваешь с Сяо Ланем? Я не ребёнок! Цзян Чэн на секунду задумался. И правда, он привык соглашаться с Жу Ланем, когда тот чего-то хотел и тогда он, не в силах ему отказать, смеялся и говорил, что сделает, что тот хочет. А сейчас... - Но ты и правда ведёшь себя как ребёнок. Почему ты боишься, что я вдруг брошу тебя? - Я... нет, я не думаю, что ты можешь поступить так, но беспокоюсь без причины. - Сичэнь чуть нахмурился. Его лобная лента чуть съехала и намокла от пота, потому Цзян Чэн инстинктивно протянул руку, чтобы поправить её. Однако, сделав это, он замер, ошеломлённый собственными действиями. Он знал о значении лобной ленты адептов Гусу Лань и только что неосознанно сделал такой жест... Подняв взгляд он встретился с взглядом широко распахнутых глаз Сичэня. - Прости! Я сделал это не подумав... я... Но Сичэнь не стал слушать его извинения. Он стянул ленту со своей головы и... протянул её Цзян Чэну. - Я хочу быть с тобой всегда. Пожалуйста, прими... На тренировочном поле стало так тихо, что слышно было жужжание стрекоз, поднимающих рябь на воде в пруду. Серые глаза Цзян Чэна неотрывно, с оттенком изумления и волнением смотрели в глаза Лань Сичэня. Затем он перевёл взгляд на белую ленту с голубыми облаками. Он ощутил, как сердце дрогнуло и забилось быстрее, а потом протянул руку и взял ленту, крепко сжав пальцами. - Лань Сичэнь, я приму её... Сказав это, Цзян Чэн легко поцеловал его в губы. Остолбенев на несколько секунд, Сичэнь наконец осознал, что произошло и обхватив Цзян Чэна за талию, ответил на поцелуй. Они целовались долго, но очень мягко, даже невинно, не задействуя язык, просто соприкасаясь губами и крепко обнимая друг друга. Наконец Цзян Чэн отстранился. Его лицо покрылось лёгким румянцем. - Как жарко... - пробормотал он, чуть хмурясь. - Мне отпустить тебя? - тут же предложил Сичэнь, однако Цзян Чэн замотал головой. - Нет. Лучше просто искупаемся в пруде. - Но... там разве не грязно? - Сичэнь немного удивился. - Глава Лань, не слишком ли ты изнеженный? Грязно и грязно, но ведь это пруд, как там может быть идеально чисто? - Ладно... как хочешь. - Сичэнь поднялся с пола, держа Цзян Чэна на руках. Выйдя с тренировочной площадки он спустился к берегу острова, ступил в воду и замер. - Ты уверен? Здесь... какая-то тина и вода совсем не прозрачная. - Пф, тогда отпусти меня, а сам останься на берегу. - Нет, тут дно скользкое. Сичэнь осторожно прошёл дальше. На берегу острова росли деревья, из-за чего вода в пруду напрямую не освещалась солнцем и была прохладной даже в такое жаркое время дня. На поверхности плавали расцветшие лотосы, которые Сичэнь разогнал рукой, чтобы освободить пространство. Наконец Цзян Чэн ощутил, как его тело погружается в прохладную воду. - Охуенно... - с наслаждением выдохнул он. - Теперь отпусти меня, я хочу окунуться с головой. - Ты уверен? Что если ты поскользнёшься и упадёшь? - Я ведь не ребёнок. - пожал плечами Цзян Чэн и тогда Сичэнь отпустил его. Однако, стоило ему встать на дно, как растянутое ранее место и спину пронзила боль. От неожиданности Цзян Чэн выругался и вцепился в плечо стоящего рядом Сичэня, который немедленно поддержал его за талию. - Что такое? Тебе больно? - Н-немного... Чёрт, я не знал, что последствия будут такими... Осознав, где именно Цзян Чэну больно, Сичэнь покраснел, а затем побелел. Подхватив его снова на руки, он опустил голову, говоря: - Это моя вина... Я знал, что нельзя было делать это так спонтанно и следовало лучше подготовиться... Прости. Цзян Чэн нахмурился: - Хватит уже. Я не жалею о том, что мы это сделали, и тебе не стоит. Лучше расскажи, как ты вообще смог выделить время, чтобы приехать ко мне. Я думал, ты завален работой. - Ох, это... - Сичэнь, одной рукой держа Цзян Чэна за талию другой начал омывать его лицо и плечи. - Честно говоря, я просто оставил Облачные Глубины на Цзинь Гуаньяо и главу Не. Сейчас нет ничего критичного, им нужно всего лишь присмотреть за моим кланом. - Вот как... Гэгэ, ты настолько близок со своими названными братьями? - Верно... - О... - Цзян Чэн задумался над чем-то и Сичэнь, обратив на него взгляд, внезапно шагнул дальше в глубину, так что вода теперь доходила Цзян Чэну до ключиц. - Эй, зачем так глубоко? Сичэнь отвёл взгляд и не ответил, потому Цзян Чэн, теснее прижавшись к нему в воде, приблизился к его уху губами и прошептал: - Это потому, что я обнажён? Ухо Сичэня немедля ярко заалело. Он тяжело сглотнул и сказал голосом, ставшим чуть более низким: - Не дразни меня... У меня даже в холодной воде едва получается не терять от тебя голову. От его тона Цзян Чэн тоже смутился. - Тогда может сделаем всё... ещё раз? - Нет! - Сичэнь мотнул головой. - Я не хочу рисковать твоим здоровьем. Позже... может быть. - Эх, гэгэ, всё таки ты и правда думаешь, что я изнежен, как принцесса, но это вовсе не так. Ладно, тогда сделаем это сегодня ночью, как положено, на кровати. - З-замолчи. - Сичэнь прикрыл глаза. - Ты такой бесстыдный, когда дело касается... этого. Ты никогда не был таким смелым в письмах. Я кое-как уговаривал писать мне хотя бы изредка, что ты меня любишь... - Гэгэ, пожалуйста, забудь обо всём, что я писал в тех письмах. Когда ты далеко, я почему-то то и дело не мог удержаться от слащавых фразочек, думаю, это твоя вина, ты всегда слишком много и долго расписывал свои чувства. Сичэнь усмехнулся, а затем, перехватив Цзян Чэна так, чтобы держать его за талию и прижимая к себе, он сказал: - Я уверен, что ты и сейчас скажешь все слащавые фразочки, если я уговорю тебя. - Мечтай! - Цзян Чэн ухмыльнулся. Пока он смотрел на Сичэня, в его глазах сверкали яркие искорки счастья, которые так редко в последнее время загорались там. - Ладно, пойдём на берег. Ты ведь тренировался на голодный желудок, а потому наверняка ничего не ел с утра. Цзян Чэн кивнул и Сичэнь отнес его к берегу. - Ты сможешь идти сам, или мне тебя донести до твоих покоев? - Глупости, конечно я пойду сам. Отпусти меня уже. Сичэнь послушался и поставил Цзян Чэна на ноги. Тот слегка поморщился от боли. Штаны Цзян Чэна промокли и прилипали к ногам, а с его плеч по телу скатывались капли воды. Сичэнь поспешно отвернулся и направился к тренировочной площадке, где он оставил верхние одежды. Цзян Чэн, глядя на его спину с четко очерченными мышцами, почувствовал, как пересохло в горле. - Твою мать... - пробормотал он, ощутив, как слабость предательски захватывает тело. Мотнув головой, он поспешно умылся прохладной водой из пруда и направился вслед за Сичэнем. Зайдя на тренировочную площадку, Цзян Чэн с облегчением увидел, что Сичэнь уже оделся. Только лента по-прежнему лежала на полу, совершенно не подобающе... Цзян Чэн накинул на себя лёгкое летнее одеяние сверху и поднял ленту с пола, после чего, подойдя к Сичэню предложил: - Давай я повяжу её тебе. - Хорошо. Цзян Чэн обошёл его и как можно аккуратнее завязал ленту сзади, на его волосах. Сичэнь посмотрел в зеркало и невольно улыбнулся. Несмотря на все старания, лента была повязана немного криво. - Что? Плохо? Тогда делай сам. - неожиданно нахмурившись бросил Цзян Чэн и направился к выходу, но Сичэнь сказал: - Нет, очень хорошо. Я не буду ничего поправлять, мне так нравится. Цзян Чэн на секунду остолбенел, а затем, повернувшись к Сичэню, посмотрел на него странным взглядом. - В чём дело? Ты что-то хочешь сказать? - Потом... позже скажу. - нахмурился Цзян Чэн и наконец вышел с тренировочного поля. *** Тётушка Му всегда заботилась о Сяо Лане, если Цзян Чэн был занят или отсутствовал. Вот и сейчас она присматривала за ребёнком, пока тот играл в покоях главы. Тётушка Му очень любила молодого господина и Жу Лань тоже давно привязался к ней, всегда узнавал и мог проводить с ней много времени, не вспоминая о дяде. Дверь открылась и на пороге появился глава Цзян, собранный и серьезный, как обычно. С ним пришёл ещё один человек, глава ордена Лань. Тётушка Му давно знала, что этих двоих связывает тесная дружба. Поклонившись и поприветствовав их как подобает, она уже собиралась выйти из покоев, но тут внезапно замерла. - В чём дело? Вы что-то хотите сказать? - Цзян Чэн, поймав её странный взгляд, приподнял бровь, однако женщина замотала головой и поспешно вышла. - Что это с ней сегодня? Однако объяснение нашлось очень быстро, стоило Цзян Чэну взглянуть в зеркало. Его рубашка как всегда оголяла ключицы, однако сейчас кожа не была идеально белой. В нескольких местах виднелись красновато-фиолетовые отметины. - Чёрт... - тихо, чтобы Жу Лань не слышал, пробормотал Цзян Чэн и, запахнув ворот, обернулся к Сичэню. - Почему ты не сказал мне? - Я не заметил, прости... - Забудь. - немного покраснев, Цзян Чэн наконец подошёл к Сяо Ланю. - Что ты тут делаешь? Играешь? - Дядя! - Сяо Лань засиял яркой улыбкой и тут же бросил игрушки, протягивая Цзян Чэну маленькие ручки, чтобы тот взял его на руки. - Сяо Лань, сегодня к нам приехал гэгэ. Наверное, ты снова его забыл. - усаживая его к себе на колени сказал Цзян Чэн. - Гэгэ... - неуверенно произнёс Жу Лань, глядя на Сичэня с настороженностью. - Ну вот, он хотя бы запомнил, что я твой гэгэ. - улыбнулся Сичэнь, садясь рядом. - Сяо Лань, пойдёшь к гэгэ на ручки? Жу Лань ожидаемо только крепче прижался к Ваньиню. - Эх... Как бы сделать так, чтобы он тебя наконец запомнил. - Когда подрастёт - запомнит. - с улыбкой ответил Сичэнь, глядя на Цзян Чэна, держащего на руках маленького ребёнка. Зрелище во многих смыслах потрясающее. Глава Цзян, которого боялись и уважали не только адепты его ордена, но и все прочие заклинатели, теперь сидел, осторожно придерживая ребёнка одной рукой, пока тот игрался с колокольчиком на его поясе. - Гэгэ, мне снова нужно в город, ты поедешь со мной? - Конечно.