Чуя — истребительница вампиров

Чуя шла вдоль кладбища и говорила по телефону с Мори. Не то чтобы это был очень важный разговор, но с приближением Хеллоуина наставник начинал волноваться за нее. — Успокойтесь, Мори-сан, в Хеллоуин вампиры не нападают, вы же это знаете. — Можно подумать, кроме вампиров в этом мире нет нечисти, — проворчал наставник, — вот к примеру, демонесса, собирающая страхи людей раз в год, тридцать первого октября, чтобы оживит свою подружку. Или как тебе... Краем глаза Чуя заметила подозрительное движение. Она повернула голову в ту сторону и под бубнеж о демонах начала вглядываться. Толпа парней, на вид просто люди, окружили длинноволосую девушку. Она была на голову выше любого из них, но в руках держала стаканчик из кофейни и пакет с пончиками, а по извиняющейся улыбке было понятно, что она предпочитает ускользать, а не сражаться. — Чуя, ты меня слышишь? — раздался в трубке голос Мори, вырывающий из прострации. — Тут... Инцидент, — отчиталась она, — я позже перезвоню. И захлопнула телефон. Строго говоря, обычные хулиганы не были зоной ее ответственности. Но если Мори начнет докапываться, она скажет что просто хотела спугнуть их с кладбища. Чуя вышла в круг света и загородила собой девушку с кофе как раз в момент гиеньего хохота парней. — Мне кажется, вам ясно дали понять что в вас не заинтересованы, — ласково начала Чуя. Парни переглянулись. — Ещё одна, — гыгыкнул, видимо, главарь. И все снова дружно заржали. — Не надо, — прошептала девушка с кофе в самое ухо Чуе. Для этого ей пришлось сильно наклониться, — я справлюсь. — Слыш, милашка, давай дружить — один из парней шагнул вперёд и попытался ее приобнять. Чуя перехватила его руку и несильно сжала. — Отвали. Она отпустила руку и парень отшатнулся. — Сучка, — почти заскулил он, прижимая руку к себе. — А балкон ниче так, — заметил другой. И все снова заржали. Чуя посмотрела на девушку с кофе. — Они сказали балкон? — Они сказали балкон, — кивнула девушка с кофе. Чуя сделала то, что следовало с самого начала. Убрала телефон во внутренний карман косухи и застегнула ее. Кто-то из парней, ещё не осознавший угрозы, вновь потянулся ее обнять. Чуя сбила его ногой под колени. Следующий полетел на землю, сделав солнышко в воздухе. Третий, уже пострадавший, упал сам, запнувшись о надгробие. Четвертый попытался схватить Чую, но она перехватила его руку и сжала не сдерживаясь. У парня из глаз посыпались слезы, а изо рта маты. Чуя отпустила его руку, схватила за грудки и тряхонула. — Когда девушка говорит нет, это значит надо от нее отъебаться, ты меня понял? — Понял, — всхлипнул парень. Чуя разжала руки и он повалился комом на землю. И тут же удрал. — Браво, просто браво, — хихикнула девушка с кофе, — спасибо. Чуя повернулась к ней и лицо девушки вытянулось в удивлённом узнавании. — Ты?.. Привет. — А? Мы разве знакомы? — удивилась Чуя, вглядываясь в незнакомку. Девушка была довольно приметная, но не чертами лица, а высоким ростом и бинтами, которые опутывали ее руки и шею. И Чуя не точно не знала. Девушка с кофе моргнула и выражение ее лица сменилось на вежливо-нейтральное. — Нет, вовсе нет. Видимо свет фоноря так упал. Меня зовут Дазай Осаму. Она поставила многострадальный стаканчик на надгробие и протянула руку. — Накахара Чуя, — Чуя пожала её, — смотрю, ты недавно в городе. Правило номер один в Йокогаме - не гулять по кладбищу. — Но ты же гуляешь, — тонко улыбнулась Дазай. — Это... — Чуя задумалась как объяснить, — рабочая практика, а не прогулки. — И как? Платят за работу? Чуя состроила такую рожу, что Дазай расхохоталась, все поняв без слов. — Ладно, мне пора, — призналась Чуя, — а ты больше по кладбищам не шляйся. Она уже повернулась, чтобы уйти, когда Дазай ее окликнула. — Постой! Может кофе выпьем? Или хоть номер свой оставь? Повернувшись, Чуя взглянула в глаза Дазай и сложила два и два. К щекам подступила краска. — Прости... Я не заинтересована в таком. — Оу, — разочарованно выдохнула Дазай, — ну хоть тогда приходи на вечеринку на Хеллоуин. Я организовываю. Она порылась в своем бежевом пальто и вытащила слегка помятую листовку. — Спасибо, — Чуя приняла ее. *** Чуя сидела поперек кресла в библиотеке Мори и кидала мяч в стену. Мяч отскакивал, делал пару касаний к потолку и полкам и возвращался ей точно в руку. — Абсолютно безответственное поведение, — вздохнул Мори, — пока ты разбиралась с хулиганами, ты могла упустить вампиров. — Но не упустила же! — парировала Чуя. — Мы этого не знаем! И эта девушка, ты проверила ее на вампиризм? Чуя поймала мяч и взглянула на Мори. Он сомневается в ее чутье? Она вспомнила ощущение теплого дыхания на коже, когда Дазай шептала, что справится и тонкую бьющуюся жилку на запястье под бинтами, когда они пожимали руки. — Да, эти бинты ее очень странные были, — хмыкнула она, — и длинные спутанные волосы, но вампиром она не была точно. Мори опустился в кресло и потер виски. — Что ещё за бинты? Почему я о них впервые слышу? — Разве я не сказала? Она слегка походила на мумию количеством бинтов. На руках и на шее, остального я не видела, но уверена, там тоже. Боже, надеюсь она не мумия! Не хочу лететь в Египет ради какой-нибудь цацки, которая ее заточит. — Скорее, в британский музей придется. — Вздохнул Мори. — И ты всё равно хочешь пойти на ту вечеринку? — Почему нет? — Чуя пожала плечами, как будто была не особо заинтересована. — Вот ты сама и скажешь почему нет. У тебя есть имя, у тебя есть адрес, проверь то и другое, убедись, что не затевается никакой магической заварушки. — А если затевается? — кисло спросила Чуя. Она уже знала ответ. — Значит, совместишь приятное с полезным. *** Вбивая имя "Дазай Осаму" в строку поиска, Чуя молилась: — Пожалуйста, будь обычной, пожалуйста, будь обычной. Поиск ничего не дал. Вообще. По всем базам данных. Как будто такого человека не существовало. — Черт, — это был плохой знак. Тогда Чуя взялась за адрес. Заброшенный театр, в аварийном состоянии, сейчас принадлежит городу. Не сдается. Чуя ощутила как сзади к ней подошёл Мори и наклонился к экрану. — Как интересно, — по-кошачьи мурлыкнул он. — Это все ещё может быть обычной нелегальной вечеринкой, — буркнула Чуя, сама не веря в свои слова. — Прогуляйся туда, осматрись. А я поищу твою новую подругу в книгах. Сдается мне, я недавно читал про девушку в бинтах. *** Охранник дремал у забора, потому Чуя беспрепятственно зашла за угол и перемахнула через забор. Внутри театра стройка шла полным ходом, хотя на улице строители и не показывались. Они перестилали пол на сцене, убирали сидячие места, чтобы создать танцпол, украшали балконы. Чуя подошла к одному из рабочих и вежливо прокашлялась, обозначая свое присутствие. Реакции не последовало. — Простите, это здесь на Хеллоуин будет вечеринка? Рабочий даже на нее взглянул. Чуя обошла его и сорвала кепку. Под ней не было лица. Ни носа, ни рта, ни глаз, только абсолютно чистая кожа. Рабочий двигался, ничего не замечая. — Простите, — сказала Чуя и повесила кепку обратно на голову без лица. Надо было уходить. Она скользнула в один из коридоров, ведущих к выходу и замерла. В проходе стояла и рассматривала какую-то картину Дазай. Дазай повернулась и дружелюбно ей помохала. — Ой, привет. Ты пришла немного рано. Дазай цепко схватила ее за руку и увлекла за собой в коридор подальше от рабочих. — Я думала тут будет нелегальная вечеринка, а у тебя все серьезно. — неловко заметила Чуя. — Ты даже не представляешь на сколько, милая Чуя. Чуя покраснела. — Не называй меня так. Я же говорила, я не заинтересована в подобном. Ох! Они замерли перед древней картиной. На ней в неестественной, пугающей позе замерла демоница с алыми отметинами по всему телу. В ее руке, на которой отметины вырисовывались в глаз, сиял черно-алый сгусток энергии. Её черные волосы извивались вверх, словно тянулись к луне. Она парила в небе и была чудовищно-прекрасна. — Точно не заинтересована? — мягкие руки Дазай коснулись ее талии, а ухо опалило дыханиех, как тогда на кладбище, — или просто никогда не пробовала? Нож был в ботинке, до него не добраться точно. Чуя потянулась к колу, спрятанному запазухой. Демона убить куда сложнее, чем вампира, он не рассыпется от одного точного удара. И ещё придется что-то делать с телом. Она сжала кол и приготовилась. — Всмотрись в картину, милая Чуя, разве это не самое восхитительное существо, что ты видела? Зазвонил мобильный. Чуя громко чертыхнулась. — Не против, я отвечу? — спросила Чуя. — Конечно, — Дазай разжала мягкие объятья. Отойдя на десяток шагов, Чуя сняла трубку. — Сейчас не лучшее время для разговоров, Мори-сан, — честно призналась она. Дазай мирно стояла там, где ее оставили, разглядывая картину и делая вид, что не подслушивает. — Я нашел твою бинтованную подругу. — О да, я тоже, — вполголоса заметила Чуя, — Дайте угадаю, она одержима своей мертвой подружкой и мечтает воскресить её? — Чуя-кун, ты меня все таки слушала вчера? Невероятно лестно слышать! Чуя метнула ещё один взгляд в сторону Дазай. Та стояла боком к Чуе почти неподвижно, сцепив пальцы в замок за спиной. — Нет, как-то сама догадалась. — Жаль, очень жаль. Строго говоря, твоя новая подруга не демоница даже, а самоубийца, проклятая бессмертием. Когда-то она своей попыткой уйти из жизни пробудила древнее зло и была наказана вечно смотреть на те разрушения, что оно приносит в мир. — И ей понравилось? — Именно! Великое зло, - а это уже настоящая демонесса, - позже было побеждено, но не уничтожено полностью. И чтобы ее воскресить, каждый год в день ее смерти, твоя подруга заполняет сосуд страхами людей. По легенде, когда сосуд будет заполнен, демонесса возродится. — Прекрасно. Бинтованную обезвредить, но убить не пытаться. Сосуд найти и уничтожить. Звучит не так уж и сложно. Чуя захлопнула телефон, не дав Мори вставиь ни слова. Она расправила плечи и подошла ближе к Дазай. — Теперь ты знаешь про меня всё, что хотела знать, милая Чуя, или хочешь ещё больше? — Промурлыкала Дазай. Её руки все так же были сцепленны сзади и абсолютно точно в них не было никакого оружия, но почему-то эта деланная беззащитность вызывала оторопь у Чуи. — Где сосуд? — в лоб спросила Чая. — Приходи на вечеринку, узнаешь. Чуя впечатала её в стену и схватила за горло. — Слыш, у меня нет времени на твои игры! Отвечай на вопрос или я проверю как работает твое бессмертие без кислорода. Дазай хрипло рассмеялась. — Смерть от удушения одна из моих любимых. Но сосуд ещё не прибыл, его нет в театре, так что тебе придется потерпеть. Или хочешь пару раз убить безоружную девушку, пока мы ждём? Несколько раз вдохнув поглубже, Чуя ослабила хватку. — Безоружную? Да ну. Я видела, что ты сделала с рабочими. Так что не смей мне лгать. — Всего лишь невинные фокусы, чтобы хрупкой девушке не пришлось делать всё самой, — колокольчиком пропела Дазай, — и не волнуйся, их я отпущу. А вот выйдут ли те, другие, кто придет на вечеринку, будет зависеть от того придёшь ли ты. От бессилия Чуя ударила кулаком в стену. — Да чего ты ко мне привязалась? Я приду. И уничтожу сосуд и надежду вернуть твою подружку. Медовым движением Дазай подняла тонкую кисть и заправила локон за ухо Чуи. — Посмотри на портрет, милая Чуя, художник изобразил её брюнеткой. Но он ошибся, она была огненно-рыжей. Чуя отступила, отпустив Дазай. Осознание прошибло её холодным потом. Но Дазай и не думала замолкать. — Не все портреты похожи на прототипы. С лицом художник совсем не угадал. Но вот узоры? Узоры передал верно. Я так и вижу их на твоей нежной коже, милая Чуя. — Это омерзительно, — Чуя отступила ещё дальше по коридору, и ещё. Пока не начала бежать. *** — Если ты продолжишь смотреть в стену, ничего не изменится. Мори поставил перед ней стакан с прозрачной жидкостостью. Сунув нос в стакан, Чуя ощутила запах лёгкого успокоительного. И залпом выпила содержимое. — Почему ее нельзя просто убить? Воткнуть кол в сердце и покончить с этим. — слабо пожаловалась она. — Почему так сложно? Что мне вообще с этим делать? — Если ты позволишь посоветовать, — Мори в задумчивости прошёлся по кабинету. Как будто Чуя не знала, что у него уже есть план, — готовиться к вечеринке. Найти костюм получше. И сделать так, чтобы на нее никто не пришел, кроме тебя. — И как мне это сделать? — Ну обычно есть два пути, либо выбрать персонажа и искать костюм под него, либо зайти в магазин с костюмами и выбрать то что есть. Мори, как всегда, сделал вид, что не понял её. — Я не про это. Как распугать людей? Я не знаю ни кто приглашен, ни сколько их будет. Как мне заставить их не приходить? — Хмммм... Как же? — По улыбке Мори было понятно, у него есть ворох решений. — Посоветуйте что-нибудь, вы же наставник. — взмолилась Чуя. — Я хочу, чтобы ты подумала сама. Чуя упала лицом в стол. — Ненавижу думать, это вообще не моё, — пробормотала она. — Это не так. Думать долг и навык каждой истребительницы и пока ты справлялась. Справишься и сегодня. Иначе погибнут люди. Чуя застонала. *** Последний мазок помады по щеке и слегка растушевать. Чуя полюбовалась на себя в зеркало. Узор вышел очень похож на тот, что она видела на картине. Вполне сойдёт за хеллоуновский костюм и привлечет внимание Дазай. Она задумалась стоит ли красить губы тем же цветом, но в итоге ограничилась нарисованной каплей крови в уголке губ. Ночь была на удивление теплой, словно город на сутки решил, что у него весна. Вокруг театра собралась толпа народу в костюмах, внутрь проходили медленной струйкой. Чуя отстояла очередь и скользнула в основной зал, украшение которого видела днём. Там уже стоял стол с напитками, по полу гулял искусственный туман, горел приглушённый синий свет, а люди кучковались мелкими группками. Дазай она увидела сразу, та стояла у сцены, спиной ко входу. Чуя подошла, запрыгнула на сцену, уселась и закинула ногу на ногу. Так она возвышалась над Дазай. — Ты пришла! И макияж отличный, очень похоже. — Дазай сладко улыбнулась. — Где сосуд? — спросила Чуя. Дазай метнула взгляд на пустую сцену. Абсолютно намеренный, — Терпение. Он появится в свое время, после того как двери захлопнутся и людям некуда будет деться от собственного страха. Чуя улыбнулась. — В полночь? — по выражению лица Дазай она поняла, что попала в цель. — Вы всегда выбираете полночь, не знаю почему у вас такая страсть. — И что же милая Чуя будет делать с этим знанием? — ласково спросила Дазай. — Ничего. Я уже сделала. Выражение лица Дазай было неподражаемо, маска дружелюбия треснула и под ней поступило голое раздражение. — Что ты сделала? Со всех сторон разом разнёсся звук сирен и Чуя могла бы поклясться, будь здесь окна, расцвели бы красно-синими огнями. — Внимание! Помещение находится в аварийном состоянии! — Раздался голос из динамиков, — Нахождение на его территории является незаконным и грозит штрафом и-или тюремным заключением. Покиньте помещение! Повторяю, покиньте помещение! Люди ринулись к выходу. Чуе показалось, что у Дазай сейчас задёргался глаз. — Ты пожаловалась в полицию? Вот так просто? — Мой долг как гражданки был пожаловаться на нелегальную вечеринку. Теперь ты покажешь сосуд или мне самой его искать? Дазай восстановила маску дружелюбия, как ничего и не было. — Неужели ты думаешь, милая Чуя, что я, собиравшая страхи людей три сотни лет, сдамся в один день и отдам тебе сосуд? Успей до полуночи, иначе сосуд полакомится тобой. Чуя прикрыла глаза и прислушалась к интуиции. Сцену она отмела сразу, слишком красноречивый взгляд бросила Дазай. Дазай лгала. Она с первой секунды знала, что Чуя будет искать сосуд и с первой секунды лгала. Но она слишком театральна, она не могла не похвастаться. Чуя открыла глаза, она знала. Она спрыгнула со сцены и пошла в тот коридор, где прошла их прошлая встреча, к той самой картине. Встала у нее и взглянула на узоры, точь-в-точь такие же, что она нарисовала на себе. Дазай последовала за ней и стояла теперь черным силуэтом в проходе. На полу кто-то любезно оставил банку с краской. — Художник не мог знать ее лица, он рисовал ее после смерти. Но узоры ты ему показала, без них бы ты не смогла сотворить сосуд. — О милая Чуя, неужели ты сейчас займётся вандализмом и зальешь краской такую ценную картину? Чуя не видела выражения лица Дазай, но ей совсем не понравилось что Дазай не сопротивляется. — Нет. Она выхватила нож и проткнула холст. Нож упёрся во что-то не похожее на стену. Тогда Чуя повела им вниз, вскрывая холст как консервную банку. Она схватила повисший лоскут и одним движением его сорвала. Позади было мутное зеркало. Черты лица Чуи в нем размывались, но алый узор горел ярко. — Зеркало, как банально. Картина нужна была чтобы собирать энергию страха, но хранится она в нем. В мутном зеркале появилось размытое отражение Дазай, подошедшей со спины. Отражение наклонилось и Чуя ощутила дыхание на своей коже. — Её голос, её отсутствие манер, ты даже пахнешь как она. О милая Чуя, мне ни к чему сложные инструменты, пока есть ты, — Дазай поймала губами серёжку с крестом и потянула на себя, — всё, что тебе нужно, взять ее силу и она перед тобой. Так что, проведешь со мной оставшуюся вечность, милая Чуя?