The winner takes it all, the loser has to kiss his fan

Танос – легенда ринга. Герой в ярких вызывающих образах, иногда отсылающих на персонажа, чьё имя он себе взял как псевдоним, а иногда совсем оригинальных, где напоминанием об имени были лишь фиолетовые волосы и лак на ногтях; до раздражения наглый, но цепляющий своим юмором и самоуверенностью, который ловко побеждал противников крупнее себя, брал не размером – проворностью и всё же немалой силой. Он был любимцем зрителей, несмотря на неоднозначность своего образа, особенно для фейса. Всё-таки Таноса сложно было описать как самого честного и добросовестного бойца – небольшие хитрости, явное неуважение к соперникам и насмешки в их сторону. Он с достоинством принимал изменения в своей истории, не был против смены роли, как и не принимал на личный счёт поражения – количество которых внезапно выросло со временем – несмотря на то что самовлюблённость его была искренней, а не просто частью персонажа на ринге. Череда поражений – лишь возможность для сокрушительной победы в будущем, которая сделает его настоящей звездой. Да и было сложно расстраиваться и устраивать драму из-за очередного проигрыша, когда во время боя удалось оказаться между подкачанных бёдер своего личного фаворита среди коллег, со слишком уж изнеженным для парня образом. Эгоистичный, смотрящий свысока на своих соперников хил в розовых костюмах, так же с пренебрежением смотрящий на своего яркого соперника после шоу, не до конца понимая, является ли предложение Таноса устроить подобное шоу в его постели прямым издевательством, частью игры, или он всерьёз флиртует. Танос наслаждался самим шоу, а не его итогами. Ему было правда приятно дать дорогу своему менее опытному молодому другу, с которым они устраивали шоу вместе; Нам Гю несколько раз выступал в качестве подлого злодейского трюка, жёстко вырывая победу для него, помогая разнести противника и неожиданно привлекая больше внимания зрителей, чем ожидалось изначально. Их забавное злодейское дуо неожиданно сменило свой курс: Нам Гю получил быстрый карьерный рост, стал персонажем крупнее, чем просто друг когда-то успешного бойца, поборов своего товарища и став врагами на ринге. Танос же считал, что этот сюжетный ход ещё приведёт его к чему-то великому позже. Но он проигрывал снова и снова, а частые поражения медленно, но верно превращались в постоянные. Он закрепился как забавный злодей-неудачник, просто клоун, даже не имеющий полноценных конфликтов. Нарцисс, считающий себя лучше всех, нарывающийся на неприятности и наивно верящий в свою безоговорочную победу, но каждый раз терпящий поражение, успев только выдать какую-то дурацкую шутку, чтобы не выглядеть совсем жалко. Его карьера не заканчивалась, он всё ещё с улыбкой выходил на ринг, играл на камеры и делал яркие промо, но больше не получал того же удовольствия. — Ты же точно что-то знаешь, умоляю, хён, расскажи мне! Гён Су в очередной раз, путём долгих навязываний и кучи прочитанных сообщений содержания “у меня куча дел, извини”, наконец достаёт Мин Су хотя бы в небольшую кофейню. Он любезно угощает своего трудолюбивого друга и заводит ту же шарманку, что и обычно. — Ты со мной общаешься только чтобы про Таноса спрашивать? – Спрашивает Мин Су почти серьёзно, но не ждёт никакого ответа. Пока сам не уверен – потому что знает, что Гён Су любит его и просто так, или потому что не готов услышать жестокую правду, – всё равно я почти ничего не знаю про шоу, а даже если бы знал, рассказывать было бы нельзя. — А не про шоу? – Настаивает Гён Су, – ты же общаешься с ним, что он за человек? Мин Су вздыхает и потягивает кофе из трубочки. Сам он точно искренне любит Гён Су, он хороший друг, но каждый раз когда он начинает устраивать допросы про своего кумира, то единственное что Мин Су думает о нём – ему нужны или нормальные отношения, или максимально выматывающая работа, чтобы не было времени думать о каком-то клоуне с телевизора. Но если учитывать то, насколько давно Гён Су живёт с этим – возможно даже нормальные отношения сразу с тремя людьми и загруженные смены по пятьдесят часов в сутки не помешали бы его фанатству, граничащему с зависимостью. Он с Таносом почти с начала его пути, полюбил его ещё уверенным в себе экстравагантным героем, когда сам учился в старшей школе, продолжал фанатеть по подлому, но такому же харизматичному злодею, и всё ещё любил сейчас, терпеливо ожидая когда ему наконец дадут проявить себя снова. Гён Су жил с надеждой, что этот застой в роли вечного проигравшего нужен только для какого-то невероятного сюжетного хода и крупного конфликта, которые все совсем скоро увидят, продвигал эту идею в массу, находя поддержку и согласие от других фанатов в сети, и уставший взгляд от Мин Су, который может напрямую с организацией шоу и не был связан, но какие-то вещи мог бы уверенно опровергнуть, но не делает этого. — Мне на Таноса как-то… – Мин Су задумывается над словом, не хочет звучать грубо, чтобы не обижать Гён Су, который может не правильно воспринять такую прямолинейность по отношению к его кумиру, – он мне не очень интересен. — Но он же что-то рассказывает тебе? — Почти все болтают во время массажей, а я почти не слушаю, – он открывает стаканчик и закидывает пару кубиков льда себе в рот, хрустит. — Ну ради меня послушай, может… и ему за меня что-то замолвишь? – Спрашивает с надеждой. — …Хочешь, чтобы я организовал тебе свиданку с твоим кумиром? — Ну, – сразу чуть мнётся при таких формулировках, – нет, конечно, ты что… просто было бы приятно, если бы Танос знал про меня, что у него есть поддержка, понимаешь? Хм, а может, он бы и устроил какой-то стримчик или встречу… — Ясно. Ну, я могу рассказать ему о тебе… я дам знать, ладно? – Сдаётся Мин Су, уже чувствуя усталость от мысли, что ему действительно придётся вслушиваться в речи самого болтливого и шумного из рестлеров, но на какие жертвы не пойдёшь ради друга, – Ты же вроде на новую работу устроился, да? – Быстро меняет тему, пока Гён Су снова не заговорил про Таноса. Не то чтобы у Мин Су была какая-то личная неприязнь, Танос вполне себе забавный и, на самом деле, добрый, хоть и своеобразный. Он слишком общительный и дружелюбный, поэтому был его личной машиной для пыток. Танос без капли стыда залетал в занятую другим рестлером комнату для восстановления, разбалтывая обычно и без того разговорчивых бойцов; его постоянно слышно где-то с кем-то спорящим, и отхватывающим от своей менеджерки за эти споры; и, конечно, особенно невыносимо было терпеть его непосредственно после и перед шоу, а язык с трудом поворачивался назначить ему сессию вне дней шоу после какой-то травмы. Наверное, его одержимо фанатеющий друг просто мечтает о работе, заключающейся в том, чтобы трогать и слушать Таноса – и не только его, конечно, но над другими Гён Су вряд ли думал – и Мин Су с удовольствием хоть на денёк уступил бы ему это место. Наверное, останавливает его даже не то, что так сделать банально нельзя, а Гён Су в лучшем случае не сделает ни хуже, ни лучше, а то что есть точно один человек, который будет недоволен такой подменой и потребует на место своего Су. — Зачем ты пришёл так рано? – Долгого непрерывного разговора с Таносом избежать не удастся в любом случае, поэтому Мин Су без задней мысли задаёт вопрос первым. — My boy, мне нужно отработать на все сто процентов, поним-ох-аешь? – Уже привычно выдаёт слишком громкие реакции на каждое болезненное ощущение, которым сопровождалось разминание мышц, – Этот старый хрыч обещал, что-о-о если я хорошо проявлю себя, то он окажет мне ответную услугу, you know what I mean? — Мне кажется, я это уже слышал года полтора назад, – подмечает Мин Су, снова надавливая ему на спину. — Блять – ох, блять – не может же он вечно меня кидать, да я был главной звездой! Уверен, у него уже есть великие планы для меня. Пора бы уже дать мне героический сюжет, не – о-ой – не думаешь, бро? Надрать бы чью-то подлую задницу, oh, I miss Myunggi so much, встать бы ещё разок против этой принцесски… Чёрт, меня же разделили со всеми моими бро, как назло, даже продуть им не ставят… – Мин Су старается слушать, но то отвлекается, слишком внимательно концентрируясь на своих действиях, то просто устаёт от бесконечного потока мыслей. Лучше бы Гён Су выбирал кумиров помолчаливее, – …хоть поддержи меня, lil’ boy! — Ну, у тебя всё ещё есть фанаты, – Мин Су думает начать издалека, но учитывая тягу Таноса к популярности и его длиннющий язык, вряд ли будет сильной наглостью перейти сразу к делу, – кхм, у меня есть один друг… — Oh, your friend is my fan? – Резко поднимает голову Танос, на что Мин Су тут же укладывает его обратно, заодно сразу сдавливая мышцы на шее. — Угу… — И что он говорит? Давно он фанатеет? Он будет сегодня на шоу? — Он говорит, что следит за тобой почти с самого начала, – неспешно отвечает на вопросы, стараясь не слишком сильно отвлекаться от массажа, – и на шоу… — Damn, what a shame, – тише проговаривает Танос, – он видел падение звезды! — И ждёт взлёта, он очень верит в тебя… – произносит мягко, и добавляет чуть тише, – и тоже ноет за твои поражения. — Ай, на меня надеются, а я даже обещать ничего-ох не могу, срать на меня хотели все продюсеры! Мин Су ожидал более радостной реакции на упоминание того, что через одно рукопожатие есть человек, который полжизни провел наблюдая за ним с неподдельным интересом, а Танос так переживает за его неоправданные надежды. — Нет, слушай, я должен радовать своих преданных фанатов! – Он порывается встать, но Мин Су снова давит на него, чтобы улёгся обратно, – да я себе выбью роль победителя! — Дай мне закончить, а потом делай, что хочешь… хм, но если ты хочешь совет… — Of course, bro! С такими волшебными руками, я уверен, у тебя и голова светлейшая, – связь плохо чувствуется, но Мин Су никак это не комментирует. — Ругайся поменьше. Если продолжишь в том же духе, то тебе скоро придётся умолять, чтобы тебе хотя бы позволяли проигрывать, понимаешь? – В ответ Танос ничего не говорит, только болезненно стонет, стоит прижать мышцу на бедре, – тебя уберут из шоу, – на всякий случай поясняет. — Как я это жду, сука. Точно так же без предупреждения, как это обычно делает Танос, в комнату влетает мужчина с зализанными чёрными волосами и небольшим пакетом в руках. У него на такое прав явно побольше, но он обычно предпочитает не отвлекать физиотерапевта от работы, и не мешать тем, кто проходит эту пытку разминкой. Танос – исключение, поскольку сам никаких границ не соблюдал, поэтому было бы грехом не прийти послушать какую ещё ерунду он будет прогонять, вздыхая на каждое нажатие на любую точку своего тела, и посмеяться над ним. — Wassup, Namgyu, my brother! — Мне уже надоело таскаться сюда на несколько часов раньше из-за этого ублюдка, – жалуется он, передавая пакет Мин Су. — Я же не сказал, что ты тоже должен прийти… – на следующих словах чуть понижает голос, – я просто пожаловался. Он достаёт из пакета купленный где-то по дороге кимбап, умалчивая о том, что он вообще-то не так давно завтракал и совсем не голоден, просто принимает эти излишние ухаживания. — Чтоб ты один тут это всё терпел? – Вскидывает брови Нам Гю и со всей силы лупит Таносу по спине, – мне на тебя похуй, конечно, – издевается, – но такого и врагу не пожелаешь. — Мин Су, не отвлекайся! – Неожиданно командует Танос. — Пф, какой же ты кретин, – произносит Нам Гю негромко, – даже жалко тебя. — Бро, можешь размяться со мной? – Игнорирует и оскорбление, и своеобразное сочувствие, – хочу пару движений отработать. — Ага, без проблем. Все, кто находился с Таносом в хоть немного более близких отношениях, чем просто деловых, прекрасно видели: он правда переживает. Действует немного тупо, упахиваясь над тем, чтобы сделать шоу как можно эффектнее – или искренне считает, что если будет делать больше зрелищных трюков и активнее скакать по рингу, то это будет шагу к былому успеху, или пытается так успокоить себя, что он старается и не бездействует, обманывает себя же, что это точно принесёт свои плоды, отказываясь верить в то, что роль вечного неудачника будет принадлежать ему ещё немалый срок без какой-либо конкретной причины. Танос всегда делал упор на скорость и увертливость – весело отпрыгивал от канатов, не позволяя противнику нанести удар, крутил сальто при каждой удачной возможности и прыгал сверху, громко выкрикивая что-то перед полётом. Не было смысла настолько усердно оттачивать каждое своё движение, он был достаточно хорош, отрицать никто не мог, но если бы он это осознавал в полной мере, стало бы ещё обиднее. Нам Гю неаккуратно, по-настоящему валится на мат, даже не стараясь смягчить своё падение. — Всё, хорош, – поднимает руку он, показывая, что пора уже остановиться, – нехуй на меня силы тратить. Принимая дружескую руку помощи, Нам Гю поднимается, сразу начинает поправлять растрёпанные от активной отработки волосы. Танос тараторит благодарности, рассказывая какой Нам Гю хороший друг, и обещает в долгу не оставаться, потихоньку сваливая с зала в неизвестном направлении. «Опять идёт кому-то мозги ебать,» – думает Нам Гю, и точно знает, что он не ошибается. — Эй, долбаёб! — О, вот и мамаша пришла. Там твой отпрыск как раз пошёл скандалить, готовься. Пожалуй, из всех оскорблений, что шутя выдавал Нам Гю в её сторону, «мамаша Таноса» звучало наиболее издевательски, пусть и не было достаточно грубым, но печально близко было к правде. Сэ Ми не была готова к тому, что работа с Таносом в качестве менеджерки будет настолько сильно похожа на работу в детском саду, потому что кроме организационной работы и игры на камеру приходится слишком много времени уделять на то, чтобы не давать ему скандалить чересчур агрессивно, хотя бы на время заставлять его забыть о своих недовольствах, и просто быть зрительницей в его цирке, который он устраивал вне шоу. Стоит признать, последнее было очень даже весело. — Ну а куда бы ещё не мог пойти, конечно… с кем он там сегодня? — А разница, его же как шута ставят хоть бы с кем, – Нам Гю задумывается, – кажется, с Кан Дэ Хо. Добрый чувак. — О точно. Ну, пусть он с этим шутом по-доброму разбирается, а я ещё не в ресурсе. — Поебланить сюда приходишь, а? — Сам-то чё без дела шляешься? Только место занимаешь, – она нагло пару раз сжимает его подкачанную грудь, намекая что конкретно занимает место. Она издевается, он чуть бесится, хотя если подумать, это можно было бы посчитать за комплимент хорошей форме. Но в их своеобразной дружбе всё сказанное воспринималось как буллинг. — Сучка, – он отталкивает её руки, но всё же мысленно соглашается с тем, что и ему пора делом заняться, – иди своего полудурка воспитывай, – и ей того же советует. Всё равно определённое удовольствие от шоу Танос получал. Своих коллег он искренне уважал, считая каждого достойным соперником, и на них предпочитал не срывать злость за свои проблемы. Поэтому основы шоу он всегда обсуждал внимательно, заинтересованный в том, чтобы оба были показаны в лучшем свете, и проигрывал всегда весело, с достоинством, отдаваясь эмоции и моменту. Танос борзый и разговорчивый, поэтому никогда не было проблемой столкнуть его с кем-то. Дайте ему пару слов на камеру и он сделает основу для конфликта с кем угодно, и с гордо поднятой головой пойдёт получать по морде за свои пару слов. В этом он был незаменим и по своему ценен. Люди всё равно встречали его громко, предвкушая впечатляющее шоу, смешные комментарии и победу своего другого любимчика. Было бы неплохо, если бы больше людей болело за него, но тот факт, что его были рады видеть хотя бы в таком амплуа, искренне радовал, немного заряжая уверенностью. «Let's go, big tiger!» И Танос ловко уворачивается от нападения, отпрыгивая от каната. Он в своих кислотно зелёных штанах и отвратительных фиолетовых перчатках набрасывается сзади на гораздо более сдержанно выглядящего Дэ Хо, с его камуфляжным принтом. Танос изворачивается как может, специально громко ругаясь, когда его опрокидывают через плечо, но, конечно, он не сдаётся, находя силы стоять на ногах и “бороться” дальше. Танос подтянутый, но массой не большой, зато за этот же счёт ловче, ему не составляло никакого труда быстро увернуться от более тяжелого противника. Гён Су наблюдает внимательно за каждым шагом, ударом, поворотом, прыжком, смущая чересчур эмоциональной реакцией даже таких же шумных активных зрителей рядом. Он всей душой болел именно за Таноса, и даже взаправду верил, что сегодня снова увидит его долгожданную победу. Сердце Гён Су замирало и начинало биться вновь, когда рестлер чудом выбирался из-под Дэ Хо, который как будто был вот-вот и уже почти победителем; когда он снова уворачивался и крутился в воздухе, не давая себя схватить. Каждый удачно нанесённый удар ощущался уже как маленькая победа. И вот раздаются радостные крики, к которым Гён Су не может присоединиться. Его дорогой кумир снова оказался обделён, и несмотря на то что он всё ещё получил кучу внимания и отличное шоу, это казалось несправедливым. Танос этого не показывал, с улыбкой обещал отомстить и, не особо вглядываясь в зрителей, просто махал руками всем, среди них должен же быть хоть кто-то, кто пришёл сюда ради него. Хотя бы ради его смешного яркого проигрыша. Гён Су был в стороне, в которую посмотрел Танос, но этого было явно недостаточно, вряд ли его взгляд упал лично на Гён Су, а этого очень сильно хотелось. Поэтому он чётко решает дождаться Таноса после шоу. — Да давайте прям сюда курьера загоним! – Предлагает Нам Гю, – никто и не заметит. — Нашёлся умник, кто-то всё равно должен открыть ему дверь. — Мм, Су-я, метнись. — Почему я? — Ладно, пускай пиздолизка бегает. — А у самого ног нет? Нам Гю громко вздыхает и валится головой на плечо Мин Су. Ничего не говоря, вытягивает сжатую в кулак руку вперёд, и его понимают. Один камень против двух бумаг. — Ээ, почему не ножницы? – С возмущением спрашивает Нам Гю у Сэ Ми. — Ты такой очевидный. Давай-ка, кабанчиком. Конечно, так просто Нам Гю не собирается тратить свои силы и бегать по лестницам к двери, с тем же успехом он мог бы просто встретить курьера с едой, и не рисковать ни бедолагой, который может отхватить за вход на территорию, ни собой, который может отхватить за то, что кого-то впустил. Мин Су зажимается как только слышит, как Нам Гю над его ухом делает глубокий вдох, набирая побольше воздуха. Он уже знает для чего. — Хён Джу-у-у! Даже если за пределами гримёрки, где-то в другом углу коридора, физически невозможно чётко расслышать имя, всё равно не остаётся сомнений, что очень громкий крик – это всегда Нам Гю, зовущий свою менеджерку, обычно для чего-то не важного совершенно. И она всегда приходит. — Нуна, можешь открыть заднюю дверь для курьера, пожалуйста? – Просит Нам Гю вежливо, – или хотя бы послать кого-то другого. — Для курьера? Разве вас уже не отчитывали за это? — Отчитывали только Мин Су, – смеётся Сэ Ми. — Я могу просто дождаться и принести вам еду. — О, нет-нет, можешь идти домой, – настаивает Нам Гю, – не задерживайся из-за этих двух придурошных, они того не стоят. Только дверь открой. Всё-таки Хён Джу соглашается оказать им услугу. Наверное, это какая-то их общая нужда сделать какую-то глупость и нарушить правила и, пожалуй, доставка прямиком до гримёрной ещё не самое худшее, что они могли бы придумать. Поэтому пусть будет так. Курьер проходит в помещение, прикрывая за собой не запертую дверь, не обращая никакого внимания на бродящего неподалёку парня. Гён Су снова остаётся один и в голову приходит очень заманчивая мысль. Он ровно минуту взвешивает все за и против. В список «за» вошла возможность увидеть Таноса, на этом взвешивание и закончилось. Когда он решается и оказывается внутри, конечно, курьер уже куда-то убегает, и огромной светящейся стрелки с надписью «ТАНОС» тоже не наблюдается. Придётся побродить одному. Гён Су понимает, что наверное лучше не попадаться лишний раз на глаза кому-то другому, его могут неправильно понять, но почему-то верит, что Танос будет ему рад. Видимо, большая часть рестлеров и рабочих уже закончила свои дела и разъехалась по домам, но кто-то всё ещё бродил за кулисами, переговаривался в, видимо, гримёрных и копошился в медпункте. Голоса Таноса слышно нигде не было, Гён Су узнал бы его из тысячи, с любого угла здания. Никакого намёка на местоположение своего кумира Гён Су так и не находит, уже задумывается насчёт звонка другу, но не уверен, что Мин Су не выпроводит его отсюда подальше, поэтому пока решает поискать самостоятельно. Вот только самостоятельным он остаётся недолго, и вот на его одиноком пути встречается девушка с короткой стрижкой и пирсингом, которую он, конечно знает, хоть и впервые стоит к ней настолько близко, а ещё она точно должна знать где Танос. Раз уж он уже попался на глаза, то убегать явно бессмысленно, да и судя по тому как она немного напряглась и потянулась за телефоном, она точно уверена, что этот человек здесь находиться не должен. — Госпожа Сэ Ми! – Кланяется Гён Су, – Извините, вы не знаете где Танос? – ему не остаётся ничего, кроме как просто повести себя достаточно уверенно и дружелюбно, надеясь, что на него не вызовут никакой охраны. — …Танос? – Вдруг она немного расслабляется и внимательнее всматривается в незнакомца, – ты случайно не друг Мин Су? На лице Гён Су написано явное удивление, и очень приятное. Менеджерка его любимого рестлера о нём наслышана, и даже знала в лицо, да никто другой о таком бы и мечтать не мог. Вот только Мин Су его сюда не звал, и вряд ли возьмёт постороннего на территории под свою ответственность… а может, ещё есть вариант сделать вид, что он совсем не посторонний? — А? Чей друг? – Неубедительно переспрашивает Гён Су, – Мин.. Гю? Не-не, впервые такое имя слышу! Сэ Ми подавляет смешок. Она не совсем понимает, какую ложь он пытается выдать, очевидно, что он здесь не работает. Но по его реакции она убедилась, что опасности никакой нет, это точно тот самый приятель Мин Су, теперь она точно вспоминает. — А ты и вправду фанат, проблемы с именами у вас одинаковые, – весело произносит она. — Да… да, – бубнит он, не находя слов и медленно вышагивает назад, – я пойду, пожалуй, мне звонят! Он резко срывается с места и быстрым шагом, почти бегом, уходит, вот только совсем не в том направлении, с которого пришёл. Он не разворачивается, а проходит мимо Сэ Ми, игнорируя её вопросы и просьбы остановиться. Танос пропускает дружеский перекус, тратит много времени на очередные переговоры с продюсером, на разговоры с Дэ Хо, в которых он умолял замолвить хорошее словцо за себя, они всё-таки так хорошо отыграли. И Дэ Хо согласился сразу, искренне не видел проблемы в том, чтобы подтвердить, что Танос очень хороший рестлер и заслуживает большего, но почему-то всё равно слушал его ещё минут сорок. Неспешно собравшись, Танос собирался уходить, но стоит ему только сделать шаг к выходу из своей гримёрной, как дверь сначала немного приоткрывается, а потом и полностью распахивается. И вошедший парень тут же склоняет голову в знак уважения. — Я твой преданный фанат! – Начинает он громко и чётко, словно до этого заучивал как стих, – я смотрю каждое шоу с тобой, Танос! Я увидел первое, когда мне было пятнадцать, и с тех пор я не пропускал ни одного, а последние пять лет я лично прихожу на каждое! Ты так хорошо сражался сегодня, – он всё-таки выпрямляется, желая взглянуть в лицо своему кумиру, – я был уверен, что ты в этот раз точно победишь, было так близко, но, я уверен, ты ещё отомстишь! Ты же настоящая легенда, ты должен снова стать чемпионом! Танос смотрит немного устало. Не сразу понял происходящее и что от него хотят, но по мере этого монолога настроение ухудшалось. Этот милый парнишка ждал от него того, что Танос никак не мог ему дать, было сложно выдавить из себя даже улыбку. — Су Бон, насчёт следующей недели! У двери появляется мужчина лет пятидесяти с вьющимися волосами, и Дэ Хо рядом с ним. Фразу свою он не заканчивает, замечая незнакомого человека, которого точно никогда не видел среди сотрудников, который, тем более, не был одним из рестлеров, и не имел никакого бейджа, даже гостевого. — …А ты ещё кто? Тебя здесь быть не должно, Дэ Хо, – поворачивается он к мужчине рядом, – позови охрану- — Не нужно. Танос подходит к Гён Су и по-дружески закидывает руку ему на плечи, приобнимает и поглядывает на чуть напуганное после слов об охране лицо. — Это мой личный физиотерапевт, – заявляет Танос. —Физиотерапевт? А как же Пак Мин Су? – Спрашивает Дэ Хо. — Minsu is a monster, man! – Отвечает он уже живее, как будто в один миг и сам поверил в то, что парень рядом с ним не просто незнакомый ему фанат, – он слишком жёсткий, с ним невозможно работать, you know what I'm talking about? Он скорее все кости переломает, чем мышцы подготовит, а меня такое не устраивает… — А я такого не замечал, меня всегда всё устраивало… – высказывает мысли вслух Дэ Хо. — So, this is my new bro, – он прижимает фаната ближе к себе, – он знает как со мной обращаться. — Только оформи ему пропуск, – просит мужчина постарше, – а, и насчёт следующей недели… сильно не расстраивайся, но никаких изменений пока что обещать не можем. Это будет неуместно, понимаешь, – докладывает как можно кратче, – ну, до встречи! И сваливает поскорее, чтобы избежать ещё одного долгого умоляющего монолога. Дэ Хо задерживается на пару секунд, говорит не отчаиваться и убегает в другом направлении. Гён Су поглядывает то на пустой дверной проём, то на своего кумира, который всё ещё обнимал его, а ещё выглядел немного потерянно. Вскоре он отпускает Гён Су, чтобы наконец уйти. — Подожди! Можно хотя бы фотку! – Сразу же бежит за ним, – меня зовут Гён Су, кстати! — Ну, – Танос останавливается, – of course, my bro, Gyeongsu! – всё же улыбается он. Гён Су прям-таки загорается от счастья слыша такое дружеское обращение – да ещё и во второй раз – и загорается ещё сильнее, когда включает камеру и видит себя так близко к своему кумира. Гён Су улыбается широко, делая несколько кадров, и Танос всё-таки уходит. Снова Гён Су идёт за ним, ему всё же тоже надо выйти отсюда, а ещё он надеется на продолжение разговора с кумиром, но тот молчит, да и он сам не знает что сказать. — …Спасибо за фотографию! – Решается Гён Су, – это была моя самая большая мечта, встретиться с тобой лично, да я всем рассказывать буду! — Ага, обязательно рассказывай. — Ты мне даже снишься почти каждую ночь, а ещё я самый первый лайкнул последний твой пост в инсте! Танос слушает и ему явно это всё льстит, но всё равно выглядит он грустно, и Гён Су это видит, но причины не понимает… но немного догадывается. — Ты не расстраивайся из-за поражения, настоящие фанаты любят тебя и так! Да ты же наверное сам знаешь, что это какой-то хитрый стратегический ход, чтобы потом сделать тебя непобедимым чемпионом, даже со стороны очевидно! – Он выдвигает ту же мысль, которую выдаёт всем, когда речь заходит о Таносе. Все смотрели с сомнением, Мин Су, как знающий чуть больше, смотрел просто как на дурака. Но Гён Су в своё убеждение искренне верил. И Танос вдруг меняется в лице, больше не выглядит настолько глубоко печальным. — Очевидно? – В ответ Гён Су активно кивает, – you know what, my boy? – Танос снова приобнимает его за плечо, в этот раз крепче, с большей охотой, – Приди-ка в понедельник сюда, к трём часам, okay? По Гён Су словно разряд тока проходит, он не верит своим ушам, но тело реагирует быстрее мозга и он просто резко выпрямляется и кивает. — Конечно! Конечно-конечно, в понедельник к трём! Эти выходные были настоящей пыткой, заниматься своими делами пока в голове только приглашение от его кумира на место его работы было просто невозможно. Он думает об этом каждую секунду, несколько раз сдерживает себя от того, чтобы где-то похвастаться, вдруг нельзя распространяться о такой удаче. А ведь так хочется… Есть только один вариант, кому можно сообщить, но лишь дать намёк, чтобы оставить какую-то интригу. — Слышь, малой. Нам Гю капает водой с волос на экран не своего телефона, читая отправленное не ему сообщение. — Блядовать собирался в понедельник? Мин Су лениво переворачивается на спину, чтобы хотя бы взглянуть на Нам Гю, который без задней мысли что-то вычитывал в его телефоне, протирая влажное лицо и тело полотенцем на свои плечах. — О чём ты? – Спрашивает, и Нам Гю тут же подносит телефон экраном к нему, давая прочитать со своих рук сообщение от Гён Су, с кратким радостным уведомлением о том, что он занят в понедельник в три. Мин Су перечитывает несколько раз, совершенно не понимая посыла, – …мы никуда не собирались. — Хм, – Нам Гю противненько улыбается, – показать ему, чем ты занят сегодня? Мин Су резко вырывает телефон из его рук, поэтому Гён Су остаётся без дружеских фото-отчётов о выходных, получая лишь ответ явно намекающий о том, что Мин Су даже не догадывается, о каких планах в понедельник говорил Гён Су. Конечно, позволить себе опоздать Гён Су не мог, пришёл к месту пораньше и терпеливо ждал Таноса, который должен был провести его внутрь. Танос такой же пунктуальностью не отличился, каждая минута после трёх часов ощущалась как час, Гён Су уже успел занервничать. Может, стоило прийти ещё раньше, а может, Танос забыл или перепутал день… — Hey, my boy! Но он появляется. И сегодня выглядит в разы веселее, ещё не утомлённый очередным спором с начальством, и, кажется, уже заряжающийся вниманием верного фаната. Громко рассказывая о том, как долго ждал этой встречи, Гён Су быстро вышагивает за Таносом, который провожает его к служебном входу, гордо произносит «он со мной» и снова Гён Су оказывается за кулисами. — …А что ты будешь делать? — Ничего особенного, бро, просто небольшая тренировка. MG согласился отработать со мной приёмы, посмотришь на работу двух профи! — Оо, как круто! – С восхищением реагирует Гён Су, – кстати, тут мой друг работает… Мин Су. Он сейчас здесь? Я могу поздороваться? — Конечно, вот там, крайняя дверь слева, – указывает направление Танос, – потом подойди к месту нашей вчерашней встречи. Радостный Гён Су бежит быстренько показаться своему другу. Без стука влетает в комнату и ловит на себе сразу три пары глаз. Двух человек узнаёт сразу: своего друга и рестлера, с которым боролся Танос в последний раз – Кан Дэ Хо, которому, видимо, назначили дополнительный сеанс физиотерапии. Третьего тоже узнает – пусть очки на нём немного помешали, нужно было всмотреться получше – Ким Нам Гю. Возможно, ждал своей очереди, или Дэ Хо. — Привет, Мин Су-хён! — А? А ты что здесь забыл? — Так это же личный физиотерапевт Таноса! – Восклицает Дэ Хо, приподнимая голову. — Кто… – хмурится Мин Су. — Танос сказал, что ты слишком жёсткий для него, кости переломать можешь, – докладывает Дэ Хо, на что Нам Гю громко смеётся в стороне. — Правда! – И, естественно, не может своего слова не вставить, – настоящее чудовище. — М! Танос тоже так сказал! Мин Су переводит взгляд с разрывающегося от смеха Нам Гю на успешно сдерживающегося Гён Су, теперь понимая, о каких планах он тогда его оповещал. Каким образом это вообще случилось? Он серьёзно устроился физиотерапевтом Таноса? Но у него ни образования, ни опыта… Мин Су тяжело вздыхает. — И хорошо, пусть ко мне больше не ходит. Удачной работы. — Спасибо, хён! – Слишком искренне благодарит. Когда он возвращается к Таносу, тот уже в спортивной одежде, такой же яркой как и его костюмы обычно, несмотря на то, что никакой публики вокруг нет. Видимо, это было его обычным стилем, а не только образом для шоу. Они проходят в почти пустой зал с матами на полу, Гён Су думает, что ему нужно остаться в стороне и принять свою привычную роль поддерживающего зрителя. Но Танос хватает его под локоть и ставит рядом с собой. — Before we start, нужно хорошенько разогреться! – Громко и чётко произносит Танос, словно профессиональный тренер, – с головы до ног! Гён Су не ожидал, что его подключат к таким активностям, но спорить не стал. Он подходит к разминке с такой ответственностью, словно ему самому сейчас придётся кувыркаться и делать непростые трюки, повторяет за Таносом каждое упражнение, всё ещё не до конца веря, что действительно занимается со своим кумиром. Когда дело доходит до растяжки Танос указывает сесть лицом друг к другу, хватает Гён Су за руки и тянет на себя смущающегося фаната. — Good job, my boy! А теперь – ты меня. Гён Су тянет его на себя, а внутри такие чувства как будто от этого зависит его жизнь, а то и жизнь всей планеты. Танос без труда ложится грудью на мат, кажется помощь Гён Су ему была не нужна, но почему-то он сам продолжает держать его за руки, даже не думает отпускать. — А это ещё кто? Наконец-то в зале появляется Мён Ги и с каким-то недоверием смотрит на незнакомого парня рядом со своим коллегой. — This is my bro Gyeongsu! – Представляет его Танос, – моя верная группа поддержки! — Настолько верная, что он здесь впервые. — Я на каждое шоу ходил! – Возражает Гён Су. — Пф, так ты фаната привёл? Где ты его нашёл? – Не то чтобы ему искренне интересно, спрашивает скорее смеха ради. — Он сам меня нашёл, – Танос же на пренебрежительный тон внимания не обращает, – целеустремлённый, получается, а именно такой человек мне рядом и нужен! Мён Ги ответом не впечатлён, но поражён тем, насколько же жалким нужно быть, чтобы начать таскать за собой случайного фаната, видимо, будучи не в силах делать что-то без подсоса рядом. За недолгое время пребывания здесь и общения с теми, за кем он обычно наблюдал с трибун или экрана, Гён Су заметил, что они не сильно отличаются от своих образов, хоть и ведут себя совершенно по-другому. Танос не настолько показушный, всё ещё шумный и разговорчивый, от него исходила уверенность, но он был намного спокойнее, конечно, нет нужды в повседневности вести себя так же как на шоу. С другими контакт был меньше, но Дэ Хо тоже кажется не сильно отличался от того, каким представлялся зрителям. Пожалуй, у него разница между личностью и образом была ещё меньше, будучи фейсом, ему не нужно было принижать других и вести себя специально раздражающе. А вот Мён Ги на удивление был точно таким же – смотрел с каким-то недовольством на всех, дружелюбным совсем не звучал, хотя казалось бы, что по иронии он со своим неприятным образом должен быть милейшим человеком, но что-то не срослось, он был таким же надменным и язвительным. К отработке приёмов Гён Су уже отношения не имеет, делает то, что и должна делать «верная группа поддержки» – наблюдает и поддерживает. Пусть это и не так зрелищно, ведь полноценную драку они не разыгрывают, обсуждают приёмы вслух и иногда повторяют по несколько раз, но Гён Су всё равно завораживало смотреть на своего кумира, и видеть что-то недоступное обычным зрителям. Танос веселится, отпускает комментарии, словно на шоу, когда поднимает Мён Ги на плечо. Он сам далеко не самый крупный из рестлеров, поэтому Мён Ги был одним из немногих, с кем можно было без труда провернуть подобный приём, так как тот тоже массивностью не отличался, возможно, поэтому он такое удовольствие получал от отработок с ним? Гён Су не уверен, вёл ли себя так вызывающе Танос всегда, устраивая что-то вроде отработки образа, или только в этот раз, специально развлекая внезапного зрителя. Для Мён Ги это не было развлечением, он согласился только из рабочих соображений, улучшить технику и не растерять форму. Вообще-то, он бы предпочёл себе другого партнёра для этого, но из доступных на сегодня вариантов Танос, как бы странно это для него не звучало, был лучшим. Других он просто не считал своим уровнем, единственный, с кем поработать Мён Ги действительно был бы рад – не может из-за травмы. Оставалось два человека на выбор, и к Нам Гю он бы не пошёл ни за какие деньги. Танос придурок, но вполне себе неплох как спортсмен и не такой мерзкий как его дружок. — Чё, Гён Су, куколдишь? Спустя какое-то время в зал входит вышеупомянутый мерзкий дружок Таноса. Нам Гю опирается спиной об стену, но даже просто своим нахождением в стороне, видимо, немного напрягает уже чуть измотанного Мён Ги, потому что очевидно, что молча наблюдать он не может, он пришёл явно не за этим. — Эй, Мён Ги, давай поусерднее, – подначивает Нам Гю, – тебе больше всех нужно. — Чего? – Отвлекается Мён Ги, – что ты несёшь? — Да так, слушок до меня дошёл. — Какой ещё… — А про Таноса? – Сразу вскакивает Гён Су, перебивая его, – про Таноса что-то говорили? Танос тоже упирается в него взглядом, ожидая хотя бы намёка на хорошие новости для него. — Та нет, – пожимает плечами Нам Гю, – ничего. – Он в упор пялится на Гён Су с минуту, пока тот вновь утыкается взглядом в продолжающуюся тренировку, – слышь, а ты внатуре его личный массажист, а? — Я? – Переспрашивает Гён Су и поворачивается на Таноса, ища в нём ответ на неозвученный вопрос о том, нужно ли врать об этом. — Я его так отмазал, – признаётся Танос, – он же бандит настоящий, проник на территорию, надо было как-то спасать бро! — Вот как, – понимающе кивает Нам Гю, – м, значит дальше будешь ходить стонать под моим мужиком… — Под кем? – Гён Су спрашивает недостаточно громко. — …Ладно, скучные вы сегодня, пойду покурю. Приятного куколдинга, Гён Су! – Со смехом прощается он. Гён Су хвостиком за Таносом идёт в его гримёрную. Он сразу не осмеливается сесть рядом, когда Танос валится на небольшой диванчик прям у приоткрытого окна, снимая с себя футболку, но тот сам жестом подзывает Гён Су к себе. Присаживаясь, он сохраняет расстояние, стараясь не наглеть, но Танос прижимает его к себе так неожиданно, что Гён Су, слишком расслабленный, было готов чуть ли не упасть головой ему на колени, но удержался, поэтому просто соприкасался с ним бёдрами и плечом прижимался к обнажённому торсу. В такой близости со своим главным кумиром… — Когда, говоришь, впервые меня увидел? — В пятнадцать! – Моментально отвечает Гён Су, будто готовился к этому разговору как к экзамену, – сейчас мне двадцать семь. — Двадцать семь, пятнадцать… – вслух повторяет Танос и делает паузу, – так ты со мной больше десяти лет, my boy, вот это верность! Сам-то чем занимаешься? — Да всяким разным… сейчас на баре стою. — Бармен! – Начинает Танос, едва Гён Су заканчивает фразу, – надо к тебе заявиться, угостишь меня чем-нибудь, да? – Гён Су подтверждает, – oh, you're the best, my bro! Надо нам с тобой оставаться на связи, согласен? — Конечно! Я могу дать свой инстаграм… — Бро, я могу дать тебе свой инстаграм! – Радостно произносит Танос и тянется за телефоном. — М? Но я был первым лайком на твоём последнем посте… Танос ничего толкового не отвечает, лишь просит подождать и что-то ищет. Скоро показывает ему аккаунт со своими фотографиями, но не тот, за которым внимательно следил Гён Су. Фото совсем другие, вне образа, не связанные с шоу и тренировками, и их больше, а вот подписчиков меньше. А еще он замечает замочек рядом с ними, значит профиль закрытый. — Что? Ты даёшь мне аккаунт для друзей? — Yes, boy! We are friends now, aren't we? Удивительно, насколько мало нужно было Таносу, чтобы записать человека в свои друзья, но Гён Су это ни капли не смущало, ему тоже было вполне достаточно суммарно несколько часов вместе, и пары прижиманий к себе. Уже на этом моменте должно было стать очевидным, что просто так домой Гён Су не уйдёт. И вот он не успевает моргнуть, как стоит у входа в клуб со своим главным кумиром, успев перед этим только написать своему начальнику о том, что на смене не появится. Гён Су бывал в клубах, но явно реже Таноса, учитывая то насколько он уверенно вписывается в незнакомые компании и говорит со случайными людьми, словно это его давние знакомые. Алкоголя Танос тоже не боялся, пил много и всё, рядом с ним Гён Су почувствовал себя скромным зожником, хотя и сам тихоней никогда не был. Нужно было хорошо постараться, чтобы не отставать от Таноса, а он хорошо способствовал этому: наливал Гён Су ещё алкоголя, как только стакан пустел, без лишних вопросов протягивал какие-то коктейли, и активно подначивал. — Не скромничай, my boy! Сегодня я угощаю, – громко кричит он на самое ухо. — Спасибо, я в долгу не останусь тоже, обещаю! – Широко улыбается Гён Су. С алкоголем проблем не было, это Гён Су не смущало совершенно. Немного удивляло, и было непривычно настолько сильно напиться за столь недолгое время пребывания в клубе, но своим положением он оставался доволен. А вот к общительности Таноса уже было сложнее приобщиться. Он не просто заводил друзей на одну тусовку, в этом бы тоже не было ничего для Гён Су нового, особенно после всего им выпитого, он тоже громко смеётся, передавая бутылку незнакомому парню и отвешивая искренний комплимент самой не пьяной девушке, что со смехом снимала компромат на свою более шумную подругу. Таносу же такого было мало. Он у всех на глазах целовал какую-то блондинку, усаживая себе на колени и поглаживая по ногам, а через какое-то время оставил без рубашки другого парня. Он вёл себя одинаково открыто со всеми, немного нагло, но внимательно, к нему тянулись с охотой. — Хей, Гён Су, my boy! – Не оставляет без внимания и своего нового друга, – чего стесняешься? – Танос снова закидывает руку ему на плечо, уже за привычку взял, которая Гён Су очень даже нравилась, – давай-ка тебе кого-то подцепим? Any preferences? — Что? Подцепить? — Кто тебе нравится? Girls or boys, какие типажи? В пьяной голове Гён Су есть только один ответ на этот вопрос, но какая-то часть его мозга всё ещё работает и не позволяет произнести вслух. Танос казался очень открытым к любому опыту и любым людям, глядя на его поведения, у Гён Су возникают сомнения что есть хотя бы малейший шанс на отказ. Но с чего бы Гён Су предлагать такое? Он ведь никогда и не смотрел на Таноса в таком смысле, это просто его любимый рестлер, техникой и харизмой которого он восхищался столько лет, был не в силах отвести взгляд, когда Танос находился в его поле зрения, да и внешне он очень приманивал. — Слушай, может найдём кого-то на двоих? – Предлагает Танос, активно жестикулируя с вейпом в руках, которым Гён Су затягивается, когда он ненадолго задерживается как раз у его лица. – Что думаешь, бро? Это предложение немного ближе к его странной пьяной мысли, поскольку включало Таноса рядом с ним, но кого-то третьего Гён Су видеть не хотел. Он в принципе не из тех, кто ищет себе кого-то на одну ночь, тем более по клубам, и втроём у него никогда не было, к такому опыту не тянулся… Остаётся открытым вопрос: хочет ли он без кого-то? — …Ты выглядишь ахуенно, – чуть невнятно отвечает на вопрос Таноса, забывая о его контексте. Гён Су пялится на его лицо, впервые задумываясь о том, насколько привлекательным его находит, как будто это больше чем просто субъективное мнение, а что-то важнее, что-то из глубин души. Он опускает взгляд ниже, смотрит на татуировки полос на руках, вспоминает об их продолжении – выбитом псевдониме на всю спину, о том, что сейчас скрывалось под одеждой. Телом он тоже был привлекательным, но почему-то раньше Гён Су об этом тоже не думал, пусть и видел прекрасно, что тот достаточно крепок и подтянут, но не придавал этому особого значения. Да, у спортсмена спортивное тело, это не самое важное. Наверное, надо было уточнять, что именно он пьёт, а не брать всё с чужих рук. — Ah, my boy, you’re good-looking too! – Смеётся Танос и заливает в себя очередной коктейль. Реального ответа на своё предложение Танос так и не получил, но он уже и не ждал его, возможно, уже забыл или принял отвлечение от темы как скромный отказ. Он молчит, выпуская дым с фруктовым запахом вверх. Так же молча притягивает лицо Гён Су ближе, осторожно придерживая его за подбородок, и прижимает свои губы к его. Целует с таким же желанием и нежностью, как и девушек до этого, хотя, может Гён Су надумывает, но его Танос целует с ещё большим желанием. Гён Су находится где-то не здесь, отдельно от тела, пока язык его кумира переплетается с его собственным, а губы непроизвольно двигаются, отвечая на поцелуй. Танос ненавязчиво кладёт ладонь ему на колено, гладит и чуть сжимает длинными пальцами. Поцелуй долгий, с привкусом алкоголя, но вряд ли в этом была причина того, что Гён Су чувствует себя ещё более пьяным. Несмотря на приличную продолжительность, как только Танос отстраняется, то Гён Су кажется словно это было какой-то жалкий миг, в который их губы едва-едва соприкоснулись. Он неловко улыбается, не отворачиваясь от рестлера, но не находит ни слов, ни хотя бы мыслей. Гён Су точно помнит, что ничего большего между ними не случилось. Не помнит, расстроился ли он или принял как данность, не знает, как относиться к этому сейчас. Не помнит, как добрался домой. Всю неделю Танос никак с ним не связывался, Гён Су не рисковал навязываться. Будь это любой другой человек, то он бы уже давно написал что-то первым, но от популярного рестлера, своего идола он не мог чего-то ждать, Гён Су и так получал от него слишком много внимания. Хотя после такого близкого общения резкая тишина пугает, подсознательно Гён Су всё равно надеялся на более частый контакт, но он старается не расстраиваться раньше времени. Этот месяц у Таноса слишком сильно загружен, наверное, еженедельные шоу не оставляют ему сил и времени на фаната… на друга? Но ночью в четверг он получает ещё одно приглашение за кулисы. — Слушай, развлеки тут себя сам как-нибудь, I don't want to give you any spoilers! – Хлопает его по плечу Танос и тут же делает шаг в сторону. Гён Су смотрит ему вслед какое-то время, но что-то тянет его окликнуть. — Танос! – Зовёт и замолкает на время, сомневаясь насчёт своего вопроса, – …а ты часто целуешь фанатов? Во взгляде Таноса не читается ни одной мысли, он как-то тупо моргает и поворачивается на стену, будто там может быть написан правильный ответ. — А я тебя поцеловал? Надо же, когда успел, – смеётся он, – I'm sorry, boy, don't remember anything! Он весело удаляется прочь, так и не дав ответа на вопроса. Мог ли этот поцелуй значить что-то большое, раз Гён Су был чем-то большим, чем случайным парнем с клуба? Или фанатов он тоже целует налево и направо, и ничего особенного в этом нет? — Ты с ним целовался? Позади слышится женский голос, из-за которого Гён Су вздрагивает, не ожидая лишних ушей здесь. Снова его менеджерка. — Да ты прям в дораме, – смеётся Сэ Ми, не обращая внимания на его взволнованное лицо, – фанат, который смог. — Думаете, это что-то значит? – Спрашивает Гён Су. Она точно должна знать Таноса достаточно хорошо, как минимум для того, чтобы спустить его с небес на землю, если он просто нафантазировал не того. — А ты хочешь, чтобы значило? — Не знаю, – отвечает, почёсывая затылок, – я с парнями никогда не был. У меня даже друзей таких нет, я никогда и не думал… — Нет друзей-целователей парней? – Сэ Ми одновременно и уточняет, и немного удивляется, но секунду подумав, до неё доходит, – аа, точно, ты же не-друг Мин Су. Он не понимает, что ей показалось таким забавным, но и не уточняет. — Это вообще нормально, что у нас тут зритель туда сюда шляется? – Спрашивает она без злобы, – ты сам напросился или тебя Танос позвал? — Танос позвал, – он вполне мог бы и соврать об этом, но у Сэ Ми нет поводов сомневаться в его честности, всё-таки звучало очень по-Таносовски. — Хм, быстро же ты его завоевал. Только сильно не разгуливайся, боюсь, не всех ты сможешь так очаровать. Она даёт вполне себе дельный совет, кто-то должностью повыше может быть не рад незваным друзьям в зоне, обычно недоступной тем, чьё место находится в зале, а второй раз сказка про личного физиотерапевта может не прокатить. Присматривать за ним она не собирается, в случае чего не хочется получать выговор за то, что не вывела его сразу, да и у неё своих дел много. Кто-то тихо подходит сзади и на глаза осторожно опускаются чужие ладони, в последнюю миллисекунду удаётся лишь поймать взглядом тонкие женские пальцы. Радостно хихикнув, девушка оборачивается, убирая руки от своего лица. — А я думала ты занята! – По ней видно, что она очень рада, что ошибалась, – слышала, кто-то там ругается с продюсером Хваном — И это как обычно Танос? – спрашивает Сэ Ми, но в ответ только покачивания головой, – эх, сегодня точно будет тяжело… а у тебя как успехи, кошка? Джун Хи – ведёт самый известный новостный блог, быстрее всех реагирует: расписывает итоги шоу и информацию об участниках, а в силу своей популярности, получила возможность стать больше, чем просто случайной девушкой в интернете, постящей то, что вполне можно найти самостоятельно, если захотеть. Она брала небольшие интервью, снимала забавные видео для привлечения внимания и поддерживала дружеские отношения с некоторыми из рестлеров, и не просто дружеские с одной из менеджерок. — Дэ Хо согласился посниматься, я уже накидала ему вопросиков. Правда, я думала Танос тоже поучаствует, он всегда только рад, а тут мимо пробежал и не заметил… Обычно Танос тольза то, чтобы засветить лицом, попытаться поднять уровень зрительских симпатий любым образом, что может хорошо повлиять на роль в будущих шоу, но сегодня что-то изменилось. — Хм, настолько всё плохо? – Не спрашивает, скорее просто рассуждает вслух. Сэ Ми кладёт руку ей на плечо, быстро чмокает в щёку и проводит ладонью вниз, на секунду переплетая пальцы на прощание, – пойду-ка проверю его дела… Она оставляет девушку выполнять свою работу, и идёт заниматься своей, уже предчувствуя какой-то скандал. — Да я же столько лет выступаю! Вы обещали дать мне наконец победить, а теперь я просто в какой-то злодейской массовке? Куда-то пропало всё бесконечное уважение Таноса ко всем коллегам, вне зависимости от их опыта, возраста и роли, стоило ему оказаться в ряду с совсем неопытными хилами, которые доблестно получат по морде от фейса, после неудачной попытки взять толпой. Он был не против проиграть, без проблем выходил как чей-то помощник, главное, чтобы была возможность проявить себя. Но слиться с серой толпой… — Заткнись, а! – Перебивает его Мён Ги, отталкивая в сторону, – почему я должен выходить с этим фриком? Это унизительно, я не собираюсь с ним работать… Да я даже с этим придурком, – указывает на Таноса, – согласен, да хоть проиграть ему готов. — Нет смысла ставить вас друг против друга. А ты сам определил свою судьбу на сегодня, – раздражающе спокойно объясняет продюсер Хван, – пойми как это работает: ты на промо нелестно высказался об одном из любимчиков зрителей, соответственно, зрители хотят увидеть продолжение этого небольшого конфликта. И продолжение конкретное. Всё ради рейтингов, никто тебя не просил так много болтать. — А со мной что? – Танос перетягивает одеяло на себя. — Не лезь ты! — В честь чего меня-то так понизили? – Повышает голос, не собираясь отступать. — Я могу встать с кем-то другим, или отказаться? – Мён Ги говорит ещё громче, настаивая на том, что его проблема важнее, – Эй, Господин Хван! Главный продюсер отказывается что-то выяснять с ними, в открытую отмахивается и отправляет обоих обсудить основу их выходов, и не срывать всем шоу. Мён Ги какое-то время идёт за ним, продолжая громко ругаться, Танос же замирает, уже выучил, что никто не собирается учитывать его мнение. — Танос! – Гён Су ни о чём не подозревает, встречает его с улыбкой, – ну что, с кем ты сегодня, а, точно, ты же не хотел спойлерить… но хотя бы намекни, а? — My boy, – начинает Танос как-то неестественно тихо для себя, – пару часов осталось, пойди-ка и подожди как все зрители. You'll see everything, be more patient, bro. Он очевидно чем-то расстроен, не нужно быть особо проницательным, чтобы это заметить. Но Гён Су сваливает на то, что на сегодня у него просто запланирован очередной проигрыш, но это же не отменяет крутость его шоу. Почему-то в этот раз Гён Су сидит на как на иголках, волнуется на протяжении всего шоу и чужих боёв, дело даже не в происходящем на ринге. Просто почему-то волнительно. Гуляя за кулисами, он так же успел заметить недовольного Мён Ги, но когда тот выходит на ринг, Гён Су не может понять причины, разве только предположить, что он был очень чувствителен к поражениям. Несмотря на то, что у Гён Су есть любимчик, он внимательно следил и за всеми остальными, всегда был в курсе происходящего между ними, но, стоит признаться, произошедшее в клубе немного сбросило его до базовых настроек, и он совершенно не помнил ничего о последних шоу. К счастью, догадаться не сложно, видимо, Мён Ги позволил болтнуть лишнего, что неудивительно с его-то характером, а Нам Гю был настроен заставить его отвечать за свои слова. Нам Гю отличался особой жёсткостью – или так хорошо играл, или правда позволял себе больше настоящего контакта с соперниками. Относительно юный рестлер, который, казалось бы, недавно был всего лишь новичком и часто правой рукой товарищей постарше, теперь самостоятельно отстаивал свою собственную честь, и делал это с неподдельным удовольствием, пропуская смешок, когда парень в розовом со вздохом падал на ринг. Конечно, в ответ тоже получал, бой должен иметь какую-то интригу, но даже в эти моменты Нам Гю не терялся, смеялся прямо в лицо соперника. Его образ сочетал в себе невероятную жестокость, и, каким-то образом, нахальное заигрывание. Перекаты мышц на широкой спине выглядели не как угроза и напоминание о большой силе, а как заявление о собственной притягательности. Когда он грубо хватал чужое лицо, заставляя уже почти проигравшего смотреть в свои глаза это не выглядело как попытка унизить, а ощущалось как очень кокетливая игра, если не учитывать того что всё происходящее на ринге априори является игрой; словно рефлекторно хватаясь за его плечи, чтобы оттолкнуть, нужно не устрашиться мощи рук, а восхититься и даже вполне уместно будет снять штаны. Поэтому Мён Ги не нравилась даже мысль о работе с ним. Никакой аккуратности в его действиях, руки то и дело срывались на более болезненные удары, а его насмешливое поведение и двузначность действий была унизительнее любых прямых оскорблений, за счёт того, насколько грязным казалось. Возможно, он всё-таки должен сказать спасибо, что в их бой не было включено никаких посторонних предметов: с ролью несчастного нежного злодейчика, который хорош в том, чтобы принижать других, но плох в том, чтобы сопротивляться кретину с кастетом и отсутствием тормозов, он не согласен. Мён Ги даже не старается играть, когда его с лёгкостью складывают вдвое и прижимают ноги к рингу у его же лица. У них был договор – не делать подобных излюбленных им приёмов, обойтись чем-то базовым и всем привычным, и Нам Гю согласился на эти условия, и ведь ни капли не стыдно ни за свою ложь, ни за то что так гадко прижимает его к полу. Несмотря на поражение, конец этого боя был победой для Мён Ги, но сотни людей видят его не наигранно озлобленное лицо, когда рука Нам Гю поднимает его за волосы, показывая всем обиду и усталость Мён Ги, как самый главный приз. После этого ему ещё хватило совести мило улыбаться на камеру и давать комментарии. Мён Ги тоже должен бы, но он проходит мимо, оскорблённый такой своевольностью, и ещё сильнее раздражается после попытки Нам Гю притянуть его к себе, чтобы всё-таки сказал пару слов. — И нахуя мы что-то обсуждали, если ты всё равно всё сделал по своему? – Взрывается Мён Ги, отказываясь вне камер и глаз зрителей, – что за тупая привычка обо всех тереться? — Слышь, свои фантазии при себе оставь, а? Ничё такого я себе не позволяю, – сейчас Нам Гю ещё смешнее, чем на ринге, – и я просто сделал как лучше. — Специально унизил меня? — Получается так, – выдаёт беззаботно, – но это то, чего хотели люди, я сделал как лучше. Можешь не благодарить. Мён Ги цепляется в его плечо, будь на нём что-то надето, то притянул бы за шиворот. Бесится. Нам Гю смеётся. — Может хоть немного уважения проявишь? – шипит Мён Ги, едва справляясь с желанием вломить ему разочек, которое становилось только сильнее от того, что никакой угрозы в нём Нам Гю не видел, – ты тут долго не протянешь, если не будешь слушать других и пихать везде своё «лучше». — О, зато ты со своими истериками точно выдержишь, чемпион! – Саркастично замечает Нам Гю, – тебе может по-настоящему ебало набить, а? Я же тебя и убить могу… — Тише, тише! Между ними появляется Дэ Хо и заставляет разойтись, убирая руки Мён Ги от Нам Гю. Следит за тем, чтобы оба не сокращали расстояние ради общего блага. — Мён Ги-я, успокойся, это не так серьёзно. Ты сам понимаешь, как работают шоу… — Да ему мужского тепла не хватает, вот и надумал хуйни, сам же взбесился, – продолжает издеваться Нам Гю, – как тёлка. — Нам Гю-ши, не груби ему, – заступается Дэ Хо, – и ты тоже не должен был так нарушать ваш план, тебе стоит извиниться. — Именно, веди себя поуважительнее, щенок. — Как ты меня назвал? – Переспрашивает, вскидывая брови, и обращается к Дэ Хо, – Я должен извиниться? – Нам Гю не ждал и не нуждался в заступниках, но всё равно обидно, – да я себе точно чё-то потянул, пока его швырял, а этот пмсный ноет без причины, так ещё и я извиняться должен? — Ну… – Дэ Хо смотрит на них по очереди. Это было такой мелочью, и назвать Мён Ги абсолютно правым язык не повернётся, но Нам Гю тоже стоило быть честнее и не подставлять коллегу, а подбирать слова нужно научиться им обоим, – просто прекратите собачиться, ладно? Вы сделали хорошее шоу, большего от вас не требовалось. Давайте забудем и мирно разойдёмся. Из уважения к Дэ Хо, Нам Гю не язвит ничего в ответ и подавляет все гаденькие шутки про Мён Ги, решая, что сейчас лучше пойти и проверить своё предположение о травме. — …Прикинь, ещё требовал извиниться! — Разожми кулак, – просит Мин Су, сжимая его ладонь двумя своими, оказывая сопротивление. — Ай, – это оказывается сложнее, чем ожидалось, из-за неприятных ощущений от малейшего усилия, – ты чё, накачался дохуя, пока мужиков других мял, а? – Смеётся Нам Гю. Кулак он разжимает, но это действие отдаётся тупой болью в предплечье. – Так он ещё и сказал, что я пиздабол и хам. — М? Серьёзно, Дэ Хо так сказал? – Удивляется Мин Су, ощупывая неестественно напряжённые мышцы. — Та не прям так, я ж просто суть передаю… так что с рукой? Отрезаем? — Пока нет, всего лишь… — Танос не у вас? Гён Су, подобно своему кумиру, снова входит без предупреждения, сразу задаёт вопрос, ещё до того как понимает кому именно его задаёт. — …лёгкое растяжение. Не нагружай руку, через неделю должно пройти. — Почему он не участвовал в шоу? – Перебивает Гён Су, – с ним что-то случилось? — Заныл, что его разок поставили в группу, – объясняет Нам Гю, – вот и сбежал обиженный. — А куда? — Он нам не отчитывается. Спроси у Сэ Ми, она может знать, – советует Мин Су. — Она тоже не в курсе, – Гён Су выглядит очень обеспокоенным, – и он даже не отвечает ей. — Может ему просто нужно побыть одному? – Мин Су уверен, что в этом вся причина и повода устраивать драму нет, но кто бы его послушал, – отдохнёт и объявится. — Такое неуважение к нему со стороны продюсера, как можно настолько легендарного бойца использовать как массовку? – Гён Су это ранит, словно это его личное поражение и настоящий конец света. – Может он мне ответит? Он сказал, что мы друзья… — Боже, да ты точно дрочишь на него, – Нам Гю не так часто приходилось контактировать с Гён Су, поэтому он всё ещё не мог перестать удивляться тому как можно всерьёз так сильно фанатеть по кому-то типа Таноса, – просто скачай себе hornet и успокойся. Гён Су игнорирует то, что ни его друг, ни коллега его кумира не разделяют его беспокойства, и не понимают зачем его искать с факелами и собаками, типа это не так серьёзно, объяснять им что-то точно бессмысленно. Он случайно оставляет им приоткрытую дверь и убегает, думая только о том, как бы ему связаться с Таносом. — Дверь! – Пытается напомнить Мин Су, но его уже никто не слышит. — Тц, и как он по твоему милому ебалу с субтитрами всё ещё не понял, что ты его ненавидишь… Гён Су прям на ходу набирает сообщение, мысленно уже перебирая варианты: может стоит сходить в тот клуб, где они были в последний раз? Проверить по инстаграму, есть ли у него постоянные любимые места? Может стоит снова связаться с Мин Су, чтобы он узнал у Сэ Ми, как у менеджерки, или у Нам Гю, как у того с кем он раньше работал бок о бок, куда часто ходит Танос, они точно должны знать. Но в этом нет нужды. Танос ему отвечает. Гён Су чувствует себя особенным. Неожиданно, но Танос выбирает не шумный клуб, где заливал бы в себя всё, что только в руки попадёт, целуя всех девушек и парней, что только проявляли интерес к нему. Ему хватает небольшого столика у магазина, неудобного стула и нескольких банок пива. Хотелось тишины, не было желания даже отчитываться перед собственной менеджеркой, которая в минуту получала десять вопросов насчёт Таноса и просьбу привести его, если уж не на ринг, то хотя бы на серьёзную беседу, но не могла ничего сделать, не зная даже где он находится. Но по какой-то причине он всё равно ответил Гён Су и рассказал где его искать. Гён Су думал, что сразу расскажет ему как переживал из-за его резкого исчезновения, но увидев его, не хочется издавать лишний шум. Он садится на свободный стул и принимает банку пива, которую бессловно подвинули к нему. — I still can't believe it, столько упахиваешься полжизни, а они с каждым разом ставят меня всё ниже, – начинает Танос, по ощущениям с середины мысли. Такое чувство, что он думал об этом всё то время, что сидел здесь, а сейчас понял, что у него есть слушатель и можно негодовать вслух. Вероятно, именно так и было, – ублюдки, как к клоуну ко мне относятся, а потом к чертям закрывают глаза на все мои таланты, и вот я, the real legend, должен вставать с группой крыс, чтобы какой-то другой молодой уродец поднялся за счёт этих новичков… и меня. — Они совсем ничего не понимают, – Гён Су звучит как будто просто подлизывается, но он был абсолютно искренен, – да тебя давно должны были сделать чемпионом! Ни у кого там просто мозгов нет, давно пора сменить всех продюсеров нахуй! — My boy, you understand me so well! – Танос становится чуть веселее, вновь получая поддержку от своего друга-фаната, – ай, да знал бы, что так будет, то пошёл бы на реальные бои, там никакой старый маразматик не забрал бы мои достижения, там я бы получил то, что заработал. Гён Су слушает его внимательно, проникаясь каждым словом, и попивая пиво из банки. — Только одного не могу понять, – Танос тоскливо смотрит куда-то в небо, – почему именно я? Myunggi always acts like a bitch, но это используют, облизывают его злодейский зад… Дэ Хо тоже не молод, но ему обещают возможность стать чемпионом, не настаивая на том, чтобы дать дорогу молодым, – Танос тянется через стол к плечу Гён Су, сам не знает зачем, но хочется так выразить благодарность за то, что тот продолжает слушать его. — Ты просто слишком хорош для этой конторы, Танос… — Oh, stop it, man! Чего ты как не родной? – Он делает паузу, ждёт пока Гён Су сам догадается. На самом деле, просто подвис, – зови меня хёном. Гён Су даже на секунду приподнимается, готовый запрыгать от радости. Таносу не нужно было много времени, чтобы с кем-то сблизиться, это было очевидно ещё где-то неделю назад, так что переходить на подобные обращения, возможно, не значило ничего особенного. Но Гён Су не думает. Он чувствует, насколько близки они стали за свои пару встреч, и один пьяный поцелуй. — Правда, хён? О, я и мечтать о таком не мог, легенда Танос для меня хён! — Ха-ха, you're so precious, my boy… – то насколько Гён Су был без ума от него каждый раз поднимало настроение и склеивало потрескивающуюся самооценку. Но он ещё не договорил, – вот Нам Гю победил меня, своего самого дорогого друга, потому что этот ебучий продюсер так захотел. Но если бы не сценарий, I'd beat the living shit out of him, you know that, my boy. — Конечно, хён, – кивает Гён Су, правда считает, что Танос прав. — They are good guys, I really respect them. Но им просто повезло, что у нас есть сценарий. — Это правда, – с каждым глотком пива он начинает поддакивать всё активнее, – если бы не сценарий, ты был бы непобедимым чемпионом! Ему необязательно было это делать, безусловно, хорошенько нахвалить Таноса и согласиться с тем, что он самый лучший и всесильный – самый простой ключ к его лузерскому сердцу. Но Гён Су уже воспользовался им раз четыреста за первую встречу, где-то восемьдесят сейчас и ещё шесть было в клубе. Всё равно Таносу было приятно, но даже если бы его уже родной фанат молчал, то это никак не изменило бы его следующих действий. Танос очень резко поднимается, Гён Су не успевает открыть рот, чтоб озвучить вопрос «мы уже уходим?» Он с хлопком укладывает ладони на плечи Гён Су, и целует его во второй раз. Второй поцелуй за неделю. Второй поцелуй с его кумиром за неделю. Второй поцелуй с парнем за неделю, что было даже более поразительным. Значит ли целый второй поцелуй что-то серьёзное, или это всего лишь второй поцелуй? Почему-то настроение совершенно другое, как будто подобное между ними уже обыденность и в этом не было ничего удивительного, как руку пожать или ладонью по плечу похлопать, только вместо рук соединяются языки, а вместо ладони на плече – губы на других губах, в остальном же разницы никакой. — You are the best bro, my boy, – признаётся Танос, отстранившись, – а я сразу понял, что ты больше, чем просто фанат, вот по глазам увидел, что ты точно меня поймёшь! Гён Су немного сложно привыкнуть к тому, что его можно так просто утянуть в поцелуй, поэтому слов так сразу не находит, только щёки горят и глаза сияют. Он не понимает как это всё воспринимать. Раньше его не называли «бро» после того, как вылизали ему рот… в каких отношениях они вообще находятся? Он ничего у Таноса не спрашивает, не делится даже тем, что находит в небольшом замешательстве после таких необычных взаимодействий с бро. Они берут ещё несколько банок пива, и сидят вдвоём какое-то время, забыв обо всём и обо всех. Как настоящие самые близкие. Теперь Танос куда-то тащит его каждый день: клубы, бары, компании. Всем новым людям расхваливает Гён Су как какого-то сверхчеловека, даже внимательно вслушиваясь в его речь остаётся открытым вопрос: каким образом он так красочно пересказывает историю о том, как случайно подружился со своим поклонником. Гён Су тоже его куда-то зовёт – всё ещё волнуясь, что такой-то звезде могут быть неинтересны его предложения – и Танос всегда на всё согласен, в любое время суток, в любую погоду, в любое место. Как и обещал, Гён Су угощает его в баре, делает это слишком щедро, превышая все свои барменские полномочия и лавочку быстро приходится свернуть, но Танос всё равно остаётся доволен этой небольшой акцией. — Извини, босс сказал, что если ещё хоть каплю налью кому-то бесплатно, то меня тут же уволят, – искренне просит прощения. — Don't worry, my bro, ты свой должок уже вернул. Но если хочешь, я могу тебе заплатить за твои угощения, – улыбается Танос как-то странно, но Гён Су сваливает это на то, что он просто пьяный, вот и выглядит как дурной. — Нет-нет, что ты, хён! – Сразу же отказывается он, даже не зная от чего именно. Танос смеётся, советует быть “more open-minded”, и не даёт никаких пояснений. За кулисы Гён Су больше не звали, потому что самому Таносу там делать нечего. Только один раз они вместе подошли на беседу с менеджеркой. Его побег обернулся временным отстранением от шоу, было решено дать ему время подумать над своим поведением и пересмотреть приоритеты. На общее удивление, отреагировал он на это слишком спокойно, приняв это как незапланированный отпуск. — Chill out, girl, that's not so bad. Гён Су скромно стоял рядом, грея уши об разговор Сэ Ми, раздражённой безответственностью своего подопечного, и слишком беспечного Таноса. — Может быть и так, ты не представляешь как меня заебало слушать твои скандалы, так ещё и участвовать в них, – признаётся она, – но мог бы сам организовать отпуск, а не играть в ебучую золушку, – ругается она, прописывая подзатыльник. — Признаю, – поднимает он руки вверх, – виноват. — Хоть не отрицаешь…а ему ты теперь личные шоу устраиваешь? – Сэ Ми меняет тему, наконец обращая внимание на группу поддержки. — Мы просто тусим вместе, – поясняет Гён Су. Эта формулировка ему нравилась больше – тусить со своим любимым рестлером. — Не буду даже спрашивать что это может значить. Хм, удачи, голубки. Это был последний (на ближайший месяц) раз, когда Гён Су оказывался так близко к этому месту. Он не посетил заключительное шоу месяца, которое обещало быть самым захватывающим и он, как преданный фанат, не мог бы такое событие пропустить, но из уважения к Таносу без сожалений просто не пришёл, несмотря на то, что интерес к другим у него тоже был немаленький. Танос об этом не просил, но Гён Су сам для себя чётко решил – пока его кумира-бро не вернуть, он туда ни ногой. С Таносом они проводили действительно много времени вместе, Гён Су даже приходил к нему домой, причём довольно часто, поскольку впускал к себе Танос спокойно, точнее, сам приводил, а Гён Су никогда не был против. Так же как и не был против того, чтобы Танос без какой-либо причины снова впивался в его губы. И когда его губы внезапно оказались на шее Гён Су, он тоже не возражал, да и исчезновение штанов, которые точно были на нём ровно пять секунд назад, тоже не стало поводом для протеста. Это уже переходило за грань того, чем обычно занимаются бро, но сложно было думать о статусе их отношений, когда тот, кому когда-то Гён Су мечтал хотя бы руку пожать и сказать хотя бы пару слов лично, проводил языком по его члену. — Так вы встречаетесь? Приятным сюрпризом для Мин Су было то, что оказавшись настолько близко к своему кумиру Гён Су немного успокоился, и больше не жужжал на уши так часто. С другой стороны, он, наверное, слишком занят Таносом, чтобы лишний раз отчитываться о чём-то своему другу. С третьей же – как Гён Су смог так долго молчать о том, что его любимый самый лучший Танос целует его на ежедневной основе. — Я не знаю, – Гён Су даёт не совсем тот ответ, который ожидал услышать Мин Су, – а похоже, что мы встречаемся? — Не знаю, я ни свечки, ни камеры не держал, – сам же чуть хмурится на свои слова, но Гён Су в них ничего не смутило. Всё-таки он тоже должен хорошо знать какой человек Танос, – кхм, так… значит вы не встречаетесь? — Мы тусим вместе и целуемся, – Гён Су проговаривает то, в чём точно уверен, – но как бро, понимаешь? — Не особо… — Это не как с девушками, – пытается пояснить Гён Су, – если ты тусишь и целуешься с девушкой, наверное, это уже что-то значит, а тут немного сложнее… так просто с парнем не завстречаешься. Но Гён Су и не тянулся к этому серьёзному статусу, его более чем устраивала такая дружба с человеком, которым он восхищался на протяжении стольких лет. Его логика так и останется не до конца понятой, но смиренно принятой – может, начать отношения с парнем несложно, но с Таносом то ещё дело. Ему будет намного проще и счастливее жить без четких обозначений для их отношений и обещаний, Гён Су просто будет рядом с ним: ждать легендарного возвращения на ринг, такого желанного чемпионского статуса, и представлять как он будет смотреть на рестлера с трибун уже не как случайный зритель, а кто-то более важный, кому Танос обязательно заглянет прямо в глаза, помашет рукой и покажет сердечко из пальцев. Танос тем более обсуждать их отношения никогда и не думал, но одно было ему ясно: Гён Су далеко не последней важности человек в его кругу, самый поддерживающий из всех его друзей. Так что пока другие сияют на ринге, он, временно примирившись со своим званием неудачника, отпустит свои тревоги и комплексы, целуя своего главного и самого драгоценного фаната.