Обычный понедельник

      Голоса из коридора и шелест листьев с улицы заполняли пустой кабинет Мидории. Приоткрытые окна и гул за стенами не мешали ему сконцентрироваться на проверке письменных работ, но если бы не это, он услышал бы злосчастные шаги за дверью, которые мялись взад-вперёд, не осмеливаясь войти.       Этот день не предвещал ничего плохого. Всё было как и всегда: утро, завтрак, приготовленный в попыхах, забытый галстук, Кацуки, который ругал его за это, начало уроков, сонные ученики и такой же Айзава, обед, на котором он плотно поел, снова уроки.       Паралельно проверке работ учеников он думает о вечере. Сегодня у Бакуго выходной, а значит заходить в магазин не нужно. Он тихо надеется, что сегодня Кацуки приготовит на ужин что-нибудь вкусное и они посмотрят какой-нибудь фильм перед сном. Мечтания о вечере прервал неуверенный стук в дверь, который Изуку даже не сразу услышал.       — Открыто, — отвечает Мидория, направляя взгляд сразу на дверной проём, где стояла его ученица с последнего курса, — Вашио, здравствуй. Ты что-то хотела?       Девушка с прямыми чёрными волосами, которые по длине были чуть выше плеч перешагнула порог кабинета, закрыв за собой дверь. Челка прикрывала слегка её фиолетовые глаза из-за тёплой белой шапки. Передвигалась она тяжело от веса пальто. Её бледная кожа неожиданно покрылась розовыми пятнами на щеках.       — Да, сенсей, — Вашио опустила взгляд в пол, — я пришла, чтобы вас оповестить о важном... — Она заправила волосы за ухо, — я вас люблю.       — Зачем? — Плечи Изуку дёргаются, ручка выпадает из рук, без того большие глаза распахиваются максимально широко, — точнее... Вашио, ты хорошо подумала? Тебе не кажется, что "любовь" – слишком сильное слово?       Изуку на самом деле не уверен, что произносит её фамилию правильно. Он преподавал ей только на первом курсе и помнит, что её причуда связана с оледенением и заставляет её замерзать.       — Я уверена, что люблю вас, — голос звучал ровно и уверенно, несмотря на смущение, распределяющееся всё сильнее по её лицу.       — Может кто-то из сверстников тебе лучше подойдёт? — Мидория слишком растерялся и придумал на кого можно скинуть эту девушку, — Кода например со второго курса? Он очень старательный.       — Сенсей, вы не понимаете, — Вашио поднимает холодный взгляд, полный пафоса, — мне невыносимо скучно с моими сверстниками. Их мысли заняты только пустой тратой времени, и никто не способен понять истинный смысл мира, который даровал нам Бог.       Мидория наблюдает за самым прекрасным периодом в жизни этой девушки. Как учителю ему следует сохранить спокойствие и не обидеть ученицу, когда её душевное состояние такое хрупкое. Вариант рассказать про отношения Изуку сразу отбрасывает, чтобы сохранить имидж как героев. Как бы на его месте поступил Всемогущий?       — Юная Вашио, может не стоит торопиться с такими вещами? Мы ведь даже не знакомы, нам стоит это обсудить, — одной рукой Изуку уже набирает сообщение Бакуго в надежде, что он поможет.       — Вы все для меня как открытая книга. Мне чрезмерно одиноко в этом мире, поэтому я хочу скрасить бытие, находясь рядом с вами.       Метод Тошинори рушится как карточный домик, и Изуку вздыхает. Глубоко и обреченно, стараясь случайно не хихикнуть. Может следует вести себя как Сотриголова?       — Да, мир так жесток, нам всем хочется уйти из этого мира и рыдать в подушку, мир уже не тот. Я устал, я посплю, — у Изуку не было с собой спального мешка, поэтому он лёг на стол среди тетрадей.       — Сенпай! — Глаза девушки блестнули, — вы меня так понимаете!       — Тогда тебе лучше идти к Айзаве сенсею, — проворчал он себе под нос.       На столе завибрировал телефон от сообщения. Вашио сразу незаметно подглянула и увидела, как кто-то подписан у Изуку ласковым прозвищем "Каччан". С сердечком на конце! В сообщении было только одно слово.       "Перезвони"       Мидория берёт телефон и подрывается с места. Надежда на спасение заставляет его улыбнуться.       — Не уходи, мы ещё не закончили, — он пытается звучать строго, но на самом деле не может, ему слишком жаль девочку, — мне просто нужно позвонить.       Он весело выбегает за дверь, захлопывает дверь. Весь переполненный счастья, он перезванивает, но как только Кацуки берёт трубку, то Изуку мгновенно получает удар по барабанным перепонкам. Бакуго безостановочно смеётся, пока Мидория стоит в шоке, который быстро сменяется на обиду.       — Каччан! — Выкрикивает Мидория, но сразу же оборачивается на дверь на пару секунд, чтобы убедиться, что его не подслушивают, — это несмешно, — в разы тише продолжает Изуку.       — Это очень смешно, — отвечает Бакуго сквозь смех, — взрослый Изуку, уважаемый сенсей престижной академии UA, герой, победивший Шигараки, герой, который находится на четвёртом месте рейтинга героев. Тот самый, который спустя столько лет реагирует на признания, как будто ему ещё 15 лет.       — Каччан, я думал ты поможешь.       — Скажи ей, что ты женат на Великом Взрывном Убийственном Боге Динамите, — слышно как Бакуго что-то делает паралельно разговору по телефону.       — Во-первых, это безрассудство, — Изуку ходил из стороны в сторону, — во-вторых, она не поверит, что мы женаты, — он смотрит через окно коридора прямо в даль, — а в-третьих, мы не женаты, Каччан.       — Иди и перепиши наше законодательство, придурок, — Мидория слышит как Кацуки шуршит, а после продолжает, — чёрт, просто скажи ей, что ты уже занят, а если начнёт спрашивать, то это уже не её дело!       — Ладно, я так и сделаю, — Изуку резко замолчал, а после хитро улыбнулся, — а что у нас сегодня на ужин?       — Мисо-суп, — нехотя отвечает Бакуго, — я помню, что ты просил приготовить, — и если бы не любопытство Мидории, то получился бы сюрприз, — я по телефону слышу, как ты улыбаешься.       — Каччан, я люблю тебя, — Мидория улыбнулся ещё шире.       — Заткнись, — послышался звон ключей, по ту сторону связи, — могу заехать за тобой по дороге, если ты успеешь разобраться с той девчонкой.       — Приходи, я буду ждать. Люблю тебя, — Изуку сразу же сбрасывает.       Дверь всё ещё закрыта, значит его точно не подслушивали. Как только Мидория открывает дверь, перед ним стоит Вашио. Она с важным видом сложила руки на груди.       — Так у вас имеется потенциальная супруга? — Сквозь прядь волос можно увидеть серьёзный взгляд, наблюдавший за растерянным учителем, — Сенпай, вы в самом деле полагали, коль вы дверь закроете, то вас магическим образом звукоизолирует?       — Неважно, — он нервно усмехнулся, — но это правда, я уже занят.       Девушка ухмыльнулась и прошла мимо учителя, заворачивая за угол. Изуку надеется, что в ближайшее время он её больше не увидит. Всё обошлось лёгким испугом. Мидория думал, что она будет стоять на своём до последнего, но этого не произошло. Она восприняла всё намного спокойнее.

***

      Конец рабочего дня подошёл к концу. Как и всегда Изуку уходит одним из последних. Он неспеша собрал вещи. Мидория уместил в сумке пару своих личных тетрадей, рабочие записи некоторых своих учеников, отчёты, свой геройский костюм и исследовательскую работу одного из учеников, которую он не успел проверить.       — Ты не умеешь отдыхать, Изуку, — Бакуго стоял в дверном проходе со спортивным рюкзаком за плечами, — вот эту флешку можно было бы и тут оставить, — он подходит ближе, слегка улыбаясь одним уголком губ, забирает из рук маленький прибор и кладёт на стол.       — Каччан с этим рюкзаком выглядит как школьник, — Мидория улыбается в ответ и кладет руку на его щеку.       — Заткнись, — несмотря на грубость, он не отталкивает Изуку.       Изуку притягивает Кацуки ближе. Он легко поддается вперед. Изуку планировал поцеловать его в уголок губ, но вздрагивает и отстраняется так далеко как только может, когда краем глаза замечает в дверном проёме плачущую Вашио.       Бакуго не сразу понимает, почему он не получает поцелуя, потому что Изуку очевидно хотел это сделать. Когда он замечает девушку в слезах, то всё равно не понимает, в чём была проблема.       — Вашио, — Изуку осторожно приблизился к ней, — я думаю нам нужно...       Мидория не успел закончить мысль, как ладонь девушки со звонким шлепком ударила его по щеке. Глаза у Кацуки округлились, а челюсть приоткрылась. Изуку приходил в оцепенении несколько секунд, после чего мягко дотронулся до места поражения.       — Изменщик! — выкрикнула Вашио и сразу же всхлипнула.       Изуку панически взглянул на Бакуго, беспокоясь, что сейчас он может выдать абсолютно любую реакцию. Он может разозлиться на бедную Вашио или на Изуку. А если он поверит её словам? Он будет ревновать? И потом расстанутся? Или он подумает, что Мидория правда способен на что-то столь низкое в стенах академии?       Кацуки отвернулся и посмеялся в кулак маскируя это кашлем. Плечи Мидории расслабляются, когда он видит напряженные губы, старающиеся не улыбаться. Конечно, у Бакуго никогда не возникнет подобных глупых мыслей, просто у Изуку слишком затуманен разум в порыве непредвиденных обстоятельств.       — Ты мне говорил... — продолжает Вашио, смазывая слезы с лица, — говорил, что я не такая как все девушки, — она драматично шмыгает носом, что только сильнее веселит Кацуки, — ты сказал мне, что я умна не по годам...       Лицо Изуку мрачнеет, в то время как Бакуго выглядит как самый счастливый человек на свете. Мидорию на самом деле очень сложно разозлить, и на данный он не зол, но он очень-очень близок. Кацуки давно не видел его в таком состоянии, но когда это происходило, то глаз невозможно было отвести от такого зрелища. Поэтому он вдыхает полной грудью, успокаивая своё сердце и выравнивая мышцы лица.       — Изуку, кто эта стерва? — Он наигранно хмурится.       — Каччан! — Мидория выглядит ещё более злым, потому что хочется вмазать ему кулаком туда, куда хотел поцеловать пару минут назад, — Ты знаешь, кто это! Моя ученица!       — Только не говори, что ты тут со своими такими ученицами... — Бакуго отворачивается, чтобы Вашио не видела его выражение лица, но Изуку то видит как он сжимает подрагивающие губы.       Ученица пользуется ситуацией и тоже теряет самообладание, ухмыльнувшись на мысль о том, что всё идёт по плану.       — Каччан, прекрати этот цирк. Ты знаешь, что это не так!       Кацуки показательно выдыхает, чтобы казалось, будто он разочарован в своём партнёре, но на деле он дает себе время, чтобы собраться с силами и всё усугубить. Девушка в это время смахивает последние капли, чтобы приступить к следующей части плана.       — Да ты просто грязный извращенец! — Кацуки подходит ближе к Мидории, — ходишь тут со своими большими милыми глазами и добренькой улыбкой с веснушками, весь из себя такой невинный, а на деле после уроков клеишь старшеклассниц?!       — Я не извращенец, — угрюмо проворчал Изуку, думая о том какой Бакуго придурок.       — Извращенец бы так и ответил! — В спор включается Вашио, поднимая взгляд на их лица, её челка скатывается по бокам лица, открывая вид на картину перед ней, и она теряет на секунду дар речи, ведь без костюма, шума взрывов вокруг, с этим глупым рюкзаком, героя Динамита так просто и не узнать, — мало того, что ты гей и изменил мне с мужиком, так ты ещё и Динамита сделал геем?!       Бакуго проглатывает новый порыв смеха. Он смотрит на потерянного Изуку и снова проглатывает. Мидория сейчас слишком завидует Айзаве, который может отчислить любого, после чего лечь спать в свой футон без чувства вины.       — Да, Изуку, ты сделал меня геем и теперь все мои фанатки нарыдают целое цунами, — спокойно, но с очевидной насмешкой он обходит его со спины и жужжит как назойливая муха, которую хочется прихлопнуть, — ты мне ещё с какой-то сукой изменяешь, наверное придётся расстаться. Никакого мисо-супа тебе.       Изуку сжимает руки в кулаки и прикладывает не мало так усилий, чтобы побороть желание поколотить его. Только он открывает рот, чтобы ответить Кацуки, так его сразу перебивает ученица.       — Правильно! Не лезь в нашу жизнь, Динамит, — она толкает Кацуки и тот сразу не соображает что происходит, потому что это было словно касание крылом бабочки, — а с тобой, Изу-чан, мы дома все обсудим!       — Вашио! — Мидория слишком злится, но правда не хочет обидеть её, поэтому запинается, — э-это зашло слишком далеко!       — Ты продолжаешь делать вид, что между нами ничего нет, Изу-чан? — Она повернулась спиной для большего трагичного эффекта, — Ты готов променять наши годы отношений, наши воспоминания, нашего пуделя на героя? Я знаю, что ты хочешь славы и всеобщего признания, но не таким образом!       — Пудель, — тихо смеётся Бакуго, на что Изуку пихает его в плечо, пока Вашио не смотрит.       — Каччан, заканчивай это и помоги её усмирить, — шепчет Мидория, будучи максимально серьёзным.       — Как все запущенно, — он закатывает глаза, а после говорит намеренно громче, чем обычно, — ну раз уж у тебя уже есть девушка и пудель, то придётся нам расстаться. У вас такая любовь, что наша история и рядом не стоит, я уверен.       Бакуго как можно быстрее отпрыгнул подальше от Изуку на безопасное расстояние. Он прочитал по его губам "Каччан, дома я тебя..."       Дальше он фразу не разобрал, видимо какой-то новый вид пыток. Кацуки в целом считает, что Изуку сам себя закопал. Такие серьёзные разговоры должны решаться без постороннего вмешательства. Он ведь сразу мог поговорить с ней с глазу на глаз. Бакуго уходит за дверь кабинета, оставляя их вдвоём. Почти вдвоём, потому что через дверь все слышно. Мидория сам считал забавной эту ситуацию, когда Вашио подошла в первый раз, но сейчас ему уже не до шуток.       — Ха! — Вашио задрала нос, — всё прошло по плану. Теперь вы свободны, сенпай. Ваш ответ на мои чувства вероятно изменился?       — Нет, — Изуку ответил резко, когда понял, что Кацуки оставил их намеренно, — ты не хочешь быть со мной.       — Вы не правы. Может вы не расслышали, но я вас уже оповещала, что к вам неравнодушна, — Вашио медленно шагает из стороны в сторону, ухмыляясь, — Я лишила вас всего... Я единственная веточка, за которую вы можете ухватиться, сенпай.       — Я не умею готовить и ем я много, — Мидория старается вспомнить всё, за что его ругал Кацуки, — а ещё я почти всегда работаю. Я разбрасываю носки и забываю галстуки. Я часто их теряю.       — Не заприметили мои очи грубых недостатков в подобном поведении, — Вашио улыбнулась, подбираясь ближе, — отец мой характером на вас похож. Особенно похож в моменте про носки.       — Я коллекционирую весь мерч со Всемогущим и не только. На это уходит много бюджета, а значит я и работаю соответственно много, — Изуку помнит сколько недовольства и скандалов было по поводу переработок, поэтому это самый сильный аргумент на данный момент.       — Вы стараетесь меня отвадить от себя, однако только пуще заманиваете, — Мидория не учёл, что коллекционирование геройского мерча в таком большом количестве круто выглядит в юношеском возрасте.       Мидория стискивает зубы в ещё большем раздражении. В его голове пролетает мысль о том, что все его важные жизненные события привели его к этой ситуации. Теперь он жалеет о том, что Айзава не отчислил его, когда была возможность.       — Мне нравятся только парни, — Мидория врёт, хватаясь за последнюю ниточку надежды.       — Вы это перерастёте, сенпай, — девушка сочувственно положила руку ему на плечо.       Изуку мгновенно отпрянул и сел на своё место. Он оглядел свой стол с листочками и тетрадями, фото в рамочке со всем классом. Неужели они все были такими же? Если Айзава называл его проблемным учеником, то наверняка он вёл себя даже хуже. Наверное это единственный аспект, в котором он надеется, что Кацуки его обогнал. Изуку смотрит на Вашио, снова на стол, а затем его лицо закрывается ладонями и он устало хнычет. Образ собранного учителя дал трещину.       Вашио удивилась такому действию, но виду старалась не подавать. Вроде бы хотелось что-то сказать, а как будто и говорить уже нечего.       — Вашио, просто... — руки переместились на затылок, вцепившись в собственные волосы, — нет. Я не отвечу на твои чувства, — Изуку поднимается с места и продолжает собирать вещи, — Мне это надоело. Я не хочу разбираться с этим, если тебе не хватает прямого отказа, то это уже точно не моя проблема!       Вашио смотрит на него, словно он сказал какую-то несусветную глупость, и не отвечает ничего, гордо хмыкнув напоследок, перед тем как уйти, хлопнув дверью. Изуку сел обратно на своё место и мгновенно пожалел о своих словах.       За дверью девушку встречает Кацуки весь красный, а на глазах скопились капли слез. Давно он так не смеялся.       — Динамит, вы плачете? — Вашио скептично приподняла одну бровь.       — Да, — Бакуго продолжает этот концерт, ему слишком весело.       — Не переживайте, я тоже его бросила, он оказался подлецом.       — Зачем? А как же ваш... — Кацуки вздыхает, — ваш пудель?       — Мы с пуделем справимся и без него. Измены это недопустимо. К тому же он бесконечно неряшливо оставлял повсюду носки, терял и забывал галстуки!       — Точно, такой придурок, — услышав слова девушки он немного успокаивается, — Не умеет отдыхать и всегда лезет в гущу событий, когда этого не требуется, — внезапно звучит мечтательно, — Рискует жизнью, чтобы спасти всех даже без причуды, а заработанные деньги тратит на глупые фигурки.       — Он инфантильный, импульсивный, переполнен человеческим фактором, что плохо сказывается на его характере.       — Да, он никогда не думает о себе, — отвечает уже просто по инерции, не отводя глаз от двери кабинета Изуку.       — Вы очень образованы. У нас так много общего, — Вашио отвела взгляд, заливаясь румянцем, — может вы примите мои чувства? Давайте встречаться?       — Ты же встречалась с моим парнем.       — На самом деле, — она почувствовала резкий укол стыда за себя, — сенсей со мной вам не изменял.       — Я знаю, — Кацуки краем глаза заметил недоумённое выражение лица Вашио и прыснул со смеху, — после всего, что было между мной и Изуку, последнее, что станет делать Изуку – это изменять. Он всю жизнь смотрел на меня так, как не смотрел ни на кого другого, так что я никогда не смогу его даже приревновать, не говоря уже об измене.       — Тем не менее, вы его бросили, так что давайте встречаться.       — Ну давай, — усмехнулся Кацуки.       — П-правда?! — Девушка прикусила губу.       — Нет конечно, приди в себя уже в конце концов, — теперь Бакуго открыто смеется, — я даже карьеры своей не представляю без него. Успеешь ещё с чувствами наиграться, не торопись.       Изуку выходит из кабинета недовольный, причёска слегка растрёпанна. Он бросает короткий раздраженный взгляд на обоих.       — Вашио, иди домой, — он видит, как девушка уже открывает рот, чтобы возразить, поэтому перебивает, — Иначе завтра я свяжусь с твоими родителями, — теперь уже Мидория замечает ухмылку Бакуго, — А с тобой я ещё поговорю. Я тебя не то что на диван отправлю спать, ты в машине заночуешь!       Мидория сразу же уходит, опуская взгляд в пол. Он слышит, как Кацуки его догоняет, но ничего не говорит. Так же молча они садятся в машину. Изуку специально отворачивается в левое окно. Бакуго не чувствует неловкости, но не может начать разговор ещё минут десять, пока едут. Пересилив себя, он старается начать ненавязчивую беседу.       — Ну так... — он чешет затылок, — сколько дней мисо-супа ты хочешь?       — Я хочу три дня мисо-супа, чередующихся с кацудоном и якисобой, в выходные на завтрак блины и тогда будешь прощён, Каччан.       — Путь к сердцу через желудок, — Кацуки пропускает лёгкий смешок, чувствуя как целые горы падают с плеч, — шесть дней на кухне. Прям как личный шеф.       — Семь дней, потому что у меня два выходных, — Мидория обиженно складывает руки на груди, но на деле он уже простил его, — теперь пойдут слухи.       — Ну и к чему это сейчас?       — Имидж подпортится, — Изуку вздохнул, расслабляясь в кресле, — и рейтинг в топе героев понизится.       — Я уже говорил тебе, что личная жизнь никак не связана с работой, — он видит как его слова не помогают, — Я журналистов куда только не посылаю, но всё равно нахожусь на пятом месте.       — Поэтому ты и не можешь меня обогнать, — Изуку смеётся, а Кацуки расценивает это, как хороший знак.       — Ни у кого нет доказательств, можешь расслабиться.       — Наверное ты прав, Каччан, — Мидория улыбнулся.       История с хорошим концом...

***

      Больше Вашио не беспокоила учителя. Мидория считал это победой, тем более, когда смог заставить Бакуго неделю готовить. Всё было хорошо до тех пор, пока стук в дверь кабинета вновь его не прервал. В кабинет вошёл ученик со факультета поддержки.       — До меня дошли некоторые слухи... — парень хрипло выдохнул, — Я должен вам сказать, что вы мне нравитесь.       Изуку очень хочет отчислить Вашио.