Отверженные

План сработал отлично. Нет, даже слишком хорошо. Люцифер, сияющий от глупой надежды на примирение, пришёл в назначенное время в назначенное место. Глупцу было всё равно, что это была тёмная, заброшенная студия звукозаписи, где в пыльном луче единственного проектора танцевали частицы пыли. Было до смешного легко: голограмма Чарли, записанная из сотен часов эфира, позвала его вглубь. Воксу было почти жаль этого зрелища. Он наблюдал, как король Ада, вертя в руках свою дурацкую шляпу, с детским оживлением спрашивал у силуэта из света: «Чарли,это сюрприз?» Последующее выражение его лица, когда активировалась ловушка,сплетенная из ангельской стали и технологии Вокса, было бесценно. Страх, потрясение, а затем — разочарование. Сила Первого грешника была запечатана в оружии Кармиллы Кармайн,нет,в его оружии. Раздражало лишь одно. Люцифер даже не знал кто такой Вокс,но прекрасно знал кто такой Аластор.Опять этот олень. Опять его тень на всём. Как же он его заебал. Теперь Вокс стоял на вершине. Он видел будущее Ада — свое будущее. Он захватил власть, король в плену, Радиодемон скован его цифровыми цепями где-то в глубинах серверов. Но в этой полной, оглушительной тишине триумфа его «сердце» — холодный процессор, имитирующий эмоции, — выдавал сбой. Ему не хватало чего-то. Глупых, провальных попыток. Никому не нужных, надоедливых песенок о надежде. Ему не хватало нее. Ярости в её глазах, того огня, который не гас даже при поражении. Он должен был признаться себе: с того самого дня, когда она впервые подошла к нему,получила отказ и послала его,он хотел не просто унизить её. Он хотел иметь эту принцессу рядом. Как трофей,как что то своё или может больше... Но он не ожидал, что она придёт сама. Так скоро. Двери его тронного зала, больше похожего на центр управления вселенной, бесшумно раздвинулись. И она вошла. –Где мой отец, блять? – её голос, обычно мелодичный, был хриплым от ярости и бега. Чарли выглядела не так,как всегда. Растрёпанные золотые волосы вихрем обрамляли бледное лицо. Адские рога, обычно почти незаметные, сейчас сияли на её голове кровавым багрянцем, выдавая её истинную природу. Униформа отеля отсутствовала — вместо неё была простая белая рубашка и брюки, запачканные пеплом и пылью улиц. Она была оружием. Прекрасным, необузданным и направленным прямо на него. Вокс медленно развернулся в своём кресле. На его экране проступила имитация мягкой, почти отеческой улыбки. –Принцесса, ну кто так разговаривает, а? Где «привет», «как дела»? Не королевское поведение. Он видел,как её челюсть сжалась. Видел, как она усилием воли заставила себя сделать глубокий вдох, и пламя в её глазах немного угасло, сменившись ледяным, сконцентрированным спокойствием . Это позабавило его до глубины той самой души, которой у него не было. То ли она была готова на всё ради отца. То ли она, сама того не осознавая, всё ещё слушала его, реагировала на его тон. Ему это нравилось. Страстно. – Вокс. Перестань играть. Где он? –В безопасности– он встал и сделал несколько шагов к ней, его тень, отбрасываемая подсветкой сзади, накрыла её. – Мы же оба знаем, что он был проблемой. Для тебя. Для Ада. Для… нашего будущего. –Нашего? – она фыркнула, но в её голосе дрогнула неуверенность. – Ты сошёл с ума. Ты похитил короля Ада,моего отца,блять! –Я исправил ошибку системы, – парировал он, продолжая приближаться. – Теперь всё может измениться. Без его вмешательства. Твой отель… он может наконец работать. Правильно. Под правильным руководством. –Ты хочешь сказать, под твоим, – прошипела Чарли, отступая на шаг. –Я хочу сказать, под нашим. Представь, Чарли. Реальные ресурсы. Настоящая власть, чтобы воплотить твои мечты в жизнь. Не песни, а законы. Не надежду, а новый порядок. Он видел,как его слова находят отклик. Не тот, на который он надеялся, но отклик. Она не просто отвергала их с ходу. Она думала. Она взвешивала кошмарность предложения против отчаянного желания спасти отца. Это было лучше, чем он мог представить. – Нет, – наконец выдохнула она, но в её глазах читалась неподдельная боль. – Не так. Никогда не так. Отпусти его. И… и мы… –И мы что? – он резко замкнул расстояние между ними, теперь его цифровое лицо было в сантиметрах от её. – Ты уйдёшь, и всё начнётся по новой? Он вернётся, чтобы всё испортить? Аластор вырвется и устроит очередное шоу? Нет, милая. Ты пришла сюда. Сама. И это значит, что игра изменилась. Чарли посмотрела на него — на эту пародию на жизнь, на эту сталь и стекло, пропитанные маниакальной одержимостью. И она поняла. Она поняла всё. Она резко развернулась, чтобы уйти. Чтобы бежать, чтобы найти другой способ, любой способ. – Ты уже не уйдёшь, – голос Вокса потерял все нотки игривости. Он стал плоским, металлическим, абсолютным. Из потолка,стен, пола — отовсюду — выскользнули тонкие, гибкие кабели, обернутые в сияющую неоновую оплётку. Они двигались со змеиной скоростью. Чарли попыталась увернуться, из её ладоней вырвались когти из чистой адской энергии, она рассекла несколько щупалец. Но их было слишком много. Они обвили её лодыжки, запястья, талию, сжимаясь с тихим гудящим звуком. Она рванулась, но провода только впились глубже, потянув её с ног. Она упала на колени, пойманная в сияющую, пульсирующую паутину. Вокс медленно подошел, присел перед ней. Его механическая рука протянулась, и холодные металлические пальцы приподняли её подбородок, заставляя смотреть в его экран, где теперь плясали абстрактные, гипнотические узоры. –Видишь? Ты всегда слушалась. На каком-то уровне. Ты пришла по моему зову. Ты останешься по моей воле. Мы переделаем этот Ад. Мы переделаем тебя. А он, – он кивнул в сторону пьедестала, где лежал зловеще мерцающий кристалл, – будет гарантом твоего… благоразумия. Добро пожаловать домой, принцесса. Настоящее шоу только начинается. Её взгляд, полный ненависти, ужаса и странного, непобедимого огня, был последним, что он видел, прежде чем провода мягко, но неумолимо потянули её вглубь его цифровой крепости, навстречу судьбе, которую он для неё сплел.