Снято!

Больше пол года спустя:

— Донхён! Голос из гостиной прозвучал так, словно Кейджу пытался перекричать пожарную сирену. Донхён поморщился от такого звона в ушах. — Если ты теперь не разлей вода с Гехуном, это ещё не значит, что меня можно игнорировать! — донеслось до него. Донхён, стоявший в дверном проеме и лениво опирающийся плечом о косяк, лишь закатил глаза к потолку. — Господи боже... — выдохнул он одними губами, а затем, повернув голову в сторону гостиной, крикнул: — Да не брошу я тебя, куда я денусь! — его взгляд снова вернулся на Гехуна. — Подожди пару минут, я просто нормально попрощаюсь. Гехун, вместо того чтобы уйти, хитро прищурился и попытался заглянуть через плечо Донхёна вглубь дома. — Я смотрю, у вас там подготовка к церемонии идет полным ходом? — усмехнулся он. — Ага, — Донхён вздохнул. — Кейджу весь на взводе. Они с Миндже сегодня впервые выходят в свет как пара после всех этих новостей, так что он нервничает. — Миндже, кстати, тоже небось места себе не находит, — понимающе кивнул Гехун. — Иди уже к нему, а я тут разберусь с нашим ураганом, — Донхён подался вперед и быстро чмокнул парня в щеку. — Встретимся вечером, старик. Гехун, уже сделавший шаг к выходу, замер на месте, и Донхён усмехнулся. — И тебе не скучать, мелкий, — бросил Гехун, не оборачиваясь. — И тебе, пенсионер, — еле слышно добавил Донхён ему в спину. Эффект был мгновенным. Гехун резко развернулся, сощурив глаза. — Ты сейчас договоришься. — Я? Ни в коем случае. Тебе показалось, — невинно похлопал ресницами Донхён. Гехун покачал головой, но в его взгляде читалась только любовь. Уже садясь в машину, он приспустил стекло и крикнул: — Я поехал! Люблю тебя! Донхён проводил машину взглядом и широко, по-глупому улыбнулся. Эту фразу он слышал каждый раз при прощании, и каждый раз она согревала его изнутри. Но крик из дома снова вернул его в реальность. — Ли Донхён! Сколько тебя ждать? — Да иду я, иду, чего разорался?.. — Донхён влетел в комнату и замер на пороге, забыв закрыть рот. — Боже господи... Перед ним стоял Кейджу. И слово «стоял» здесь не подходило — он парил. Белоснежный костюм идеальной посадки облегал плечи, словно сшитый лично для него небесными портными. Легкая ткань пиджака переливалась под светом ламп, а брюки стрелками разрезали воздух. Светлые волосы, которые Кейджу носил уже больше года, сегодня уложили особенно тщательно. Мягкие локоны обрамляли лицо, контрастируя с безупречной белизной пиджака. Он был похож на ангела, который случайно заглянул в этот дом по пути на собственные похороны — настолько кислым было выражение его лица. — Ты как будто не на церемонию идёшь, а на собственную свадьбу, — выдохнул Донхён, наконец обретая дар речи. — Перестань! — Кейджу дернул идеально сидящий пиджак, словно тот его душил. — Я серьезно! — Донхён обошел друга по кругу, цокая языком. — Донхва позову, он также скажет! — Не смей! — Не сметь — что? — раздалось от двери. Донхва материализовался на пороге бесшумно. Он присвистнул, окидывая Кейджу восхищенным взглядом. — Ого, — протянул Донхва, входя в комнату. — Кейджу, ты на свадьбу собрался? А меня почему не позвали? Я бы хотя бы букет поймать пришел. — Я же говорил! — Донхён ткнул пальцем в друга, довольно скалясь. Кейджу закатил глаза так сильно, что, казалось, увидел собственный затылок. Он с грохотом рухнул на край кровати, даже не думая о том, как белоснежная ткань контрастирует с темным покрывалом. Белый пиджак распахнулся, открывая такую же белую рубашку — Кейджу был белым от макушки до пят, словно лебедь, которого загнали в самый ответственный момент в курятник. — Ну? — Донхва плюхнулся рядом с ним, бесцеремонно пихая страдальца плечом. — Чего нос повесил? Вы всё-таки смогли спокойно отснять сериал, а потом даже объявили миру о своих отношениях. Я думал, ты будешь летать от счастья. Донхён присоединился к ним, усаживаясь по другую сторону. Со стороны они выглядели странно: два парня в повседневной одежде и между ними белоснежный принц с лицом человека, которому только что сообщили о конце света. — Мне плохо, — простонал Кейджу, запуская пальцы в свои светлые волосы, тут же их одергивая, и укладка мигом испортится. — Не понятно, как будет реагировать публика. А Миндже... Он замолчал, сжимая губы. — Что Миндже? — в один голос спросили друзья. — Миндже это совсем не волнует! — выпалил Кейджу с такой обидой, словно ему отказали в предложении руки и сердца. — Он спокоен, улыбается, говорит: «Всё будет хорошо». И это бесит меня ещё больше! Донхён с Донхвой переглянулись поверх белокурой макушки. Этого человека было невозможно понять.

---

Гехун нашёл Миндже в холле отеля, где тот прятался за огромной колонной, делая вид, что изучает что-то важное в телефоне. На самом деле экран давно погас, а взгляд был устремлён куда-то в сторону лестницы, ведущей к номерам. — Эй, Миндже, — Гехун бесшумно подкрался и хлопнул друга по плечу, заставляя того вздрогнуть. — Ты бы поволновался хотя бы для приличия, а то слишком спокойным выглядишь. Там твой возлюбленный от стресса умирает. Миндже дёрнулся так, будто его ударили током. Расслабленное выражение мгновенно слетело с лица, уступая место панике. — Что? Ты его видел? — голос Миндже сорвался на полоктавы выше. — Он сильно переживает? Может, мне нужно было к нему пойти? — Эй-эй, сбавь обороты, — Гехун выставил вперёд ладони, останавливая друга, который уже рвался к лифту. — Я просто сказал, что он переживает. Это нормально, все нервничают. Да и ты ему скорее всего сейчас не нужен. Миндже замер на полпути, нахмурившись. — Как это — не нужен? — Вот так, — Гехун пожал плечами с видом человека, который только что открыл великую истину. — Иногда любимый человек — последний, кого хочется видеть в состоянии стресса. Потому что при нём нельзя развалиться на части. Приходится держать лицо. А иногда хочется просто поныть друзьям без последствий. — Гехун, заткнись, — Миндже сузил глаза. — Пока я сам этого не сделал. — Нет-нет, спасибо, — Гехун сделал шаг назад, но ухмыльнулся. — Эта функция в моём арсенале разрешена только Донхёну. — Чего?.. — Миндже дёрнул плечом, пытаясь согнать раздражение, но потом махнул рукой. — Ай, да не важно. Повисла короткая пауза. Где-то в холле щёлкали каблуки проходящих мимо гостей, кто-то громко смеялся, но за колонной стояла своя, особая тишина. — Кстати, — Гехун понизил голос, становясь чуть серьёзнее. — Что было после того самого признания? Ну, тогда, в ресторане? Просто я сразу после всего этого к Донхёну поехал, а Джуван с Мару разъехались по делам. Так никто и не рассказал толком. Миндже отвернулся, уставившись куда-то в стену. На его лице мелькнуло что-то странное — смесь неловкости и теплоты. — Да не важно... — пробормотал он, но в голосе не было уверенности. — Слушай, — Гехун вдруг стал серьёзным. — Я тут подумал... — О, Господи, — Миндже закатил глаза, но в них мелькнула усмешка. — Ты хоть о чём-то не думать можешь? — Не могу, — легко согласился Гехун. — Поэтому скажу то, что думаю: вы с Кейджу прошли слишком много, хоть и за краткий срок. Ну, семь лет — это не кратко, но всё же, в это время вы всё равно не виделись, — он говорил медленно, будто собирал мысли в кучу. — Но даже за это время не забывали друг о друге. Гехун на секунду запнулся. В голове мелькнула мысль съязвить: мол, что за люди, которые не могут забыть друг друга даже спустя столько лет? Но он вспомнил Донхёна. Вспомнил, как сам почти полгода не мог выкинуть его из головы. Как прокручивал в памяти их встречу и каждое слово. Он сдержанно улыбнулся своим мыслям и продолжил: — Хочу сказать, что это связь очень глубокая. Такое просто так не случается... — Господи, Гехун, заткнись уже, — Миндже дёрнул щекой, но в его глазах плясали чертики. — Из тебя так себе психолог. — Да, я знаю, что из меня так себе слова выходят, — легко согласился Гехун. — Но ты слушай. Разве Кейджу так быстро принял твои чувства? Он же реально тебя ненавидел.

Вечер признание:

— Я скажу ещё раз. Ты мне нравишься, Кейджу. Голос прозвучал нежно. Без всякой привычной игры, без насмешки, без того защитного сарказма, который Миндже так любил использовать. Только тепло и лёгкая, едва уловимая хрипотца от волнения. Кейджу резко вскочил, едва не опрокинув стул, и бернулся. Миндже стоял напротив, сжимая тот самый букет. Он неуверенно протянул цветы вперёд, и в этом жесте было столько надежды и страха одновременно, что у Кейджу перехватило дыхание. Они застыли друг напротив друга. Секунда. Две. Три. Кейджу смотрел на Миндже не моргая. А потом он опомнился. Медленно, словно во сне, протянул руку и взял букет. Пальцы на мгновение соприкоснулись — и обоих словно током ударило. — Я... — хотел начать Кейджу, но голос предательски сорвался. Он замолчал, только хлопал глазами, чувствуя, как внутри всё переворачивается. Миндже спокойно улыбнулся. Кивком указал на столик, за которым Кейджу сидел минуту назад, и жестом подозвал официанта. Тот возник бесшумно, словно только и ждал сигнала. — Поставьте, пожалуйста, в вазу, — тихо попросил Миндже, показывая на букет. Официант кивнул и исчез так же незаметно, как появился. А они остались вдвоём под приглушённый свет и тихую музыку, которая, казалось, стала играть ещё тише, давая им пространство. Кейджу сел первым, а следом и Миндже сел напротив. Повисла тишина. — Как я и сказал, можешь не отвечать сразу... — начал Миндже, глядя куда-то в сторону, на скатерть, на свои руки, куда угодно, только не в глаза Кейджу. — Ты мне тоже нравишься. Слова упали в тишину, как камни в воду. Миндже даже не сразу понял, что услышал. Просто замер, прокручивая фразу в голове. — И я буду ждать... — автоматически продолжил он и только потом осознал. — Стой... Что ты сказал? Кейджу смотрел на него. В глазах больше не было растерянности. Только тёплый, ровный свет. — Ты мне тоже нравишься, — повторил он. Громче и увереннее. Голос больше не дрожал. — Точнее, я влюблён в тебя. — Я... — Не знаю, что с нами вообще происходит, — Кейджу заговорил быстро, словно боялся, что его перебьют или что смелость вот-вот покинет его. — И что нам приготовила судьба, учитывая, что она свела нас даже через семь лет. Но возможно... — он сделал глубокий вдох. — Нам будет лучше прожить её вместе? Миндже смотрел на него и не верил своим ушам. Сердце пропустило удар, потом ещё один, а потом пустилось вскачь, разнося по телу горячую волну. — Да, — выдохнул он. — Да. Да! Ты прав! Нам стоит прожить всю оставшуюся жизнь вместе! Он вскочил со стула так резко, что тот жалобно скрипнул и едва не опрокинулся. Кейджу даже не успел ничего сказать, как Миндже обогнул столик, подхватил его на руки и закружил прямо посреди ресторана. — Эй! Стой! Отпусти! — засмеялся Кейджу, стуча кулаками ему по спине, но даже не думая вырываться по-настоящему. — Ты почему такой эмоциональный? — Сам не понимаю! — Миндже кружил его, не в силах остановиться. — Я сейчас настолько счастлив, что никакая новость меня не заставит испортить настроение! — Остановись, Миндже! У меня голова закружилась! — Я очень счастлив, что мы наконец поняли наши чувства! — Я тоже, но всё же отпусти! — Кейджу хохотал, запрокинув голову, и мягкий свет ресторанных ламп золотил его светлые волосы. Миндже остановился. Опустил Кейджу на пол, но не отпустил — просто прижал к себе, пряча лицо в его плече. Где-то рядом деликатно кашлянул официант, предлагая то ли шампанского, то ли просто напоминая о своём присутствии, но Миндже только мотнул головой, не поднимая лица. — Спасибо, — прошептал он едва слышно. — Спасибо, что ответил взаимностью. Счастью обоих не было предела. Оно плескалось через край, заполняя собой каждый уголок зала, каждую ноту льющейся музыки. Да разве тут остановишь счастье, если единственное, чего они не понимали и в чём боялись признаться сами себе, отпустило их за считанные секунды? Если стена, которую они строили семь лет, рухнула в один миг, погребя под собой все обиды и недомолвки? Думаете, Кейджу понял всё это в ту самую секунду? Нет уж. Он с самого начала знал, что испытывает к Миндже. Знал все эти долгие семь лет разлуки. Но ситуация с конкурсом, несправедливая и больная, дала о себе знать. Чувство несправедливости тогда победило чувство любви и спрятало его как можно глубже в сердце, запечатало, заперло на семь замков. Но когда Кейджу понял, что Миндже не был в курсе, когда осознал, что всё это время ненавидел его напрасно — всё, что он прятал долгие годы, вырвалось наружу. Одним потоком. Одной волной. Сам он, конечно, осознал это не сразу. Ему потребуется время, чтобы разобраться в себе, чтобы принять это без оглядки на прошлое. Но прямо сейчас, стоя в обнимку с Миндже посреди ресторана, он был в этом уверен.

---

Миндже сразу предложил начать встречаться. И Кейджу сразу принял это предложение. Конечно, это было безумно рискованно — начать отношения, когда они продолжали съёмки совместного сериала. Но что им теперь мешало? Все стены, которые они выстраивали годами, рухнули в один вечер. Съёмки пошли как по маслу. Они работали сглаженно, словно танцевали один танец, чувствуя каждое движение друг друга. Опровержение они всё-таки решили не выпускать. Но на пресс-конференции прокомментировать случившееся пришлось. Минимум слов, минимум эмоций — и ситуацию удалось замять. Люди решили, что это был просто глупый слух, не стоящий внимания. Никто, кроме близких друзей, не знал правды. Скрываться приходилось тщательно. У Миндже, казалось, после признания напрочь отшибло инстинкт самосохранения — он то и дело порывался обратиться к Кейджу с нежностью прямо на площадке. Хорошо, что Кейджу не растерял актёрских навыков и каждый раз ловко переводил всё в шутку, в игру, в рабочий момент. Но когда они оставались наедине, чувства вырывались наружу. Иногда они целовались часами напролёт, забывая о времени. Иногда просто лежали на диване, смотрели фильмы или дурацкие сериалы, переплетя пальцы. Друзья часто звали их на ужины, и там они вместе играли, вместе смеялись, вместе прятали от посторонних глаз то, что принадлежало только им двоим. Кейджу и Донхён быстро сдружились с компанией Миндже, и теперь они частенько зависали все вместе. Даже Донхва, который поначалу сомневался, что сможет приехать на Новый год, твёрдо заявил: «В этот раз отмечаем вместе. Обязательно». Но скрываться вечно было невозможно. И сколько бы Кейджу ни боялся общественного мнения, Миндже терпеливо убеждал его, что всё будет хорошо. Два месяца назад они объявили о своих отношениях всему миру. К тому моменту сериал уже вышел — монтаж занял немало времени, и премьера случилась аккурат перед их каминг-аутом, вызвав вокруг проекта ещё больший ажиотаж. Как и ожидалось, мнения разделились ровно пополам. Одни кричали, что это неприемлемо. Другие — что гордятся парнями, которые не побоялись быть честными со своими фанатами. Наступил декабрь. И снова пришло приглашение на церемонию награждения, которая каждый год проходила тридцать первого декабря — туда, где они встретились впервые после долгой разлуки. Теперь их звали снова. И идти нужно было вместе. Кейджу эта идея категорически не нравилась. А Миндже, наоборот, прыгал от счастья при мысли, что наконец-то сможет появиться на людях именно с ним.

---

— Привет, Донхён. Позовешь Кейджу? Миндже стоял на пороге их дома, сияя улыбкой. Чёрный костюм сидел на нём безупречно, волосы уложены, в глазах — предвкушение. Донхён, открывший дверь, выглядел полной противоположностью: взлохмаченный, с потухшим взглядом человека, который только что пережил сборы Кейджу на выход. Он молча кивнул и поплёлся внутрь, даже не предложив гостю пройти. Через минуту в прихожей показался Кейджу. — Привет... — неловко помахал он, выходя к Миндже. Миндже застыл. Светлые волосы Кейджу сегодня вились мягкими кудрями. Белоснежный костюм сидел идеально, и только тёмный пояс на талии разбавлял эту ангельскую белизну. Он был прекрасен. — Ты выглядишь шикарно, — выдохнул Миндже, забыв, как дышать. — Да брось, — Кейджу смущённо дёрнул плечом. — Надо мной за этот наряд друзья несколько часов насмехались. — Наверное, они шутили, — Миндже мотнул головой, прогоняя наваждение. — Потому что выглядишь ты... словно с обложки. Кейджу и сам понимал, что Донхва с Донхёном просто подкалывали его по-дружески. Но от комплиментов Миндже щёки всё равно предательски теплели. Они поехали на церемонию вместе. И вечер прошёл лучше, чем они могли мечтать. Их номинировали в категории «Выбор фанатов». А потом объявили и вторую номинацию — «Лучшая пара года». И они выиграли. Оба застыли, не веря своим ушам. В такое невозможно было поверить, но это всё же произошло. После окончания церемонии друзья, конечно же, договорились встретиться и отметить Новый год вместе. Кто бы решился пропустить такое событие? Кстати, о Гехуне и Донхёне. После того признания Миндже Гехун тоже начал задумываться о чём-то подобном. Всё чаще ловил себя на мысли, что Донхён стал для него слишком значимым, чтобы ждать. Но Донхён его опередил. И дело даже не в скорости. Просто однажды Донхён сам позвал его на свидание. Сказал, что им всё же стоит попробовать, раз судьба подготовила для них всё это. — Ты... зовёшь меня на свидание?.. — Гехун тогда чуть не поперхнулся кофе. — Ну да. Что тут такого? — Донхён пожал плечами с таким видом, будто предложил сходить в магазин за хлебом. — Ничего, просто... — Гехун всё не мог прийти в себя. — Думал, это я должен тебя первым пригласить... — Ой, да какая разница? — Донхён нахмурился. — Или ты не хочешь? Окей, я тогда беру своё приглашение назад и пойду... — Нет-нет-нет! — Гехун вскочил. — Я просто немного в шоке. Пойдём на свидание. Но устраивать его буду я. — Тогда в чём смысл моего приглашения?! — возмутился Донхён. — Ты пригласил, я устроил. Честно же? — Идиот. — Малыш. — Придурок. — Малы-ыш, — Донхён уставился на него возмущенными глазами, и Гехун сдался. — Ладно, шучу, — Гехун довольно улыбнулся. — Давай уже ехать. Кстати, твой отец мне звонил. — Чего?! — Спросил, хотим ли мы приехать к ним на Новый год. Но я отказался, сказал, что у нас уже есть планы. — И он сказал это тебе, а не мне?! — в голосе Донхёна послышались рычащие нотки. — Ну, наверное, ты не брал трубку... — Заткнись, Гехун. Я и так зол. — Хорошо-хорошо, — примирительно поднял ладони Гехун. — Хочешь куда-нибудь поехать после Нового года? Сгладить впечатление? — Нет, — буркнул Донхён. — Просто поехали домой. — Хорошо. Домой. Это слово звучало теперь иначе. Потому что домом для каждого из них стал не просто адрес на карте, а человек, сидящий рядом. Так они и продолжали любить друг друга. Кто-то — тихо и нежно, кто-то — громко и скандально, кто-то — через бесконечные подколы и дурацкие прозвища. Но главное — они были вместе.

---

Дома уже были все. Мару и Джуван оккупировали диван в гостиной, лениво перебирая закуски и поглядывая на телевизор, где шла предновогодняя программа. Донхва сидел на полу, скрестив ноги, и сосредоточенно пытался распутать гирлянду, которая, судя по количеству узлов, решила объявить ему войну. Когда хлопнула входная дверь, все синхронно обернулись. Донхён и Гехун ввалились в прихожую, гремя огромными пакетами, из которых торчали бутылки и какие-то коробки. — Мы пришли! — торжественно объявил Гехун, сгружая пакеты на пол. — Вы чего так долго? — возмутился Донхва, оставив гирлянду в покое. — Всего час до Нового года остался! — А ты думал, закупиться под новый год — это быстро? — парировал Донхён, стряхивая снег с куртки. — Там очереди километровые. Все схватились за голову в последний момент. — И кто бы говорил, — фыркнул Мару из глубины дивана. Гехун только отмахнулся и потащил пакеты на кухню. Донхён поплёлся за ним, по пути кидая куртку на свободный стул. Время потекло незаметно. Кто-то нарезал салаты, кто-то расставлял бокалы, кто-то спорил, какой канал лучше смотреть. Донхва наконец победил гирлянду, и та радостно замигала разноцветными огнями по краю окна. Кейджу сидел в углу дивана, наблюдая за этой уютной суетой. Миндже пристроился рядом, что их плечи почти соприкасались. Почти — потому что при друзьях они всё ещё соблюдали приличия, хотя после сегодняшней победы на церемонии держаться на расстоянии было почти невозможно. — Так, — Гехун вынырнул из кухни с бокалом в руке и глянул на часы. — Через десять минут уже Новый год! — Ага... — рассеянно отозвался Донхва. — Ну, скажем что-то напоследок? — предложил Донхён, выглядывая из-за плеча Гехуна. — Давайте без этого, — тихо пробормотал Джуван, делая большой глоток шампанского прямо из бутылки. Мару тут же оживился, толкая друга в плечо: — Вот от тебя первого и услышим слова! — Ну нет уж, — Джуван поперхнулся. — Сами толкайте речь! Я на такое не подписывался. Я вообще отмечать с вами не хотел. — Он просто шутит, не обращайте внимания! — закатил глаза Гехун, возвращая внимание всех к телевизору, где уже вовсю шёл отсчёт. — Давайте лучше пить. — Поддерживаю, — хмыкнул Миндже, поднимая свой бокал. Телевизор начал отсчитывать последние секунды уходящего года. Вместе отсчитав до последнего, гирлянда за окном вспыхнула ярче, где-то вдалеке загрохотали первые фейерверки, а в комнате смешались звон бокалов, крики «С Новым годом!» и чей-то счастливый смех. Кейджу чокнулся с Донхёном, потом с Донхва, потом с Мару, который уже тянулся к нему через Джувана. Гул голосов заполнил комнату, кто-то включил музыку, кто-то полез в пакеты за новыми бутылками. Словами описать невозможно, насколько сейчас все были счастливы. И в этом шуме, в этом гаме, в этом хаосе из поздравлений, звона посуды и первых аккордов новогодних песен Миндже вдруг наклонился к уху Кейджу. Так близко, что никто не заметил. Так тихо, что никто не услышал. — Ты... — его голос был едва слышен даже для них двоих. — Лучшее, что произошло со мной в этом году. Кейджу замер. Сердце пропустило удар, а потом забилось чаще, горячее. Он медленно повернул голову и встретился взглядом с Миндже. В тёплом свете гирлянды его глаза блестели — то ли от шампанского, то ли от чувств, которые больше не нужно было прятать. Кейджу смотрел на него, а потом обвёл взглядом комнату. Донхён и Гехун уже начали спорить о чём-то своём, Донхва пытался уговорить Джувана спеть, а Мару подливал всем шампанского. Никто не смотрел в их сторону. А потом Кейджу поднялся на цыпочки и поцеловал его. Миндже распахнул глаза шире, застыв на мгновение от неожиданности. Сердце пропустило удар, а потом пустилось вскачь. Поцелуй длился всего несколько секунд. Кейджу отстранился первым, чуть смущённо улыбаясь, и на щеках у него уже был лёгкий румянец. — А теперь хватит, — Кейджу легонько толкнул его в плечо и громко, на всю комнату, добавил: — Эй, Донхва! Ты там гирлянду починил? Давай к нам, чего расселся! Друзья зашумели с новой силой, кто-то включил музыку погромче, кто-то полез за вторым салатом. А они сидели рядом, плечом к плечу, и это было главным. За окном взрывались фейерверки, разноцветные огни отражались в стёклах, и старый год уходил, унося с собой все страхи и сомнения.

---

«Снято!»

K!ck-Lab

Следущего эпизода не будет:

История завершена

---

Laboratory team:

_KT_ •_FJ_•_MR_•_IL_ •_TD_