А за городом зима

      — Есть кто дома? — усмехнувшись, Алексей постучал в покрытое морозным узором окошко. — Из живых или не очень.       Дверь распахнулась почти сразу, будто открывший её Володя только и ждал нужного момента. Нет, точно не выжидал — снег на плечах ещё не растаял.       — Забегай, я только с улицы, — широко улыбаясь, он поправил воротник свитера с оленями и отошёл, пропуская Алексея внутрь.       В доме пахло растопленной печью, а зависший в комнатах жар резко контрастировал с холодными сенями, в которых Алексей и скинул куртку, но даже в футболке чувство плавления никуда не пропадало. Володя же так и остался в свитере. И как ему не жарко?       — Как добрался? — тётя Валя замешивала на кухне тесто и лишь мельком глянула на гостя. — По дороге не замёрз? Вечером пирожки будут.       — Да?.. Тогда скорее бы вечер, — Алексей медленно кивнул, всё ещё пытаясь собрать мысли в кучу, и подошёл к заклеенному на зиму окну. Открыть не выйдет. Жаль.       — Поможешь снежинки вырезать? — Володя утянул Алексея в комнату и, кивнув на разноцветную бумагу, сел на пол к уже готовым снежинкам. — Тут какая есть. Будет как салют!       — Ты как ребёнок, — хмыкнул Алексей, но сел рядом и взял ножницы. — Ещё скажи, что в Деда Мороза веришь. И в Бабу Ягу. Нет же?       Володя не ответил. Это хороший знак или плохой? Не может же верить в эти глупости нормальный человек? И этот тоже.       — Ты тут?       Вздрогнув, Володя перевёл взгляд от своей снежинки и кивнул.       — Ну?       — Нет, конечно. Деда Мороза не так давно придумали… В тридцатых, кажется, — он улыбнулся, но про Бабу Ягу почему-то ничего не сказал. — Бенгальские огни ещё есть. Их Света привезла на днях. Валя против, конечно, будет, но мы же не в доме зажжём.       — Здорово, — Алексей улыбнулся увереннее. Тело привыкло к жаре, и голова начала соображать.