Офис, мафия и так далее

Джордж ведь не жил в вакууме и совершенно точно знал кем был человек, только что вошедший в их офис. Другой вопрос — что Макс Ферстаппен делал в их офисе, да и вообще в Нью-Йорке? То есть естественно он мог быть в Нью-Йорке. Но в том, другом, который создан для очень богатых и влиятельных. — Это Макс Ферстаппен, — неуверенно решил поделился наблюдениями Юки, тоже, видимо, ставя под сомнение эту информацию. — Да, — Джордж все же посчитал нужным увиденное подтвердить и озвучить. — Это Макс Ферстаппен. — Слушай, а кто он такой, собственно? И вот этот вопрос был уже одновременно и нелепым, и очень сложным. Потому что личность Ферстаппена была известной, но весьма противоречивой. Та часть, о которой был осведомлен Джордж, разумеется. Ферстаппен связан с мафией. Или не так, скорее он и есть мафия. Нет, звучало просто ужасно. Мафия это ведь что-то эфемерное, как драконы. Если честно Джордж и в целом до конца не понимал, существует ли мафия, как таковая, вне фильмов и сериалов, поэтому в этом вопросе предпочёл придерживается сухих проверенных фактов. Макс вроде как в прошлом был причастен к какой-то группировке, теперь ездил по стране с охраной, вел сложный и непонятный бизнес, связанный с продажей околовоенных технологий и выглядел как мафиози. Не как дон Корлеоне, разумеется. Дон Корлеоне футболок не носил, но и в скинни джинсах Ферстаппена было что-то бросающее вызов всей индустрии моды разом. Впрочем, Максу Ферстаппену скинни джинсы носить было можно. Одному единственному на весь Нью Йорк, ему Vogue в сентябрьском номере разрешил. Может он поэтому приехал? Решил продемонстрировать власть над модными журналами каждому жителю Нью-Йорка? Прямо в офисе Джорджа, которому Vogue скинни джинсы носить не разрешал и это было слегка досадно, потому что его ноги в них смотрелись очень хорошо. — Может он хочет перекупить наш бизнес? — Юки протянул это с еще большим сомнением. — Может и хочет. Будут программы военного назначения и смузи. И это лишь логичное развитие бизнеса, — Джордж даже не пытался скрыть сарказм. Макс Ферстаппен в окружении охраны прошелся по коридору, мельком просканировал помещение с работниками и скрылся в кабинете директора. *** — Что я говорил? — Юки выглядел очень довольным тем, что бы он там не сказал. — А что ты говорил? — Джордж зевнул, возвращаясь в офис после обеда. Его попытки бросить пить кофе пока давались нелегко. — Макс Ферстаппен покупает нашу компанию. О, а эта новость бодрила даже лучше кофе. — Он что?! — Покупает нашу компанию, — Юки повторил медленнее. — Расселл, представляешь? — Алекс вошел на кухню невероятно довольный. — Мы теперь тоже мафиози. Джордж улыбнулся. Вот так надо сообщать новости. — Наконец-то! Как думаешь, нам выдадут оружие? — Надеюсь. *** И если вчера Джордж хотел на работе погуглить информацию о Максе Ферстаппене, то сегодня уже и узнавать ничего не пришлось — выяснилось что почти каждый коллега подготовил подробную выжимку. — Вы знали, что Максу Vogue разрешил носить скинни джинсы? Вот ему и больше никому. Это Джордж знал. Но остальная информация была поинтереснее. — Макс Ферстаппен реально был мафиози и даже сидел в тюрьме. Недолго, но все же. — И зачем ему смузи? Джордж задавал этот вопрос каждому, кто рассказывал ему что-то про Макса Ферстаппена и не у кого не находилось ответа. — Может ему просто нравятся наши смузи? — Ландо хотя бы предположил, хоть и очень неуверенно. — Да? А я читал что он кроме Red Bull и воды больше ничего не пьет, — Оскар тоже вступил в утренний обмен информацией о Максе Ферстаппене. — Интересное сочетание. Но больше всего Джорджа волновали, конечно, изменения которые волей неволей грядут со сменой начальства. — Может не купит в результате? Но сделка, которая, как Джордж был уверен, являлась самой быстрой в истории Нью-Йорка, завершилась уже в полдень. И вернувшись с обеда (все так же исключая кофеин), Джордж обнаружил у себя на почте новый рабочий договор. С новым названием компании, и, что довольно приятно, новой зарплатой. Радость несколько подпортил Ландо, который предположил, что за такие деньги теперь вместе со смузи они должны будут толкать и кокаин. Но Джорджа это не сильно беспокоило, потому что большинство их покупателей здоровый завтрак как правило этим самом кокаином и закусывали. Нелицеприятная часть маркетингового исследования, которая показала их клиентов как крайне нездоровых, но довольно откровенных людей, которые восприняли призыв «Будьте с нами откровенны», придуманный Ландо, слишком уж буквально. Про смузи, про смузи нужно было быть откровенным, а не про наркотрипы. Ну что ж, будет уроком на будущее. — Так он же по оружию, а не по наркотикам, — неизвестно зачем уточнил новый стажер Кими и все повернулись к нему. Как минимум потому что это было самым длинным предложением, которое парень вообще озвучил в их присутствии. И скоро оказалось, что эти две первые недели молчания были потрясающими и наполненными тишиной, потому что с тех пор, вот уже полтора часа, Кими не замолкал. — … и Макс помогает приюту животных. В основном Кими перечислял заслуги Макса Ферстаппена перед обществом. И когда рабочий день закончился, Джордж знал о Максе Ферстаппене намного больше, чем когда-либо хотел знать. Проходя мимо конференц-зала, Джордж сквозь прозрачные стены видел, как Макс Ферстаппен в окружении своей охраны и людей в костюмах слушает презентацию Хаджара из бухгалтерии. — Сьюзи, а за что Хаджару такая честь? — Джордж остановился у ресепшена. — А тебе Тото не сказал? — удивилась женщина. — Каждый отдел должен делать презентацию о продукте для нового начальства. — И маркетинговый, кстати, завтра. — Чудесно, — улыбнулся Джордж. — Надо будет Кими поручить, у него, как оказалось, большой потенциал. — Джордж, он же боится, мне едва три слова сказал за все это время. — Я тоже так думал, но сегодня нам выпала честь слушать о Максе Ферстаппене полтора часа — и как он бездомным животным помогает, и как подарки сиротам дарит… Вот пусть завтра про смузи рассказывает. — А ты? — А я рядышком посижу, если надо, подключусь, — Джордж еще раз улыбнулся и пошел к выходу. — Кстати, Джордж, как твой отказ от кофе? — Шел второй день, — трагично выдохнул Джордж, прикидывая, может стоит прогуляться до торгового центра и отметить повышение зарплаты хотя бы новой вещью, если уж кофе теперь под запретом.