Офис, мафия и так далее

И раз уж Джордж был вынужден сообщить о своей новой машине, теперь не было смысла хранить ее на парковке с намерением вернуть. В конце-концов именно Макс Ферстеппен виноват в сложившейся ситуации и машина это небольшая цена за причиненные неудобства. «Скиньте адрес, куда ехать». «А мы не вместе поедем?» «Вынужден был всем рассказать, что у меня есть новая машина, поэтому теперь вернуть ее вам все равно не смогу, а значит не вижу причин не ездить». «И что же вас вынудило?» «Скорее кто. Ландо Норрис со своими глупыми вопросами. Вот его можете уволить». Конечно Джордж так не считал, но все же немного злился на Ландо из-за его нелепых предположений и наблюдательности. «Лучше ему премию дам». «И как же вы сформулируете цель премии?» «За невольное, но крайне продуктивное, соучастие» — написал Макс и скинул адрес. Джордж взглянул на себя в зеркало, впервые за долгое время совершенно не удовлетворившись результатом. Он все же надел свои единственные, пусть и светлые джинсы, и самую обычную черную футболку. Может в чем-то Ландо сегодня и был прав, а значит нужно потихоньку заканчивать. Джордж ведь знал, что хорошо подобранная одежда это часть его образа и Макс Ферстаппен просто слишком уж очаровался возможностями капсульного гардероба. Посмотрим как пойдет разговор, когда перед ним предстанет самый обычный Джордж Расселл — без дорогих, а в последнее время слишком уж дорогих, вещей. — Ты все же купил джинсы, — воодушевился Даниэль, когда Джордж вышел из машины парковке возле трассы. У входа стояли машины охраны и сам Макс, присев на капот. Он уже был одет в темно-синий комбинезон и вопросов к его аутфиту не было. — У меня были, — просто сказал Джордж. Лицо Даниэля вытянулось. — А мы зачем сегодня миллион часов тогда в этом магазине… — начал мужчина. — Сходи, спроси все ли готово, — вмешался в разговор Макс, переведя взгляд на Джорджа, когда Даниэль скрылся в помещениях. — Хорошо выглядите. — Снова неприкрытая лесть, — Джордж все равно улыбнулся. Ну то есть он не совсем понимал, какой именно эффект планировал произвести, но не было похоже, что Макса разочаровало отсутствие привычных продуманных образов. — Нет, это как раз таки правда. Лесть начнется, когда вы будете проигрывать, а я вам буду говорить, как хорошо у вас получается, — Макс указал на вход. — То есть вы вообще не предполагаете, что у меня может хорошо получаться? — притворно удивился Джордж. — Ну мы тут, чтобы получить наслаждение от гонки. Проблема в том, что когда я начинаю ехать, то фокусируюсь только на победе. Там, — Макс указал на трассу. — Я не буду с вами вежлив. — То есть сегодня я увижу вас настоящего? — спросил Джордж, не сводя взгляда с комбинезона, который ему вынесли, указывая на комнату — отдельную, а не общую раздевалку. — Я всегда настоящий, общаясь с вами, — сказал Макс, не сводя взгляда с Джорджа. — Просто пока еще не понимаю что перевесит — любовь к скорости или… — Или? — Джордж все так же стоял, держа в руках костюм и одной ногой уже шагнув в сторону. — Или к вам, — просто закончил Макс. Оу. Захотелось одновременно написать Алексу, переспросить, что именно Макс имел в виду и выпить. Но Джордж лишь сказал: — Ну я пойду переодеваться. Макс кивнул. Джордж закрыл дверь в небольшую комнату, которая и правда, судя по скамье вдоль стены и крючкам, расположенными на одинаковом расстоянии друг от друга, была раздевалкой, положил костюм, сел рядом и спрятал лицо в ладони. Видимо действительно сейчас придется надеть этот комбинезон, выйти на трассу и на полном серьезе проверить, любит ли Макс Ферстаппен скорость так же сильно, как и Джорджа. — Воу, — одними губами произнес Джордж. Похоже скорость развития их отношений была прямо пропорциональна скорости выбранного развлечения на первом свидании. И пока Джордж сам не мог понять, что чувствуют, всеми силами отвергая любые сторонние предположения на этот счет, Макс Ферстаппен со всем давно уже определился. И во всей этой ситуации ободрял только один факт — абсолютно неожиданно оказалось, что Джорджу Расселу невероятно идут гоночные комбинезоны. Выйдя из раздевалки, Джордж лишь кинул Максу и попытался проигнорировать взгляд, просканировавший его новый образ. Но тут нельзя его винить — Джордж же видел себя в зеркале и знал, что выглядит хорошо. — Значит, смотрите… — Макс подвел его к карту и начал рассказывать. Джордж слушал с интересом, потому что, во-первых, от этой штуки ближайшее время будет зависеть его безопасность, если не жизнь, а, во-вторых, рассказ получился действительно увлеченным. — Поняли? Джордж кивнул. — Хорошо — потому что отныне мы с вами соперники. Но Джордж был спокоен, отчего-то решив, что если ему идет гоночный костюм, то в самих гонках он преуспеет. Но это было не так. Совершенно не так — сидеть было неудобно, ехать было странно, повороты тут же заставляли сбавлять скорость, а еще периодически приходилось отвлекаться на закат, который в этом месте был невероятно красивым. — Что? — спросил Макс, уже в который раз сбавляя скорость, чтобы узнать, почему Джордж едет медленно. Джордж одними глазами из-под поднятого щитка на шлеме указал на небо. Макс слегка подкорректировал положение машины, оказавшись рядом с Джорджем, и снял шлем. — Знаете, хорошо все же, что мы тут одни. С вашим умением замечать прекрасное в не самые подходящие моменты нас бы уже снесли с трассы. Джордж тоже снял шлем. — Я думал, что у меня получится лучше и сразу, — признался Джордж, вставая с неудобного сидения и пересаживаясь на край ограждения. Макс тоже вылез из машины и сел рядом. — По поводу того, что вы сказали… — начал Джордж, не имея ни малейшего понимания, как продолжить этот разговор. — Знаю, мне не стоило озвучивать это так рано, — вздохнул Макс. — Да, — согласился Джордж. — Я ведь так далеко не думал. Я вообще почти совсем не думал, откровенно говоря. Просто отношения это сложно — всегда приходится притворяться, а это утомительно. — Почему притворяться? — поинтересовался Макс. — Потому что если отпустить ситуацию и позволить быть самим собой, все очень быстро заканчивается. Всем нравится мой образ — ну красивые вещи, немного высокомерия и не вовлеченность в чужие проблемы. Да чего уж всем, мне тоже нравится… — А какой вы на самом деле? — Макс отложил шлем и повернулся к Джорджу корпусом. — Да обычный, — пожал плечами Джордж. — Мне страшно в городе, где нет никого из моей семьи, но при этом мне страшно и не удержатся в Нью-Йорке и вернутся обратно на ферму родителей. Я неплохо справляюсь со своей работой, но в отрасли есть люди намного успешнее и талантливее меня. Да и внешность — мне нужно прилагать усилия, очень много усилий, чтобы так выглядеть. Пара недель жизни в свое удовольствие, не соблюдая режим и не используя уход и я буду все тот же парень, только что приехавший покорять столицу мира. Джордж перевел взгляд от заката на Макса. — Когда я был маленьким, мне отец тоже говорил, что нужно притворяться и не показывать всем, какой ты на самом деле. — И вы притворялись? — Нет, я просто запретил себе испытывать некоторые эмоции. Мне показалось это проще, чем притворяться. — Помогло? — поинтересовался Джордж. — Смотря по какому критерию оценивать, — улыбнулся Макс. — Это помогло мне заработать состояние, да. Но вот когда я встретил вас, все мои запреты на эмоции рухнули и я понятия не имею, как себя правильно вести. Что возвращает нас к началу этого катастрофичного свидания. — Почему катастрофичного? — Джордж тоже улыбнулся. — Ну тот факт, что мы не едем, а сидим, позволяет мне предположить, что вы не в восторге от выбранной мною активности. Но в свое оправдание скажу — ресторан я забронировал самый лучший. Лишь рейтинг заведения и никакой самодеятельности. — Закат вот красивый, — сказал Джордж. — Я к закату совсем не причастен, — признался Макс. Джордж хотел сказать что-то еще, но вдруг понял, что они стали так близко друг к другу. Он мог буквально пересчитать каждую ресничку Макса Ферстаппена. — Я буду очень банальным, если скажу, что у вас невероятно красивые глаза? — произнес Макс. — Очень банальным, — заверил Джордж. — Но с чего-то надо же начинать поцелуй. И Джордж набрал в грудь воздуха, готовый произнести очень хорошую и обстоятельную речь, надеясь разобраться и в своих чувствах тоже. — Поцелуй? — удивленно переспросил Макс. И прежде чем Джордж успел начать озвучивать размышления про взаимное доверие и отсутствие других способов проверить, получится ли у них что-то, Ферстаппен уже сориентировался, медленно приближаясь к Джорджу и не сводя с него взгляда. Мягкие губы коснулись губ Джорджа и он подался навстречу. Первый неловкий поцелуй вполне подходил для сегодняшней встречи. Однако Макс не был намерен делать хоть что-то, действительно подходящее для первого свидания, потому что его рука оказалась на затылке Джорджа, притягивая к себе сильнее и углубляя поцелуй. И если сначала Джордж подумывал отстраниться, то через пару секунд почувствовал вполне осязаемое вовлечение в процесс, беря инициативу на себя, и то приближая, то отдаляя Макса. — Еще же ресторан, — напомнил Джордж, отрываясь от губ Макса, но не отдаляясь ни на миллиметр, наблюдая как голубые глаза напротив стали практически черными из-за расширенного зрачка. — Угу, — Макс не стал спорить, глубоко дыша и облизывая губы. — Я помню. Самый лучший. Вздох и снова поцелуй. — А завтра вообще на работу, — Джордж снова слегка отстранился, опираясь ладонями Максу в грудь. — Ерунда, — покачал головой Макс. — Завтра у всех оплачиваемый выходной. — Как жаль, — выдохнул Джордж, снова целуя Макса и снова отстраняясь. — Почему? — судя по виду, единственное, что интересовало Макса, так это почему они прервались. — Ну если бы у нас был ограниченный запас времени, — начал Джордж, смотря на Макса с ухмылкой. — Мы, как очень ответственные люди, были бы вынуждены пропустить ресторан и сразу поехать к тебе, чтобы завтра не проспать на работу. Но раз выходной… На лице Макса застыло такое несчастное выражение лица от того, что поцелуй не продолжается, что до него не сразу дошел смысл сказанного. — Мы же должны до конца выяснить что там с нашими чувствами и как жить дальше. К тому же, признаю, целоваться у тебя получается намного лучше, чем организовывать свидания. Надо же дать тебе возможность продемонстрировать все твои сильные стороны. Макс встал, протянул Джорджу руку, переплел их пальцы и повел к выходу из трассы. *** — Мне все равно надо ехать домой, — уже примерно в пятый раз за день говорил Джордж, но Макс каждый раз оказывался рядом с ним, целуя в шею, водя пальцами по спине и заманивая обратно в сторону спальни. — Помнишь что я говорил про важность ежедневного ухода, — снова попытался Джордж. — Все мои уходовые средства дома… — Ты и так красивый, — Макс и снова поцелуй. — Ну переодеться мне во что-то же надо? — Возьмешь мое, к тому же все равно скоро снимать, зачем утруждаться… И каждый раз поцелуи, ласки, нежные слова на ушко. В общем можно было с уверенностью сказать, что эти отношения стоило начинать и продолжать. Но домой все равно попасть было нужно. Признание в любви, первый поцелуй и секс — и так много для первого свидания. Съезжаться через неполные сутки было бы объективно перебором. Вот и сейчас Джордж лежал на кровати, опустив голову Максу на плечо. Макс тяжело вздохнул. — Ладно, если ты так настаиваешь, — наконец, сдался Макс. — Пойдем, провожу. Макс взял его за руку и потянул в сторону коридора. — Уверен, что в простыне я вряд ли поеду домой, — Джордж потянул назад. — Да пойдем же, — снова потянул Макс и сквозь комнаты провел Джорджа на лестничную клетку. — Соседи же, — предостерег Джордж, глядя на вторую и единственную дверь на лестничной клетке. Естественно, апартаменты Ферстаппена были большими, но совсем уж полной свободы действий не давали. — Нормально все, пойдем, — Макс потянул Джорджа за руку и они оказались прямо перед дверьми соседей. — Вот! Макс разжал ладонь и протянул Джорджу связку ключей. — Нет, — Джордж тут же понял что это значит. — Просто если ты все же решишь со мной начать встречаться — так будет удобнее. — А если не решу? — Джордж позволил Макс притянуть его к себе и обнять. — Тогда это будут очень неловкие встречи на лестнице. — Ну ты сейчас серьезно? — Джордж уже по привычки, которую он успел сформировать довольно оперативно, откинул голову назад и позволил Максу целовать его шею. — Более чем, — проговорил Макс, слегка прикусывая кожу у ключицы. — Ну так как пригласишь к себе или ко мне вернемся? — Ладно, раз уж мы теперь соседи, может проясним, наконец, этот вопрос с мафией? — Джордж снова отстранился. — У меня готова презентация, — заверил Макс. — Ну ты мне в двух словах расскажи, я визуализирую. — Я не причастен к мафии, — кивнул Макс. — В твоей презентации только один слайд? — скептически уточнил Джордж. — Нет, дальше идут объяснения этимологии этого слова. Мафия просто в Италии, а я из Нидерландов. У нас это по-другому называется. — То есть все же мафия. — Формально да, но название красивее, — Макс провел костяшками пальцев по лицу Джорджа. — Не такое красивое, как ты, но тоже имеет право на существование. — И мне стоит беспокоиться? — Конечно, стоит, — заверил Макс. — Говорят ты очень нравишься своему новому соседу и он причастен к преступному миру. Я бы на твоем месте ему бы не отказывал. — Да что ты говоришь, — засмеялся Джордж. — Да, так что пойдем, нельзя терять ни секунды…

КОНЕЦ