Часть 1
7 декабря 2025 г., 18:13
Скарамучча лежал на кровати в своей комнате. Он потерял единственного действительно дорогого ему человека. Мона его больше не помнит… Он столько ей не успел сказать, а в последнюю встречу и вовсе нагрубил.
Он лежал уже неделю, не вставая. Практически не ел, только если его заставляла Нахида. И изредка ходил в туалет. У него не было сил даже жевать, что уж говорить о том, что бы подняться с кровати. Скарамучча не видел своей жизни без Моны.
Он жил уже несколько столетий и впервые встретил того, кто смог наполнить его жизнь, спасти от жалкого существования. И больше её нет.
Он думал. Много думал об этом. Но мысли ускользали, растворялись. Стало не хватать сил даже на них. Не хватать сил на воспоминания. Что его невероятно пугало. Вскоре и сил на страх не осталось. Полная апатия. Мир утратил свои краски. Зачем это продолжать? Лишь растягивать свои мучения.
Он решился. Сел на кровать и долго смотрел в пол. Это станет его спасением. Стул. Верёвка. Петля затягивается на шее. Короткий шаг, и всё закончится. Всего шаг… И Скарамучча его делает.
Тело пробивает дрожь, а горло сводит огнём. Воздуха категорически не хватает. Больно. Но не больнее, чем все эти мысли. «А что было бы?» Ничего. Ничего бы не было. Им изначально не суждено быть вместе. Судороги. Рефлекторные попытки схватиться за верёвку. Попытки дышать. Но каждый вдох не дарит облегчение, а лишь огнём проходится по глотке. Руки отнялись и безвольно повисли. Лишь левая стопа всё ещё слегка подёргивается. Легко. Тело стало невесомым. Наконец, боль, которая оказалась сильнее душевной. Лицо синеет, а сознание ускользает. Закончилось. Всё закончилось. Скарамучча умер с улыбкой на лице.
Треск. Верёвка не выдержала и тело с глухим шлепком упало на пол.
Спустя несколько часов Скарамучча открыл веки. Он выжил. Зачем? Ради чего? Неужели судьба его настолько ненавидит, что даже не позволит умереть тогда, когда захочет он сам. Больно. Капилляры на лице полопались, создавая мерзкую красную сетку. На шее остался толстый синий след — напоминание о его слабости.
Он не смог даже поднять себя с пола. Надеялся, что это бред умирающего сознания и всё закончилось. Но нет. Жизнь не хотела его отпускать так просто.
***
В комнату вошла Нахида, держа в руках небольшой поднос, на котором стояли суп и несколько лепешек. — Я понимаю, тебе плохо, но есть тоже на… — Не успела она договорить, как увидела на полу тело Скарамуччи. Поднос со звоном упал. Суп жирным пятном растёкся по ковру. — Ты… — Нахида подбежала и начала прощупывать пульс парня. — Живой! — Перенесла его на кровать и вызвала лекарей. Ещё несколько дней Странник провёл без сознания. Его тело было истощено и обезвожено. Когда он наконец пришёл в себя, первое его слово было: — Зачем? — Он закрыл глаза, и по вискам покатились слёзы. Скарамучча отказывался от еды, от воды, от общения с кем-либо. Этот человек раньше был номером шесть в Фатуи, практически уничтожил Инадзуму, а сейчас больше походил на мешок с костями. Нахида старалась быть рядом. Ей было жалко мальчика, но ничем помочь не могла. И это было невыносимо. Скарамуччу приходилось кормить принудительно. Сил отбиваться у него всё равно не было. Его поили бульоном, который парень то и дело пытался выплюнуть, но ему зажимали рот, заставляя проглотить. — Зачем вы продлеваете моё жалкое существование? — Это был первый раз с момента пробуждения, когда Скарамучча заговорил. Прошло почти две недели. — А ты? Почему не пытаешься с ней встретиться? — Пытался. Вот только ей без меня лучше. Её жизнь стала лучше. Я ведь этого и хотел, так почему сейчас так больно? А? Архонт Мудрости? — К сожалению, в делах сердечных, что бы я не говорила, тебе не поможет. Нужно это просто пережить. Наш век длинный, однажды ты всё равно её лишился бы… — Я бы последовал за ней!***
С того момента Нахида приходила каждый день. Первое время она говорила в пустоту. Постепенно Скарамучча начал отвечать, после — говорить, вести диалог. Согласился есть. Через несколько месяцев уже ненадолго смог выходить на улицу. Когда он начал спокойно гулять, Нахида попросила его посещать Академию. Хотя бы раз в неделю. Первое время Скарамучча противился, но когда согласился… Он пропал в Академии. Проводил там всё время, записался на все возможные факультативы. Будь его воля, он бы и ночью туда ходил. Это помогало отвлечься, избавляло от ненужных мыслей. Его знаний хватило, чтобы стать лучшим студентом в большинстве дисциплин. Многие пытались к нему подойти за советом, но он молча уходил. Спустя ещё полгода Мона перестала ему сниться, и Скарамучча больше не просыпался в слезах. Он заново учился жить. Жить без Моны.
