Мой милый

      Лязг металла о металл. Искры летят от ударов, яркой вспышкой загораясь и угасая в воздухе. Красный неон рябит в глазах. Жёлтая куртка мозолит взгляд.          Кейл и Чай стоят каждый на своей точке зрения. Контролируемый разум покупателя и свобода выбора. Радикальные друг другу вещи. На языке будто бы оскомина от всего происходящего. Кейл устал от детской наивности. Чай устал от мнимой взрослой правоты.      Неон и жёлтая куртка всё ещё бесят.     Гитара из металлолома и меч снова сталкиваются. В глазах оппонентов – решимость. Оба намерены идти до самого конца.           А ведь могло бы и быть иначе…     Чай так же бы пришёл, получил свой долгожданный имплант и, может, даже пересёкся с главой компании на заключительном этапе. Кейл явно бы за что-то зацепился в их коротком разговоре. Сказал бы нервно теребившему шарф Чаю свой номер телефона и предложил обговорить детали предстоящей работы.      Чай бы пытался воссоединить Мяту с семьёй. Она наверняка бы сопротивлялась сначала. А потом бы плакала на плече у матери, в её тёплых объятиях. С братом они бы вряд ли помирились, но определённо терпели друг друга. Чай очень надеялся бы на их примирение.     Удар. Искра металла.     Небольшой букет в руки Чаю и чёткое предложение:     - Ты пойдёшь со мной завтра в кино?     Недоумевающие взгляды как Чая, так и его друзей заставляют стыдливо прикрывать свои глаза чёлкой. Кейл уже устал искать момент, когда они могут побыть наедине. Или сейчас, или никогда.     Хитрая улыбка Мяты раздражает. А удивлённые Макарун и Корсика только больше вгоняют в краску.     Чай смотрит на букет озадаченно. Колокольчики, незабудки, белый клевер и почему-то акации. Но всё же композиция, хоть и странная, однако Чаю понравилось. Трепетно прижимая к груди цветы, он улыбнулся со словами:     - Тогда фильм выберу я. Хорошо?     Кейл понял: вот теперь он точно попал. Эта улыбка слишком сильно греет душу.     Удар в висок ощутимый, боль пульсирует и не останавливается. Даже доспех в красном неоне даёт сбой. Кейл вновь делает выпад, Чай вновь парирует атаку. Искра, лязг.     Если бы не Мята, которая как истинная девочка и подружка вызвалась подготовить друга к свиданию, Чай бы вовремя прибежал.     - Прости! Я задержался! – пыхтит парень.     - Всё хорошо. Ты… не опоздал, - чуть заторможено ответил Кейл.     Чаю идёт белый цвет. Конечно, на нём не прям строгий костюм, - чёрные узкие джинсы явно не вписывались бы к пиджаку – но рубашка смотрелась интересно. На груди закреплена брошь в форме кошачьей головы, пара не застёгнутых пуговиц открывает обзор на ключицы. Волосы явно пытались уложить, но попытка провалилась – пока Чай бежал, всё снова разлохматилось.     Рука Кейла потянулась к воротнику, поправила его. Чай неловко улыбнулся.     - Помялся немного, - нашёлся Вандалей, чуть краснея.     - Угу, я так и понял…     Они молчат. Неловкость загнала обоих в капкан, и теперь даже и непонятно, что дальше делать.     Вспомнив про цель их встречи, Кейл спросил:     - Так на какой фильм пойдём?     Чаю, кажется, в этот момент стало гораздо легче. Кейл понимает, что поступил правильно.     Разворот. Удар. Слышно как скрипят зубы. Вздохи сбивчивые, руки дрожат. Они отскакивают друг от друга, переводят дыхание.     Вечер окутывает улицы светом фонарей. Если пройти чуть выше площади, то там есть старая смотровая площадка, где в определённое время выключается свет и можно посмотреть на звёзды.     Чай искренне смеётся:     - А потом, представь только! Она меня чуть не вырубила этим баллончиком с лаком для волос.     - В следующий раз лучше сиди спокойно.     Снова беспечный и мягкий в своей красоте смех. Кейл поднял голову. Сегодня как никогда близко видно Млечный Путь.     - Вау… - Чай, проследив за взглядом Кейла, тоже посмотрел вверх. Увиденное очаровало его, что уж тут говорить.     Кейл опустил глаза на парня. В свете луны и звёзд Чай словно сияет. Будто он и сам уже звезда, упавшая с небосвода, как в фильме «Звёздная пыль». Его сияние очаровывает.      - Кейл? – Чай повернул голову, когда ощутил руку мужчины на своей.     Кейл в порыве момента коснулся губами тыльной стороны белокожей кисти. Молча притянул поближе, повёл в танце. Неторопливом, безмятежном. Чай быстро поймал ритм и настроение. Сердце внутри зашлось в более быстром темпе.     Чай всегда знал, что у Кейла – невероятно красивые глаза. Теперь он видит их красоту слишком близко.     Чай ловит рёбрами удар меча. Хватает ртом воздух, но не падает. В ответ Кейл выхватывает точечный хук в грудину грифом гитары из металлолома. Слышен треск брони и звон разбитого стекла.     - Ты безнадёжно красивый…     - А ты не умеешь делать комплименты… Но знаешь… Я не против.     Кейл только покачал головой. Но в ту же минуту прижал Чая к себе и, нежно погладив его щеку, прильнул губами к губам парня. Чай сначала замер испуганным сусликом, но после осмелел и сам стал отвечать на поцелуй. Кейл целовал осторожно, словно бы боялся напугать, постепенно раскрепощаясь. От Чая приятно пахнет, его губы слишком мягкие для парня Но в этом и прелесть.      Чай жмётся ближе, даже на носочки встаёт. Разница в росте, всё же, давала о себе знать.     Выпад. Удар. Лязг. Весь пол уже пропитался кровью.          Всё могло быть иначе. Абсолютно всё. Но не всё случается так, как хочешь.     Лишь в каком-то из других миров, где история повернула иначе, можно будет услышать, как Кейл зовёт Чая:     - Мой милый…