Балконы

— Привет. — Привет, не ожидал тебя услышать сегодня. — скрежет зажигалки, уставший вздох, затяжка. — У Саши ведь праздник, почему не с ним? Чего звонишь? — Я с ним. Ну как... — заминка. Ну давай, Олег, придумывай оправдание, блять, почему ты сейчас не поздравляешь брата, а нервно сжимаешь телефон. Почему ты так ждал удобного момента улизнуть и почему именно он? — На балкон вышел подышать. Шумно там и людей много. — Сбежал. А в голосе ни капли осуждения, лишь тепло. Медиум готов поклясться, что Влад сейчас улыбается. Чувствует. Замечает еле уловимый мягкий смешок. Череватый пиздецки прав, Олег это признаёт, но вслух не скажет. Да, он сбежал. Потому что людей и правда много. Там действительно слишком шумно, и Шепс устал. А ещё потому что он скучает по одному ебучему чернокнижнику. «Я устал от снега» Потому что за сезон ясности в их отношениях больше не стало. И это конец. Конец, блять, всего. И сезона, и испытаний, и коротких переглядок, взаимодействий. Их конец. Влад всё так же с женой и сыном, у Олега появилась Полина, а лучше никому не стало. Медиума кроет ужасно. От людей, осознания необратимого, от голоса в телефоне. «Так холодно на улице и у меня в сердце» Череватый задаёт какие-то вопросы по празднику, обычные, глупые, спрашивает про гостей и еду. Пусть так. Главное, чтобы не останавливался, не молчал. Не оставлял Олега с пожирающими мыслями наедине. — Ну и я свалил покурить после песни. — Что пел хоть? — Вот не помню, честно. — впервые за вечер вырывается искренний смех. Удивительно, как заклятый соперник на него действует. — Напой, а я попытаюсь понять. Глупость. Какая же всё это глупость. Не вопрос, не просьба, но и не приказ. А Шепс слушается, как приворожённый. И самым неожиданным становится то, что Влад поддерживает эту глупость, тихонько мелодию мыча. *** — Забавно, — хмыкает Олег. — О чём ты? — доносится недоумевающий голос. — Мы курим и поём. — Шепс затягивается, замирает на несколько долгих секунд, а после выдыхает дым. Ничего и никого больше не существует. Вакуум. В котором только он и злоебучий чернокнижник. — На балконе вдвоём. Хочется большего, ясности и конкретики, но это страшно. Слишком страшно рушить то, что есть сейчас. Но уже похуй, терять нечего. Лёд между ними тает бесконечно долго. Первая битва сильнейших, стрим, судейство в реванше. Случайные (нет) прикосновения и чёртовы зажимания по углам подальше от чужих глаз. Заебало. — Ты у себя или дома? — вторая подряд сигарета, очередная нервная затяжка. От слов Влада зависит всё: пульс Олега, дыхание, конец вечера и конец их. Мучительно долгие секунды тишины оглушают. — У себя. Недокуренная сигарета летит куда-то вниз. А с ней все тревоги и лишние мысли, сомнения. Холодные пальцы стучат по экрану набирай адрес. Шепс знает, что просить не придется. Знает, что Влад не откажет «Походу это любовь» - Слушай, забери меня