ʚ Вечер ноября ɞ

Ветер беспощадно бил по стёклам домов поднимая листья в небо, кружа их в быстром вальсе. Да уж, не самая лучшая погода, к тому же такой холод стоит, пробирает до самых костей, особенно вечером. Нормальные бы люди оставались бы дома или хотя бы одевались чуть ли не в три шубы, лишь бы не замёрзнуть, уж такое было начало ноября. Однако Сигма пришёл в одной лишь лёгкой куртке, даже не удосужился шапку хотя бы надеть. На кануне тот позвонил Дазаю, и что-то быстро пробормотал про то, можно ли ему прийти сейчас. Вопрос показался шатену весьма странным, что было неудивительно. На часах часов семь, да и вечер воскресенья, Сигма обычно готовится к учёбе в эти вечера. Однако стало всё предельно ясно, когда тот зашёл на порог чуть ли не спотыкаясь, а лицо даже не живое будто. Словно кукольное, глаза стеклянные, пустые. Единственное что выражало его лицо, так это то, что тот разревётся в любой момент. Что и случилось, стоило ему разуться и окунуться в объятия Осаму. Больше не было сил держать всё в себе. Нужно, даже необходимо было хоть кому-нибудь из близких выговориться, кем и был как раз таки Дазай. Сигма вцепился в плечи друга как только мог, будто боялся, что он в любой момент может оттолкнуть, исчезнуть или испариться. Всхлипов и даже вздохов почти не было слышно, единственное что выдавало его, были трясущиеся руки и след на футболке Осаму, оставляемый от слёз. Для шатена мир застыл на миг, может даже сузился до размеров квартиры, но главное что в этом мире были только он и Сигма. Он обнимал, прижимал к себе тело второго, всё ещё чувствуя исходящий от него холод и некий запах стужи, который можно было описать как что неимоверно тяжёлое, почти непривычно вяское. Хотелось бы конечно на ругать его за такую лёгкую одежду, давно ведь не лето и не тепло, да язык не поворачивался сейчас о таком вообще говорить. Не время и не место. Нужно бы согреть его хотя бы, заболеет ещё не дай боже.       –Сигмочка, пошли тебе ванну наладим. Совсем продрог ведь. Шатен пытался говорить ласково, как только умел, лишь бы не усугублять ситуацию. Его тёплая ладонь поглаживала Сигму по его длинным, слегка спутанным волосам, как в принципе и любил делать Осаму. В ответ двуколор только слегка кивнул головой, все ещё неотлипая от шатена, но вжимавшись уже не такой мёртвой хваткой. Сигма даже не заметил как с порога уже оказался в ванной, наполненной тёплой, даже немного горячей водой. Он прижимал всё ещё холодные ноги к себе, будто старался сжаться до крошечных размеров, каких только вообще возможно было. Может даже он предпочёл бы сжаться до размеров меньше атома, лишь бы просто спрятаться от этого мира куда подальше.       –Вот так, теперь волосы не намокнут. Проговорил Осаму, а после и сел рядом с ванной на кафельный пол. Зато он был очень довольный, что сделал однокласснику красивый, аккуратный пучок. Слегка задорный голос парня вывел Сигму из транса. Как только тот снова пришёл в себя, снова начал пытаться вспомнить что происходило за время, пока действовал ничего не обдумав, словно подсознание было в тумане. Не помнит как добрался до шатена, не помнит как вообще к нему направился, не помнит во что оделся, а надел ли вообще что-то сверху. Мельком помнит что набирал на телефоне номер Осаму, но о чём говорил даже приблизительно вспомнить не может. Приподняв руку, Сигма постарался на ощупь понять, что под своим предложением имел ввиду Дазай. На ощупь напоминал крабик для волос. Видимо Осаму взял у своей матери. Матери..... Вспомнив лишь только об этом слове, на глазах снова начинали наворачиваться капельки слёз. В голову снова лез образ матери и слова о то, что её больше нет в живых. Было чувство будто бы ещё немного и истерика, которая медленно, но верно подходила ближе к горлу, всё-таки проявит себя. Дыхание уже начинало затрудняться, а пальцы дрожать. Истерика подкрадывалась всё ближе, окутывая парня в свои крепкие объятия. На его плечи ложатся тёплые, даже слегка шершавые ладони. Чуть повернув голову, он видит встревоженного, беспокоящегося шатена. Даже... приятно как-то? Нет, Сигма не был ни садистом, ни мазохистом, просто в груди было немного странное, но приятное ощущение, что о тебе беспокоятся. Однако тот быстро отогнал мысли. Нет, так нельзя, это слишком эгоистично. Осаму тут значит беспокоиться, переживает, а Сигма мало того что пришёл внезапно, так ещё и радуется тому, что на него в принципе тратят время. Он снова отвёл взгляд, лишь крепче вжимая в себя ноги.       –Прости, что веду себя так эгоистично. Мне не стоило вот так заваливаться к тебе, даже толком не объяснив причину. Голос звучал сипло, можно сказать даже почти шёпотом, будто парень только шевелил губами, а уже нужные буквы звучали сами. Он снова посмотрел на шатена, ожидая хоть какой-нибудь ответ или реакцию, будь то пощёчина, ругательство или что-то в этом роде. Но стоило тому снова перевести свои серые глаза на Осаму, как перед ним предстала его нежная, чуть слабая улыбка. Она не была ни натянутой, ни принуждённой, а настоящая, искренняя. Но чего он вообще лыбится?...       –Я что-то смешное сказал? Уже привычным недовольным голос добавил Сигма, всё ещё не понимая почему друг улыбается, а тот лишь слегка хихикнул, видя, что выражение лица сероглазого снова стало обычным и знакомым. Таким, каким Осаму его видел практически постоянно.       –Прости, ничуть ничуть. Просто рад, что тебе стало немного легче. Это уже очень хорошо. И прошу, тебе не стоит извиняться. Я очень ценю то, что ты пришёл именно ко мне. Когда захочешь поговорить, дай знать. Я подожду столько, сколько тебе нужно. Дазай осторожно положил на бортик ванны обе руки так, чтобы можно было положить на них сверху голову набок, опираясь щекой об руку. Стоило Сигме снова отвести глаза, для того чтобы обдумать что именно ответить, как Осаму продолжил говорить, всё ещё с той же улыбкой.       –Тем более мне больше нравится твоё недовольное личико, ежели такое печальное, поэтому не бойся высказываться. Я буду рядом столько, сколько тебе это нужно будет. Хорошо? В миг лицо Сигмы исказило будто удивление, но всего через мгновение оно стало совсем другим. Ни грустное, но и не серьёзное, как это было обычно. Что-то в нём щёлкнуло, и он лишь слегка повернул голову, чтобы снова увидеть эти уже как родные карие глаза.       –Мг... Я тебе чуть позже расскажу, всё как есть. Давай пока просто поговорим на нейтральные темы?...       –Конечно, как тебе будет угодно. Ты кстати выучил тот стих, который нам задавали в среду?       –Конечно же выучил. В тот же день, когда нам его и задали.       –.... Вот ты блин. Я ещё даже учебник не открывал...       –Хех, ну, тогда у тебя ещё есть время. Как говорится, ещё не вечер.       –Вообще-то, кстати, уже вроде восемь часов. Так что вечер ещё.       –А, да?... Ну, в любом случае время ещё выучить есть. И это, можешь проверить мой телефон в карманах, пожалуйста? Я не помню взял ли его.       –Хорошо, Сигмуш, подожди секунду. Сразу после своих слов шатен тут же подскочил с места, направляясь в коридор до вещей Сигмы. Его неимоверно радовало, что у сероглазого хоть немного, да поднялось настроение. Всяко лучше, чем когда тот страдает. Немного порывшись в карманах, но так не найдя даже намёка на телефон, Дазай вздохнул и пошёл за своим телефон, примерно предполагая для чего Сигме нужен был он. Не прошло и пяти минут, как Осаму снова появился в ванной комнате уже со своим телефоном в руках. Он мельком посмотрел на парня в ванной, который снова поник, но хотя бы не был как пару минут назад на грани истерики.       –Кхм, прости, твой телефон я так и не нашёл, видимо ты его оставил дома. Ты же бабушке или маме хотел позвонить?       –А, да, спасибо. Можешь пока принести полотенце?       –Без проблем, скоро буду. И сразу Дазай скрылся за дверью, будто не хочет на долго оставлять Сигму наедине с самим собой. Сигма же пока искал в контактах телефона шатена номер своей бабушки, он также мельком посмотрел на время. Почти половина девятого. Как же всё-таки время быстро пролетело. Наверное бабушка будет ругаться и злиться, что тот убежал из дома без предупреждения, так ещё и телефон дома оставил. Она хоть женщина и своенравная, не зря же до сих пор является лучшим работникам в своём офисе, но своих внука и дочь любила искренне. Отца в семье не было изначально. Не то что бы он их бросил или умер. Совсем нет. Мать Сигмы родила мальчика рано для своего возраста, в двадцать лет, а всё потому он был рождён от насильника. Это единственное, что парень в принципе знает об отце, ибо бабушка даже не хотела снова что либо слышать про эту тварь. Теперь же у Сигмы даже матери не осталось, одна лишь бабушка. Ещё и не факт, что опека не заберёт его.       –Вот полотенце и сменная одежда. Ты уже позвонил? Появившийся в дверном проёме шатен быстрым шагом прошёл в ванную комнату и, положив то, что он принёс на стиральную машину позади себя, снова сел в ту же позу на место, где он сидел до этого. Благо хоть кафельный пол был с подогревом.       –Мг, бабушка сказала, что приедет за мной, когда... ну, разберётся со всеми делами. Так что попросила твой телефон держать рядом.       –Хорошо тогда. Не сильно ругалась? Сигма отрицательно покачал головой, протягивая Осаму его телефон.       –Немного почитала лекции, и всё в принципе. Можешь выйти, пожалуйста? Хочу уже вылезти из воды.       –Ой, конечно, сейчас. Быстро взяв свой телефон из рук друга, Дазай как ни в чем не бывало встал и вышел в ту же секунду, закрывая за собой дверь как следует, чтобы Сигма чувствовал себя комфортно. Как только шатен снова оказался за дверью, он ненадолго задумался.       –Может чай заварить?... Ну, думаю Сигмачка не откажется. Тихо пробормотал себе под нос Дазай, будто задумчиво шептал какое-то заклинание, а не просто говорил мысли вслух. Однако он всё же направился на кухню, при этом вспоминая, остался ли чай который Сигма пил постоянно. Если нет, то придётся отругать мелких, что даже не смотря на запрет взяли. Но когда тот уже поставил чайник и начал рыться в шкафчике, то нашёл тот самый чай со вкусом персика и клубники. Значит всё таки не брали. Ну вот и хорошо, слушаются же когда хотят. Парень перевёл взгляд карих глаз на вид из окна. В кухне толком не было света, лишь от небольшой лампы над плитой, ибо самому парню было так гораздо комфортнее. Да и так было лучше видно огни дождливых улиц ноября. Холодного, но такого комфортного, ведь даже буйный ветер, с которым пришёл Сигма, уже стих, будто его не было и вовсе. Скоро будет декабрь, а там и снег, значит и заснеженные улицы, покрытые белым покровом чистого снега. Через некоторое время, стоило только чайнику щёлкнуть, оповещая о вскипевшей воде, как тут же появился и Сигма, всё ещё с крабиком на голове, который бережно держал длинные волосы парнишки.       –Ты как раз во время, Сигмуш. Сейчас разолью чай и можно будет посидеть. Садись пока. Указывая кончиком стопы на пол у гарнитура с плитой, проговорил Осаму, уже доставая кружки, из которых обычно пили он и Сигма.       –А обязательно на пол?       –Да не переживай, они тёплые, потому что с подогревом. Родители специально выбирали квартиру с тёплыми полами, чтобы близняшки могли спокойно играть на полу. Так что присайживайся, не первый раз сидим.       –Ну, тут ты прав. Сигма послушно сел туда, куда указал ему Осаму, ожидая пока тот тоже сядет. Невольно он задумался и о семье самого шатена. Кровных родителей не знал даже сам Осаму, по скольку его оставили в дет доме в другой стране, будучи когда тот был ещё младенцем. Единственное что было о них известно наверняка, так это то, что те были японцами, о чём говорили непосредственно имя и фамилия. Правда внешность была вперемешку с европейской и азиатской, так что возможно даже кто-то из родителей был во все не японцем, но Дазая это не волновало никаким боком, не хотел лишний раз вспоминать про них. Сейчас у него есть семья, которая его растит с заботой. С той заботой и любовью, которой так не хватало мальчику в детстве, что и сотворила из него сломленного ребёнка. Попытки самоубийства были неоднократные, но проживя несколько лет в приёмной семье, их стало настолько мало, что можно было сказать наверняка о том, что их уже и не было вовсе. Да и маленькие девочки близняшки любили Осаму как родного старшего брата. Сигма не мог объяснить это чувство, но ему нравилось, как будучи не являясь кровными родственниками, Осаму спокойно называет их семьёй, как и принято в обычных семьях называть их членов матерью, отцом и сёстрами.       –Вот держи. Он немного горячий, так что придётся немного подождать. Из мыслей его снова вывел шатен, который уже сидел рядом на корточках и протягивал кружку с любимым чаем Сигмы. Что-то он сегодня слишком много витает в облаках. Да и рассказать уже наконец нужно, причину своего прихода. Тянуть и так больше некуда. Осторожно взяв ту кружку, чтобы не обжечься, Сигма аккуратно поставил его рядом на пол, ожидая пока тот остынет и вместе с тем быстро подбирая нужные ему слова. Как только Осаму нормально сел рядом, сероглазый заговорил.       –Слушай... В общем, я готов рассказать.       –Хорошо, я тебя внимательно слушаю. И если что можешь не переживать насчёт того, что мои родители скоро приедут. Они до одиннадцати в другом городе в гостях. Поэтому говори всё как есть. Сразу же Осаму поставил кружку тоже рядом с собой на пол, направляя всё своё внимание на парня рядом, уже готовясь внимательно слушать. Сигма же глубоко вздохнул, надеясь что он сможет сдержать слёзы и снова не разрыдаться при Дазае. Всё-таки не хотелось что бы он выслушивал его сопли больше, чем сам рассказ.       –Ну... Начну из далека, пожалуй. Я как обычно повторял материал на завтра, заодно собирая всё нужное в сумку. Мамы долго не было, но я не сильно волновался, ибо такое происходило нередко в последнее время. Сам же знаешь, что последний год она борется с раком желудка, поэтому часто и пропадает в больнице. Вот и в этот раз я подумал что так и есть. Однако спустя какое-то время я услышал шум в прихожей, а именно как бабушка куда-то быстро начала собираться. Я вышел в коридор и спросил "что-то случилось?", и бабушка.... сказала... К горлу снова начала подступать слёзы, но смысла отступать уже не было, ведь Дазай его уже слушает. Снова сделав два глубоких вдоха, парень продолжил.       –Бабушка сказала,...что маму на улице зарезал неизвестый тип в центре города, и она поехала в больницу, на опознание тела. Поскольку нападавшего люди окружили сразу, то ему не удалось сбежать и есть подозрения что... что... чт... Внутри что-то щёлкнуло. Больше Сигма не мог сдерживаться, хоть и не желал плакать при Осаму. Он зарыдал так громко, как только мог. В голове всё ещё не могла сложиться картина реальности, где матери больше нет в живых. Сигма больше её не обнимет, не скажет, как сильно он её любит. Ничего из этого, вообще ничего. Ему всего пятнадцать, но он уже потерял обоих родителя, хоть и по разным обстоятельствам и в разных смыслах. Сигма даже не заметил, как Осаму крепко прижал парня к себе, поглаживая его по спине, лишь бы так, показать что он рядом, он слушает и слышит, показать что искренне любит его, в каком бы смысле это не звучало. Дазаю Сигма очень дорог, и уж его горькие слёзы он точно не желал бы видеть никогда в своей жизни.       –Всё хорошо, я рядом. Можешь продолжить, когда пожелаешь. Нежным голосом, даже почти шёпотом говорил Осаму, всё ещё продолжая гладить парня по его худой спине, кончиками пальцев оглаживая выпирающие рёбра и позвонки. Чуть приподняв его лицо, Осаму ненавязчиво, осторожно начал лёгкими движениями слегка целовать дорожки от слёз, будто желая разделить с ним его горе, заодно успокоив его. Больно, очень больно видеть как Сигма так душераздирающе плачет. Сигма же совсем не собирался отталкивать Осаму. Наоборот, он позволил ему эти шалости, как он считал, и даже начал по немногу снова успокаиваться. Парень даже не ожидал, что поцелуи шатена, с его обветренными губами окажутся такими тёплыми, наполненными любовью и заботой. Как только сероглазый действительно успокоился и чуть приоткрыл глаза, чтобы посмотреть на Осаму, тот всё ещё продолжал выцеловывать лицо парня напротив, будто желая убрать каждую малкую капельку слезинки с этого заплаканного личика. Ладони шатена лежали практически на щеках Сигмы, придерживая его голову, поэтому двуколор положил свою ладонь сверху на ладонь Дазая, при этом вторую запуская в его мягкие кудри, чтобы показать, что он готов говорить дальше. Не прошло и больше пары секунд, как Осаму, сделав ещё пару лёгких прикосновений, всё-таки отстранился, заглядывая в серые глаза напротив себя, уже натянув на себя ухмылку.       –Прости прости, можешь говорить дальше. Сигма же в ответ слегка помотал головой, убирая руки и перекладывая их уже так, чтобы он мог спокойно прижаться к Осаму, уткнувшись ему в плечо.       –Не извиняйся за такое... Ну, в общем, у бабушки, как я понял, есть некие подозрения насчёт того, что возможно этот нападавший был как раз таки мой отец.       –Но разве он не должен сидеть в тюрьме за то, что сразу после выхода, совершил какое-то преступление? Кражу, насколько я помню.       –Так и есть, однако недавно он снова вышел. И если это снова окажется он, обещаю, я его возненавижу ещё больше... Я ему не простил и не прощу того, что из-за такого как он я вообще появился на свет, а теперь он ещё и вздумал лишить жизни мою маму... Лучше бы мама отказалась от меня ещё до того, как я родился бы. Зачем вообще нужно было вынашивать ребёнка он насильника...       –Не знаю, успокоит ли тебя это или наоборот разгневит, но как мне кажется, ты не был таким уж нежеланным ребёнком. Ты не подумай, я не в том в смысле, что насилие это хорошо и правильно, а наоборот, в том смысле что твоя мама приняла тебя и всё-таки родила, воспитала и любила тебя, даже несмотря на то, что совершил твой отец. Даже зная каким именно образом ты и был зачат, она не оставила тебя. Скажу даже честно, я как-то мельком услышал разговор твоей и своей матери, где твоя говорила, что просто не могла тебя бросить, как никак ребёнок невиновен в том, каким он образом вообще образовался в этом мире. Поэтому я очень рад, что ты родился и живёшь. Если Божья Кара и существует, я очень буду надеяться, что твой отец расплатиться за свои поступки посчетам и больше никогда не причинит вреда ни тебе, ни кому либо ещё.       –Осаму, спасибо...       –Что ты, не стоит благодарить меня по таким пустякам. Хочешь отвлечься?       –Мг...       –Бери чай, пойдём до приезда твоей бабушки что-нибудь посмотрим, хорошо?       –Хорошо... Осаму, послушай... Если получится, ты не будешь против сегодня у меня дома переночевать? Осторожным голосом спросил Сигма, всё ещё не отцепляясь от тела шатена, прильнув к нему так крепко, как только мог. Осаму лишь слегка улыбнулся чуть шире, отвечая таким же мягко, параллельно с этим снова начав поглаживать парня по спине, вместе с этим оставляя на его макушке поцелуй.       –Конечно не против, Сигмуш. Если ты того желаешь, я и школу прогуляю завтра.