Жертва, изменившая всё

      В карты они резались не больше часа. Не такое уж и интересное занятие или это просто сам Петров был не большим фанатом карточных игр. Они больше у телевизора торчали. То поиграть, то со скуки мультик какой-то включить. Пускай выходной был, но смотреть ещё было нечего по телику, не то время.       Антон сосредоточенно грыз опять морковку, игнорируя парней. А нечего ржать, сам знает что это до абсурда смешно, что у него даже вкусовые предпочтения испоганились. Но он не завидовал парням, даже когда те взяли по пирожку, что вчера мама со всем усердием пекла. Пахло то вкусно, но аппетита никакого не возникало. Пришедшее ещё утром смирение окончательно прописалось в его душе.       -А мне Алиса принесла каких-то ягод и листочков.       Петров настолько неожиданно оторвался от своего перекуса, что хулиганы вздрогнули. Обычно ж Алиса приносила фрукты, да сладости всякие ушастому, так чего это сегодня притаранила ещё и траву какую-то? Да ещё и когда успела то? они ж рядом с Петровым весь день?       -Пока вы в машине копались. Я ваши местные ягоды не знаю, думал, может, вы разберётесь чего там намешано. Не хотелось бы угостить Ольку и чтоб ей поплохело.       -А за себя ты побеспокоиться, не пробовал? – Ромка злобно как-то оскалился. Всё ж не первый раз уже! Надоело, что вечно командует и беспокоится о других и принимает как должное все, что те звери там делают, в том числе не только с окружающими, но и самим Антоном.       -Ха...хахахахаха!       Антон разразился смехом. Не психованным. Не нервозным даже. Простой смех, искренний и звонкий как перезвон колокольчиков. Но как-то будто раздваивался. Зарылся пятернёй в свою светлую шевелюру, ероша и без того находящиеся в беспорядке волосы.       -И чё ты ржёшь? Тоха, на!       Бурят без раздумий пихнул друга ногой в бочину, вырывай с того нервный выдох. Но совершенно точно не болезненный. Зелёные глазища обожгли чем-то похожим на недовольство, однако это быстро померкло, заменяясь лёгкой виной наверное.       Петров повёл плечом, если честно не желая вдаваться в подробности. Да и не те это подробности, которые бы возжелал услышать, к примеру, Пятифан.       -Я вчера своим видом напугал группу из старшеклассников и парочку взрослых. Дело не в облезлом тулупе и маске. У каждого есть другое обличие. Мне вот и остаётся лишь о других беспокоится, раз меня так испугались до сорванных глоток здоровые лбы.       -Да чего в тебе ужасного может быть? Ты такой мелкий, что даже будь весь в крови, то опасения не вызываешь особого.       -Ну мелкую может и нет, а вот махину что достаёт до самых верхних веток то... Думаю, страх всё же вызывает. Ох, а как от меня воняло трупятиной, у самого нос чуть не отвалился когда вернул свой облик. Не знаю уж что эти творили раньше с зайчиком, но маска пропитана кровью и гнилью основательно. Чистить и чистить. Вот не знаю, те люди запаха испугались больше или размеров.       Антон неожиданно выглядел крайне спокойным. Его явно не тревожило что он по сути своей какая-то разлагающаяся тварь. И что виновники ходят постоянно рядом. Он на поступок своей бабки и то среагировал эмоциональнее, чем на это. Даже порез Ромки и коготь у Полины вызывали в нём что-то. Но только не то что с ним происходило. Похоже, что от самого Петрова в этом теле было уже не так уж много.       -Знаешь, Тоха. Ты либо окончательно стал этим своим зайцем, то ли просто грёбанный псих. Я вот теперь тоже не знаю, чего боюсь то больше.       -Псих я. Одно из условий психические отклонения. Но если не сходится лишь этот критерий, то можно психику и расшатать. Разве не видели, как мама мне таблетки даёт? У неё тоже проблемы и скорее всего от маски. Давайте без вопросов, там история очень длинная и происходит от моего двинутого на голову предка, кажись. Я пока ещё вспоминаю и пытаюсь сопоставить.       -Ну порадовал, что тут скажешь. Ну ничего, мы тебя и таким любим. Верно, Бяха?       -Это точно. Как такую Белоснежку не любить то, на? Своя родная уже принцесса.       Беззубый весело заулыбался, демонстрируя всему свету отсутствие нескольких зубов. Надо будет всё таки уточнить где ж он так зубы то свои посеял. Может за такие шуточки их и лишился.       Как им не досталось неизвестно. Антон вздохнул демонстративно тяжко, словно какая-то малость его удерживала от расправы. Оставленная морковь снова стала исчезать в недрах чужого желудка. Не отрываясь от этого увлекательного занятия, мальчишка решил сходить за тем с чего собственно и начался их разговор. Всё же назначение такой смеси одно. Какой-то настой или что-то типа того. Но вот от чего он?              Они так и не разобрались с подарком зверят, потому было решено спросить лично. А ещё сделать домашку. Свою-то он сделал ещё в пятницу вечером, не собираясь гробить на это выходные. А этим нужно было объяснить хоть, чтобы снова не скатились в кошмарные оценкам. Надо ж было чем-то заниматься, пока никого не было дома, пока тишина была.       И вот оно. Всё снова закрутилось, да завертелось и время подошло к ночи. Оля то не давала и секунды передышки, делясь впечатлениями после первой за столько времени поездки в город. То играть тянет, то лопотала без умолку, ощущение уже было, что она вывернула черепную коробку наизнанку. Антон и Рома давно уже сдались, но не их друг. Бяша так сосредоточенно слушал девочку, словно не было ничего более интересного в его жизни. Вот он и отдувался, пока парни мучились с лёгкой головной болью.        Когда в доме снова наступила тишина, тулуп и маска заняли свои родненькие места. И пускай отец сказал выходить через дверь, мало ли щелчок привлечёт внимание ненужное. Да и все свои непредусмотренные моменты Антон в этот раз учёл. И насильно хулиганов уложили . Нечего половину ночи не спать тем только из-за ожидания его явления народу.       -Узнаю, что уснули поздно, шеи намылю, поняли? У нас не такой мирный посёлок чтобы разгуливать по улицам сонными. Марш по своим местам. Закрываем глазки и сладко сопим.       Антон потянулся, противно прохрустев будто всеми костями. На миг почудилось, что он сломал себе что-то, но если довольно стонет, то всё хорошо. У него в планах было обнюхать дом Пятифана, узнать наверняка не заболел ли его отец, а то что-то лишь сейчас дошло что люди с возрастом всё тяжелее переносят болезни. Только такой напасти им не хватало, ага.       Весело махнув рукой, Зайчик ушёл на охоту, ещё дома начиная свои метаморфозы, меняя мешающий тулуп на красивую шерсть. Окно за ним и без всякой помощи закрылось, зря он, что ли, активно планирует питаться? Капли волшебства и ему более чем доступны были, но чисто интуитивно, не разобрался ни в чём ещё самостоятельно.       Хулиганы аж подорвались, проводя крупную белоснежную тушку взглядом. Он почти терялся на фоне снега, лишь у леса его можно было разглядеть. Красивый, почти что светиться в свете неполной луны, только носочки на лапах серые выбивались. И откуда они?       -Реально заяц, на. Охренеть.       -Ага. Пиздец. Одно дело слушать о мистике и порой видеть мелочи. Другое дело увидеть такое. Кому скажи, в рубахе ходить станем.       -Хитрозадый заяц, на. Знал это, вот и рассказывает.       Говорить что-то и не нужно. Тошка их использовал, как мог, но без вреда и прекрасно откупался так уж говоря. Может и должно быть хоть каплю обидно, но нет. Это всё равно был, какой ни какой, а знак доверия и предать это доверие не хотелось.       Подождать парня до полуночи они могли, вдруг вернётся сегодня быстро. А коль нет, то и ждать не надо, сам прекрасно может залезть домой, сегодня ж дома оказался в итоге своими силами.       Может кто со стороны и их бы обозвал психами, но и пусть, эта своеобразная дружба столько тепла им принесла. Такую нянечку как Петров они вряд ли бы встретили в своей жизни ещё, слишком уж он... описанию гад даже не поддаётся. Весь такой светлый, но на самом деле пострашнее любого маньяка. И как курица наседка носится с родными.              В посёлке Зайчик уже знакомо пересёкся с зверятами, получая крепкие объятия от Алисы, пока другие не рыпнулись. Ну и как такую лисичку не обнять? Она всё так же знакомо пахла новым годом, так что оставалось лишь млеть в её жарких объятиях, в ответ прижимая к себе.       -Зайчик, мы же сегодня виделись. Когда ты то так соскучиться успел по нам?       -А как можно по вам не скучать? С вами то можно лишь в сумерках увидеться или в лесу...       -Ну не ворчи. Пойдём-пойдём, у нас улов большой сегодня. Ночь лишь кажется длинной, Тошенька, - лисица коснулась своим носом чужого, вызывая толику смущения. Это что сейчас было?       Даже когда Алиса отстранилась, он был некоторое время в ступоре, смотря на чуть ли не плюющегося Волчика. Ну и чего он то недоволен?       В принципе, этот вопрос не особо волновал его. С фырком, Петров сперва пошёл по важному для себя делу, чувствуя заинтересованные взгляды, что так и сверлили спину. А уж знакомый уже дом был открытием.       Что ещё Зайчик планировал сделать с тем мужчиной? Тот же со вчера теперь пустой, так какой толк тратить время на это? Потому слуги леса с толикой интереса устроились позади, наблюдая за тем, что же делал их товарищ.       Белая фигура пару раз дёрнулась, прежде чем стала расти, под мерцание уличной лампы, что вскоре лопнула от напряжения. И вот в окно дома заглядывает самый добрый персонаж всех детских сказок. Зайчик улыбался. Знакомо так, до дрожи поджилок. Глаза его были прищурены, выглядывая во тьме комнаты мужчину. Тот был определённо вымотанным, но здоров, какое удивительно крепкое здоровье у алкоголика то!       Зайчик мягко постучал в стекло, привлекая внимание проснувшегося военного. Когда тот шарахнулся к стене из мохнатой груди вырвался смех. Да, живи и бойся теперь. Пожизненный урок это весьма важно. Запомнит что ему это не померещилось в пьяном угаре.       Как-то ему не приходила мысль, что не только у отца есть пистолет. Отец Пятифана направлял дрожащее дуло в сторону окна, вызывая лёгкое недовольство у монструозной фигуры. Играли они в гляделки достаточно долго, прежде чем человек почувствовал резкое желание вздремнуть, роняя оружие, что так и не выстрелило. Глава семейства ещё помнил что есть сын и во избежание хранил пули отдельно от пистолета, но сам под влияние страха позабыл.       Какой нервный взрослый. Зайчик недовольно дёрнул ушами, покидая двор дома. Ну его, лучше заняться делом, а этот алкаш пускай отсыпается теперь, удумал наводить курок на кого-то. повязали бы, если бы узнали о хранение оружия. Вообще бы замечательная вылазка была, лишить окончательно друга отца стало бы слишком большим секретом.       Потому Зайчик сидел под одним из потухших фонарей, считая количество сегодняшних нарушителей режима. Собаки хоть и играли свою роль хорошо, но без помощи зверят были явно не такими страшными в глазах того стада, что бежало к лесу. Искали спасение среди сосен эти наивные души. И их крики не слышали.       Длинные уши дрогнули, улавливая знакомый голосок. Монстр склонил голову на бок, размышляя стоит ли и эту девчонку загнать. Но скоро голосок перерос в болезненный вскрик. Тело тут же сорвалось в тихий бег, узнать что случилось.       Не сильно высокая фигура, закутанная в мужскую одежду, что так и висела на той мешком, волокла девочку за руку куда-то за пределы посёлка. Смирнова была то ли без сознания, то ли просто дезориентирована, но она совершенно не сопротивлялась, а от виска спускалась вниз тонкая струйка алого цвета, пачкая светлые волосы и курточку.       Когтём осторожно подцепил слетевшую с одноклассницы шапочку, что ещё не успела потерять тепло её тела. Улика. А после уже медленно двинулся вперёд, совершенно бесшумно и не оставляя следов. Порой приходилось останавливаться, поскольку неизвестный уставал тащить тело. Значит не мужчина скорее всего. В посёлке в принципе не могло быть слабых мужчин, притом таких низких. Вполне возможно что это женщина. Думать, что и тут ошибся, было почти страшно.       Шли они достаточно долго. Даже появилось опасение что зверята устанут гонять своих жертв по лесу и просто тех съедят, не дождавшись своего товарища. Но хотелось доверять им и их терпению.       Среди елей скоро мелькнул просвет. Опушка. Полная обгоревших деревьев. Вполне возможно, когда-то сюда прилетела молния. Вряд ли дело рук человек, не к чему вроде жечь пятачок леса. Но не это вызывало вопросы. Чёрные несколько облезлые бока гаража. Так знакомо выглядит, сам уже несколько раз был в таком. Но это был не дом зверят. Он готов был поклясться что это был не он. Из этого воняло лишь болью, протухшей плотью и удовольствием с омерзительными нотками. Шерсть стала дыбом.       Пускай организм запротивился, но он вдохнул глубже, улавливая что-то знакомое. Может быть, Вовочка? Или тот несчастный парень? А самое главное, что Алиса могла его тогда привести его именно к этому гаражу. К нужному. Из горла чуть не вырвался рык. Он ещё спросит с неё насчёт этого.       Фигура достаточно скоро покинула гараж и в след за собой распрыскивала что-то. Это вызывало кучу вопросов и претензий. Эта дрянь знатно воняла, ударяя по обонянию без всякой жалости! Осталось только задохнуться тут блин!              ******              Утро красит нежным светом. Охота окончилась раньше чем вчера, но мальчишки всё равно уже вовсю сопели под своими одеялами, послушно не дожидаясь друга. Потому каждому на край подушки была положена конфета, послушных детей надо поощрять.       «Переваривать» какие-то мысли не нужно было, потому и сон ему не к чему. А вот делишки были кое-какие на это утро. Узелок так и грел ему душу, только бы найти банку что ли, которую не жалко, а то такая смесь трав обычным людям ничего кроме вреда не принесёт.       Снова тихое перемещение по дому, но в этот раз чайник занял плиту, нагревая воду для его драгоценной настоечки. Он готов был хоть горькую дрянь пить, лишь бы это избавило его от одной проблемы!       Не доводя до кипения воду, он наконец-то занялся делом. Руки аж затряслись от волнения. Может он делает не совсем правильно, но Хозяин обещал что эффект в любом случае будет, а не верить он не видел смысла. Теперь вот сидел медитировал над заранее прогретой банкой, смотря как вода меняет окрас, а в воздухе постепенно расцветает чудесный запах. Хотелось им дышать и дышать. Без остановок. Если бы мог, наверное уснул бы над этой банкой. Порой он аккуратно болтал ёмкость. Выжидая положенного времени. Рекомендовалось добавить пару ложек мёда, но чего нет, того нет.       Антон внимательно прислушивался к шуму наверху, надеясь что никого не разбудил своей и так не сильно шумной деятельностью. От матери прилетит за употребления такого, если она хоть немного разбиралась в травах и ягодах. Не самый опасный, но яд вышел.       Когда стрелка часов достигла желаемой отметки, Петров с несколько нервным выдохом приложился губами к краю банки, по глотку отпивая горьковатую жидкость. Та была уже не столь горячей и приятно скатывалась по горлу, обдавая волнующим теплом желудок. Даже допив всё до последней капли, Петров сжевал неприятные ягоды и размоченные листочки да цветочки. Так надо было.       Обдав банку горячей водой, он это выплеснул в окно, не решившись даже сливать подобную гадость в канализацию. Ну мало ли блин. Да и скоро внутренности обдало коликами. Пришлось усесться за стол. Неприятное чувство, но терпимое в любом случае. Только скрючило его в комочек.       Для отвлечения он считал до ста, поглаживая живот. Ощущения все носили неприятный характер, заставляя зажиматься, но зато это должно было ему помочь. Он очень хотел верить зверятам и лешему. А если это зря, то и поделом ему! Вжался лбом в изгиб руки, уложив ту на столешницу. Нервно и слегка шумно втянул воздух сквозь стиснутые зубы. Внутренности стянуло как в тугой узел.       Он конечно порой сбивался, но в очередной раз дойдя до восьмидесяти, его резко отпустило. Даже и не понял сперва. Но вон в голову врезалось тиканье часов, редкое капанье крана, глухой скрип за окном, шорох где-то в его комнате. Только это и заставило его неуверенно распрямится. Ничего не изменилось будто. Лишь ощутил то, чего ждал.       Желудок издал тихий урчащий звук. Да! Вот оно! Успех!       Петров бы заплясал на кухне, если бы не боялся разбудить окружающих. Настолько неожиданно приятно было снова ощущать голод. Пускай и блеклое подобие прежнего, но всё лучше отвращения к одной мысли что надо есть. Он даже изъял один из тех пирожков, которыми так наслаждали ребята вчера. И с охоткой сжевал.       Оставалось только расплакаться от счастья, но уж это он мог сдержать! Главное раз в неделю принимать настой, как раз к выходным действие истаивает, и он уходит на охоту. Всё прекрасно распланировано. Подозрений не так много вызывать будет всё это. Душа действительно так и просилась в пляс.       Пританцовывал он уже стоя у плиты, помешивая кашу. Ненавистная каша пахла почти божественно для него, сам бы всё съел и готов был поклясться, что хотя бы разок притронулся к каше, что сварила бы мать. На большее его бы не хватило. Но в остальном же он любил как мама готовила. Вроде.       Почти беззвучно с губ срывались тексты песен любимой группы. Со стороны он выглядел наверняка каким-то сумасшедшим, но тут уж как есть, отрицать не планировал. Слишком хорошее утро чтобы с кем-то ругаться. А ведь и не придётся его ничем портить, прямо благодать.       Петров почти пакостливо захихикал. То что для некоторых станет удар для него было не столь страшным событием. Хотя Лилию Павловну было всё таки немного жаль, она уже не молодая и единственный лучик света в её серой жизни и то был украден чужими грязными руками. Ну ничего. Он всем устроит пакость, да-да-да.       Пора бы уже будить парочку неразлучников. Может кому-то стоит зайти к себе домой ещё. Ну а вдруг?