Во мрачных стенках тюрьмы

Холодные стены мрачной тюрьмы давили со всех сторон. Жесткое подобие кровати не давало ни на секунду сомкнуть глаз. Отвратительный запах дерьма бил в голову Аякса. Измученный и исхудавший он отсчитывал дни до освобождения. Жажда начинала сводила с ума, а та ссаная дрянь что ему давали, как какому-то псу, только сильнее усиливала порывы рвоты. Наручники на руках впивались настолько, что образовали мозоли, которые начинали кровоточить. От мыслей, что сжирали его наедине с собой, проведенным несколько недель в тюремной камере в одиночестве сводили его с ума. Но еще хуже был надзиратель и один из главных начальников тюрьмы, который каждый вечер приходил и делал непристойные вещи с бедным рыжим пареньком. Его психика рушилась с каждым разом все больше и больше, но ничего не могло его спасти. Ему оставалось покончить уже давно со своей жизнью а не продолжать отсчитывать дни, когда закончится весь этот кошмар. Резкий звук и открывающая со скрипом дверь заставили его напрячься уже зная, что его ждет. Ризли уверенно вошел, и с безумие впился в Тарталью, уже раздевая его глазами. Его ухмылка, на которую было противно смотреть, в глазах рыжего казалась такой вечной. - Соскучился по мне, плохой мальчик? -... - Ну же, готовься, малыш, к наказанию. С этим словами он вплотную подошел к заключенному, и насильно перевернул его голову к себе. Перед ним предстали мрачно синие глаза, давно потухшие, словно провалившиеся в бездну. Шрамы с кровоподтеками на лице выглядели болезненно. Но темноволосого это никак не задевало, а только еще больше начинало заводить. Достав нож, он придавил еще сильнее в незажившее место, кровь медленной струйкой стала стекать по щеке. Приближившись вплотную к лицу он с удовольствием слизал кровь. Мышцы рыжего сжались и тело содрогнулось от прикосновения такого теплого и мокрого языка. Слизав всю кровь, Ризли лишь с улыбкой посмотрел ему в глаза. Его голубые глаза сильно контрастировали с его синими. Если одни давно перестали сиять и только в глубине можно было бы разглядеть молящую надежду, то в других же читалось безумие смешанное с яростью. Аяксу просто хотелось спрятаться и сбежать от этих глаз куда подальше, но даже отвести взгляд он не мог. Что-то необъяснимое заставляло смотреть в ответ, словно он находится под чертовым гипнозом. Ризли начал переходить к действиям. Недолго думая он с жадностью впился в губы рыжеволосого и с грубостью целовал их, несильно надкусывая, слыша тихий едва слышный стон. Тарталья не отвечал на поцелуй, из-за чего Ризли пришел в ярость и сжал его шею, так что его ногти с болью впились в кожу. От боли ему пришлось поддаться и ответить на поцелуй, где он только сильнее стал целовать и смело проник языком ему в рот. Их языки сплелись как ядовитые кобры. дыхания не хватало у обоих и им приходилось делать мимолетные паузы. В штанах ризли было тесно, он больше не мог сдерживаться. Посадив Тарталью на колени, он расстегнул ширинку и вытащил набухший огромный член пильсирующий приятной болью. - Знаешь как он скучал по тебе? весь день только и думал как войдет в твою узкую попку и отрахает тебя до смерти. Скажи ты же тоже об этом думал весь день, я прав? - Иди нахуй. — со злостью вылетели эти слова из рыжего. - На хуй сейчас пойдешь только ты, малыш. – со смехом произнёс Ризли. – А теперь открывай ротик пошире, ты же уже запомнил что нужно делать. После этих слов, член Ризли вошел в рот Аякса, и он ощутил как приятное тепло стало обволакивать его тело. Тарталья же пытался сдерживать рвотный рефлекс, но член все глубже и глубже проникал ему в рот. Отвращение было настолько сильным, его лицо скорчилось и в мыслях он стал успокаивать себя: "Черт, это скоро закончится, просто дыши". Успокоившись, он решил все таки дать то, что так просит этот гребанный тюремщик. Он начал через силу посасывать твердую плоть туда-сюда, языком дошёл до головки и с напором стал сосать. После чего в ход пошли руки и он надрачивал верх вниз, переходя от медленных движений к более резким и быстрым. Грубые стоны вырывались из рта Ризли, он был на пределе но всегда умел себя сдерживать. Через мгновение он засунул член в рот и жёстко начал ебать его, с удовольствием смотря с какой болью корчится его подчинённый. Взяв его за волосы он со страстью смотрел в синие глаза, осознавая какое удовольствие получает, когда делает ему больно. Тело Аякса не осталось в стороне от таких действий, и его член в трусах дал о себе знать. он пульсировал и не давал покоя. Закончив с минетом, Ризли развернул спиной к себе заключенного, взял свои наручники что всегда висят у него под рукой и застегнул руки рыжего за спину. Затем стянул трусы парня имедленно вошел в анал. Прямо без смазки. Услышав как неистово вопит от боли рыжий, он все глубже проникал в него. После этого резко начал двигаться вперед-назад, постепенно увеличивая темп. Рыжеволосый не мог сдерживать стоны, ему было адски больно, но пиздец как приятно. Темп все нарастал, сквозь зубы терпя боль Тарталья отсчитывал когда все это дерьмо закончится. Он не понимал почему это происходит только с ним, почему только к нему приходит эта тварь каждый божий день и мучает его так, что он не успевает восстановиться и снова по кругу все начинается по-новой. Ни с кем другим из заключённых такого не происходит, тогда почему же именно он?. Проходит несколько мучительных минут и Ризли с наслаждением кончает прямо в Аякса. Передохнув минуту, он переворачивает Тарталью вперед к себе, а сам становится на колени. Как утешительный приз, он достаёт возбуждённый член рыжеволосого, берет в рот и с нежностью начинает отсасовать так, что Тарталья расслабляется и начинает кайфовать от этих действий. Лишь в такой момент он не трясется в панике и слегка вздрагивает от таких холодных блуждающих по его члену рук. Ризли постепенно набирает скорость, отчего рыжий не сдерживается и начинает кончать. Темноволосый лишь с удовольствием глотает такую горячую сперму паренька, и облизываяет член от остатков. Аякс, еле дыша, ждёт что будет дальше, надеясь что это конец. Ризли же встаёт и долго смотрит в глаза рыжего, такие запуганные и полные боли. Синяки под глазами и исхудавшее лицо делает из него болезненного и измученного человека. Простояв так еще несколько секунд, Ризли разворачивается и уходит. Он не знает сам почему так поступает именно с ним. Почему именно ему причинять боль приносит такое удовольствие. Мужчина не думал что поступив один раз так с ним он захочет сделать это еще раз. Непреодолимое желание видеть его страдания от пыток дошли до ежедневных встреч. Но вместе с этим он чертовски начинал в него влюбляться, прекрасно понимая что ничем хорошим это не закончится.