Правила перемирия

Лондонский паб «Дырявый котёл» был грязным и давно уже пропахся перегаром и дымом сигарет. Он стал идеальным местом, чтобы спрятаться. Гарри Поттер скрывался здесь от всего. От министерства, предлагавшего ему карьеру аврора, друзей, звавших на ужин, и от собственной пустой квартиры. Он опрокидывал уже третий стакан огневиски, когда услышал тот самый высокомерный и отточенный голос. — Полагаю, даже победителю Тёмного Лорда нужно где-то мыть своё героическое горе. Как это трогательно. Гарри медленно поднял взгляд. Драко Малфой собственной персоной стоял перед его столом, одетый в безупречный тёмно-серый костюм, который наверняка стоил целое состояние. Парень выглядел как живое напоминание обо всём, что Гарри так ненавидел: о деньгах, привилегиях и о том, что некоторые выходят из войны безнаказанными. — Малфой, — процедил Гарри. — Иди нахуй отсюда. Там тебе точно самое место. Уголок губ Драко дёрнулся, но не в улыбку, а в нечто более опасное. — От скуки дерзишь, Поттер? — Усмехнулся блондин. — Или от того, что тебе больше не с кем драться? Мир стал таким пресным... — Убирайся. — А ты меня заставь. Один короткий выдох — и Гарри вскочил, схватив Драко за лацканы пиджака. Стакан со звоном покатился по полу. В и без того не особо шумном пабе наступила почти гробовая тишина. — Чего тебе нужно? — прошипел Гарри ему в лицо, чувствуя, как знакомый адреналин закипает в крови. Он ненавидел это. Ненавидел, что тело реагирует на Малфоя всегда не только желанием ударить, но и... — Тебя, — тихо, но отчётливо сказал Драко. Его серые бездонные глаза смотрели на Гарри не мигая. — Мне нужен ты. И, судя по тому, как твои пальцы судорожно впиваются в мою одежду, тебе я тоже нужен. Это было настолько нагло, неожиданно и так чертовски точно, что Гарри на секунду остолбенел. Драко использовал эту паузу в свою пользу. Он не стал вырываться, а наоборот наклонился как можно ближе. — Мы оба знаем, чем всё закончится, Поттер. Мы отлично играли в эту игру целых семь лет. Ненависть, плевки, попытки убить друг друга... Скучные детские качели. Давай пропустим ту часть, где мы притворяемся, что ненавидим друг друга на публике. Здесь её нет. Тут только ты и я в этом вонючем пабе. Так кто кого трахнет первым? Гарри толкнул его. Не так уж и сильно, но достаточно, чтобы достаточно худой Драко отлетел к стене. Сердце Поттера колотилось так, будто он только что провёл дуэль. — Малфой, да ты совсем уже ебанулся! — Возможно. Но я единственный, кто предлагает тебе то, в чем ты сейчас действительно нуждаешься. Не теплое плечо что бы поплакать и не сочувствие, а хорошую, жёсткую драку, после которой не останется сил даже думать. Или что-то ещё более приятное. Твой выбор. Гарри смотрел на него. На идеальную линию скул, насмешку в уголках губ и вызов в позе. И он понял, что Драко прав. Абсолютно, безнадёжно прав. Это была единственная яркая искра в его пепельно сером существовании. — Ладно, — хрипло сказал Гарри. — Но не здесь. — Конечно не здесь, — Драко выпрямился и смахнул невидимую пылинку с плеча. — У меня есть квартира в двадцати минутах отсюда. Будем драться без волшебства, используя только кулаки. Или...что получится.

***

Квартира Малфоя была чистой, минималистичной и холодной, словно склеп. Как только дверь закрылась, Гарри набросился на него с ударами. Драко парировал, ответив тем же. Первый удар кулаком в челюсть отозвался сладкой, очищающей болью. Они сцепились посреди гостиной, как два животных, сбрасывая с себя пиджаки и разрывая рубашки в этом диком порыве. Это был не бой насмерть, а скорее ритуал. Каждый удар, каждый захват и каждый хриплый выдох был переводом всей их истории на язык тела. Они рухнули на пол, и в какой-то момент болевой захват сменился чем-то иным. Гарри оказался сверху, прижимая запястья Драко к паркету. Их лица были в жалких сантиметрах друг от друга и дыхание сплеталось воедино. — Ненавижу тебя, — выдохнул Гарри, но это звучало уже не злобно и грубо, а как прекрасная песнь, признание в чем то светлом. В его голосе даже намека на ненависть не было. — Научись врать лучше, — прошептал Драко и резко, точно змея, высвободил одну руку и вцепился ему в затылок. Их губы столкнулись. Это не было поцелуем, скорее битвой, которую продолжили другими средствами, грубо и со вкусом крови. Но под этой яростью пульсировало что-то ещё — голод, признание, понимание. Оставшаяся одежда была лишь помехой, которую они сорвали друг с друга без лишних церемоний. Не было нежных прелюдий, была только яростная потребность. Когда Гарри толкнул блондина на спину на этот холодный, безупречный пол и слегка растянув вошёл в него без лишних слов, Драко закричал. Не только от боли, но и от освобождения. Каждое движение было вызовом, оскорблением, утверждением власти и одновременно полной капитуляцией. Они не делали друг другу приятно, а доказывали, что живы, что чувствуют и что могут оставить на другом следы, более глубокие, чем шрамы. Это было жестоко, непримиримо и чертовски честно. Позже они лежали в молчании, среди разбросанной одежды, под холодным светом неоновой вывески за окном. Боль в каждой клеточке тела была приятной. На удивление Драко первым нарушил тишину. — Так, а теперь правила. Это всё точно не романтика, не любовь. Это... —Перемирие на взаимовыгодных условиях, — закончил за него Гарри, глядя в потолок. —Именно. Ты приходишь когда захочешь забыться, я делаю то же самое. Никаких вопросов, никаких сцен ревности и всего подобного. —А если кому-то из нас надоест? —Тогда мы скажем «стоп» и разойдёмся как в старые добрые времена, ненавидя друг друга. Гарри повернул голову и встретился со взглядом серых глаз. В нём не было ни капли тепла, только холодная, ясная уверенность. И это было лучше любой лжи о чувствах. — Договорились, — сказал Гарри. Драко кивнул, встал и пошёл в душ, не прикрываясь. Гарри остался лежать на полу, слушая, как течёт вода. И впервые за долгие месяцы его губы растянулись в чём-то, отдалённо напоминающем улыбку. Игра началась заново. С новыми и куда более интересными правилами.