Я буду другим

      — Отлично, проследуйте к месту последней части экзамена. Выполните «змейку» и проедьте «коридор», остановившись в конце, — послышался уверенный голос инспектора в начале автодрома.       Лаперт мучительно ждал этого дня, и наконец он настал. Он стоял последним в очереди. Просто наблюдать, как другие звери уверенно маневрировали на мотоциклах, было утомительно — он едва не заснул на ногах. Ночью рысь почти не сомкнул глаз, снова и снова изучая маршрут в десятки раз. Он не имеет права провалиться.       — Д-да, сэр, — выдавил Лаперт, стараясь скрыть дрожь в голосе.       Ручка газа осторожно скрипнула под его лапой. Лаперт плавно направил мотоцикл вправо, приближаясь к последней точке экзаменационного маршрута — она сама давала о себе знать. Небольшая пунктирная дорожка с конусами, а слева — тот самый узкий «коридор»: прямая в несколько метров, плотно обставленная барьерами из конусов, где малейшая ошибка грозила провалом экзамена.       Рысь быстро оглядел трассу. «Ладно, Лаперт, не нервничай. Восьмёрку ты уже прошёл. Ты ведь тренировался ночами напролёт», — успокаивал он себя, чувствуя, как сердце колотится в груди. — «Ладно, поехали уже».       Он поставил заднюю лапу на подножку, уверенно переключил первую передачу и набрал скорость совсем немного, удерживая ручку газа в оптимальном положении. Здесь важна была не скорость, а филигранная точность. Рысевич не оглядывался на фишки — взгляд был прикован только вперёд. Мотоцикл мягко балансировал из стороны в сторону, шины тихо скрипели по асфальту. Ни одного постороннего звука. Значит, «змейка» пройдена чисто.       Оставалось завершить экзамен.       Не дожидаясь лишних команд, Лаперт резко развернул мотоцикл на сто восемьдесят градусов, оставив байк ровно по линии. Лапа отпустила газ, и стальной конь покатился по инерции. Рысь уже напружинил лапы, готовясь к торможению.       Транспорт мягко остановился. Лаперт остановил мотоцикл. Рысь жадно глотал воздух, прижав левую лапу к бешено стучащему сердцу.       — Я… Сдал?! Я сдал?! Ох, неужели?!       — Ну, как сказать, — выпалил инспектор-волк с чёрной густой шерстью, сжимая в лапах деревянный планшет и щёлкая ручкой в другой.       — Что…?! Да почему?! Где, где я проехал не так?! Где я ошибся?! — Лаперт замер, зрачки сузились от паники.       — Ха-ха. Всё в порядке, мистер Лаперт. Всё выполнено без единой помарки. Тем более вы честно готовились, — залился смехом волк. — Вы же Рысевич, ваша семья только с первого раза и сдает, да?       Сжавшиеся зрачки Лаперта постепенно расширились, он сделал последний глубокий вдох, возвращаясь в норму.       — Ох, спасибо вам. Я-то боялся, что…       — Нам уже на обед пора, вы последний в очереди, — перебил его дорожный сотрудник. — Подойдите сейчас быстренько, распишитесь, я выпишу права — и поедете домой.       — Разве права не выдают на следующий день? — почесал ухо Лаперт, всё ещё слегка ошарашенный.       — Всё так. Вы же не собираетесь устраивать беспорядок, верно? Это не про Рысевичей, — усмехнулся инспектор, протягивая лапу. — Передавайте привет отцу.       — Спасибо вам, сэр!       Лаперт искренне и тепло пожал лапу инспектора, широко улыбаясь, и последовал за ним.       В центральной части Зверополиса царил солнечный день, мягко согревая каждого зверя. Лёгкий ветерок развевал каждую шерстинку и щекотал нос. Листва же шелестила и скребла по асфальту, звук которой был усладой для ушей. Даже Лаперту было комфортно — несмотря на его зимнюю натуру. Вернувшись в чувства после такого утомительного экзмамена, он ещё раз оглядел окружение: яркие лучи солнца отражались бликами от капотов проезжающих машин, слегка ослепляя. А вдали виднелись уже родные силуэты недостижимых, величественных небоскрёбов.       — Ставьте подпись и мы на сегодня всё.       Лаперту протянули ручку. На радостях он даже подпрыгнул на задних лапах и тут же поставил свою роспись — закорючку, напоминавшую букву «P» с мелкими дорисовками в виде лапы. Забавно, что это была фамильная подпись влиятельной семьи, которая сделала Тундратаун таким, каким мы его знаем сейчас.

***

      Поворот ключа заглушил урчание мотора мотоцикла. Лаперт спрыгнул с сиденья, поставил транспорт на подножку и ослабил лямки шлема. Сняв с себя защиту, он аккуратно зажал его между своей рукой и бедром.       Рысь быстро взбежал по заледенелым ступеням, ощущая под лапами хруст тонкого инея, и энергично распахнул входную дверь. Он был переполнен энергией, настроем и уверенностью — сегодняшний день обещал исполнить давнюю мечту. Его усилия, время и бессонные ночи наконец-то окупятся. Его заметят.       Задние лапы уверенно несли его по широкой лестнице на второй этаж. Лаперт мчался к знакомому помещению, сердце стучало в предвкушении.       — Пап! Папа! Я сдал! Сдал на права! — Лаперт распахнул дверь кабинета, врываясь внутрь.       В ответ повисло гнетущее молчание. На морде рыси всё ещё сияла счастливая, искренняя улыбка — он замер, ожидая реакции, но уже окидывал взглядом комнату. Знакомый огромный портрет отца на стене, дорогая мебель из тёмного дерева, полки с книгами в кожаных переплётах.       Милтон Рысевич сидел за массивным письменным столом из полированного коричневого дерева, медленно поднимая голову к источнику шума.       — Невежда, мы тебя разве стучатся не учили? — тихо, но сердито прорычал он, не отрывая взгляда от бумаг.       — Ох, да, пап, прости! Я так обрадовался, что... э-э... — Лаперт неловко хихикнул, переминаясь с лапы на лапу. — Немного увлёкся. Ещё раз прости! — Он скрестил лапы в извиняющемся жесте.       Молчание сгущалось, давя на плечи, словно металл. Младший Рысевич оглянулся по сторонам и наконец заметил брата с сестрой: Котрик оторвался от планшета с кипой бумаг, Кисса — от ноутбука.       Презрительные взгляды троих сверлили его со всех сторон. Свет из приоткрытой двери подсвечивал силуэт Лаперта в синеватом полумраке кабинета, где единственными теплыми акцентами мерцал огонь камина и мягкий свет пары настольных ламп.       — Лаперт, не видишь, что мы работаем?! — прошипела Кисса, не скрывая раздражения. — И мы тебя не приглашали помочь. Вон с глаз моих...       — Лучше бы на машину сдал — и то пользы больше, — тихо пробормотал Котрик, возвращаясь к планшету.       «Молодец, Лаперт. Переплыл океан, чтобы утонуть в луже. Чёртов бал, ну конечно же», — горько подумал он. Тёплая улыбка сползла с морды, сменившись нейтральной маской, уши виновато поникли. Это знакомое чувство снова накрыло тело холодной волной — внутри было так тепло, а теперь морозило. Он спрятал дрожащие лапы за спину, чтобы никто не заметил.       Это снова случилось. Ему снова наплевать.

***

      — Пап, ты не занят? — раздался осторожный стук в приоткрытую Лапертом дверь.       — Занят. Я всегда занят. Чем обязан? — Милтон что-то сосредоточенно печатал на компьютере, пальцы ритмично стучали по клавишам.       — Папа, в общем… Э-э… — Лаперт запинался, переминаясь с лапы на лапу. — В общем, я даже не знаю, как сказать…       — Не трать моё время! Излагай давай. Либо иди играйся — или чем ты там занимаешься.       Лаперт шагнул в центр кабинета, спрятал лапы за спину, опустил голову ниже, а уши виновато прижал к затылку.       — Ну, в общем, раз я теперь уже взрослый, я решил быть для тебя, для нас… э-э… полезным. Хочу что-нибудь делать по работе, вот, как-то так… — Лаперт неуверенно приподнял лапы вверх, состроив глуповатую ухмылку.       — Забудь об этом. Всё, иди давай.       — Пап, — Лаперт подошёл ближе к столу и опёрся лапами о край столешницы. — Я серьёзно.       Милтон оторвался от клавиатуры, отодвинул мышку подальше и сложил лапы перед собой, уставившись на сына холодным взглядом.       — Лаперт, ты просто… Ты бездарность. Ты ничего не можешь и ничего не умеешь. Твой брат и сестра справляются со всем с детства, — вздохнул отец, качая головой. — Да что тебе объяснять. Давай я просто дам тебе денег — купи всё, что душе угодно, и не мешай мне.       Он не был готов к такой прямоте. Лаперт замер, не веря ушам. Эмоции хлынули через край — он стукнул лапой по столу, заставив ручку на столе подпрыгнуть.       — Ты всегда так! Как мамы не стало, ты всегда занят! Будто я вообще не твой сын! — закричал Лаперт в голос. — Я уже не котёнок, я не прошу играть со мной с клубком или научить водить, но ты не даёшь и шанса сделать что-то для нас всех!       Милтон остался непреклонен. Он смотрел на пушистую рысь как на постороннего зверя, не как на сына. По его морде не дрогнул ни один мускул — Лаперт ничего не понимал.       — У тебя ничего не получится, дилетант, — Милтон приподнялся над столом, приблизив морду к сыну. Желтые зрачки сузились в щёлки, пронизывая насквозь.       Сердце Лаперта сжалось от страха. Он снова вывел отца из равновесия, но хотел только как лучше.       — Если бы ты хотел быть полезным, то сам бы начал этим заниматься. У меня давно нет на тебя времени, — отец тяжело опустился обратно в кресло, скрипнувшее под его весом. — Это мой город, пусть он тебя и учит. Хочешь водить? Выбирай категорию, оплати обучение — я пришлю денег. Может, даже транспорт куплю, если не будешь вмешиваться в мои дела.       — И потом я смогу тебе помогать? — воодушевлённо спросил Лаперт, глаза загорелись надеждой.       — Может, нет. Может, да. Научись в своей жизни хотя бы чему-то, кроме своей бесполезной балалайки, для начала.       — Спасибо, спасибо, спасибо! — младший подпрыгнул от радости и направился к выходу, хвост нервно подрагивал.

***

      Хотелось разрыдаться, но Лаперт знал, чем это кончится — насмешками и новыми унижениями. Хотелось закричать от бессилия, но это лишь усугубит всё. Злость кипела внутри, сжимая грудь холодным кольцом, однако он не подал виду: сейчас любая эмоция обернётся презрением.       Лаперт медленно развернулся к выходу, хвост поник, уши плотно прижаты.       — Пап, кейтеринг просит закрывающие документы по нашему заказу. Спрашивают, когда вышлем подписанные оригиналы, — Кисса встала со своего места, убирая телефон в карман. — Кстати, они дают срок до завтра.       — Так давай же их сюда, я подпишу и оставлю на отправление! — Милтон нетерпеливо постучал когтем по столу.       — Документы отправляли почтой. Но её, похоже, ещё не развозили. Сейчас проверю, — Котрик открыл ноутбук и быстро застучал по клавишам, экран отражался в его сосредоточенных глазах. — Да, они уже дошли. Мы не успеем — надо забрать самим.       Лаперт замер на месте. Это был его шанс. Тот самый момент, чтобы наконец доказать полезность, о которой он только что умолял.       — Пап, давай я! Я съезжу на почту и всё вам привезу! — выпалил он, повернувшись с горящими глазами.       Милтон взглянул в эти жёлтые глаза, полные наивной надежды и отчаянного желания угодить. В кабинете повисла пауза — тени от настольных ламп плясали на стенах, камин потрескивал, а в воздухе витал запах остывшего молока из кружки Котрика.       Милтон взглянул в эти желтые глаза, полные наивности и надежд.       — Хмм... В твоём нахождении здесь начинает появляться смысл. Видимо, не зря тебе проплатили обучение, — ехидно усмехнулся глава семьи, издав короткий, саркастичный смешок. Кисса фыркнула в сторону ноутбука, а Котрик лишь закатил глаза. — Шевелись, почему ты до сих пор здесь?!       — Уже бегу!       Лаперт метнулся к тумбе в коридоре, схватил свой защитный шлем и ринулся вниз по лестнице, лапы гулко стучали по ступеням. Это был его шанс.