По разбитым зеркалам.

Раз — Октавия горит, слышен вой и крики. Грохот, Киллиан с болью падает на колени, находясь на последнем этаже здания считая крыши. Стекла выбиваются, оставляя за собой множество различных осколков. Быстро пытаясь встать, левый бок раздается болью и посмотрев на источник боли, в нем торчал глубоко не маленький осколок стекла. Рубашка была изуродована и виднелась кровоточащая рана в которой и был осколок. Притрагиваясь немного дальше от раны пальцами к коже, Киллиан не смог сдержать болезненный стон. Раздался ещё один грохот и ещё один. Парень через боль прижался к полу, пытаясь прятать голову руками, но когда сильный шум стих, вдали на улице раздавались еле слышные крики чистокровных. Выпрямившись, Киллиан подполз к уже разбитым отверстиям окан и застал наруже огонь. Октавия горит. В ужасе, Киллиан зажал рот рукой, а слезы выступили из глаз и полились ручтем. Два — Народ уже бежит, все в крови безликих. Смотреть на это, Бёрко дальше не смог. Некоторые чистокровные бежали в истерике, а некоторые больше никогда не смогут даже открыть глаз, но дальше за живыми шли полукровки и низшие, желая всем такой участи. О первых о ком подумал Киллиан, были Гедеон и Габриэла, Оливер, Оливия и Леон. Он очень переживал, что больше никогда их не увидит. Боль в боку слишком себе знать и парень очень боялся, что умрет от кровопотери. Киллиан знал, что если вынимать стекло, то нужно придавливать чем то рану, но чем? Был вариант только порванной рубашкой, но чем она поможет.. все же попытаться стоило. Аккуратно стянув с себя остатки рубашки, Киллиан закусил уже искусанную губу в крови и начал вытаскивать осколок. Казалось, что он больше не слышал других, что его крик затмил всех, но когда все же получилось вытащить осколок, его лицо было красным и все в слезах. Откинув стекло как можно дальше от себя, он истерически быстро начал завязывать рану кусками рубашки. Киллиан не понимал, запомнился ли в голове всё ещё его же крик и теперь не оставляет его в покое, либо он продолжает кричать. Три — Огонь сжирает все, до чего добрался. Лихорадочно пытаясь быстрей встать, хромая, Киллиан взбирается по лестнице на крышу здания. Сейчас он практически без верха. Ему страшней всего ещё раз получить глубокую рану и остаться на этой крыши навсегда. Подобравшись к краю крыши, слезы так и шли по его щекам. Все кончено. Почти все чистокровные были убиты, ведь полукровок и низших намного больше. Он — Киллиан Парис Бёрко, но ничего не может сделать, его существование бессмысленно и вероятней всего он умрет даже не от рук полукровок/низших, а умрет от кровопотери. Киллиан сново оказывается на коленях, но уже по своей воли. Его руки просто опустились, не успев подняться. Киллиан пытался добиться равноправности, но ничего не вышло. Приц бы бился, но рана стекала кровью по его телу не останавливаясь. Киллиан закрыл лицо руками, не в силах больше смотреть на сгорающую в его видимости Октавию. Дышать было сложно, но он уже знал, что это последние мелкие моменты когда он может это делать, а дальше будет пустота. Он приложил к сердцу одну руку и начал причитать самому себе: "я не достоин быть принцем Киллианом Парис Бёрко. Я должен был не узнать и навсегда остаться Готье Хитклиф. Если бы это был кто-то другой, то может быть все было по другому." И вдруг на его плечо легла чужая рука. Киллиан замолк и не сразу понял, что даже перестал дышать. Новый прилив боли в боку и нехватки воздуха, парень сильно закашлялся. Вся крыша была в таких же осколках, ведь стеклянные перегородки все до единой были треснуты на мелкие и большие кусочки, теперь рассыпанных по крыше. Рука так и лежала на плече, даже когда Бёрко не повернулся. Он ждал, а точнее выжидал когда принц повернется. Киллиан положив руку на бок, все же не решительно но повернулся и шок застыл на его лице, а слезы вновь покатились. Киллиан повернулся полностью забыв о боли и теперь сидел на пятой точке пытаясь отползти задом, но упёрся о небольшой барьер. Смотря в карие глаза, Киллиан замотал головой. У парня не хватало сил падать голос, но человек на против протянул ему руку на которую не последовало ответа. —Готи, ну чего же ты? Все же раздался голос полукровки, но не просто полукровки. Голос был мягкий, но фальшивое имя Килилана прозвучало ещё мягче. —Скэриэл, н-не трогай м-меня. Заикавшимся голосом, Киллиан был миллиметре чтобы не упасть в истерику. Он знал, что умрет, но не думал, что от рук его Скэри. Сам же Скэриэл выглядел радостным. В его глазах мигали победные огоньки. Волосы Скэриэла были на половину белые, а на половину черные, а кисти парня окрашивались черным, подмечивая, что он долго пользовался материей и из-за этого, Киллиан ещё больше хотел скрыться от него. —Готи, я не приченю тебе вред. Прими мою протянутую руку, прошу Скэриэл сново протянул ему руку и дрожащая рука Киллиана приняла её вложив свою руку. Скэриэл чуть потянул на себя парня, но тот скорчился от боли и только тогда "сорокопут" обратил внимание на бок Килли. Подойдя в плотную, второй рукой Скэр помог встать на ноги Киллиану, окрашивая свои черные пальцы алой кровью. Он чувствовал, как в его руках Киллиан бился в дрожь, но лишь мило улыбнувшись, Скэриэл провел по лицу парня пальцами, убирая волосы за уши. —Станцуем? Теперь ехидная улыбка накрыла лицо Скэриэла. Киллиан же сдержал болезненный стон, но во взгляде отражался огромный страх и непонимание. —Скэриэл, мой бок.. —Я вижу. Мы аккуратно. Скэриэл наклонил голову набок ожидая решения его Готье, но через некоторое время, Киллиан неуверенно кивнул и опустил взгляд. Он понимал, как жалко выглядел, но больше сил не было. Скэр вернул удовлетворенную улыбку, а Киллиан осмотрелся и парень это заметил. —танец на стеклах.. может ещё обувь снимем? В предвкушении, Скэриэл приблизился к уху Киллиана и подул в него. Киллиана обожгло горячее дыхание Скэриэла и стало щекотно, но он не придал этому никакого вида, лишь с выпученными глазами, Бёрко не понимал то, зачем все это Лоу. —Скэр, у меня ужасно болит бок. Наши с тобой ноги не остаться в норме если мы босые будем танцевать на стеклах. Киллиан знал, что слово "танцевать" ещё громко сказано. Они вдвоем понимали, что бок не позволит этого делать. Его голос до сих пор подрагивал, но кажись смирился и чуть успокоился. —не проблема. Разве мы уже сможем что либо сделать? Танец на стеклах — неполеколебимость и показание того, что ты сильный и можешь выдержать что угодно. Скэриэл обвел пальцем все то, что творилось за спиной Киллиана, а тот вспомнив про это, обречённо вздохнул. Танец на стеклах явно не описывал сейчас Киллиана, ведь тот уже показал свою слабость и теперь по его вине Октавия горит. —хорошо, будет по твоему. Глаза парня засветились и поддерживая немного Киллиана, повел его туда, где находилось больше стёкл. На месте, Скэриэл стряхнул с себя обувь и опустившись, помог Килли тоже её снять. Без обуви и носков, они стояли на стекле. Лоу положил одну руку ему на правый бок - где не присутствовала рана, а вторую на плечо, кивнув головой, чтобы Киллиан повторил за ним. Встав в стойку танца, Скэриэл сделал первый шаг назад и Киллиан последовал за ним. Лицо Скэра отображало лишь радость, удовлетворённость, а Килли закусил внутреннюю щеку, чтобы не взвыть от боли. Они кружили, а точнее кружил Скэриэл, поддерживая Киллиана. Наклонять Бёрко было слишком рискованно, по этому Лоу все же оставил эту идею, но в конце танца, Скэриэл приблизился прям в плотную к Бёрко и прошептал: —оставайся всегда Готье, оставайся со мной.. ты пойдешь за мной, Готи? Киллиан пришел в шок о такой просьбы и вопроса. Вернутся в имя Готье? Все же не плохая идея. Киллиан — это принц, который должен был сам создать революцию, но ничего не вышло, а значит его статус Готье. Над вопросом он размышлял дольше и затем кивнул. —я пойду за тобой, Скэри. Скэриэл остановился и обнял Готье, уткнувшись в его шею носом, но затем последовало резкое движение со стороны Киллиана и теперь Скэр отшатнулся от парня. Губы Лоу сразу начали белеть и он рухнул хватаясь за грудь.. в его груди в районе сердца торчал его же нож, который он подарил однажды Готье, а сейчас, Скэр больше не сможет сказать своему Готье ни слова, его глаза стали стеклянными. Сам Готье взвыл в полный голос, хватаясь за волосы. Приземлившись рядом со Скэром, он схватился за его плечи и встряхнул. Обняв, Готье уткнулся носом в его грудь, рыдая, но немного отойдя от слез, он сново отстранился. Готье вынул нож с груди Скэриэла и прислонив к своей шее, он досчитал до десяти, прежде чем перерезал её, рухнув на Скэра. Чистокровных больше нет, Ромус быстро сдался.