Недатепа Драконикус

Утро странно тихое. Настолько тихое, что Форд впервые за неделю просыпается без звуков взрыва кексов, без живых носков, без разговаривающего чайника. Дискорд сидит на крыльце. Не в позе «я сейчас развалю реальность», а в позе… почти задумчивой. Форд выходит, натягивая свитер, смотрит с подозрением: — Ты… не превратил мои ботинки в лягушек? — Нет. — И не подменил кофе на мёд? — Нет… — И озеро не стало желе? — Форд, пожалуйста. — Дискорд почти обижается. Тишина между ними какая-то странно спокойная. Дискорд встаёт, отряхивая хвост. — Пора мне… возвращаться. Флаттершай волнуется. А ты… — он смотрит на Форда — …ты явно устал от моего очаровательного хаоса. Форд хочет сказать «да», но неожиданно ловит себя на том, что… ему немного грустно. — Знаешь, — тихо говорит он, — хаос хаосом… но было интересно. У Дискорда глаза загораются мягкой искрой. — Раз ты такой любезный, я… оставлю тебе подарок. Он щёлкает пальцами. В воздухе появляется маленькая коробочка — размером с ладонь, перевязанная разноцветной лентой, которая сама себя завязывает и постоянно меняет форму. Форд осторожно: — Это безопасно? — Абсолютно! — Дискорд делает вид, что обиделся. — Ну… процентов на сорок. Но оно симпатичное, я обещаю. Форд открывает коробочку. И внутри… 🌀 маленький Хаус. Крошечный, сантиметров пятнадцать ростом. С хвостом-серпантином. С крошечными рожками. И с глазами, которые блестят как у щенка. — Ха? — издаёт малыш. — Это… мини-хаос? — поражённо спрашивает Форд. — Мини-хаус. — гордо отвечает Дискорд. — Он не разрушит твою жизнь. Максимум… перепутает твои носки. Иногда. Или устроит небольшое цветочное торнадо на кухне. Малыш Хаус радостно прыгает Фордy на рукав, обвивает его хвостиком и трется маленькой мордочкой. Форд выдыхает. — Он милый. — Ага! — Дискорд сияет. — Это… чтобы ты не скучал. И чтобы хоть немного хаоса было рядом. Но не слишком много. Они стоят так ещё минуту. Малыш Хаус уселся на плечо Форда и, кажется, уже дремлет. Дискорд тихо: — Спасибо, что терпел меня. Не каждый человек выдержит мои… утренние превращения. Форд хмыкает: — Я пережил гномов, демонов и Билла Шифра. Думаю, я выдержу и тебя. Дискорд улыбается — по-настоящему, мягко. — Тогда до встречи, Форд Пайнс. Он щёлкает пальцами — и исчезает в клубке перламутрового дыма. Остаётся только ветер, Форд… и малыш Хаус, который тянет к нему лапки и мурлыкает, как кот: — Хааа… Форд осторожно гладит его по голове. — Ладно, маленький… посмотрим, что ты умеешь. Форд уютно устроился в кресле на веранде, держа на коленях кота, который лениво мурлыкал, поглаживаемый его рукой. Перед котом лежал небольшой блокнот с заметками и цифрами — вроде простых расчетов для экспериментов Форда. Вдруг кот приподнял лапку, уставился на строки и начал уверенно тыкать коготками по страницам, словно считал каждое число вслух. — Что ты творишь? — с улыбкой удивился Форд. Кот, не обращая внимания на возглас хозяина, продолжал свое «вычисление», меряя пространство между цифрами и шурша страницами, словно проверяя правильность каждого подсчета. Форд тихо засмеялся: — Ладно, котик, похоже, ты мой лучший калькулятор. Мягкий ветер играл с страницами блокнота, а кот продолжал методично щелкать когтями, полностью поглощенный своей необычной математической задачей. Форд уютно устроился в кресле на веранде, держа на коленях кота, который лениво мурлыкал, поглаживаемый его рукой. Перед котом лежал блокнот с цифрами — простые расчеты для экспериментов Форда. Кот приподнял лапку, уставился на страницы и начал уверенно «щелкать» когтями по цифрам, словно считал. Каждый раз, когда Форд пытался его отвлечь, кот моргал и тихо мурлыкал, а затем отворачивался к миске, куда всегда подливалось немного тунца — единственной еды, которую он ел. — Ладно, ты и правда мой лучший калькулятор, — улыбнулся Форд, — но сначала тунца, потом математика. Кот лениво потянулся, съел пару кусочков тунца, а затем снова вернулся к блокноту, как будто говорил: «Теперь можно считать».