Не могу удержаться, хён

Чан много работает на свою фигуру. Он сутками пропадает в тренажёрке, на его пресс молится буквально полфандома. Но Минхо больше всего любит его задницу. Он часто залипает на эту часть тела, обожает лапать и хочет укусить. — Минхо! — Чан вскрикивает, когда Ли в пятый раз за тренировку шлёпает его по мягкому месту. — Что? — Минхо строит невинное лицо. — Хватит меня лапать! — Прости, не могу удержаться, хён. — Ты даже не пытаешься удержаться! — Ещё как пытаюсь, — уверенно заявляет Минхо. — Ври больше, — фыркает Чан.

***

После тренировки Минхо зажимает Чана у выхода из танцевального зала. — Стоять, — он прижимает его к стене и впивается в его губы требовательный поцелуем. Его рука ползёт к заднице старшего, сжимает ягодицу Чана, отчего он скулит прямо в поцелуй. — Хо-я… — М? — Минхо перемещается поцелуями на линию челюсти и шею. — Сюда кто-то зайти может. — Плевать. Просто закрой эту чёртову дверь. Я всю тренировку думал только о тебе, — Минхо лезет под футболку, и Чан вздрагивает. Прохладные пальцы Ли пробегаются по напряжённому прессу, сжимают грудь. Минхо щипает его за сосок, и Чан стонет. Из головы вылетают все мысли и остатки здравого смысла. Остаётся только возбуждение и острое желание чувствовать Минхо ещё ближе. Ли опускает руку на пах Чана, чувствуя явное возбуждение, сжимает через одежду, вызывая всхлип старшего. Голова кругом от этого всего. Слишком жарко, слишком ярко. И они до сих пор не закрыли дверь, кто угодно может зайти и спалить их. Это лишь больше возбуждает. — Повернись, — шепчет Минхо на ухо Чану и прикусывает мочку. Тот послушно поворачивается лицом к стене. Минхо буквально сжирает взглядом задницу Чана. Он ощущает этот взгляд и краснеет до корней волос. Ли стягивает с Чана тренировочные штаны и бельё, обнажая ягодицы, пару раз смачно шлёпает по ним, отчего по залу разносится громкий звук. Чан вскрикивает не столько от боли, сколько от неожиданности. — Какой милашка, — смеётся Минхо. Он разводит упругие половинки в разные стороны, сжимает их в руках, играется, наслаждается видом. — М-Минхо… Хватит, — пытается Чан, чувствуя жгучий стыд от каждого движения младшего. Минхо усмехается. Он суёт пальцы в рот Чану. — Пососи их тщательно. Ты же не хочешь, чтобы тебе было больно? Чан послушно обсасывает пальцы, обильно слюнявит их, обводит языком фаланги. Минхо не отказывает себе в удовольствии подержать пальцы в блядском рту Чана чуть дольше нужного, чуть надавить на язык, видя, как старший закашливается. Он толкает сразу два пальца в узкую дырочку, сразу давит на комок нервов внутри, наслаждаясь тем, как Чан запрокидывает голову назад и задыхается от стона боли и удовольствия одновременно. Чан сходит с ума. Это так больно и так приятно одновременно… Минхо всегда играл на этом контрасте. Когда Минхо заменяет пальцы на член, Чан теряет себя окончательно. Ли не даёт много времени, чтобы привыкнуть, сразу начинает двигаться, причиняя дискомфорт, но головка его члена так правильно попадает по чувствительной точке внутри, отчего боль быстро теряется в пучине удовольствия. Минхо сжимает ягодицы Чана, наблюдая, как исчезает и снова появляется между них его член. — Так хорошо принимаешь меня. Твоя задница создана, чтобы её трахали, — Минхо наклоняется и шепчет грязные слова Чану на ушко. — З-заткнись, — Чан дрожит. Горячее дыхание Минхо обжигает шею, пока его член распирает изнутри. — Как грубо, Чани, — Минхо дует губки и оставляет болезненный шлепок на ягодице, — а за грубости наказывают, — мурчит он. Ли хватает Чана за бёдра, начиная двигаться быстрее. Чан стонет, выгибаясь навстречу движениям. Он чувствует, как внизу живота скручиватеся болезненный узел — предвестник скорого финала. Ноги начинают дрожать, всё внутри сжимается от сладкой истомы. Пара глубоких толчков, и Чан кончает с громким стоном. Минхо двигается ещё немного, проводя Чана через оргазм. Он выходит из старшего, пару раз проводит по своему возбуждению и кончает, пачкая свою руку и поясницу Чана. За дверью слышатся голоса стаффа. Чан вспоминает, что они так и не заперли эту чёртову дверь. Минхо уже одетый быстро подбегает к двери, щёлкая замком. — Ты псих, Ли Минхо, — фыркает Чан. — Но тебе же это нравится, — он расплывается в улыбке чеширского кота и подходит к Чану. Минхо помогает ему привести себя в порядок и прижимается в ласковом поцелуе. — Люблю тебя и твою задницу, — мурчит он в поцелуй.