На Двоих: Реконструкция.

      Неоновые вывески китайскими иероглифами плясали в лобовом стекле черного внедорожника Genesis, припаркованного на обочине узкой улочки и отсвечивая красным на уголках стекла, а так же сильно затемняясь из-за того, что машина находилась прямо под деревом.       Здесь даже пахло как-то мерзко и липко… Не говоря уже о китайских, круглых. бумажных и полу-пластмассовых фонариках, развешанных над высокими алыми перекладинами полых врат Дунхуамэнь и того, какой затхлый запах просачивался внутрь некоторых помещений, напоминая собой, не самый приятный аромат сильно-отсыревших деревьев и коры, которых, с излишком переработали каким-то химикатами от паразитов. Пусть это особенно и не требовалось, так как небольшие деревца находились у самого входа в длинное, двухэтажное здание в традиционном стиле, в больших, глиняных и железных горшках. Однако, вдоль улицы и высоких бежевых, серых и белых бордюров были уже нормальные такие деревья в 2-3 метра в высоту…       Аки откинулась на кожаное сиденье, вдыхая аромат дорогой кожи и кривясь от запаха дешевых закусочных, проникающего снаружи. За окном расстилался китайский квартал Красных Фонарей — пестрая мешанина огней, громкой музыки и крикливых зазывал, обещавших сомнительные удовольствия.       Ю-Джин, с непроницаемым лицом, внимательно наблюдал за входом в обшарпанное здание, освещенное красным фонарем. Его длинные темные волосы, собранные в строгий пучок, лишь несколько прядей, выбившихся из прически, слегка смягчали его суровый вид.       — Она еще там? — тихо спросила Аки, нарушая тишину.       Ю-Джин не отрывал взгляда от двери.       — Да. Я видел, как она входила пару часов назад. — его голос оставался ровным, но Аки уловила в нем нотки ледяного безразличия и презрения. Она понимала, что месть его не отпустила, и эта ночь должна была стать той ночью, когда она осуществится.       Они сидели в тишине, каждый погруженный в свои мысли.       Аки вспоминала, как она с помощником своего мужа познакомилась. И ей показалось странным, что она сразу нашла с ним общий язык… Отчего? Всё просто. Они оба в какой-то степени вылезли «из грязи в князи». Аки — потому что вышла замуж по деловому контракту. То бишь вступая в бизнес-брак, а Ю-Джин, будто бы, что-то в ней рассмотрел. Она и сама не до конца понимала, что именно… до поры, пока не столкнулась с ним в больнице, куда по ошибке зашла, когда думала, что там был Ким. Она тупо следовала за его помощником и, словно бы, узнав то чего знать не стоило, подписалась под этим делом. Местью.       А, пожалуй… было у них нечто общее. А именно то, что их связывало.       Месть.       Аки для этого и вышла замуж. Чтобы отомстить своим обидчикам из далёкого прошлого, обрести сильных союзников, деньги, средства, власть, информацию и «допустимую незаконность», которая в мире богатых людей, хорошенько развязывает руки, если уметь договариваться, манипулировать и действовать деликатно. Наверное, это Ю-Джин в ней и рассмотрел, но пока брюнетка думала об этом, она подпёрла рукой подбородок и устремила взгляд а окно:       — Напомни… почему ты вдруг решил мне помогать? Я же тогда о твоей сестре не знала…       Кореец заломил бровь и посмотрел на молодую женщину через зеркало солона на задний вид:       — Интуиция.       — Может тебе с такой интуицией в гадалки? — хмыкнула она и тут же замолчала, когда они заметили движение и Аки тут же натянула с шеи на лицо медецискую маску, сузив глаза и следя за фигурой, которая только что покинула бордель.       Она чувствовала, что воздух наэлектризован, и знала, что скоро начнется то, к чему они так долго готовились. Но в глубине души она надеялась, что эта месть принесет им долгожданное облегчение, а не новые разочарования.       Она, прижала рукой ткань маски к лицу, слегка хмурясь и неотрывно смотрела на вход в «Красную лилию». Лицо её, обычно живое и энергичное, сейчас было непроницаемым, словно высеченным из камня.       Кореец за рулём, на водительском сидении, молча наблюдал за танцующими тенями на асфальте. Его длинные тёмные волосы, оттеняли высокий лоб и сосредоточенный взгляд. Несколько прядей выбились из прически, обрамляя лицо мягкими волнами.       — Она там. — тихо, но твёрдо произнесла Аки, не отрывая взгляда от двери борделя и словно бы, кое в чём убеждаясь и поднимая взгляд на окно, на втором этаже. Шестое слева.       Мужчина устремил взгляд туда же и помедлив, повернул голову к брюнетке.       — Что делать собираешься?       — Как обычно… — улыбнулась Хикари, вернув короткий взгляд на помощника, — разверну свою игру… но только если, у Элен на это хватит решимости.       — А если не хватит? Ты прикажешь мне? — усмехнулся в ответ Ю-Джин.       Аки тут же изобразила скучающее лицо и выдохнула:       — Нет. Просто сама всё сделаю…       — Киму не понравится, если он узнает.       — Хорошее слово это — если… — стрельнула она глазами и те сверкнули на фоне отразившейся в окне фары, попавшим светом прямо на её окно, проезжающей мимо машины. Аки испытующе посмотрела на друга, — Ты ведь меня не сдашь?       — Если Ким, до сих пор не знает о том, сколько бедолаг ты уже угрохала… как сама думаешь…? — так же кисло и не очень приязненно усмехнулся тот и потрогал руль, — Это, конечно, не моё дело. Но. Зачем ты это делаешь?       — По той же причине, что и ты. Хочу справедливости.       — Моя справедливость не такая радикальная. — нахмурился кореец, — Для виновных всё должно быть по закону.       — Даже если так, Ю-Джин… — холодно бросила она и приблизила себе скользящим движением на диване сумку, — подобные той, за кем мы сейчас следим, так легко отделаться не должны. Особенно в комфортных условиях, в тюрьме.       Мужчина снова посмотрел на неё через зеркало заднего вида, помолчал какое-то время и они отвлеклись. Свет в окне, за которым они следили потух.       — То есть — не сегодня. — сделал вывод он.       — Скорее всего нет, — кивнула Аки, — дождёмся понедельника… вроде как, по местным данным, если источник не врёт…       — Надеюсь, что нет… — нахмурился он, — а то, всё это будет очень зря и неприятно.       — Согласна… поэтому кому-то придётся, перепроверить данные.       — Хочешь сказать — мне? — скривился кореец.       — В этот раз нет.       — То есть ты мне не доверяешь? — возмутился слабо он.       У Аки дёрнулась бровь и она не сильно пнула низ спинки его кресла.       — Что за стрелочество? Водолей, чёртов. Просто придерживайся плана. Нельзя вызывать подозрений, а мне нельзя показываться здесь до определённого момента, иначе мы её спугнём.       Тот хихикнул и начал заводить мотор, зажёг фары дальнего вида, подал машину назад, развернул и поехал на выход из района, мельком глянув в сторону её сумки.       — Этот чай, как я понимаю… совсем не «чай».       — Ты хочешь помочь Элен или нет? — выдохнула тяжко Хикари.       — Хочу, конечно… но мне кажется, мне будет проще, если я узнаю чуть больше, не думаешь?       — Уж кто бы говорил… свинтил в Корею, не попросив помощи. — обиженно фыркнула та.       Брюнет усмехнулся.       — Дуешься?       — А сам как думаешь? Мы уже не команда?       — Ну-у-у… кто знает. — двусмысленно протянул он и начал смотреть на дорогу.       Лунный свет скользнул по его металлической поверхности, отразившись в глазах Аки хищным блеском. Ночь обещала быть долгой.

***

      — Кого из вас прибить? — стоя на входе в арендованные апартаменты, о которых Аки попросила мужа, спросил высокий и плечистый кореец. Черные, как смоль, волосы идеально лежали в безупречной укладке, подчеркивая острые скулы и прямой, волевой подбородок.       Его глаза, узкие и внимательные, сейчас казались холодными и опасными, отражая лишь слабое освещение коридора. Он был одет в идеально сидящий темно-серый костюм, намекающий на дорогой бренд, но не скрывающий мускулистой фигуры. В осанке чувствовалась внутренняя сила, спокойная уверенность хищника, готового к броску.       Не слишком просторные, но уютные и, в какой-то степени компактные без сильной помпезности и излишеств апартаменты встретили вернувшихся, тёплым светом, открываясь обзором за спиной мужчины. Вполне себе приличные и по своему дорогие.       Частная собственность с видом на водяной парк, далеко от шоссе, и утопающие в зелени дворики, создавали ощущение уединенного оазиса.       Аки настояла на этом месте, устав от городского шума и вечной суеты. Ей хотелось тишины и возможности наблюдать за жизнью, не будучи её активным участником.       Балкон с видом на водяной парк стал её любимым местом, где она могла часами сидеть с чашкой чая, наблюдая за плещущимися детьми и беззаботным весельем, читая книгу, что-то печатая в ноутбуке или рисуя в своём скетчбуке.       А вот внутри, несмотря на кажущуюся простоту обстановки, в апартаментах чувствовалась рука хорошего дизайнера.       Мебель была подобрана со вкусом, каждый предмет имел своё место и назначение. Цветовая гамма была выдержана в спокойных, пастельных тонах, создавая атмосферу умиротворения и покоя. Акцент был сделан на натуральных материалах — дереве, льне, хлопке, что добавляло теплоты и уюта.       Муж, привыкший к роскоши и простору, поначалу отнесся к выбору Аки с некоторым скепсисом. Ему казалось, что им будет тесно в этих стенах. Однако, проведя здесь несколько дней, он признал, что жена была права. В этих апартаментах, действительно, было что-то особенное, что-то, чего не хватало в их огромном доме. Возможно, дело было в уюте и компактности, в отсутствии показной роскоши, которая давила и обязывала.       А может быть, в тишине и покое, которые позволяли наконец-то расслабиться и почувствовать себя, по-настоящему, дома.       В любом случае, Аки была довольна своим выбором, и это было главным.       Сам Сон Ким-Со стоял на пороге с зачёрпвницей в руке, в фартуке на сильном теле и сердито смотрел на крошечную по сравнению с ним девушку, и высокого, но будто бы более стройного и вытянутого по сравнении с ним секретаря-исполнителя Ю-Джина.       — Так кого? — он побил себя призывно ручкой зачёрпвницы по плечу, переводя взгляд от одного до другой, — Ты время видела?       — Был час-пик… — со вздохом оправдалась она и Ким вопросительно и требовательно уставился на друга.       Тот пожал плечами и кивнул:       — Ага… а ещё твоя жена меня достала тем, что гоняла по разным отделам рынка. Ты был на рынках Ким? Ты знаешь как там пахнет?       Ким-Со только выдохнул и посмотрев на пакеты в руках друга, смирился и перехватил у него один, скрывая усмешку. Он прекрасно знал, как «достает» его жена, когда дело касалось выбора продуктов. И Ю-Джин, как верный друг, всегда страдал вместе с ней, выслушивая её бесконечные колебания между двумя сортами кимчи.       — Ладно, проходите, герои.       Он посторонился, пропуская их в квартиру:       — Сейчас разогрею ужин. Ю-Джин, можешь включить телевизор, там, наверное, уже новости начались. А ты, — он повернулся к девушке, — иди мой руки. И чтобы через пять минут была за столом.       Девушка, облегченно вздохнув, юркнула в ванную, а за ней из небольшого коридора-гардеробной, из зала тут же побежала белоснежная, пушистая кошечка, учуяв хозяйку и вино.       Ю-Джин, скинув пиджак на спинку стула, включил телевизор и уселся на диван, устало прикрыв глаза и стараясь выдохнуть от всего того, что случилось за текущий вечер. Он помассировал виски, снял очки и выдохнул.       Телевизор мерно гудел на фоне, Аки прошмыгнула мимо на второй этаж, сделанный под небольшой чердачок, это была такая дизайнерская «складывающаяся» спальня и там решила переодеться, пока Ким накрывал на стол и показавшись из не очень большой кухонки в словно-совмещённую с прихожей гостиную, вздохнул.       Он не привык ещё к тому, что здесь было ну — всё же тесновато.       — Поужинаешь с нами? Или Элен сама тебе всего наготовит? — с лёгкой усмешкой поинтересовался он у друга.       Ю-Джин откинул голову назад и в бок, глянув на своего «начальника» и пожал плечами:       — Точно… Элен же полностью захватила мою кухню… эх… я бы не отказался, но, кажется…       — Может хотя бы фруктовый коктейль возьмёшь? — Аки выглянула из спальни, остановившись на лестнице, глянув вниз, — А то нанюхаешься сейчас всего аппетитного, захочешь кушать и помрёшь с голоду.       Тот скорчил мину, а Ким сделал лицо Бакза-Банни из того самого мема, но укоризненно посмотрел на жену.       — Ты всем, как младенцам, хочешь сосочку и пузырёчек выдать, лишь бы «дитетки» не ушли из твоего дома голодными?       — Да. — вполне серьёзно и вкрадчиво ответила та и по шее длинноволосого корейца побежали мурашки.       Он обречённо выдохнул:       — Давай свой коктейль.       — Пять минут… — Аки спустилась, переодетая в домашнее, закалывая на ходу волосы крабом, чтобы ничего не мешало и направилась на кухню, стырив по пути со стола пару вкусняшек и закинув их в рот, потому что тоже хотела кушать после довольно утомляющей беготни.       Ким упёр руки в бока и проводив супругу долгим, двусмысленным взглядом, скользнув им от её худенькой, но подтянутой спортивной спинки к талии и бёдрам и словно бы очнувшись, вернул взгляд на Джина, который, приподнял бровь, явно ехидненько засматриваясь теперь на самого Ким-Со. А ведь и не скажешь, что шесть лет назад, эта дамочка вообще его интересовала. Так — галочка на бумаге, как во всех документах, где он расписывался и ставил свою печать… разве что, как во всех этих, в последнее время до скрежета в зубах бесящих дарк-ромунов… «серая мышка» смогла влюбить в себя влиятельного, сильного, уверенного в себе, красивого и сексуального мужчину.       Да, сейчас у свидетелей данного зрелища знатно бы подгорело, от сия комментария, как у некоторых подруг Аки. Даже добродушная Элен будто бы не верила, что всё у них так просто. Но Аки их успокаивала, мол — брак по расчёту, не ссыти… Ким не психопат и не абьюзер.       Ага… Джин бы с этим поспорил… как раз 6 лет назад.       Но в отличие от всех этих ширпотребов было одно жирное такое «НО»… а Ким ли в их паре — абьюзер?       Во-первых… а во-вторых, бедолага и правда не всё о своей жёнушке знает. Это странно… Если бы Аки была бы просто «серой мышью» с телом порно-звезды, это было бы понятно. Но нет же. В своё время, её параметры Джину и не зашли, хотя он к своей «начальнице» хорошо относился. Элен в таких случаях куда приятней и привлекательней, хотя на наивную дурочку или воинственную феминистку она и не похожа…       Знаете, тех самых которых хочется сломать, перевоспитать, подчинить, изнасиловать и всё в таком духе.       Джину было от одной мысли противно, будь всё именно так. Но именно этого и он, и Аки, в своё время, и Элен — боялись. А Элен боится до сих пор.       Общество навязало те самые вульгарные образы людям: и женщинам и мужчинам — комплекс мадонны и блудницы, а мужчин маскулинный, доминирующий и страдающий секс-символ. Бред какой-то… И даже если в Корее высокие стандарты ко всему, особенно к внешнему виду и само-дисциплине, то и здесь тоже можно было найти людей с плохой кожей, лишним весом, и простыми данными, который под стандарты красоты мало подходили.       Но Ким эту красоту сравнивал со смесью «героинового шика» и «спортивной гимнастики»?       Он уже привык. Главное ведь — правильно: скорее не сама внешность, как ты чувствуешь себя с этим человеком. А любой партнёр, которого ты так или иначе чувствуешь кажется тебе прекрасными и без всяких макияжей.       Проблематика Аки и Элен была именно в том, что всякие медийные образы им, скорее всего, навязывались. И с Аки это было понятно, потому что отчасти её цель, миссию и мишень для мести Ю-Джин знал.       С Элен сложнее, он только начал её узнавать, хотя внутреннее нутро, до сих пор, сопротивляется её мировоззрению. Но… Аки ведь стала счастливой с Кимом, верно? Или?..       — Понравился сюрприз? — вырвал из раздумий друга Ким, плюхаясь рядом и глянув коротко в сторону телевизора.       — Ты про Элен? — уточнил Джин и медленно и словно просыпаясь, повернул голову к собеседнику.       Ким усмехнулся:       — Ага… сам был в шоке, как Аки вырвала её из дома, ещё и в час ночи, собрала и упросила лететь с нами. Я бы в час ночи таких гостей послал… ну и нос сломал бы наверное… а тут моя жена опять «похитила» человека и увезла его в другую страну.       — Странные у вас фетиши на «похищения»… — скривился наигранно Джин, — Аки явно у тебя нахваталась.       — Или она мне мстит. — кивнул Ким и повернул голову, когда заметил девушку, держащую в руках стаканчик-шейкер с заполненным почти до верху фруктовым смузи.       Бровь Ю-Джина поползла вверх.       — Ты хочешь меня отравить? — попытался подколоть её он снова, хотя и знал, что шутить с хозяйкой дома так не стоит, потому что подобные шутки она не любит и начинает чернить в ответ, но что-то забавное было в том, как менялось в этот момент выражение её лица… потому что, что-то зловещее начинало проскальзывать в этой злой улыбочке и прищуре.       — Разумеется, а ты как думал… — ответила ему Аки, и изобразила жест, которым сжимает стаканчик так, чтобы он лопнул в её руках и обляпал бы Джина. Но… ей же потом этот срач убирать, поэтому она этого делать не станет.       — Ладно-ладно… — примирительно поднял руки тот и взял стаканчик, долго глядя на полу-прозрачную, но не пропускаемую видимость крышку, и выдохнул. Что он пытался там рассмотреть?       И, тем не менее, он захватил трубочку губами, втянул в себя жидкость, распробовал и кивнул:       — Не плохо.       — Да, с Элен не сравнится… но имей ввиду, она сладкоежка, а я за — здоровый образ жизни. — брюнетка самовлюблённо усмехнулась и упёрла руки в боки.       Джин промолчал и сюпнул ещё немного коктейля.       Ладно-ладно, он это выпьет, только потому, что и правда хочет есть.       — На дне есть смесь из сливок и фруктов, если хочешь перекусить, — подсказала Аки, а Ким долго глядя на стаканчик, перевёл взгляд на жену.       — А мне?       — В рифму ответить? — улыбнулась она и махнула рукой, — Да сделаю-сделаю. Просто помню, что ты этого не любишь.       — Да. — вот так просто согласился он и Аки иногда это всё-таки раздражала, потому что он её намеренно дразнил, вызывая желание позаботиться, но он обожал когда она злилась, или наиграно капризничала. С её миниатюрностью это было ужасно мило.       Джин всё ещё сюпал смузи и медленно встал.       — Ну-с, я пойду.       — Давай, только будь осторожен. — Аки протянула ему руку и он пожал её, пожал руку Киму и последний пошёл его проводить.       Аки же собралась на кухню, как вдруг её телефон громко завибрировал и брюнетка, вернувшись к аппарату, взяла его, разблокировала и весьма удивлённо уставилась на кучу сообщений в одном из мессенджеров.       Там была группа с её сотрудниками из брачного агентства, а со всеми этими перелётами, больницами, слежками… усталостью и прочим, она совсем отбилась от работы. Ей стало стыдно и она плюхнувшись на диван, стала 1000+ сообщений читать. Глаза делались всё больше и больше. А нутро подсказывало, что оставаться больше чем на неделю в Корее, ей теперь точно нельзя. Или работать из дома… но…       Она так глубоко и громко вздохнула, что Ким, когда вернулся, весьма обеспокоенно уставился на жену.       — Что такое? — округлил он глаза.       Аки молча указала ему на телефон с кучей сообщений.       — Помнишь, я говорила тебе про проблемную марокканку, которая всю статистику нам сбила, если я не выиграю дело в пользу её «жениха»?       — Ну?..       — Она всех там достала. Вот почему я мизогин… в жизни таких инфантильных и тупых женщин не встречала. Точнее встречала, но не контактировала… даже не знаю справится ли с ней Рэкс и Кларисси…       Ким вздохнул, помолчал, поджав нижнюю губу, потёр шею и подойдя к супруге сзади, обнял за плечи, частично свалив её на себя.       — Успокойся, ответь, что прочла и завтра со всем разберёшься. Сошлись а то, что ты только что прилетела и устала… а потом, если надо… я, конечно, во всём этом не разбираюсь, но если ты подскажешь мне, что делать. Я попробую тебе помочь.       — Спасибо, но не надо. Ты только сильнее во всём этом запутаешься… одно слово — мне надо встретиться с этой мадам… лично. Иначе она разорит и угробит наше агенство.       — А почему ты вообще взялась за её заказ? — уточнил тихо мужчина, обнимая девушку в районе груди руками обхватом.       — Потому что её требования совпадали с требованием моего клиента, что искал жену… Я подумала, что точно не будет недостатком то, что она религиозная и не мешающая, в какой-то мере.       — А оказалось? — грустно хмыкнул Ким.       — А оказалось, что я будто бы с представительницей того самого тупого сообщества, что всё стрёмное романтизирует, разговариваю. Боже мой, ей 29 лет, Ким…       Аки закрыла лицо рукой. Мужчина грустно, но понимающе улыбнулся и прижав ту к себе, наклонился и поцеловал в макушку.       — Я тебе тысячу раз говорил, не обращай на это внимание.       — А я тебе столько же говорила, не выходит — оно вокруг нас. Меня спасает только то, что ты меня отвлекаешь… — протянула она в ответ.       — Вот и отвлекись сейчас на меня, и забей. — выдохнул тот шумно и приподняв Аки за подбородок, откидывая её голову, прижался губами к её губам, из такого положения, мягко, но несколько смазано целуя. Пусть это и очень сильно помогло.       В конечном итоге, она сделала так, как он посоветовал, дописав при этом, что организует видео-собрание и со всем разберётся завтра, а ещё одному пользователю, из пометкой «клиент» — написала, что созвонится с ней завтра, хотя и заинтересовалась её обращением…       Бывшая эскортница… — это ведь неплохой повод…       Пока Аки размышляла над этим, глядя в экран телефона и не отрывая глаз от последнего объёмного сообщения, Ким мягко целовал её в плечико и шейку, чтобы она расслабилась, а после буркнул, что выкинет её телефон, если она не отвлечётся и не поест.       — Извини… — она погладила его по шее и подбородку в ответ, поставила телефон в спящий режим, повернула голову, и чмокнула мужчину в губы, — я голодная.       — Давно пора. — недовольно ответил он и пошёл садиться — ужинать.