Часть 1 « Вдруг с ним что-то плохое произошло?!»
8 декабря 2025 г., 15:55
Стрелки часов неумолимо ползли к часу ночи. 00:45. Ромео обещал приехать к Эмме четыре часа назад, но его по-прежнему не было. Каждая минута безмолвия рождала в ней новые, леденящие душу образы. Мысли вихрем неслись в голове: ДТП, авария, нечто страшное, непоправимое...
Где-то около одиннадцати вечера подруга, Николь, позвонила Эмме, чтобы обсудить завтрашние планы. Но вместо привычной беседы услышала дрожащий, полный отчаяния голос. Узнав всю ситуацию, Николь, не раздумывая, бросила все и быстро приехала.
На журнальном столике тускло поблескивала почти опустошенная бутылка вина. Руки обеих девушек подрагивали — у Эммы от нервного истощения, у Николь от тревоги, заразившей ее, как лихорадка. Тишина в гостиной стояла густая, словно преддверие неминуемого. Обе ждали, что вот-вот должна открыться дверь, и прозвучит знакомый голос:
«Попал в пробки, да и у машины колесо рвануло, пришлось задержаться... Как ты?»
Рыжеволосая Николь повернулась к подруге, ее взгляд был одновременно сочувствующим и усталым. «Ну и долго ты будешь себя изводить? Не умрет он.»
«Откуда ты знаешь?! Вдруг с ним что-то плохое произошло?!» — голос Эммы сорвался на почти неслышный шепот.
Видеть Пиковую в таком состоянии для Николь было впервые. Обычно Эмма, держала себя в руках, была холодна и рассудительна даже в самых сложных ситуациях. Но сейчас этот ледяной характер
треснул, рассыпался в прах, обнажив нервы и страх. По ее поведению, эта ночь могла стать лишь первой в череде бессонных ожиданий.
Николь медленно поднялась с дивана, перехватывая запястье Эммы, чтобы остановить ее бесконечное хождение по кругу. «Тебе нужно отдохнуть, — мягко, но твердо сказала она. — Я могу попробовать позвонить сама, вдруг возьмет. Уверена, с ним все хорошо. Может, просто уснул дома от усталости, а проснется – напишет. Иди полежи, тебе это поможет.»
Несмотря на отчаянные протесты, Бубновой удалось уложить Пиковую спать, прибегнув к изрядной дозе снотворного. Часы показывали 02:12. Николь, измотанная чужой тревогой, только собралась прилечь на диван, когда в дверь раздался нерешительный стук. Открыв, она едва успела отскочить: в проем, спотыкаясь, ввалился знакомый силуэт, тяжело рухнув к ее ногам – абсолютно пьяный Ромео.
«Господи...» — выдохнула Николь, отступая на шаг, вдыхая резкий запах алкоголя и чужих, незнакомых духов. Запах, который никак не мог принадлежать Эмме. «Вспомнишь солнце, вот и лучик…» — горько подумала Николь. Но этот «лучик» принес с собой не только облегчение, но и мутную тень сомнений.
Выяснять что-либо толком в таком состоянии было бессмысленно. Николь решила оставить это для 'голубков' на завтрашнее утро, когда хоть один из них будет в состоянии связно мыслить, а сама она не потратит последние нервы. С трудом, скорее дотащив, чем отведя, она водворила Ромео в гостевую спальню. Прежде чем оставить его, Николь, движимая внезапным инстинктом, быстро пробежалась взглядом по его одежде. В кармане пиджака, который тот небрежно распахнул, она заметила что-то. Небольшой, но плотный листок бумаги. Сердце ее замерло. Она быстро извлекла его, припрятав в свою ладонь, пока пьяный Ромео бормотал что-то нечленораздельное.
Вернувшись в гостиную, она плотнее закуталась в плед, но сон уже не шел. Дрожащими пальцами Николь развернула находку. Это был небольшой квиток из дорогого ночного клуба, датированный сегодняшней ночью, а на обороте небрежным почерком было выведено: «Завтра снова, белый котёнок?»
Николь втянула воздух. Блондинка. Это не могло быть совпадением. С тяжелым сердцем она посмотрела на спящую Эмму, потом на записку. Что теперь делать с этой правдой? Будить подругу и разрушать остатки ее надежды, или попытаться скрыть, дать Ромео шанс объяснить, зная, что это может быть ложью? Ночь только начинала свой отсчет, и ответы казались бесконечно далекими.
