Ссора и извинение

Валерий посмотрел на часы в сотый раз, а затем закурил сигарету. На столе было накрыто. Он пришёл пораньше чтобы приготовить ужин для них двоих, надеясь, что они смогут поговорить и хорошо провести вечер, но шёл уже девятый час, а Борис так и не пришёл домой. Валера написал ему дважды и даже оставил голосовое сообщение, но тот так и не прочитал их. Ничего нового, однако его сообщения оставались непрочитанными долго, а когда ответ всё же приходил, то тон его был суховатым, а иногда раздражённым. Их отношения были не такими как раньше. Борис был вечно отвлечён на что-то другое, всегда был занят своей работой. Он часто отсутствовал неделями, а когда возвращался домой, то был настолько уставшим, что всё время спал. Они разговаривали очень мало, почти ничего не делали вместе: даже телевизор не смотрели вдвоём. А последний их совместный отпуск был два года назад. Даже в постели не было так хорошо, как раньше. Скорее они занимались этим по привычке. Его не устраивала эта ситуация. Но худшим было то, что будто-то бы только он замечал эти изменения, ровно также, как и страдал от них. Борис вёл себя так словно всё было как прежде. Их отношения для него оставались приемлемыми, даже когда в тех коротких промежутках времени, которые они всё же проводили вдвоём, от «них» там ничего не оставалось. Валерий не знал, что было хуже: то, что его любимый притворялся, что между ними всё хорошо или то, что он и правда ничего не замечал. Ему было страшно, но ровно также и обидно. Он любил Борю. Он чувствовал их связь сквозь годы отношений. Мысль о том, что он когда-то может потерять его сильно страшила его, нежели злила. Когда наступило девять вечера, Валера решил ужинать в одиночестве. Он не хотел голодать из-за мужчины, который даже не удосужился позвонить ему, чтобы предупредить, что он опоздает. Они не могли жить так дальше. Эта ситуация порядком изматывала его. Поэтому он твёрдо решил высказаться обо всем ему сегодня вечером. Пару раз он заходил в спальню, открывал гардеробную, гадая, стоило ли ему упаковывать чемоданы, если их ссора зайдёт слишком далеко. Он чувствовал себя омерзительно. Борис пришёл где-то через полчаса, поздоровался с ним и сделал вид, будто бы он пришёл вовремя. Он снова жаловался ему на огромное количество нагрузки на работе, на ошибки в планах, на всех людей, с которыми он имел дело, потому что те были абсолютно не компетентными. Затем он быстро помыл руки и пошёл на кухню, чтобы разогреть еду. Валерий не проронил ни слова, сидя в гостиной и читая книгу. Борис так и не заметил, что что-то испортило ему настроение. Он был прав: Борис больше не замечал его. Он чувствовал боль внутри себя от осознания этого факта. Ему хотелось кричать и истерить, но он приложил все усилия, чтобы сдержать себя. После ужина Борис загрузил посудомоечную машину и направился в спальню. - Я измотался сегодня. Я хочу спать. Тот даже не поблагодарил Валеру за ужин, который он приготовил. Злость Легасова достигла своего пика. - Пожалуйста, — рявкнул он холодным тоном. - Прошу прощения? - Ты поблагодарил меня за ужин, верно? Борис провёл рукой по своему лицу. Нет, он не отблагодарил его, оттого что чертовски устал. Он почти не замечал, что ел, и, конечно, ему не хотелось спорить с Легасовым на этот счёт. У него было так много хлопот, что ему хотелось отдохнуть хотя бы дома. И он надеялся, что Валера поймет его. - Извини, — пробубнил он и пошёл в спальню. Но Легасова не устраивало такое положение дел, и он решил настоятельно добиться своего всеми усилиями. - Это всё? — буркнул учёный, не веря. Он поднялся. — Ты серьёзно? - Ну прости, пожалуйста. Что тебе ещё нужно? - Я специально раньше ушёл со своей работы, чтобы зайти в магазин и купить продукты и приготовить твой любимый ужин, а тебе просто всё равно! - Это неправда! Если подойти к этому вопросу ближе, то я готовлю чаще. А ещё я всегда занимаюсь стиркой! — крикнул ему Борис в ответ. - Ты…?! — Валерий не мог поверить своим ушам. Как они докатились до такого? Чтобы меряться домашними обязанностями? Уму не постижимо. Вместо того чтобы извиниться, Борис перевернул всё с ног до горы. — Не делай вид, что тебе не всё равно на меня! Я тебе писал, звонил, но ты мне ни на что из этого не ответил! - Я работал и не мог включить свой телефон. Я не могу отвечать на персональные звонки, ты же знаешь. - Я всего лишь хотел, чтобы ты хоть как-то откликнулся. Вдруг что-то случилось со мной? - Не драматизируй. Я чиновник, а не продавец. Я занятый человек. Ты ведёшь себя как ребёнок, когда кидаешь обидки. - Ты правда стараешься обвинить меня в чем-то? - Я извинился. - Ты не просил прощения. Ты оправдывался. - Но я не оправдывался! У меня и правда очень много работы. - Я уже не знаю… Может у тебя кто-то появился на стороне? Если так, то ты можешь сюда больше не приходить! И наблюдать за тем, как тебе там готовят ужин! Было тяжело открыться Борису подобным образом. А ещё хуже был метод, через который он решил высказать свои страхи. Валерий не думал, что тот изменял ему. Но у него было куча сомнений на этот счёт, и пренебрежительное отношения Бори к нему лишь подкрепляло его догадки. Борис растерялся. Что чёрт возьми произошло?! В один прекрасный день он пришёл домой и Валера начал обвинять его во всех смертных грехах. - Ты правда так думаешь обо мне? Да ты с ума сошёл!! - Я знаю только то, что мы отдалились. Мы почти не общаемся с тобой. И что мы сейчас, по сути, ведём себя как незнакомцы… Посмотри, Боже! Разве это не так?! Борис тяжело вздохнул. Он не хотел думать над чужим вопросом или отвечать на него. Ему хотелось бросить что-то или раздавить. Борис был разъярён из-за слов Легасова, потому что тот так и не смог понять его. Он постоянно кричал на всех, когда был зол, даже когда осознавал, что это будет бессмысленно, будет делать всё только хуже… Он кричал на стажёров и те, вскоре, уходили. Он кричал на свою бывшую жену, и в один день, обнаружил, что она покинула их дом. Он не хотел, чтобы это случилось снова, но только уже с Валерием, которого он так обожал. Хотя бы сейчас он постарается не кричать на него, поставить себя на его место, чтобы понять страхи своего возлюбленного и осознать, что его учёный был всё-таки прав. Они не были так близки, как раньше. Борис считал многое само собой разумеющимся: то, что Валерий чувствовал себя прекрасно, когда тот подолгу работал и подолгу был в отъездах, то, что он мог игнорировать и пренебрегать ним. Но что, если они поменяются местами? Спокойно ли он принял подобное отношение к себе? Конечно нет. Борис схватил его за руку. Валерий, конечно, сопротивлялся, но несильно, а затем и вовсе перестал. - Ты прав. Мне не стоило пренебрегать тобой всё это время. Прости меня, прошу. - Иногда я думаю, что тебе всё равно на меня. Что наша жизнь вдвоём для тебя не более чем привычка. Борис сжал его пальцы сильнее. - Это не так. Но я понимаю, почему ты так думаешь. -Я люблю тебя, я не хочу, чтобы ты уходил от меня. Но потом я начал задаваться вопросом: имеет ли смысл оставаться вдвоём, или ты хотел бы от этой жизни чего-то другого. Борис положил его голову на свою грудь. - Это моя вина. Я забрёл не на тот путь. Ты знаешь, работа очень важна для меня, но я не хочу, чтобы она полностью забирала мою жизнь, в том числе, мою жизнь с тобой. Я ошибался. Валерий прижался к его свитеру. Ему нужно было наконец-то услышать это. - Я тебя люблю. Я тебя всегда любил и буду любить. Извини, если я иногда не показываю это. - Всё в порядке. Я тоже зашёл слишком далеко, когда начал обвинять тебя в измене. Я знаю, ты никогда бы не поступил так со мной. Борис поцеловал его в лоб. - Смотри, как мы поступим сейчас. Я беру себе ещё одного помощника, и он выполняет мои поручения. - Было бы славно. - Будет славно, — Борис поправил его. — У нас будет второй медовый месяц. - Правда? - Бронируй всё что хочешь. Я предупрежу начальство, что возьму отпуск на неопределенное время.