Jealousy

Уилл просто смотрит на него, не говоря ни слова. Секунды растягиваются в вечность, и осознание того, что Майк сейчас сказал, обрушивается на него. Горло сводит удушьем, и каждая клеточка тела напрягается, словно готовится к побегу. К побегу. К тому, что он хотел сделать полчаса назад. Это было правильным решением.  Между ними провисает такая тишина, что кончики пальцев леденеют от ужаса. Он сказал то, что нельзя было говорить своему единственному лучшему другу. Прямо сейчас он перечеркнул все годы их дружбы.  Майк снова всё испортил. Теперь Уилл возненавидит его, и будет иметь на это полное право. Майк абсолютно уверен в этом. Уилл точно... — Я... тоже. Эти два слова звучат так робко и тихо — Майк сначала думает, что ему послышалось. Сердце стучит в ушах громко и отчаянно. Он в принципе перестаёт быть уверенным в том, что что-то из происходящего сейчас — реально. Наверное, он просто спит, и эта сцена совсем скоро обернётся очередным кошмаром. Он сглатывает ком в горле, мешающий ему говорить. Но даже так слова не идут — Майк просто открывает рот и словно забывает, как пользоваться речью. Как будто ты вообще когда-то умел, настойчиво шипит голос в его голове. Всё происходящее кажется абсурдом. Мысли, до этого метавшиеся в голове Майка, теперь отказываются собираться хоть во что-то связное. Тёплый свет лампы отражается на чуть вьющихся волосах Уилла золотом. Его губы немного дрожат, запоздало отмечает Майк. Рука сама по себе ложится на его щеку, и Уилл замирает. Ореховые глаза слегка округляются, и Майк не может отвести взгляд. Большим пальцем он осторожно, еле касаясь, оглаживает его нижнюю губу, и Уилл приоткрывает рот. Незнакомое, слишком интенсивное чувство с грохотом обрушивается из груди вниз, приколачивая Майка к полу. Он не может пошевелиться и не понимает, почему. Уилл смотрит прямо на него. Он сказал, что тоже хочет поцеловать его. Всё происходящее ощущается ватным, мутным, словно Майк вот-вот упадёт в обморок. Он слышит музыку. Слишком знакомую, чтобы проигнорировать мелодию. Она выводит его из оцепенения, и Майк медленно переводит взгляд, гипнотизируя дверь. Children behave That's what they say when we're together Его словно прошибает током, и чёрные в полутьме глаза широко открываются, когда он резко поворачивает голову обратно к Уиллу. Тот дёргается, как от испуга — Майк наклоняется к его лицу слишком близко. Его голос дрожит от возбуждения и предвкушения, когда он сбивчиво шепчет: — Давай потанцуем, Уилл. Тот моргает пару раз в недоумении. — Чего? — Он шепчет ему практически в губы, и Майк думает, что умрёт прямо сейчас. — Я всегда хотел потанцевать с тобой. С того Снежного бала. Ресницы Уилла дрожат, и Майк не понимает, как раньше жил без этой картинки перед глазами. Прежде, чем тот успевает ответить, Майк тянет его на себя, прижимая к груди. Музыка ускоряется. Уилл рвано выдыхает и утыкается носом ему в плечо. Майк чувствует тёплую ладонь на своей спине и берёт вторую в свою, переплетая их пальцы. Уилл слегка сжимает его руку, и Майк чувствует, как его собственные пальцы дрожат. Всё ощущается таким нереальным. I think we're alone now Майк делает первый, неуверенный шаг. Они неуклюже кружатся по комнате, едва не наступая друг другу на ноги. There doesn't seem to be anyone around Уилл неловко и глухо смеётся: — Ты так и не научился танцевать. — Так научи меня. — Майк прижимается щекой к его виску, и Уилл зарывает лицо глубже в его плечо. Смех вырывается наружу сам собой, и Майк чувствует, как наконец расслабляется. I think we're alone now — И как давно ты... понял? — Майк, погружённый в это приятное ощущение, едва не пропускает тихий голос Уилла мимо ушей.  The beating of our hearts is the only sound — Когда увидел вас с Робин и подумал, что всё закончилось. — Голос слегка хрипит. Ладонь Уилла сжимает его ладонь. — Закончилось? — Ну, знаешь. — Он начинает вести их увереннее. — Наша дружба. Майк поднимает их сплетённые руки выше, и Уилл неуклюже разворачивается под ними, улыбаясь. Майку нравится танцевать. — Наша дружба закончилась, потому что я начал общаться с девочкой? — Его улыбка становится хитрой, и Майк в шутку закатывает глаза. Уилл возвращается, становится ближе, и Майк ловит его за талию, сминая пальцами рубашку. — Ты знаешь, что я имею в виду. — Отмахивается он, делая новый шаг. Уилл следует за ним. Его пальцы на спине Майка ощущаются увереннее. Он слегка надавливает ими на его лопатку. Майк прижимает его к себе, и Уилл смеётся рядом с его ухом: — Майк, ты меня сейчас задушишь. Тот мотает головой и почти не слышит музыку, двигаясь наугад. Но Уилл вдруг отодвигается, заставляя Майка поднять глаза. Их лбы практически соприкасаются. — Но мне нужно знать, Майк. Он сглатывает, слыша своё имя. Уилл смотрит прямо на него, и Майк не может контролировать своё лицо. Он просто надеется, что не выглядит слишком глупо. Слова с трудом покидают его рот. — Я... не знаю. — Он отводит взгляд, и они замедляются в объятиях друг друга, теперь покачиваясь в центре комнаты. — Я не успеваю думать об этом. Всего так много. — Но ты же... понял это? Когда ты... — Когда мы стояли внизу. — Перебивает его Майк. — Я думал, что это алкоголь, но потом ты смотрел на меня в туалете, и это чувство никуда не делал, и я... Я решил сбежать. — Его голос едва слышен. Он чувствует, как пальцы Уилла аккуратно гладят его по спине. — Это нормально, Майк. — Нет, это не нормально! — Он отстраняется резко, хватая Уилла за плечи, и тот удивлённо смотрит на него, не моргая. — Ты никогда не убегал от меня! Ты сердце, Майк. Эти слова всплывают в голове сами собой. Нежное прикосновение Уилла к его руке, когда он показывал ему на детали своей картины. Майк сглатывает, упрямо глядя ему в глаза. — Я не знаю, зачем, но ты... Ты постоянно пытался помирить нас с Джейн, ты сказал, что это она попросила нарисовать картину, но она никогда не играла в ДнД! — Он замечает, как удивление в глазах Уилла тут же перерастает в ужас, и успокаивающе поглаживает его плечи большими пальцами. — Я не злюсь. Точнее, я злился. Злился, когда она порвала со мной и спросила «Какая ещё картина?», а я даже не подумал о том, что она никогда не играла с нами. Тогда я задумался, а кто теперь не врёт мне? А потом появилась Робин, и ты отдалился так быстро, что у меня даже не было возможности спросить. — Майк склоняет голову, его глаза мечутся по жёлтой рубашке. — Майк, я... — Только не извиняйся, я же сказал, что не злю... — Я люблю тебя. Сердце проваливается в пятки. Майк поднимает ошарашенные глаза на Уилла, и наконец понимает, что красные пятна, быстро расползающиеся по его лицу — не аллергия. Воздух вышибает из лёгких. Сколько раз он не обращал внимания на его реакции? Господи, он не знает никого более тормознутого. Это не может продолжаться так. Его руки поднимаются выше, путаются в прядях на чужом затылке, когда он притягивает Уилла к себе. Дрожащие пальцы впиваются в его плечи, когда он врезается своим ртом в его. Внутренний голос воет от того, что он ничего не может сделать нормально, но Уилл рвано выдыхает ему в губы, и Майк больше вообще ничего не слышит. Он сминает чужую нижнюю губу своими и слегка наваливается на Уилла. Тот отшатывается назад, едва не упав, и смущённо улыбается, глядя на него. Он такой красивый.  Майк в оцепенении смотрит на него — красного, нервно утирающего влажные губы тыльной стороной ладони. Уилл улыбается ему так нежно, что подкашиваются ноги. Майк чувствует себя безоружным. И, когда Уилл подходит ближе, привстаёт на цыпочки и тянется к его губам снова, думает, что если это всё сон, он не хочет просыпаться больше никогда. Он ударяется лопатками о стену, но ему всё равно. Всё, что существует сейчас — Уилл, целующий его так напористо и жадно, что хочется скулить от этих ощущений. Он едва успевает ловить его губы — они сталкиваются зубами, хрипло смеются и снова целуются. Майка оглушает этот влажный звук и осознание того, как давно он этого хотел. Как сильно ему это нужно. Как он хотел, чтобы это был только Уилл. Он жалобно выдыхает в чужой рот, и Уилл отстраняется. Его уши горят. Он улыбается, наклоняясь к его губам: — Тише, мы же на вечеринке. Майку кажется, что он не доживёт до утра. Спустя время они мешкаются у двери — Уилл опускает голову, улыбаясь, когда Майк застёгивает его куртку. Сбоку раздаётся тихое покашливание. Они поворачивают головы почти синхронно — Робин выжидающе смотрит на них, прикусив нижнюю губу и подняв брови. Уилл расплывается в смущённой улыбке, и Майк закатывает глаза, ухмыляясь. — Домой? — Вальяжно интересуется она, прислоняясь плечом к стене и сложив руки на груди.  Уилл неуверенно переводит взгляд на него. Майк видит искорку надежды в этих красивых глазах, и его сердце делает сальто где-то в рёбрах. — Домой. — Улыбается он, наблюдая, как стремительно краснеют чужие кончики ушей. Он оборачивается на Робин в дверях, когда Уилл первый выходит на улицу. — Спасибо. — Шепчет одними губами. Робин подмигивает ему. — Так мы...? — Уилл звучит так неуверенно, словно они не поедали друг друга примерно двадцать минут назад. — Идём ко мне домой. — Просто отвечает Майк. Ему не нужно смотреть на Уилла, чтобы понять, что тот улыбается. На улице ещё темно — горят не все фонари, свежий ночной воздух холодит горячие щёки, и Майк осторожно ловит его руку, переплетая их пальцы. Он хочет держать Уилла за руку всю свою жизнь.