Выжженные Льдом

Глава 3 — Тепло не от огня

Саша открыл глаза. Снова. Первым, что он увидел, был потолок. Потемневшие доски, покрытые мелкими трещинами от холода и времени. Очередной день. Ничего нового. Разве что стрелка на градуснике уползла ещё ниже: –56°. Такого не было уже давно. — Доброе утро, мир… — с наигранной улыбкой произнёс Саша в пустоту. Слова прозвучали глухо и быстро исчезли, не оставив после себя ничего. Внутри было тихо и тяжело. Он подошёл к окну. Как и каждый раз, взгляд зацепился за застывший пейзаж, и фантазия сама дорисовала то, чего больше не существовало. Там, где сейчас высилась ледяная стена, раньше падал водопад. Внизу журчал ручей, вода бежала по камням, отражая солнце. Вокруг стояли зелёные деревья, живые, шумящие листвой. Где-то в небе пролетала птица, а в кустах шуршал ёж. Теперь от этого мира остались только тени. Водопад превратился в глухую ледяную глыбу. Ручей — в гладкую, скользкую дорожку. Деревья стояли мёртвыми столбами, лишь формой напоминая о жизни. Хватит. Саша отвернулся от окна. — Привет, пап, — сказал он, выходя из комнаты. Владимир стоял у печи, склонившись над ней, и безуспешно пытался разжечь огонь. — Сволочь… — процедил он сквозь зубы. — Розжиг нихрена не помогает… Он резко обернулся, заметив сына. — Ой. Привет, сынок. Помолчал секунду, затем добавил: — Когда пойдёшь за Олегом, скажи ему, чтоб взял спички. Эти совсем отсырели от влаги. — Хорошо, — ответил Саша, уже натягивая на себя слой за слоем одежду. — Минут через пятнадцать будем. Владимир кивнул и снова повернулся к печи. Саша открыл дверь. Холод тут же ударил в лицо, будто напоминая: иллюзии закончились. Он шагнул наружу, обратно в ледяную реальность, где каждый вдох был борьбой, а каждый день приходилось проживать заново. Саша продолжил путь по лагерю, проверяя, всё ли в порядке. В такую погоду почти никто не выходил наружу. Люди предпочитали пережидать холод за стенами домов, экономя силы и тепло. Он остановился у знакомой двери и постучал. — Надеюсь, ты уже проснулся, — негромко произнёс Саша, обращаясь к пустоте за стеной. Щелчок. Потом второй. Замок неохотно поддался. — Саша! Заходи, — раздался голос Олега. — Я сейчас соберусь. Дом Олега снаружи почти не отличался от остальных, но внутри встречал всё той же, давно знакомой обстановкой. Стол у окна, три стула, диван. Напротив кофейный столик. У стены стояла широкая тумбочка; когда-то на ней наверняка был телевизор, но Саша уже не помнил, зачем такие вещи вообще были нужны. Всё выглядело старым и уставшим, но печь здесь держала тепло лучше, чем у многих. — Олег, там это… ну… — Саша замялся. — Дашь несколько спичек? Он произнёс это так, будто просил не простые спички, а занять денег. Хотя на самом деле в лагере они стоили дороже любых купюр. — Да, конечно, — ответил Олег, уже роясь в ящике. — И тогда к тебе? — Да, как обычно, — кивнул Саша. Они шли молча несколько шагов, утопая в снегу по щиколотку. Ветер усиливался, будто нарочно подслушал их разговор и решил напомнить, кто здесь хозяин. Снег бил в лицо, забивался под капюшоны, скрипел на зубах. Саша бросил короткий взгляд на Олега. Тот шёл чуть медленнее обычного, плечи напряжены, левая рука прижата к телу слишком осторожно, так берегут то, что болит сильнее, чем хочется признать. — Ты к Валентину ещё раз зайдёшь? — спросил Саша, перекрикивая ветер. — Зайду, — кивнул Олег. — Если не начнёт гноиться, значит, повезло. Если начнёт… ну, значит, не повезло. Он сказал это спокойно, почти буднично, но Саша уловил в голосе усталость. Не страх, именно усталость от того, что в этом мире слишком многое зависит от «повезёт или нет». Впереди показался дом Саши. Из трубы поднимался тонкий, неровный дым — значит, Владимир всё-таки сумел разжечь печь, пусть и не с первого раза. Этот вид почему-то немного успокаивал. — Слушай, — вдруг сказал Олег, замедлив шаг. — Про ту сферу… ты ведь тоже думаешь о ней, да? Саша не ответил сразу. Он лишь сильнее сжал лямку рюкзака и посмотрел на дверь дома, словно проверяя, не слышит ли их кто-нибудь. — Думаю, — наконец сказал он. — И мне это не нравится. Олег усмехнулся, но в этот раз без привычной насмешки. — Вот и мне. Такие вещи просто так не появляются. Они подошли к двери. Саша толкнул её плечом, и тёплый, пусть и слабый, воздух вырвался наружу, сталкиваясь с холодом. На мгновение показалось, что дом — это последний островок жизни посреди белого, мёртвого моря. Саша шагнул внутрь первым. — Давай, неси сферу, — нетерпеливо сказал Олег. — Я полночи не мог уснуть. Всё думал, правда ли то, что там написали. Они сбросили куртки, словно тяжёлые защитные костюмы, и уселись за стол. Дом наполнился тёплым полумраком, где треск печи звучал почти успокаивающе. — Вот она, — Саша вышел из комнаты и положил сферу в самый центр стола. Металл глухо стукнулся о доски. — Пап, иди сюда. Тебе тоже стоит это увидеть. Владимир помедлил, затем сел напротив, сложив руки на коленях. Его взгляд был тяжёлым и внимательным, таким смотрят не на вещи, а на возможные проблемы. — Ну, раз уж у вас тут открытие, — сказал он сухо, — придётся поучаствовать. Сфера лежала неподвижно, холодная и чужая. Свет лампы отражался в её прорезях, создавая странные тени на стенах. — Если верить газете… — начал Олег, осторожно пододвигая её ближе. — Нужно сжать до щелчка. И подержать. Саша посмотрел на отца. Владимир кивнул. Саша взял сферу в обе руки. Металл обжигал холодом, пальцы инстинктивно сжались сильнее. Он медленно надавил. Щёлк. Звук был тихим, почти незаметным, но в следующую секунду произошло нечто странное. Сфера дрогнула, словно внутри что-то проснулось, и из прорезей потянуло теплом. Сначала слабым, едва ощутимым, а затем всё более уверенным. — Чувствуешь? — выдохнул Олег, наклоняясь ближе. Саша кивнул. Тепло было настоящим. Не иллюзией, не обманом. Живым, ровным, непривычным. Пальцы, замёрзшие даже в доме, начали медленно оттаивать. Владимир молчал. Он протянул руку и осторожно коснулся сферы тыльной стороной ладони. Его брови едва заметно дрогнули. — Четыре десятка градусов, — сказал он спустя пару секунд. — Может, чуть меньше. Но это… работает. В комнате стало тихо. Даже печь будто притихла. Саша поставил сферу обратно на стол. Тепло продолжало исходить от неё, заполняя пространство между ними. — Если это не единственная такая штука… — начал Олег, но не договорил. Все трое прекрасно понимали, к чему ведёт эта мысль. Если таких сфер больше, мир ещё не умер окончательно. А если о них узнают другие… за них будут убивать. Сфера тихо лежала на столе, словно ничего не знала о той цене, которую людям ещё предстоит за неё заплатить. — Боже мой… — выдохнул Олег, глядя на сферу так, будто она могла исчезнуть, если отвести взгляд. — Я только сейчас понял, что это не сон. Мы реально сидим перед штукой, которая греет. И для этого не нужен ни уголь, ни бензин… Он медленно провёл ладонью над сферой, не касаясь, словно боялся спугнуть тепло. — Как думаете, — сказал Саша, и в его голосе впервые за долгое время проскользнуло нечто похожее на осторожную надежду, — есть ли что-то подобное, только больше? Представьте… поставить такую штуку в котельной. Он не договорил, но картинка уже сложилась сама собой: тёплые дома, меньше дыма, меньше смертей от холода. Меньше утренних проверок — «живы ли». Владимир медленно вдохнул и так же медленно выдохнул. Он не улыбался. — Представить несложно, — сказал он наконец. — Сложно представить, что нам это дадут сделать спокойно. — Что ты имеешь ввиду? — Саша спросил, ведь хотел объяснений. — Ети устройства... Сами подумайте — он поднял взгляд на Сашу и Олега. — если мы найдём ещё, то дыма в домах будет всё меньше. Это вызовет подозрения у соседних лагерей. Они точно проверят. Саша посмотрел на сферу. Она всё ещё отдавала ровным, спокойным теплом, будто ей было плевать на страхи людей, на лагеря, волков, холод и то, что за неё могут пролиться кровь. — Но если мы не будем искать, — тихо сказал он, — мы всё равно умрём. Просто медленнее. Владимир отвёл взгляд к печи, где огонь уже начинал затухать. — Значит, будем думать, — сказал он. — Очень аккуратно сферы использовать. И про сферу ни слова. Снаружи раздался стук. Владимир поднёсся к окну и повернулся к Саше: — Прячь сферу, это сторож, — сказал он беспокойно, шагнув к двери и быстро открывая замки. Стук ещё раз — и в дом вошёл высокий мужчина в грубой одежде. — Доброго дня, — поздоровался сторож, оглядывая помещение. — Ну как оно, все живы, все здоровы? — Да, не жалуемся, как обычно, — ответил Владимир, скрывая едва заметное беспокойство. Сторож остановился у печи, нахмурившись. — Хмм… что-то у вас теплее, чем обычно, а печь потухает. Что здесь такое? — Просто от печи жар ещё н-не остыл, — поспешил объяснить Саша, чувствуя, как сердце бьётся быстрее. — Понятно… — сторож бросил им короткий взгляд, полный подозрения, но без лишних слов развернулся. — Тогда я пойду, раз всё в порядке. Дверь тихо захлопнулась. Владимир медленно выдохнул и повернулся к сыну. — Про сферу ни слова, — сказал он, будто повторяя заветный закон. — Потом будем планировать, что дальше. А сейчас — завтрак. Комната снова погрузилась в полумрак, и только слабый свет лампы играл на столе, где лежала загадочная сфера, словно напоминая о том, что их жизнь уже никогда не будет прежней.

Конец Главы