***
В Петергофе была глубокая ночь. Настя вернулась в свою комнату и буквально свалилась в постель от бессилия. В последнее время у неё появилось непомерно много работы: нужно было решать вопросы государственной важности, быть учителем для мальчика и управлять делами двора в качестве обер-камергера. Всё это отнимало столько сил и времени, что на себя у неё ничего не оставалось. Помимо уроков, приходилось развлекать мальчика, думать о будущем России, контролировать работы в Петербурге и курировать исследования учёных. Так из простой восемнадцатилетней школьницы она превратилась в настоящую железную леди — с весёлым и приятным характером для общения, но при этом в полезного и расчётливого партнёра для многих, что сулило выгоду и большие возможности. А ещё — в подозрительную личность, привлёкшую довольно много внимания и, по слухам, представлявшую опасность для влиятельных людей. Настя уже ждала, когда начнутся попытки её свержения или кто-нибудь попробует подбросить яд в еду или питьё. Все эти мысли пугали и изматывали её, заставляя всё продумывать наперёд, учитывать каждую мелочь. Думать о мальчике, думать о России, о реформах, о внешней политике и настроениях соседей. Думать о будущем, думать обо всех — только не о себе. Теперь она на своей шкуре поняла всю тяжесть бремени, что несли великие люди в истории, вроде Петра Великого или Екатерины Великой. Был уже час ночи. На столе по-прежнему лежали неоконченные бумаги: распоряжение насчёт кораблей из Голландии, которые должны прибыть со дня на день, указ о строительстве верфей в Архангельске и Воронеже… Голова гудела от всей этой суеты. Усталый взгляд Насти упал на ноутбук. — Ладно, подождёт до завтра, день раньше, день позже, — пробормотала она. — Всё равно спать пора, пашу как лошадь, можно и для себя пожить. С этими словами она устроилась поудобнее в постели и включила ноутбук.***
Наступило утро следующего дня. У мальчика был выходной от занятий, и он решил проведать свою любимицу, тем более что появилась возможность отдохнуть. Несмотря на осень, в Петергофе было по-прежнему красиво: везде лежала золотая листва. Сам Петергоф, как и Санкт-Петербург, сильно изменился. Повсеместно строились новые кирпичные здания, применялись паровые машины. Даже возвели здание для будущих генераторных станций, которые должны были работать на паровых турбинах. Для их работы уже требовались постоянные магниты. Со слов Насти, их было несколько видов, и для самых эффективных нужны редкоземельные металлы. Такие в России имелись, но самые лучшие элементы залегали очень далеко. Поэтому, помимо династического брака с инфантой Испании Марией Викторией, она предложила отправить посла в Казахстан, к правителю Младшего жуза Абулхаир-хану. Он, как и двадцать девять старшин, уже выражал желание принять подданство Российской империи. В Казахстане было множество полезных ресурсов: нефть, минералы, строительные материалы, а также металлы, среди которых — те самые редкоземельные элементы для мощных постоянных магнитов. Из-за угрозы постоянных набегов был также велик шанс, что Средний жуз присоединится к империи. Со Старшим жузом могли возникнуть сложности, но это пока было неважно. Главное — начать, ведь ресурсы Казахстана были крайне нужны России, а его жители получали бы те же преимущества, что и другие союзники империи. Говоря о союзниках, подобные действия Настя предпринимала и с другими странами. Например, с Речью Посполитой, куда она отправила князя, чтобы разжечь аппетит Августа и его тягу к союзу с Россией. Или в общении с женихом Анны, надеясь сделать Швецию союзником. Но для реализации реформ нужны были мастера, ремесленники и руководители. Чем их больше, тем меньше времени уйдет на проекты, обучение кадров и подготовку к новому этапу преобразований. Предстояло сделать ещё очень многое. Мальчику было жалко Настю: она так изводила себя ради него, ради его страны, но всё успевала и даже не жаловалась. Она точно больше подходила на роль императрицы, чем он сам. Хорошо, что сестра и тетушка Анна тоже помогали ей в этих начинаниях. Что касается передела власти, была возрождена Тайная канцелярия во главе с Ушаковым. Сенат остался, но лишился старых функций. В будущем он должен был стать местом заседания сенаторов и представителей тех земель, что решили стать частью империи, подобно Казахстану — если тот, конечно, на это решится. Тайный совет упразднили, вместо него появилось министерство, которое возглавляла и где премьер-министром была его сестра, как доверенное лицо. Остерман стал её главным советником и заместителем, но сейчас он отсутствовал, уехав в Испанию договариваться о брачном союзе. Поэтому его роль взяла на себя Настя, а значит, работы у неё прибавилось. Анна занялась благополучием людей, строительством сиротских приютов, больниц, роддомов, школ — и всем, что связано с санитарными нормами. Елизавета, по своему характеру, организовала театры для постановок, написанных рукой Насти, а также строительство новых ресторанов со всеми удобствами, роскошью и меню из неведомых доселе блюд. А ещё — бутиков, которые в будущем должны были задавать новый писк моды. Одним словом, занятие нашлось для всех. Лишь он один должен был чему-то учиться. Этот факт немного раздражал мальчика: он чувствовал себя бесполезным по сравнению с другими. Ему хотелось править как взрослому императору, а не как формальному правителю, за которого всё решают другие, пусть и преданные люди. Но раздражение быстро отпускало, ведь развлечения, которые устраивала Настя, особенно со своим ноутбуком, играми и прочими прелестями, заставляли забывать обо всём плохом. К тому же Настя говорила, что всё придёт само собой: он повзрослеет, получит образование, не стоит никуда спешить, ведь молодость дана для того, чтобы быть счастливым. И он верил её словам. Вот, например, вчера они посмотрели очень красивый мультик с песнями — «Моана». Мальчику казалось, что мир в ноутбуке бесконечен и в нём всегда найдётся что-то, способное его удивить. Сегодня он надеялся увидеть и узнать не меньше нового. Поднявшись в комнату Насти, он увидел, что её постель не заправлена. Слуги ответили, что Настя пошла помыться в ванне. Обычно она принимала душ, но иногда любила позволить себе такую слабость. Он её не винил — наоборот, ему было приятно дать ей что-то взамен в благодарность за счастье, которое она ему подарила. Жаль только, что ванна займёт много времени: она редко себе такое позволяла и наверняка захочет насладиться процессом подольше. А ему так хотелось посмотреть мультики на ноутбуке — мальчик давно заметил, что это гораздо удобнее, чем на маленьком смартфоне. Тем более он уже наловчился с ним обращаться, хотя Настя и просила не трогать его без разрешения, особенно когда он заблокирован паролем. И всё же любопытство взяло верх. Мальчик подумал, что, может быть, она вчера не работала и ноутбук не заблокирован. Он открыл крышку. Учётная запись была её, и экран действительно не был заблокирован. Мальчик понимал, что подглядывать нехорошо, но любопытство оказалось сильнее. Он сразу нашёл вкладку с видео того самого мультика про Моану среди множества других открытых страниц. Только почему-то на экране были живые актёры, да и название было другим — вместо просто «Моана» стояло «Moana pozzi». Интерес взял верх, и мальчик нажал «play». После этого его жизнь разделилась на «до» и «после».