Браковка

Что такое брак? Отбросив шуточки про неудачные ширли-мырли людей, зарегистрированные в местном органе ЗАГС, это слово знакомо каждому. Браковка, продукт ненадлежащего качества, да или просто мусор. Копаться с некачественными товарами не хочется ни творцам, ни купцам. А кому оно надо? Возможно, лишь кому-то, кто давно слетел с катушек. О, когда кто-то произносит слово «сумасшедший», на ум тейватцев, бесспорно, приходит лишь одно имя - Иль Дотторе. Незавидная слава, казалось, преследовала его, словно тень. Ну и, конечно же, не только его! Только наивные деревенщины не знали о так называемых «клонах». Ну или кибернетических аугментациях, для особо умных. Сколько их было? Никто не знал. Своеобразный штат то пополнялся, то сокращался, — так шептали друг другу особо болтливые фатуи, только вот причин таких изменений никто не знал. Как и всей внутренности взаимоотношений Иль Дотторе… с самим собой (самими сабими)? Возвращаясь к теме о бракованных товарах, стоит сказать, что без таковых не обошелся и Второй Предвестник. В конце концов, в науке не без провалов. И браков. Одним из таких был совсем новый клон. Из всех древних букв, которыми были названы все остальные, этому бедняге досталась Х - Хи. Забавно, да? Но народная мудрость гласит: «Как корабль назовёшь , так он и поплывёт» , отчего и жизнь Хи была для стороннего наблюдателя невероятно забавной, ведь именно ему посчастливилось появиться на этот свет «бракованным» продуктом. Внутренняя система Хи была до ужаса неисправной, разум его постоянно отключался от общей «сети», шарниры клинили, а правому глазу и вовсе не было суждено быть. Что еще хуже, все «недуги» проявили себя критично поздно. Пересобирать эту груду механизмов, чипов и пластин было бы до ужаса дорого и до слёз долго, а потому создателем было решено оставить Хи в качестве «заместителя заместителя заместителя заместителя главного по отделу №32». Конечно, такая должность ничего связанного с какой-либо властью из себя не представляла. Истинный ранг Хи колебался где-то между рядовым фатуи и шваброй в ближайшей подсобке. Что, собственно, и соответствовало большинству его обязанностей. Чаще всего Хи занимался «грязной работой». Мытьё полов, полоскание пробирок, глажка и стирка, помощь старшим по рангу клонам и так далее. В важные эксперименты младшего не брали из-за постоянных проблем с функционированием собственного тела, в экспедиции тем более, а потому Хи приходилось проводить свои дни в стенах лаборатории и прилежащему к ней общежитию. Вы, конечно же, спросите: а почему бы не разобрать этого неудачника на детали, раз он такой бестолковый? А Иль Дотторе задал бы встречный вопрос: а у меня что, много времени? Да и лишние руки, не уходящие ни в отпуск, ни на больничный, ещё никому не помешали.

***

Холодный свет ярких ламп больно давал по глазам, отдаваясь неприятным напряжением в висках. Ранним утром блок общежития, выделенный под проживание клонов Второго Предвестника, наполнился шуршанием, скрипением и недовольным сопением. Кто-то поднимался с твердых коек, кто-то, с особым энергоблоком в системе, отключался от ночной подзарядки, сворачивая шнуры и выключая зарядные станции. После подъёма сегменты не спешили одеваться — сначала стоило пройти полную дезинфекцию тела. Лаборатория есть лаборатория, стерильность превыше всего. — Чего руку вытянул? Хи мельком оглянулся, ища глазом источник вопроса. Сзади стоял Ипсилон, оперевшийся плечом на ближайшую стенку. Ипсилон - клон, слегка «постарше», чем Хи. Его создали в паре с Эпсилоном, и их работа представляла постоянное сотрудничество, а системы разума соединялись новой, особой связью - ещё один эксперимент Иль Дотторе. Более того, нахождение рядом позволяло Ипсилону и Эпсилону работать дольше и продуктивнее, системы не нагревались и особые энергетические ядра внутри подпитывали друг друга с помощью недавно разработанной технологии. Если не брать в расчет всех остальных клонов, эта парочка могла бы считаться близнецами, отличающимися только маркировкой на затылке в форме букв Y и E соответственно. Кинув взгляд на свою вытянутую в бок руку, Хи вздохнул, гримасничая: — Заклинила. Сзади раздалось понимающее мычание, и дальнейших вопросов не последовало. А вот спереди стоявший Эпсилон развернулся лицом к младшему: — Дёрнуть? — Только посильнее, — Хи кивнул, поворачиваясь к собеседнику под более удобным углом и готовясь к предстоящим ощущениям. И, хотя от Эпсилона не прозвучало никаких слов вслух, Ипсилон тут же оказался рядом, чтобы придержать Хи за торс. Вот оно - чудо идеально откалиброванной ментальной связи. Считай, один разум на двоих. Наконец, Эпсилон хорошенько дернул нефункционирующую конечность, и Хи чертыхнулся, морщась. Рука сначала отвисла, но потом таки заработала, придя в норму, лишь слегка скрипнув. — Ну вроде пошло, — кратко прокомментировал Эпсилон, взглянув на руку младшего сегмента, прежде чем отвернуться обратно. Ипсилон тоже вернулся на свое место в очереди. Рутина? Рутина. Пройдя дезинфекцию, все сегменты двинулись в раздевалку с рядами железных шкафчиков, кроме тех, кто пришел с ночной смены, — таким было положено возвращаться кому к койкам, кому к зарядным станциям. Скромный гардероб Хи содержал в себе лишь три пары брюк, два варианта для верха и столько же жилетов. Из обуви были обычные черные сапоги и утепленные, — на случай, если придется сходить в отдаленный блок лаборатории и по возможности не отморозить ослабевшие в последнее время шарниры стоп. На сегодня из чистого были черные штаны, белая блуза с горлом и темно-синий жилет, что сегмент и надел. В назначенный час все уже занимались порученными им делами. К девяти часам утра, Хи занимался промывкой пробирок в лаборантской. Подле стояло несколько подставок с сосудами, которые еще предстояло помыть. Где-то сзади, у другого стола, звенел металлическими инструментами Йота. Йота - еще один сегмент, занимающий должность старшего лаборанта. И хотя по документам он был «невыездной», да и сам предпочитал сидеть в четырех стенах лаборатории все время, его вклад в эксперименты и испытания нельзя было отрицать. По дате создания Йота был одним из первых клонов и потому был значительно старше. И, честно признаться, спокойнее остальных. — Хи. Младший сегмент, вырванный из своих мыслей, чуть было не выронил пробирку и только убедившись в ее целостности, через плечо взглянул на Йоту, который тем временем продолжал: — Когда закончишь, сбегай на пятый этаж, в 57 лабораторию. Приберись после экспериментов Дзеты. — Ладно, — лишь вздохнул Хи, слегка скривившись, после чего нехотя вернулся к текущей работе.

***

Будь Хи обычной деревенщиной, он бы сказал, что Дзета не просто устроил беспорядок, а конкретно засрал лабораторию. Чёрт знает, с чем возился тут этот полоумный! Непонятного происхождения жидкость стекала по стенам, а ее остатки оказались даже в вытяжке над химическим шкафом. Запаха не было, но текстура этой гадости, мягко говоря, не радовала, и Хи поймал себя на том, что завидует сегментам, имеющим менее тактильные металлические конечности. Уборка заняла немало времени, что уже не просто утомляло, а раздражало, но вишенкой на торте стал сломанный генератор элементальных разрядов. Хи, несмотря на свое происхождение, не располагал обширными знаниями в области инженерии и электрики. Все таки, его изначальный профиль - химический. А потому сегмент не стал даже пытаться сунуться в сложный механизм, не желая получить «бесплатный» разряд. Хи был научен горьким опытом, когда он осмелился сунуть свои неумелые руки в схожее устройство и потом неделю реабилитировался в ремонтом блоке. Ввиду всего вышесказанного, Хи ничего не оставалось, кроме как бежать с пятого этажа вниз, чтобы попасть на первый - в инженерный цех, и среди «металлолома» искать Эту или Тету, — да хоть кого-нибудь из этого чёртового места, пропитанного запахом сварки и машинного масла. Порядком раздосадованный прошлыми задачами Хи скомкано объяснил одному из рядовых проблему и попросил передать информацию заведующему инженерного цеха, после чего ретировался обратно на пятый этаж, чтобы закончить свою работу в злополучном помещении. Оставшаяся часть уборки пошла, к счастью, без происшествий, и теперь оставалось только отнести уборочный инвентарь в подсобку. Неспешно идя по длинному коридору и таща за собой тележку с моющими средствами и швабрами, Хи то задумчиво пялился в окна, то отсчитывал в уме собственные шаги, тихо ненавидя то, насколько далеко находится подсобное помещение на этом этаже. По пути сегмент встретился с парой своих «собратьев». Некоторые здоровались, например, Эпсилон и Ипсилон, стоявшие с Хи в очереди этим утром, другие же даже не обращали внимания, как Омега. О, Омега. Он был одним из главных действующих лиц предстоящей операции в Сумеру. Об этой грандиозной роли не знал только слепоглухонемой. И, хотя Хи был создан практически в то же время, что и Омега, эти двое редко пересекались. Некоторые говорили, что последний действительно запрограммирован на острый ум, другие же воспринимали его как самодовольного петуха, а третьи и вовсе не обращали на него внимания. Хи относился к третьим, и, хотя иногда зависть таки закрадывалась в его разум, эти мысли быстро испарялись. Да и сейчас младший сегмент равнодушно проводил взглядом уходящего прочь Омегу, лишь слегка поджав губы, а после и вовсе ушел, вспомнив о своих собственных обязанностях.

***

В течение дня Хи стабильно выполнял роль «мальчика на побегушках», прерываясь на то, чтобы разобраться со своими собственными неисправностями. Беготня по этажам, — ибо лифт был выделен под «более важные» задачи, — заметно утомляла даже механическое тело. Из интересного: удалось поиграться в карты с парой рядовых фатуи. В разгар игры, Хи был готов довести свою тактику до совершенства и достичь выигрыша, но сама судьба не велела этому случиться. Когда чья-то рука больно опустилась на плечо, сегмент едва не выронил карты и тут же обернулся. Сзади стоял Тета, и, хотя верхняя часть лица представляла собой «нечто», лишь по сжатым губам можно было понять, что тот очевидно чем-то недоволен. Почему, когда он так нужен, его нет, а когда его не звали, так он тут как тут? — Бездельничаем? — С явным раздражением поинтересовался инженер. — Задач новых не поступало, — попытался откреститься от претензий Хи, но с крахом провалился: — Тебя Йота уже как пять минут вызывает, — Тета ткнул пальцем в висок младшего, намекая на то, что речь идет о системе общего сознания, — а ты тут в картишки гоняешь. Хи нахмурился, отстраняясь от нежеланного прикосновения и недовольно кладя карты на стол: — Ничего мне не приходило. — Опять в твоих мозгах копаться придется? Младший едва сдержал желание высказать всё, что думает об инженере и его собственных мозгах. Поднявшись с места, Хи расправил жилет: — Да иду я уже, — вздох. Нехотя поднимаясь по лестнице, сегмент сложил руки в карманы. На самом деле, спешить не хотелось от слова совсем, но иного выбора не было. Под конец лестницы, перепрыгивая через ступеньку, Хи в несколько шагов добрался до лаборатории, в которой чаще всего находился Йота, и без стука распахнул дверь. Никого не было. Разочарованно цокнув языком, Хи с особой жестокость захлопнул дверь, как вдруг изнутри раздался звон разбившегося стекла. … В такие моменты надо было думать быстро, а потому Хи, недолго думая, скользнул обратно на лестницу, перепрыгивая уже по две ступеньки по пути вниз. Йоте лучше об этом не знать…