Всех люблю, но тебя БОЛЬШЕ!

Рука Мики невольно потянулась к плечу Финка, пальцы слегка сжали ткань рубашки. Поцелуй был неторопливым, нежным — без напора, только тепло и доверие. Парень провёл ладонью по её щеке, прежде чем отстраниться. Их взгляды встретились: в глазах Мики читалось желание продолжить. — Ещё… — тихо прошептала Мика. Лис слегка улыбнулся и снова прильнул к её губам. На этот раз без трепета — с явным намерением. Его руки уверенно легли на её талию, притягивая ближе, а поцелуй стал глубже, насыщеннее, будто они пытались наверстать упущенное время. Первый поцелуй был вопросом, второй — утверждением. А теперь — пауза, необходимая, чтобы понять: всё по‑настоящему. Он отстранился. Он поднял свою ладонь к её лицу и вытер последние слёзы с её щёк. Однако лис не знал, что делать дальше: столько отношений было, но всё — как будто впервые. А вот Мика знала, чего хотела и что делать дальше. Она отпустила плечо парня и приподняла свою кофту. Сначала оголился живот, потом — грудь. — Финк, прошу… Я вся в твоём распоряжении… — прошептала девушка, смотря в глаза Финка. Он же опешил — не думал, что это произойдёт довольно быстро. Взяв её руку в свою, фенек спросил: — Ты уверена? В ответ — лёгкий кивок. — Хорошо… Мохнатый снял с неё кофту, аккуратно сложил и положил рядом с девушкой. После чего он бережно уложил её голову на эту кофту и спросил: — Не холодно? Мика тихонько покачала головой. Финк медленно наклонился над ней, опираясь на руки, и оказался сверху. Он прикоснулся губами к её шее, начиная нежно целовать. Одна рука скользнула к животу и стала поглаживать. В груди Мики сжалось от волнения, а потом вдруг стало легко‑легко. Её тело пронзила лёгкая дрожь вместе с мурашками. Руки медленно обвили его шею. Голова чуть склонилась набок, открывая шею для поцелуя. Финк слегка прикусил шею, отчего послышалось протяжное мычание. То было сигналом о том, что Мике нравится такое, даже очень. Рука лиса скользнула к её груди, начав ласкать круговыми движениями. Губы стали спускаться ниже — сначала ключица, потом грудь. Финк стал лизать и целовать её грудь. От шершавого языка было слегка больновато, но не менее приятно. Девушка слегка прижала голову лиса к себе. Сквозь прерывистое дыхание послышался стон, тихий, но пронзительный. В этом звуке было всё: и доверие, и капитуляция перед наслаждением. Рука парня скользнула вниз, к краю юбки. Когда пальцы наконец коснулись бедра, Мика вздрогнула: сначала кожа ощутила прохладу, словно не верила в теплоту его прикосновений. Но через мгновение пришло жжение, мягкое, словно первые лучи солнца попали на кожу. Ноги девушки непроизвольно слегка раздвинулись, а с губ сорвалось: — Ещё… Слова растворились в тихом, почти неслышном стоне.