Corazón y Alma.

Здание, в которое зашла тройка, оказалось достаточно приветливым. Небольшой домик, в котором только и располагались различные офисы, находился в шаговой доступности от дома Вокса. Здание было двухэтажным, выкрашенным в белый цвет, на торце красовались цветные вывески, пытающиеся привлечь к себе крупицы внимания. Правда, тех было не так много, а самой яркой, конечно же, была студия танцев. Внутри обстановка была не менее приятной: над дверью висел колокольчик, который оповещал администраторов о приходе гостей, стены были чуть темнее здания, хотя заметить, не высматриваясь, было бы сложно. Были оценены попытки заполнить пустые стены: на них красовались яркие фонарики то и дело мигающие, устраивающие своеобразный хоровод из огней. В углу, недалеко от ресепшена, таился диванчик, а рядом с ним кофейный столик, в этой же компании затесался кофейный автомат. Одним словом - комфортные условия для ожидания. Свет в помещении был мягким, не раздражающий сетчатку глаз, а лампы даже и не думали трещать. Ресепшен был украшен минималистично: сзади красовалась вешалка, на которой не хватало ключей от некоторых кабинетов, стол не был забит лишним хламом: пару плюшевых зверушек сидели на краю, приветствуя посетителей, а одна игрушка - чёрный кот - держала в руках небольшой флаер, в котором были подробно расписаны кабинеты, в которых проходили те или иные мероприятия, начиная от танцев, заканчивая языковыми курсами. Рядом красовалась стопка разноцветных листовок, которые так и кричали "Выбери меня!". В каждой листовке было предложено посетить тот или иной кабинет и, конечно же, причины, почему ты должен выбрать именно их. Это заставило мужчину ухмыльнуться. Конкуренция - она есть конкуренция. Везде и всюду. Куда не пойдёшь. Сколько Вокс себя помнит, его всегда преследовало это слово, от звучания которого кишечник завязывался в тугой узел, а адреналин в крови поднимался, проходил каждую клеточку по кровотоку и, в конце концов, отазывался в сердце, мозгу, лёгких - везде. В такие моменты начинало казаться, что тебя вот-вот вырвет всеми твоими внутренностями, а от твоего гласного "Я" вовсе ничего не останется. А через время оказалось, что конкуренция и соперничество всегда были главными друзьями нынешней звезды - без них он никто. Было ли это плохо? Вокс, будучи ещё совсем недорослым, всегда стремился перегнать всех, стать лучше, дотянуть, а то и перетянуть. Достоинства этого мальца никогда не были оценены в должной степени, всегда были лишь пустые бездушные сравнения с более успешными детьми, а вместо слов похвалы резкое и режущее «Неплохо. Но ты мог лучше». Казалось бы, похвалили, заметили, учли, увидели, но всегда оставался ненавистный союз "но", который ставил крест на всем, что делал мальчишка. Сначала хотелось принять систему, смириться с тем, что стать лучше у Вокса не выйдет, а после в его жизни появились двое затрепанных и униженных по всем возможных критериям ребят - его друзья, его семья. А после мальчик понял, что он не так и плох, что старается по мере своих сил - все благодаря им. Первые слова похвалы были именно со стороны Вельветт, а Валентино подхватил. Эти простые слова, сказанные двумя детьми с чистыми, лучезарными улыбками, в глазах которых не могло быть и капли лжи и желания унизить, что-то изменили в жизни мальчугана. Впервые в жизни захотелось не мириться со своими недугами, а действовать против этого. Так Вокс и начал выбивать себе место в обществе, протягивая своих близких за собой. Как оказалось, двое простых детей могут стать ближе собственных родителей. Так эта близкая дружба и тянется сквозь года. Правда, привычка быть лучше всех, подражать и соперничать никуда и не делась. Только благодаря этим качествам мальчик-неряха стал тем мужчиной, которого видит в зеркале каждое утро,а его друзья стали теми людьми, которых встретишь только что в кино или на обложке модного журнала - и все благодаря ему. Лишь усердный труд, соперничество и высокий уровень конкуренции помогают стать успешным человеком - урок, который усвоил Винсент на всю жизнь и которому Вокс следует. И как бы сейчас выразились, мужчина "ходит по головам", решая свои проблемы через прямое устранение причины, через агрессию и вечные споры. И ничего здорового в этом нет, и ничего крутого подавно, лишь механизм выживания. Единственный способ стать не задавленным слизнем, а кем-то большим - статным, красивым, живым. В конечном итоге, мужчина вытянул одну единственную листовку, которая смогла привлечь его внимание. Телеведущий всерьёз задумался над тем, чтобы посетить языковые курсы, если с танцами так и не сложится. Жаль, что звезда телевидения пока не подозревал о том, что его друзья давно решили его судьбу и если понравится им - их друг остаётся, таковы правила: большинство решает. Так, как ни странно, тоже было всегда, хотя оно и не удивительно. В этой тройке было главное правило - один за всех и все за одного. Если кто-то решил, что хочет пойти на балет, а одному страшно, то идут все. К этому друзья пришли ещё в детстве, когда только учились дружить друг с другом. В какой-то момент дети поняли, что придти к чему-то общему - сложно и проще молча поддержать друг друга в любых начинаниях присоединившись. Так и осталось. Было ли это плохо? Вопрос риторический. Вокс всегда был уверен, что лучше делать все вместе, чем ругаться, а после и вовсе разбегаться поразнь. Наученный горьким опытом мальчик понял: ругаться - больно, ругаться с близкими - больнее. Со временем пришло осознание, что ближе гордого Валентино и напыщенной Вельветт никого нет. И не будет. На том и сошлись. Пока шоумен пробыл в своих мыслях и рассуждениях, его товарищи уже решили все вопросы, все выведали и были готовы идти на занятие, которое начнётся с минуты на минуту. Правда, Вокс, по всей видимости, выходить из мира грёз не собирался и низкорослой девушке пришлось дёрнуть его за руку и потянуть за собой, чтобы этот столб наконец двинулся. - Будешь стоять столбом, мы точно опоздаем, - выругалась крашеная девушка, - как с тобой сложно, - продолжала ворчать та, сдвигая своего друга с мёртвой точки, - один пролёт и тот пройти не можем! - Валентино лишь ухмылялся на ворчащую девушку. Не требовалось ничего говорить. Их дружба всегда была такой - лишнего говорить не стоит, иногда вообще можно не говорить. Слова - звук, пустой и не имеющий смысла. Решали действия и отношение. К счастью, тройка добралась быстро. «Второй этаж, вперёд и налево» - вот, что сказала девушка-администратор. По такому маршруту товарищи и дошли. Занятие уже должно было начаться, но зашли в просторный зал нахальные опаздуны без стука и извинений, кажется, их даже совесть не грызла. Хотя, как оказалось, герои даже и не сильно опоздали. Судя по наполненности танцевального зала, некоторых людей ещё не было, за исключением этих троих. В силу этих обстоятельств и некоторых организационных моментов, которые нужно было решить, товарищей усадили на скамейку рядом с ещё парой-тройкой человек и сказали чуть подождать. За это время у звезды экранов было время рассмотреть зал: просторный, с выкрашенными стенами, зеркалами, станками, парой окон и неприятно-яркими ламп, свет которых Вокс не любил. Свет в этом помещении явно отличался от света в фойе и раздражал глаза намного больше. Мысли об этом едком свете, который, в худшем случае, придётся видеть куда чаще, чем хотелось бы, заставили неприятно поежиться и прищуриться. Привыкнет. Через время, но привыкнет. Конечно, от внимания звезды не ускользнуло деление зала на две части. Особой перегородки между частями не было, лишь линия на полу, обозначавшая начало другой половины. Плавно внимание мужчины переключилось на урок, проходящий на второй половине зала. Вероятнее, это было очень неудобно, ведь хореографы то и дело будут пытаться перекричать друг друга и заглушить чужую музыку своей, всячески вытесняя и притесняя соседа. От этой мысли Вокс также поморщился. Телезвезда представил в голове балаган, который может происходить в этом зале или происходит регулярно. Не то, что бы это отличалось от того, что происходит на съемочной площадке во время очередной подготовки к эфиру, но сейчас шоумен искал способ отключить свой мозг и расслабить свой разум, отказываясь от любой умственной деятельности, собственно нагружать свою нервную систему лишними звуками тоже не хотелось - и так мозг уже плавится, а нервные клетки постепенно умирают. Вокс лишь потёр глаза, выдохнув. Хотелось продолжить рассматривать вторую половину зала и как проходит их урок. Людей там было не так много - четыре пары. Сейчас они разминались. Судя по беспристрастным лицам танцоров, они уже бывалые,с явным опытом за плечами. Значит, наблюдать за ними будет ещё интереснее, что тихо радовало мужчину. На случай, если он совсем провалится на пробном занятии, он думал сесть и понаблюдать за тем, как танцуют люди. Со стороны понятно всегда больше, и просто насладиться тем, что у других выходит явно лучше, чем у тебя - танцем - было отдельным видом наслаждения, смешанным с горьким привкусом разочарования в себе и колкой, сжигающей нёба зависти. Сам Вокс никогда не признавал, что может завидовать таким вещам, шоумен просто игнорировал непонятное чувство горечи в груди, погружаясь в эмоцию полного восхищения. Звезда телевидения всегда презирал зависть, в любых её проявлениях, и мерить это чувство на себе, конечно, не хотелось. Чтобы лишний раз не разочаровываться в собственном "Я", мужчина прибегал к игнорированию или переключению на другую эмоцию, пусть зависть и отравляла некоторые из них. Все таки звезде телеэкранов всегда хотелось стать тем, кем он никогда не был и не мог стать, хотелось отвертеться от собственного, несовершенного. Все наблюдения мужчины были сорваны женщиной, которая, судя по всему, была хореографом сея действа. Женщина представилась как Кармилла. Выглядела женщина достаточно статно, что-то в её движениях создавало ощущение властности и одновременно с тем тонкости. - Извиняюсь за задержку, - официально начала женщина, прихлопнув в ладоши для привлечения внимания к своей персоне. Конечно, оно сработало и все посмотрели на неё, - наша команда рада приветствовать вас на наших занятиях. Вашим хореографом буду я, по крайней мере на первое время, пока вы не сможете освоить танцы самостоятельно, - довольно и с явным оттенком гордости говорила Кармилла, - наша с вами задача на сегодняшний урок узнать, какие движения вы можете выполнять, определиться с партнёром и, конечно, определиться нравится вам или нет. По окончании нашего занятия, я попрошу всех желающих продолжить занятия, записаться. Заранее оговорю, что занятия проходят каждые вторник и субботу. Время у нас двигается, как и место, где мы занимаемся, - последняя фраза была оговорена менее мягко, с некой перчинкой в голосе, выбивая все недовольство женщины. Не сложно было догадаться, что именно проблему с местом занятия она и пыталась решить. Неужто им не хватает залов для занятий? Поэтому им приходится делить зал на две половины? Звучало, как бред, ведь в здании столько кабинетов, да и бюджет у них явно не плохой, если прикинуть, что именно в это место часто заглядвают звезды шоубизнеса и не только. Вокс лишь повёл бровью и покосил на своих друзей, которым было, видимо, все равно. Не привыкать. - Перед началом разбейтесь на пары. В процессе вы будете меняться партнёрами, пока не найдёте более подходящий для себя вариант, - чуть бодрее добавила женщина и отошла настраивать музыку для занятия. Вокс лишь вздохнул и покосил на Вельветт, которая покосила на него в ответ. В итоге так и встали - вместе. Валентино уже с кем-то разговорился и проблем, судя по всему, у того не возникло. Вот только Вокс со своей подругой в конечном итоге не ужился. После небольшого инструктажа и совсем капельки теории, они пробовали повторить некоторые движения, что кончилось плохо для ног Вельвет и, вероятнее, её спины. На сколько бы близки те не были, танец - это что-то индивидуальное, личное, интимное в некой степени. Сплестись душой в движении было тяжело, тем более с таким плохим танцором. Вокс совершенно не мог вести, как оказалось, что было в некой ступени трагедией для властелюбивого телеведущего. В итоге звезда предпочёл сменить партнёра. И ещё раз. И ещё раз. И ещё раз. После шоумен решил не пытаться, а дать себе отдохнуть. Взгляд упал на пустующую скамью, где лежало лишь пару вещей других людей. Ну Вокс же никак не помешает им, правильно? Мужчина устало опустился на скамью. До конца занятия ещё было время, а тот уже был измотан: вести своего "партнёра" у телезвезды получалось объективно, плохо. Ноги абсолютно не слушались, "почувствовать" партнёра пока не выходило, хотя сколько же раз они уже сменились! Мало того, неряха-танцор оттоптал всем ноги. Куда может быть хуже? Шоумен явно раскис, огоньки в глазах потухли, оголяя безграничную тлеющую усталость. Почему же он так реагирует? Настолько измотал себя? Настолько изнурил? Пора бы действительно отдохнуть, хотя бы потом. Хотя когда мужчина присел, часть тяжести куда-то ушла, сместилась, а то и вовсе испарилась. Лёгкие вытолкнули воздух - мужчина вздохнул. План наблюдать за танцующей частью зала звучал уже не так глупо, по крайней мере насладиться танцем в действие Воксу было сложно, а вот получить эстетическое наслаждение от чужих движений было ещё вполне возможно. Звезда телевидения ещё раз потёр глаза, на прощание, так сказать, затем его взгляд сместился на другую часть зала, где уже во всю шло разучивание какой-то части танца. Сначала телезвезда просто обвел взглядом танцоров, оценивая общую картинку. Движения были достаточно лёгкими, выглядели так, просились выглядеть так. Танцоры создавали атмосферу полной гармонии, казалось, что партнёры по танцу уже давно слились в одно целое, нащупав почву под ногами. Между двумя, вероятнее, случайно познакомившимися людьми тонкой нитью тянулось полное доверие, взаимопонимание. Мужчины определенно знали как шагнуть в такт своему партнёру, как правильно повести его, как правильно поставить. Женщины, в свою очередь, точно знали, когда надо ступить, элегантно вытянуть ножку или прогнуться, когда надо переместиться в другую сторону, шагнуть. Казалось, в этом танце идеально всё - полное сплетение душ. Танец, правда, отличался открытостью - партнёры не находились в тесных объятиях друг друга на постоянной основе, а позволяли отступить, дать место новому повороту или шагу. Такой вид танго назывался салон, мужчина успел немного про него прочитать и понял, что такой стиль ему совершенно не по душе и совсем не подходит. Воксу, как ни странно, в таких вещах нужна близость, только так шоумен сможет ощутить темп и понять, как вести партнёра. И все таки, даже не смотря на всю открытость танца, эти люди смогли чувствовать темп друг друга, спелись в единое целое. Такое не могло не восхищать, особенно до боли сентиментального мужчину. Изучив общую картину в достаточной степени, телеведущий принялся изучать отдельные пары. Их было не так много, но первые две не вызвали бурной эмоциональной реакции у телезвезды. Они, безусловно, танцевали хорошо, вызвали толику восхищения и некой любви, но почётное внимание звезды экранов отобрала третья пара: достаточно высокий, стройный мужчина, выглядивший на лет этак двадцать пять и такая же высокая, стройная женщина, которая, казалось, была сверстницей этого мужчины. Парочка выглядела достаточно гармонично, особенно на контрасте их цветотипов: мужчина был смуглый, цвет его кожи, скорее, был шоколадный, а женщина была наоборот бледной, как первый снег. Такая же разница прослеживалась в цвете волос, вероятнее глаз, рассмотреть Воксу было сложно. И шоумен завис, застрял на этих манящих образах. Конечно, телеведущий соврёт, если не скажет, что всё внимание было отведено стройному мужчине. Манящая грация, лёгкость, строгость и стройность - все это было в одном человеке. В мужчине. Казалось бы, время идёт вперёд, мир развивается, но увидеть столько грации и пышности в одном живом существе, более того мужчине, было что-то сверх для Вокса. Было почти невозможно собрать в себе столько качеств, выражать все лишь своими движениями и телом. Казалось, этот мужчина знает, как ступить, как повести за собой, как сделать движение свободным и одновременно с тем изощрённым. Даже вообразить было сложно, что настолько изящный мужчина мог кого-то вести, он ведь был создан, чтобы вели его, чтобы выражать всю чувствовенность танца. Но вёл он. И это было не менее пленительно! Все таки такая изысканность не может не остаться не замеченной, не важно, что ты делаешь. Танец выглядел до боли гармонично и гармонию, безусловно, создавала и женщина, но почему-то такой гвалт эмоций внутри грудной клетки Вокса она не вызвала. Зато мужчина! Как же все таки поразительно человек может владеть своим телом, какой лёгкости во владении движениями может достичь. Однозначно, это было самое возвышенное, что видел шоумен за последние несколько лет. Может он вознесся? Теперь представление Вокса о действительно эстетически приятных вещах было чуть сломано, избежать сравнения этого невероятного мужчины и того, что ему ещё предстоит увидеть, теперь не избежать. Во время танца мужчина еле заметно шевелил губами, видимо, нашептывая счёт, чтобы не сбиться, или нужные движения. Двигалась пара непринуждённо, на небольшой дистанции друг от друга - они не были склеены в объятиях друг с другом, создавая иллюзию какого-то личного пространства. Пару шагов, поворот, ещё шаг, вытянуть ручку, выгнуть ножку - и готово, рецепт идеального танца! И пусть сейчас не было каких-то грациозных и наполненных движений, лёгкость, которой сопровождалось все, создавала нужный ритм. И все таки не может быть столько уточенности и грациозности в одном живом существе! Ни в одном не может. Впервые шоумену показалось, что он может заплакать от переизбытка чувств, вызыанных пластичностью движений этого человека. Размышления и тихое обожание пришлось прервать. Время занятия вышло и вторая половина зала уже заканчивала. Началось бурное обсуждение между партнёрами, все делились чем-то. А для Вокса это был конец. Мир грёз и восхищений, увы, выпроводил своего бывалого посетителя, лишив возможности наслаждаться чем-то возвышенным, до чего самому звезде ещё далеко. Но даже не смотря на конец, звезде экранов было так сложно отвести взгляд от обворожительного мужчины в другом конце зала. В моменте Воксу показалось, что он покосил на него взгляд, сверкнул своими тёмными глазами (теперь-то шоумен точно рассмотрел). Признаться честно, в любой другой ситуации сентиментальный мужчина бы испугался, что его раскрыли и принялся бы срочно скрываться с места преступления, в надежде остаться незамеченным или избежать любых вопросов. Сейчас же ситуация сложилась иначе: Вокс хотел, чтобы этот мужчина знал, что за ним наблюдают, смотрят с восхищением и каким-то зародышем обожания. Вероятно, во взгляд шоумена вернулся прежний огонёк, а угольки усталости окончательно дотлели. В моменте показалось, что этот таинственный грациозный мужчина дарит свою улыбку именно ему, хотелось в это верить. Или это бредни из потайных уголков разума телезвезды? Окончательно оборвать нитку мыслей удосужилась Вельветт, толкнув товарища в плечо. Девушка выглядела запыхавшейся и самую малость уставшей, мужчина, стоявший где-то сзади, флиртующий с какой-то девушкой, судя по всему партнёрше по танцу, тоже выглядел немного уставшим. Но, смотря в довольные и горящие глаза крашеной девушки, можно было понять одно: они сюда вернутся. И не раз. Вокс бы, сказать честно, не удивился, если бы тут же узнал, что его уже записали на все возможные дни занятий, во все возможные столбцы. Повернувшись на свою подругу, телезвезда покачал головой. Сам Вокс выглядел относительно неплохо, явно лучше, чем могли бы подумать его друзья, которые несколько раз прокрутили мысль о том, что их близкий не захочет остаться тут на постоянной основе. По мужчине было заметно, что он чем-то восхищен, доволен. Было сложно скрыть собственный восторг и избавиться от дымки в глазах, которая заволокла всё и сдавала телеведущего с потрохами. Девушка расплылась в улыбке, готовая задавать вопросы и, конечно, получить ответы, но это потом, когда они дойдут до какого-нибудь кафе и перекусят. - Вставай, придурок в мире грёз, - шуточно отрезала Вельветт, вставая со скамьи, - сейчас мы потеряем ещё одного в мире флирта, - недовольно отшутилась та, кивая в сторону их товарища. Вокс лишь хихикнул. Может, вечер будет не таким плохим?