Ты не спрашивала

– Для вас выступали Соня Матвиенко, Дина Позова, Арина Попова и Тоня Шастун! Девушки взялись за руки, кланяясь. Тоня, держа в своей ладони ладонь Арины, почему-то обратила внимание на то, что у той непривычно короткий маникюр. Обычно она щеголяла с довольно длинными ногтями, обязательно с хитровыдуманным дизайном (последний был, кажется, отсылкой то ли на Малевича, то ли на Дали). Стася не рез отчитывала её, мол, Áри, сколько можно на сцену с когтями выходить, ты же актриса, ты же даже училась на актрису, ты же знаешь, что так нельзя, мало ли что придётся делать руками во время импровизации, это небезопасно! Но слова Стаси ни к чему не приводили, и раз за разом Арина появлялась на съёмках и на концертах с длинным маникюром. Раз за разом, но почему-то не сегодня. Занавес закрылся. Традиционные потные обнимашки впятером – и в гримёрку – переодеваться в своё. Стасе переодеваться не надо, Соня и Тоня традиционно разошлись по углам комнаты. Соня не желала демонстрировать своё тело напоказ из-за кавказского воспитания, а Тоня просто стеснялась. Дина и Ари как ни в чём не бывало раздевались прямо посередине гримёрки. Дина из-за медицинского образования не стеснялась голых тел: ни чужого, ни собственного. А Арине стесняться было нечего – и природа её хорошей фигурой наградила, и сама она неустанно её шлифует. Оставшись в чёрном лифчике и трусах с кружевами, Ари подошла к большому зеркалу и стала придирчиво себя в нём осматривать. "Плохо", – констатировала она, сильно ущипнув себя за бок. – Ари, блять, хватит хернёй страдать! – поспешила отчитать её Дина, натягивая джинсы. – В женском организме должно быть минимум 15 процентов жира! Ты Бухенвальд себе хочешь устроить или что? Арина фыркнула, но от зеркала отошла. Тоня бросила взгляд на её фигуру и грустно вздохнула. Стройная, подтянутая, но и грудь, и попа – всё на месте. Красивые. А у Тони и грудь была маленькая, и попа какая-то дурацкая, и фигура нескладная, угловатая. Ноги – палки, руки – палки, спина – кривая. Ни грации, ни женственности. Из потока грустных мыслей её выдернула Стася. – Ну, сегодня в бар без меня, – сказала она и поспешила обнять напоследок каждую. – Это почему? – удивилась Тоня. Обычно после концерта они впятером шли в бар, брали по коктейлю, сет настоек на всех (кроме Сони) и обсуждали прошедшее выступление. Стася старательно записывала в заметки то, что обязательно нужно улучшить, и что можно в будущие шоу добавить. – Демид болеет, – объяснила она. – Побуду с ним, а обсудить можем завтра в скайпе. Девушки хором пожелали здоровья Демиду и дружно поклялись, что завтра выйдут на связь в полдень. – Хороший концерт был, молодцы, девчонки. Пока! – Стася помахала рукой и вышла из гримёрки, звеня ключами от машины. Что ж, без Стаси – так без Стаси. – В бар всё равно идём? – поинтересовалась Дина. – Конечно! – ответила Ари. – Я уже и не помню, когда мы вместе выбирались отдыхать, а не участвовать в разборе полетов. – Я такси вызываю, – предупредила Соня. *** Они сидели за отдельным столиком. Дина потягивала джин-тоник, Соня – безалкогольный мохито. Ари и Тоня, не сговариваясь, обе заказали "маргариту". – И правда хороший был концерт, – сказала Дина, довольно улыбаясь. – Да, мне тоже очень понравилось. И людей побольше было, чем на прошлой неделе, – поспешила поделиться впечатлениями Соня. – Публика хорошая была. С мозгами. Хорошие темы предлагала, было, что поиграть, – отметила Ари, помешивая трубочкой содержимое бокала. – Тоня, ты спишь, что ли? – Да не, – откликнулась девушка. Задумалась просто. – О чём? – Э-э-э... О том, что могла бы быстрее угадать, что Соня стюардессу показывает, – ответила Тоня. Соврала. Всё, о чём она в данный момент думала, это о том, что с пальцев Ари исчезли не только длинные ногти, но и обручальное кольцо. Оно было ещё месяц назад. Точно было. Тоня очень хорошо помнила, как Ари прокручивала его, стоя в кулисах перед выходом на сцену. Арина никогда не рассказывала ничего о своей личной жизни. Она могла часами не замолкать, развлекая девочек байками об учёбе в театральном, интересными фактами из всех сфер науки и искусства, рассуждениями о фильмах и сериалах. Но о своей личной жизни она ничего не говорила никогда. Вначале это Тоню очень удивляло, затем начало будоражить. Ведь интересно же узнать, какая история скрывается за её обручальным кольцом. Какому мужчине досталась такая красивая, талантливая и харизматичная, но немного шибанутая девушка. Раз за разом ей удавалось удивлять коллектив – она то на съёмки приедет с чёрной помадой, то на шпагат в самый неожиданный момент на концерте сядет. Стася дала ей прозвище "безумица" и даже записала её так в телефоне. Кольца нет. Маникюра нет. В монастырь, что ли, собралась? На Ари это не похоже, но кто же её знает. Если про ногти спросить ещё более-менее вежливо, то про кольцо – точно нет. Ари никогда не говорит о своей личной жизни, а Тоня думает о том, что её, кажется, никто из них об этом никогда и не спрашивал. – Так, я поехала, – вставая из-за стола сказала Дина. – Костя на сутках, с Савиной мама сейчас, не хочу, чтобы она спать легла в час ночи. – Спасибо за вечер, девочки. Обнялись-расцеловались. Почти сразу же после ухода Дины музыка в баре заиграла громче. – Пошли потанцуем! – Соня встала из-за стола. – Стася над ухом не нудит, можно расслабиться наконец. – Без шотов не пойду, – уверенно заявила Тоня. Она знает, что координация у неё плохая, правда, под градусом станет ещё хуже, но ей будет плевать. – А я бы пошла, – смеется Ари. – Но не оставлю же я тебя с шотами в одиночестве. Они заказывают сет из шести штук: две лимонные, две малиновые и две ежевичные. Первой решают выпить ежевичную. Пока они чокаются, Соня вовсю кайфует за танцполе – танцуя, распустила свои длинные чёрные волосы и сняла кофточку, оставшись в топе. Слишком откровенном для девушки кавказского воспитания, но Соня была человеком контрастов – очень вспыльчивой и при этом очень доброй, в чём-то – очень традиционной, а в других вещах – очень смелой. Ари закусывает настойку сырным шариком и тянется за следующей. – За что пьём-то? – перебивая музыку спрашивает Тоня. – А за что ты хочешь? – интересуется Ари. – Давай за нас. За то, какие мы классные, – отвечает Тоня, по большей части имея в виду всех участниц квартета кроме себя. – Отлично! За нас! Чокаются лимонной. Тоня чувствует, как уходит тревога и лавиной накатывает желание приключений на задницу. Она направилась на танцпол, но не успела сделать и шагу, как Ари поймала её за руку. – Куда? У нас ещё по одной. – Мне уже хорошо. – И что теперь, выкидывать что ли? Решают пить "за то, чтоб всем было хорошо". Чокаются. – Вот теперь пошли, – Ари снова берёт Тоню за руку и выводит её на танцпол. Играет что-то не раздражающее, но безликое. Людей не очень много: кто-то поодиночке, кто-то парочками. Соня уже во второй категории – танцует вдвоём с невысоким мускулистым парнем, который кладёт ей руки то на плечи, то на талию. Они утрированно подмигивают друг другу, Тоня смеётся, а Ари танцует, не обращая никакого внимания на любовные похождения подруги. В конце концов, они с Соней знакомы уже почти пять лет, и Арина уже насмотрелась на её амурные приключения, а из нескольких ей даже пришлось подругу спасать. Взгляд Тони упал на блондина в джинсовом костюме, стоящего у барной стойки. Симпатичный. И, кажется, высматривает кого-то, с кем можно познакомиться. – А он ничего такой, да? – сказала Тоня, легонько толкая Ари в бок и кивком головы указывая на парня. Пару секунд Арина сканировала молодого человека взглядом. – Хорошенький, – заключила она. – Пойдёшь знакомиться? – Я? Не. Может тебе надо? – С чего бы? – фыркнула Ари. Трезвая Тоня бы загналась, но пьяная Тоня лишь пожимает плечами. – Не хочешь – как хочешь. Наконец, играет что-то знакомое. Тоня морщит лоб, вспоминая, и спустя несколько мгновений понимает – Тату. – Ну наконец-то! – радостно воклицает Ари, – Что-то нормальное. Ты посмотри, что она делает, – Арина показала рукой в сторону Сони, которая продолжала танцевать вместе с брюнетом. – Кто ж так делает. Иди-ка сюда. Ари потянула Тоню на себя, взяла её за руки и запела, глядя ей прямо в глаза. – Я себя не пойму, ты откуда взялась. – Почему, почему на тебя повелась? – подхватила Тоня. Они продолжали петь, держась за руки. Тоня поняла, что, кажется, они миллион раз держались за руки, но никогда до этого не переплетали пальцы. "С длинными ногтями было бы неудобно", – успевает подумать она. И больше ничего не успевает. Потому что начинается припев, и потому что Ари берёт её за плечи и целует. В первый и последний раз Тоня целовалась с девушкой на первом курсе института. Они отмечали окончание зимней сессии на квартире у кого-то из одногруппников, играли в бутылочку, и Тоне выпало поцеловать старосту их группы. Самого поцелуя в действии было процентов десять, всё остальное – смущение и смех, причём с обеих сторон. Поцелуй Ари состоял из уверенности, заигрывания и нежности. И совсем не был похож на жест-всего-лишь-подражание-песне. В нём была заинтересованность, была романтика. Но всё это пьяный мозг Тони осознаёт чуть позже. Отвечая на поцелуй, она думала только о том, как сделать это уместно. Целоваться с подругами по пьяни вроде бы абсолютно нормально, но целоваться же можно по-разному, сделала ли она всё правильно? Да, то, что поцелуй Ари не был похож на пьяную шалость, Тоня понимает не сразу. Как и то, что ей, кажется, понравилось. Очень. Ватафак. – Мне покурить надо. Ари всё ещё держит её за плечи, поэтому она выворачивается и спешит выйти на улицу. – Я с тобой! Они оказываются на улице. Мозг Тони, как старый компьютер, работает с задержкой. Наверное, от алкоголя, но она не уверена. Тоня с задержкой осознаёт, что Ари снова держит её за руку, снова переплела их пальцы, и, кажется, снова пытается её поцеловать. А ведь сейчас даже слабого аргумента "ты что, это же всё было понарошку, как не поцеловаться под такую песню" нет. Тоня боится, что второй поцелуй окончательно сломает её и так плохо работающий мозг. Она отстраняется, и Ари мгновенно меняется в лице, смотрит тревожно. – Тоня, я тебя обидела? – Нет, ты что. Просто неожиданно это всё... Тоня достаёт из рюкзачка пачку сигарет и зажигалку. Закуривает, протягивает Ари, та берёт. Вообще-то она курит редко, но Тоня поняла – сейчас будет. Какое-то время молчат. Тоня решается – ну не получит же она за вопрос по морде, а всё остальное, кажется, можно разрулить. – Ты лесбиянка? – спрашивает Тоня. – Не совсем, – спокойно и уверенно отвечает Ари, выпуская облако дыма в ночное московское небо. – Ты замужем? – Ты же догадалась, что нет. Уже нет. – Я тебе нравлюсь? Вот над этим вопросом Ари задумалась. Тоня поймала себя на том, что уже несколько минут теребит непослушную прядь волос. – Как человек – точно да. Как девушка... – Ари прикусила губу, но продолжила. – Кажется, тоже да. Но я об этом совсем не думала до сегодняшего дня. Тоня закашлялась, делая последнюю затяжку. Её вопросы должны были прояснить ситуацию, но в итоге сделали её ещё более непонятной. Вот блять. – Поехали ко мне? – почти прошептала Ари. Она что, сказала это неуверенно? Она бывает в себе неуверенной? – Ты же у Сони живёшь. – У неё ремонт, я квартиру сняла. Поехали. Всё странно, и Тоня не знает, готова ли она к новым странностям в эту ночь, но и оставаться наедине со всем, что произошло, не хочется. Она кивает. – Прекрасно, – улыбается Ари и достаёт из сумки телефон, чтобы вызвать такси. – Почему ты никогда не рассказывала, что замужем? Была... – Ты никогда не спрашивала. – Теперь могу спросить? – Конечно. И всегда могла. Но сначала давай доедем. Не быстрый разговор. Тоня кивает. Ко входу в бар подъезжает такси. – А Соня? – спохватывается вдруг Тоня. – Ты думаешь, ей сейчас до нас? – улыбается Арина. – Я ей напишу, чтобы она не переживала. Но в лучшем случае она прочтёт завтра в обед. Ари открывает дверь такси, и они с Тоней залезают на заднее сиденье. Таксист вежливо интересуется, можно ли включить радио. – Угу, – кивает Тоня. Таксист крутит колёсико на магнитоле, и из динамиков начинает играть: Меня полностью нет Абсолютно всерьёз Ситуация help Ситуация SOS