back to friends

Он просто чертов мазохист. Он не должен сейчас смотреть на то, как Майк берет его член в рот и насаживается до упора.  Он не должен стонать, но он и не старается закрыть рот. Уилл искренне наслаждается этим самокопанием последние 6 лет их дружбы и его осознанной влюбленности в Майка. Когда все заканчивается и пелена к обоих спадает с глаз темноволосый лишь молча встает и произносит тихое: –Это просто эксперимент, это ничего не значит, мы же друзья - Уилер, наверное, не может услышать как сердце его друга резко ухнуло вниз, но Уилл не может быть в этом уверен, потому что его уши заложило от громкости этого звука.  И не важно какого, от свиста упавшего сердца или от слов которые сказал минуту назад темноволосый. –Да, да, друзья…- Байерс произносит эти слова то ли слишком тихо, то ли слишком поздно, потому что Майк уже не замечая ничего, натянул на себя остатки одежды и поспешно прикрыл за собой дверь, оставив Уилла на растерзание собственной кровати.  Возможно, его мама завтра будет ворчать, что он не проводил гостя до двери и не попрощался с другом нормально. Но она никогда и не увидит, что на самом деле творится в грудной клетке младшего сына, как бы она не старалась открыть капкан ребер и обеспечить купол безопасности шатену. Он будет биться как уж на сковороде, лишь бы оставить хоть каплю себя - себе. И даже его собственная мама не будет знать, что такая частичка есть. А она есть много где; на рисунках что покоятся в его скетчбуке, на картинах что он дарил друзьям, на его испачканном мольберте, на который в какое-то его день рождение скинулись все его друзья, на уже выцветшей кровати из дерева, а самое главное – в его роли в ДнД. Лишь там он не боится себя и своих чувств, как на картинах, он свободен и ветер колышет его волосы, он мудрый и всегда знает все на несколько шагов вперед, но и там он не один… Там тот, кто приносит больше всего сладкой боли в его жизнь, сам того не осознавая. Он всегда рядом, всегда где-то недалеко, на картинах и в партиях он ведет его вперед, пока Уилл прикрывает его спину.  Но теперь его там нет, теперь сзади Уилера другой человек – Оди – именно она теперь прикрывает спину Майка и защищает его слабости, сама того не осознавая. А Уилл и не имеет права вмешиваться, он лишь хочет счастья паладину, который столь долгое время помогал ему в его путешествиях, но не все в этом мире вечно.  На следующий день они даже и не смотрят друг на друга пока находятся всей партией на прогулке. Майк лишь иногда бросает нервный взгляд на друга и тут же его отводит, а Уилл и не строит догадок, не имеет права.  И лишь к вечеру младший ничинает понимать, что соврал Майку, почему он сказал, что они все еще друзья в тот момент? Почему теперь от бывшей тетушки надежды не осталось и следа после того дня? Как мы можем оставаться друзьями? Почему он смотрит на меня и делает вид что мы не знакомы? Все возвращается в норму спустя время, они все так же болтают и гуляют тет-а-тет, неловкость почти сошла на нет и кажется, что все вроде бы наладилось, но дыра в животе от пушечного выстрела месячной давности так и не заросла. Никакие пластыри и ватки не помогают, когда причина возгорания находится всегда рядом.  И возможно на той вечеринке что-то меняется внутри Уилла, именно там, когда огромная толпа людей выносит его к туалету где он рыдает навзрыд и выливает всю душу непонятному парню, пока тот обнимает его и поглаживает спину Байерса. Уже позднее он вываливается из этого дома вдыхая крепкий морозный воздух декабря и садится на скамейку чуть поодаль от входа. Он прикрывает глаза, казалось бы, на минуту, пока рядом с ним не приземляется еще одна туша. И Уиллу даже не нужно открывать глаза, чтобы сказать кто пришел за ним. –Мне не хватает моего чародея - и кажется, спустя месяц его сердце снова издает протяжный свист пока летит к пяткам. Он начинает задыхаться, а глаза снова щиплет, не понятно от холода или от новой волны истерики. –Почему? У тебя всегда он был. Твоя «новая жизнь» - Майк рядом сипло выдыхает и кутается в куртку, пока Уилл разглядывает носики своих ботинок и вспоминает как день его пропажи его друг назвал своей новой жизнью, прибавляя груза себе на плечи и лишь усиливая разбушевавшуюся на пороге истерику.  –Я не хочу тебе сейчас ничего обещать, но я понимаю что ты чувствуешь сейчас и я хочу быть рядом и помочь тебе, если ты меня не оттолкнешь, потому что Оди никогда не была чародеем. Он больше не хочет слышать это, хотя столько раз представлял это у себя в голове. Его ноги действуют быстрее головы резко поднимая его со скамейки и разворачивая лицом к виновнику торжества души.  –Ты ни хрена не понимаешь, Майк! И никогда не поймешь! Я столько лет мучился из-за тебя, а ты сейчас приходишь и просто говоришь что понимаешь меня, когда месяц назад это был всего лишь эксперимент..! - Байерс не скрывает ничего, он выворачивает свою боль наизнанку перед ним, он рыдает навзрыд, заглушая своим криком громкую музыку из дома. В то время как Уилер просто сидит на скамье, понуро опустив голову вниз.  Но, за последний месяц, Уилл забыл насколько иногда упертым может быть его друг… Не успев сделать и шагу в сторону входа в дом, Уилла резко хватают за руку и притягивают к себе в объятия.  И, о боже, простит его бог за это, но сейчас он мог лишь громко рыдать в плечо Майку, блять, Уилеру и слушать, как тот, в свою очередь, шепчет одно за другим лишь одно слово  «Прости»