Сладкая расплата

- Нихрена себе! Охуеть как круто! Вокс в восторге вцепляется коготками в свой головной монитор по бокам, чувствуя себя ребенком, которому подарили железную дорогу. О таком подарке на Рождество в своё время мечтал едва ли не каждый первый ребёнок. Миниатюрный поезд едет по долине с маленькими деревьями и совсем крохотными фигурками людей... Разве может быть игрушка лучше? Может! Елозит по пышной постели обнажённым (сексуальным!) копытом, зажав между ног одеяло, так явно о него потираясь бёдрами, потому что руки скованы у изголовья постели и помочь себе ими маленький возбуждённый пленник не способен. Его замечательные фурри-уши сейчас не торчат бодро вверх, не жалко опущены, а бессильно разметались по мягкой измятой подушке. Скованные руки, стиснутые в кулаки, то напрягаются, то немного расслабляются, прежде чем в очередной раз сжаться. Он то приоткрывает рот, дыша ртом, то зло стискивает зубы и, хоть извечная улыбка не исчезла с этого по-своему красивого лица (уж Вокс его извращённой красоты - редкостный ценитель), эта улыбка сейчас напряжённая, больше напоминающая оскал... или мучительную гримасу. Как долго накуренный радио-демон тут страдает в одиночестве? Час? Несколько часов? Не то чтобы Вокс сильно засматривался на шлюх своего бизнес-партнёра... скорее нет, чем да, но в меру общей, связанной с TV профессии, разумеется, он краем глаза пересмотрел тысячи порно-роликов, утверждая взрослые фильмы для ночного эфира на монтаж, редактирование, рекламу и спецэффекты. Поэтому Вокс в курсе, что основной наркотик Вала действует очень постепенно и до состояния течной сучки его жертва доходит отнюдь не сразу. - Подарок на примирение. Ну или на Грехждество. Как тебе больше нравится, милый. Сам решай. - говорит, потираясь о него лицом, Валентино. - Нравится? Ммм? - Дочерта нравится! Спасибо, Вал! Шикарный подарок!! А самое лучшее, пожалуй, что "подарок" всё ещё в сознании, прожигает их обоих убийственным взглядом. Какая прелесть! Демон-мотылёк слегка отстраняется, довольно скалясь. - Знал, что тебе придётся по вкусу. Мне нужно работать, так что я вас на время оставлю... Вокс не тратит времени на прощание с партнёром. Не тратит время даже на то, чтобы преодолеть жалкие пять метров, дойдя до кровати. В нетерпении телепортируется вспышкой электричества, материализуется нависающим сверху над своей жертвой. Протягивает руки и нежно поглаживает по красным волосам и безвольно лежащему ушку. Взгляд Аластора становится ещё убийственнее, несмотря на то, что он покорно принимает ласку и даже коротко выдыхает сквозь стиснутые зубы. - Да, правильно. Выдохни и расслабься, Ал. Я сделаю всё очень медленно. - Это нисколько... не утешает. Он не сопротивляется телом, лишь слёзы появляются в уголках глаз, когда Вокс, вылизывая его щёки, тянет одеяло вниз, разворачивая, как подарок, обнажённое, давно возбуждённое тело. Радио-демон заходится жалобным вхлипом и кончает, стоит Воксу обхватить пальцами его перевозбужденный член и пару раз плотно по нему провести. Кончив, растекается по постели ещё больше, расслабившийся, покорный, доступный. Всё ещё одурманенный, но теперь, получив первое удовольствие, куда более покладистый. Прячется от унижающей завышенную самооценку реальности, закрыв глаза. На миг кажется единственному наблюдателю своей мимики таким хрупким, таким отчаянно уязвимым, что Вокс решает быть с ним куда более обходительным, нежным и внимательным, чем изначально планировал. Не просто "медленным". Заботливым. Вокс решает дать ему передышку. Всё равно своё он неизбежно получит. Этот наркотик Вала долгоиграющий и одним разом не отделается даже такая фригидная и надменная натура как радио-демон. Всего лишь стоит немного подождать, пока Аластор снова начнёт сладко елозить раздвинутыми копытами по постели и кидать убийственные взгляды, а пока можно насладиться выпивкой в приятной компании. - Виски, джин, сазерак? - Виски со льдом, джин с лимоном и сазерак. Хочу напиться до беспамятства и не помнить твои мерзкие похотливые лапы на моём теле. Вокс издаёт довольный смешок, делает звонок подчинённым и заказывает запрошенный крепкий алкоголь. Делая это, теле-демон широко улыбается, ведь знает, что когда Аластор действительно подавлен или напуган, он молчит.