Возродившаяся из пепла

      Просыпаться было неприятно. Странный свет, не похожий на мягкое сияние солнца, упрямо пробивался через веки, заставляя Мелек щуриться. Найдя в себе силы, она разлепила глаза.       «Я в больнице?» — Недоумевала Мелек, озираясь по сторонам.       Тянущая боль внизу живота привела её в чувство. Воспоминания о случившемся навалились разом. Сердце застучало скорее, заставив запищать аппарат, к которому она была подключена. Спустя минуту в её палату вошел врач. За его спиной на мгновение мелькнуло лицо незнакомого мужчины.       «Незнакомый ли?» — подумала Мелек, вспомнив, что именно его лицо она увидела последним, прежде чем потерять сознание. — Госпожа Мелек, как вы себя чувствуете? — Осторожно спросил доктор, сев на стул рядом с её кушеткой.       Мелек увидела сочувствие во взгляде пожилого мужчины, направленном на её руки, сложенные на животе. Она уже знала, что он ей собирался сказать. Но часть её верила в то, что всё обошлось. — Что со мной? — Мелек поморщилась от очередного приступа боли. — Вы потеряли ребёнка, госпожа Мелек. — Врач не стал ходить вокруг да около. — Срок был небольшой, случился выкидыш. Мы уже провели все необходимые процедуры, вашему здоровью на данный момент ничего не угрожает. — Что могло стать причиной выкидыша? — Едва слышно выдохнула Мелек. — Первые беременности в пятнадцати-двадцати процентах случаев заканчиваются выкидышем, госпожа Мелек. В этом нет ничего аномального. Но… — Но? — Но ваш скорее всего был спровоцирован нервным истощением и сильным стрессом. Приходилось ли вам в последнее время испытывать сильное потрясение? — Даже не знаю, с чего начать…       Мелек начала смеяться. Сначала тихо, а потом всё громче. Для неё самой этот звук ощущался как хохот человека, сошедшего с ума. От этого её смех в то же мгновение превратился в плач. Слезы, которые она так долго душила, вырвались на свободу и потекли по её щекам. Врач, видимо, повидавший многое за годы работы, лишь мягко похлопал её по руке. — Нужно ли позвонить вашим родственникам, госпожа Мелек? Родителям, супругу? Мы можем связаться с господином Серхатом и… — Нет!       Имя Серхата ворвалось в хаос, царящий в мыслях Мелек, и тут же расставило всё по местам. Слезы мгновенно высохли, а их остатки Мелек яростно стерла с щек. — Прошу, никто не должен знать о том, что произошло, доктор, — попросила Мелек. — Я-то промолчу, но вы ведь знаете народ, госпожа Мелек. — Пожал плечами мужчина. — Вести быстро расходятся. — Сохраните это в тайне настолько, насколько это возможно. Умоляю. — Мелек не желала даже видеть мужа, тем более не желала выслушивать его оправдания. — Мне нужно время, чтобы принять всё это. — Конечно, я всё понимаю. — Мужчина встал. — Отдыхайте, госпожа. — А кто меня привез в больницу? — Запоздало вспомнила о своем спасителе-незнакомце Мелек. — Вас привез Эмре ага. — Мелек поморщилась, услышав «титул» своего спасителя. — Он ждет за дверью. Если желаете, я могу позвать его. — Спасибо, доктор.       В палату вошёл тот самый мужчина. У него были короткие каштаново-рыжие волосы, светлая кожа и яркие зеленые глаза. Рыжая борода была аккуратно подстрижена и в искусственном свете палаты казалась ярко-оранжевой. Мелек заметила у правой брови небольшой шрам, который можно было увидеть только при ярком свете. Её рука непроизвольно потянулась к такому же шраму на её брови. — Доктор сказал, что это вы привезли меня в больницу. Кому я обязана своим спасением? — Спросила Мелек. — Эмре Текин. — Мужчина протянул ей руку, и Мелек осторожно пожала её. — Вы ничем мне не обязаны. Привези я вас быстрее, может, вашего малыша удалось бы спасти. Соболезную вашей потере.       Мелек почувствовала, как комок слёз встал в горле, мешая ей вдохнуть. — Нет, сейчас нельзя, Мелек. Ты оплачешь своего ребенка позже. Когда отомстишь за него, — прошептала самой себе Мелек, обняв руками свой пустой живот. — Вы можете оплакать свою потерю, госпожа Мелек. В этом нет ничего постыдного, — тихо произнес Эмре, сев на стул, чтобы их глаза оказались на одном уровне. — Если вы хотите, я уйду, чтобы не мешать вам. Я лишь хотел убедиться, что с вами всё в порядке. — Нет! — Мелек не желала оставаться наедине со своей болью. — Не уходите. Одна я это не переживу. — Но ваш муж… — Мой муж — причина, по которой я потеряла ребёнка!       Мелек выдохнула после этих слов. Она их произнесла. Она сказала правду, которой боялась, от которой убегала, раз за разом находя для Серхата оправдания. Эмре молчал, словно ожидал от неё продолжения. — Простите, господин Эмре. Вы, наверное, считаете меня ненормальной. Конечно, какая женщина будет вести себя так, как я? Вместо того, чтобы проживать боль от потери ребёнка, я обвиняю в этом его отца. Но если я сейчас перестану сдерживать себя, то сломаюсь. А если я сломаюсь, то не смогу призвать к ответу тех, кто виноват в смерти моего малыша. Этого не переживу уже я. Поэтому, не судите меня строго… — Мелек не понимала, почему ей было важно мнение незнакомца, но было что-то в его внимательном взгляде такое, что делало его важным в её глазах. — Я прекрасно понимаю вас, госпожа Мелек. — Серьезно ответил Эмре. — Здесь в Урфе мы очень ответственно относимся к мести за убийство. Особенно за смерть невинного ребенка. Или за страдания невинной женщины.       Что-то в голосе Эмре заставило Мелек вглядеться в его лицо. Он смотрел на неё не с жалостью, а с пониманием. Будто он тоже проживал боль, подобную её боли. В её голове появилась сумасшедшая мысль.       «Ты никогда не оправишься от последствий этого решения», — устало отозвался голос разума. «Я уже сломана. Дальше ломаться некуда», — отмахнулась от него Мелек. — Вы ведь тоже ага, господин Эмре? — Мелек, поморщившись, села прямо, чтобы говорить с мужчиной на равных. — Почему я не слышала о вас? В Урфе не так много господ, имеющих влияние, и вашего имени среди них не было. — Я вернулся в Урфу всего месяц назад. Из-за смерти моего отца. — Ответил Эмре.       У Мелек внутри всё похолодело. История мужчины была слишком похожа на историю Серхата. — Вы тоже бежали от титула аги, живя в Стамбуле, но смерть отца вернула вас в родные края? И теперь вы начнете строить собственное королевство внутри Урфы? — Не путайте меня со своим мужем, госпожа Мелек. Я никогда не убегал от своего долга. Отец изгнал меня за то, что я посмел указать ему на его слабость и нежелание защищать свою семью. Все эти годы я набирал силу, готовясь унаследовать от отца титул аги. — Для чего же вы набирали силу? — Для мести.       В зеленых глазах Эмре зажегся недобрый огонь. Но Мелек не испугалась этого огня. — И кому же вы будете мстить? — Тем, кто убил моего старшего брата. Тем, кто лишил меня возлюбленной и еще не рожденного ребенка. Тем, кто превратил жизнь моей семьи в ад на земле. Я отомщу Кордаглы. И я отомщу Йелдуранам.       Мелек удивлена собственной спокойной реакции на кровожадные слова Эмре. Её рука вновь накрывает живот. Отголоски боли словно подтверждают правильность её решения. — Жаль, что ваша месть началась с того, что вы спасли жену Серхата Йелдурана. — Усмехнулась Мелек, поразившись стечению обстоятельств, которое свело их с Эмре. — Для ваших целей было бы лучше, если бы вы оставили меня там на обочине. — Пускай меня давно здесь не было, но по прибытии меня сразу ввели в курс новостей. Только глухой не слышал историю про городскую жену Серхата аги, ворвавшуюся на его свадьбу с Йылдыз Кордаглы. А я не глухой. И у меня гораздо больше источников информации. — И что же вы узнали из этих источников? — Много интересного. Но особенно меня удивило то, что Серхат ага простил Кордаглы покушение на свою жену. Вас ведь чуть не застрелили, да? На свадьбе, на которую ваш муж отправился не с вами, а со своей второй женой. — У вас очень хорошие источники информации.       Эмре улыбнулся в ответ на её «комплимент», и в голове Мелек возникла ассоциация с лисом. Рыжие волосы и хитрый взгляд зеленых глаз Эмре делали это сходство просто поразительным. — Раз уж вы спасли меня, то могу я попросить вас о помощи? И если вы сумеете выполнить мою просьбу, то это станет небольшим дополнением к вашей мести, — Мелек затолкала вопящий голос совести в самые дальние глубины своего существа, произнеся эти слова. — К вашим услугам, госпожа Мелек, — усмехнулся Эмре. — Сможете ли вы сделать так, чтобы меня развели с Серхатом как можно скорее? Но так, чтобы он не смог помешать разводу?       Эмре замешкался. Но всего на мгновение. — Смогу. Но мне нужно будет время. Хотя бы пару дней, — ответил Эмре. — Вы ведь регистрировали брак в Стамбуле? — Да. Это будет проблемой? — Спросила Мелек. — Нет, наоборот. — Эмре достал телефон. — Вы ведь не собираетесь претендовать на его имущество? — Упаси Аллах, — Скривилась Мелек, не желая иметь ничего общего с Серхатом и его семьей. — Только бы избавиться от него. — Тогда через час приедет мой юрист с документами на развод, которые вам необходимо будет подписать. — А что с Серхатом? Он ведь тоже должен будет их подписать. — В этом не будет необходимости, если он не явится на заседание суда. Вас разведут и без него. — Но ведь если не будет и меня, то нас не разведут. — Полет до Стамбула займет пару часов. Вы озвучите причину развода, я выступлю свидетелем причиненного вам вреда, и вы получите свободу. — Разве Серхат об этом не узнает? У Йелдуранов наверняка тоже есть связи. — Я слышал, что сейчас Йелдураны заняты проблемами с законом. Серхата агу ведь недавно выпустили из-под стражи? Что-то связанное с контрабандой исторических артефактов. А теперь его и вовсе подозревают в том, что он покушался на жизнь Дальяна Кордаглы.       Мелек поняла, к чему клонит Эмре. Он ждал от неё информацию, которая помогла бы ему увеличить суматоху, царящую в доме Йелдуранов. И это помогло бы ей избавиться от Серхата и его семьи. Она рассказывает ему о домике в горах, в котором Серхат прятал Йылдыз, об истории с браком Дальяна и Йылдыз. Эмре внимательно её слушает и одновременно с этим записывает что-то в своём телефоне. — Отлично. Намекнем полиции, где могут скрываться главные подозреваемые в деле о покушении на Дальяна Кордаглы. — Эмре широко улыбнулся, будто бы выиграл приз. — Но вместе с этим сделаем так, чтобы кто-то успел предупредить Серхата о том, что их могут найти. Это заставит его скрываться еще лучше и даст нам время для того, чтобы мы разобрались с вашим разводом.       «Кто бы ни донёс на Йылдыз — я накажу его», — вспомнила Мелек слова Серхата.       «Ты уже наказал меня. Появившись в моей жизни», — подумала Мелек, вновь заставив умолкнуть свою совесть. — А что со свидетелями? Наш с Серхатом развод точно попадает в категорию «спорных». И мне придется доказывать, что у меня есть основания для его расторжения. — Мелек совсем некстати вспомнила курс правоведения, на котором бракоразводным процессам было посвящено несколько лекций. — Без достаточной доказательной базы развод может растянуться на месяцы, если не годы. А если Серхат узнает об этом, то не даст его мне. Потому что я задела его гордость. — Доказательства и свидетелей оставьте мне. Я не подведу вас. Обещаю.       Мелек страшно довериться почти незнакомому человеку.       «Я ведь доверилась Серхату. Вряд ли этот человек разрушит меня сильнее, чем это сделал твой муж», — решила она. — Спасибо вам, господин Эмре. Не знаю, что бы я делала без вас, — искренне поблагодарила она мужчину. — Ну, мы уже стали партнерами по шалости, не так ли? Может, отбросим ненужные формальности, Мелек? — Предложил Эмре, весело улыбаясь. — Думаю, это возможно, Эмре, — согласилась с ним Мелек.       Эмре ушёл, еще раз пообещав сделать всё, чтобы выполнить её просьбу. Одиночество давило на Мелек, заставляя её мысли возвращаться к собственной трагедии.       «Нет, нельзя. Я еще не отомстила за своего малыша. Я не имею права на слабость», — думала Мелек, нажимая на кнопку вызова медсестры. — «Мне надо поспать. Понадобятся все силы, чтобы пройти тот путь, на который я сегодня вступила».