Прощение

***

      Действия происходят спустя несколько месяцев после Задания Архонтов Том 1 Глава 3: Приближение новой звезды. Тарталья прибывает в Ли Юэ как предвестник, чтобы получить Сердце Бога, в ходе миссии он знакомится и проводит много времени с умным и красивым мужчиной, с которым у него завязываются романтические отношения. После боя с Путешественником в Золотой палате, он узнает личность Моракса и чувствует себя преданным и использованным. Не принимая никаких объяснений, Чайлд покидает Гавань с разбитым сердцем.

***

      Бело-серое небо не привлекало к себе взглядов, создавая равномерно холодное освещение повсюду. Такого же цвета снег отражал облака, и непонятно было где граница между ними, создавая какой-то вакуум. В противоположность этому большой деревянный дом дышал теплом. За невысоким забором виднелись пушистые черные и рыжие лошадиные уши и макушки. Дорожка к дому и двор были очищены от снега утром, но к обеду снова всё покрылось слоем снега.       Тишину и спокойствие улицы нарушал только стук, удар топора о чурбаки. Наточенное лезвие звонко ударялось о сухое дерево. Методично и не спеша.       Вдруг раздался приближающийся детский голос:       — Бра-ат! К тебе тут пришёл какой-то господин! — мальчик бежал и шмыгал носом. — Говорит, он из Ли Юэ и вы знакомы!       Тевкр открыл калитку, восстанавливая дыхание от бега и крика. Его варежки и манжеты рукавов были в комьях снега, а шапка съехала набекрень. Захотелось тут же загнать его домой, переодеться, высушиться и согреться.       В груди появилась тяжесть. Тарталья точно знал, о ком говорил его брат. Точно знал, кто сейчас появится из-за угла дома. Точно знал…       Первым, что он увидел, было лицо. Бледное и бесстрастное. Теперь во всем его существе он видел божественное. Древний и непостижимо сильный. Он был не просто участником истории целого региона Тейвата, он сам создавал её. Лишь легкий румянец на щеках и носу напоминал что-то человеческое.       Мужчина был одет в тёплое коричневое длинное пальто, а серый шарф полностью закрывал его шею. Он остановился у входа во двор и не сделал больше ни шагу, смотря прямо на Чайлда. Ребёнок рядом с ним вертел головой, смотря то на брата, то на незнакомца, пытаясь понять не обманул ли тот его.       — Тевкр, иди в дом, — спокойным голосом наконец сказал предвестник, вздохнув. — Попроси Тоню готовить чай и угощения для гостя.       В последний раз бросив взгляд на чужака, мальчик послушно пошёл к дому. Как только тяжелая дверь закрылась, Тарталья поставил топор рядом с колодой и снял рабочие варежки. “Гость” все ещё стоял там, когда парень двинулся ему навстречу. Каждый шаг отдавался гулким стуком в ушах и груди. Сейчас в нем, казалось, бушевал трескучий костёр, хотя мгновения назад была ледяная пустыня.       Несмотря на то, что гость из Страны Камня был одет как житель Снежной, он всё равно выглядел чужеродно на фоне монолитной серости пейзажа.       — Здравствуй, — тихое, совсем не свойственное божеству слово превратилось в облачко пара.       Тарталья молча прикрыл калитку и, смотря прямо в глаза Чжун Ли, слегка наклонил голову, приглашая пройтись.       Гнев и обида, которые грызли его первый месяц после отъезда из Гавани, давно стихли. На их место вернулась та пустота, появившаяся в банке, когда секрет Моракса был открыт для него.       Отойдя немного от дома, предвестник остановился у нескольких пушистых елей, решив, что здесь их никто не потревожит.       — Зачем ты здесь? — парень обернулся и встал напротив мужчины, глядя в его янтарные глаза. Теперь понятно, почему они будто светятся, ведь это так и есть. Он - не человек. И глядя в эти глаза, Чайлд чувствовал лишь усталость от той пустоты внутри себя. — Я снова тебе нужен для какой-то роли в спектакле по контракту?       От резкого голоса Тартальи бывший Гео Архонт задышал поверхностно, но он также услышал дрожь, которая выдавала всё. Чжун Ли опустил взгляд:       — Я здесь не как Архонт, — он проглотил слюну. — Я здесь как человек… Который совершил ошибку.       Чайлд горько усмехнулся и отвёл взгляд. Человек…       — Разве Архонты ошибаются?       — Я ошибался, думая, что всё контролирую. Но я не учёл главного…       У Тартальи кончалось терпение.       — И чего же?       — Тебя. — они оба подняли взгляды и встретились. Чайлд видел в его взгляде - неприкрытую печаль, а он в его - недоверие. — Я не смог учесть то, что ты… Что ты станешь для меня важнее любого контракта. Что воспоминания о твоей улыбке будут весить больше, чем тысячелетия правления. Что я буду слышать в Гавани такую тишину, оставшуюся после тебя.       Предвестник не отрывал глаз от лица Моракса, ища хоть каплю сомнения, каплю лжи или обмана. Но ничего этого не было. Он стоял там и не понимал, как существо, подобное Архонту, может испытывать такие чувства к обычному человеку и не лгать при этом?       — Я оставил свои обязанности Архонта. Люди Ли Юэ смогут жить и без меня, они справятся. А я… — он опустил взгляд на меховой воротник плаща юноши. — А я осознал, что не знаю, как жить без тебя, Аякс.       Облака пара медленно исчезали и появлялись вновь. На уши снова начала давить окружающая тишина. Имя, звучавшее так чуждо и смущающе из его уст, теперь прозвучало как самая естественная вещь на свете. Чайлд закрыл глаза. Он снова видел тот банк, боль, ощущение, что мир рушится. Но сквозь эту боль пробивался голос, который читал ему путеводитель, смеялся над его борьбой с палочками, танцевал и смеялся на террасе в свете сотни фонариков... Голос, который шептал его имя так, будто оно было сокровищем.       Наконец Тарталья открыл глаза. Чжун Ли все еще стоял неподвижно. Парень поджал губы и осторожно поднял руку, протянул её и положил ещё горячую от работы ладонь на холодную щеку мужчины. Чжун Ли прильнул к ней, касаясь губами чужой кожи. Он снова осмелился заглянуть в синие глаза напротив и тихо заговорил:       — Я хочу попросить прощения…       Тарталья сделал шаг вперёд, становясь ближе.       — Попроси.       Еле теплый пар от дыхания обжигал кожу лица.       — Прости меня.       В ту же секунду предвестник накрыл ледяные губы мужчины своими, согревая их, одаривая теплом. Он притянул Чжун Ли к себе ближе, положив вторую руку на его талию, а тот отвечал на поцелуй так же пылко, хватаясь за его плечо, а вторую руку положив поверх ладони Чайлда, всё ещё оглаживающую его лицо, ухо и шею. Это был поцелуй полный отчаяния, сожалений и прощения. Обмениваясь температурами кожи и не только, они на несколько минут забылись в своих чувствах.       Не желая поднимать век, Тарталья оставил последний поцелуй на скуле Чжун Ли, а тот зарылся лицом в его шею и меховой воротник. Обнимая так этого человека, Тарталья все еще не мог принять его сущность, не мог поверить, что Архонт так дорожит обычным человеком. Им предстояло еще долго говорить об этом. Но всё это потом. Сейчас они чувствуют дыхание друг друга и этого достаточно.       — Ты замёрз, — Чайлд массировал голыми пальцами затылок Чжун Ли. — Пойдём в дом, наверное, чай уже готов.