Исправить ошибки

Среди вечнозелёного леса, на небольшой опушке, окружённой высоченными столетними елями, хрустел огонь. Он жадно пожирал собранные для него ветки, в благодарность отдавая своё тепло и свет всем собравшимся вокруг. Красноволосая девушка почти что иллюстрировала свой рассказ жестами, говоря громким, пугающим шëпотом: — И тогда он упал на колени. Его тело стало меняться. Оно начало обрастать длинной шерстью. Голову захватила такая боль, будто сотни осколков мечей вонзились прямо в мозг. Челюсти выдвинулись вперёд. И с каждой секундой он всё больше и больше начинал походить на зверя, пока окончательно не превратился в волка, — Сансет замолчала, словно это был вовсе не конец, а лишь подводка к жуткой и громкой развязке. Однако… — Вот так оборотень пошёл по пути мести и потерял всю свою силу, став зверем ненависти, — закончила девушка, довольствуясь эффектом, который произвела её история на детишек. Юные жители лагеря «Эверфри» облегченно выдохнули: они явно ожидали, что концовка будет с пугалкой (и она будет)— что заставило девушку улыбнуться. Ей нравится здесь, нравится быть вожатой, помогать детям с помощью своей силы и видеть радость на их лицах. Чтение мыслей и чувств позволяло полностью вникать в проблему, понимать её изнутри, утешать находя самые правильные слова, Сансет могла даже мирить две враждующие стороны, останавливая драку. Таким образом даже самый замкнутый ребëнок или задира мог начать доверять вожатой и затем постепенно измениться в лучшую сторону. И главное — юные лагерники любят и доверяют Сансет. Поэтому-то, если что-то случается, они сразу идут именно к ней. Тимбер рассказывал, что Глориоса этому даже слегка завидует. Впрочем, не слишком. Всë-таки у каждого в их тройке своя роль. Сансет следит за эмоциональным порядком и дружбой. Глариоса — вопросы порядка и бытовые удобства для детей. Тимбер же выполняет работу, требующую силы: он приносит дрова, охраняет, а в случае чего может починить что-то. И всё же, каждый из них вожатый и каждого дети любят по своему, но одинаково сильно. — Мисс Сансет? — Да? Что такое? — Шиммер обернулась к маленькой, голубоволосой девочеке, крепко прижавшей к себе плюшевого зайца. Малышка Скайлайт — младшая в её отряде. Милая, любопытная, однако сильно неуверенная в себе, от чего никогда не расставалась со своей игрушкой и всегда советовалась с ним, прежде чем принять решение. Девочка немного поëжилась, сильнее сжимая лапки зайца, прежде чем ответить, но всё же собралась и заговорила. — А что… с волком случилось дальше? Сансет ухмыльнулась, обвела взглядом кружок из её детей и задержалась на кустах. — Во-первых, для вас я просто Сансет. А во-вторых… — девушка театрально замолчала, затем же, будто бы неуверенно протянула: — Быть может, вам и не нужно это знать? Давайте лучше собираться — нам нужно успеть вернуться до линейки. Эти слова были встречены возмущенным гулом обидевшихся ребят и Шим, не сдержавшись, рассмеялась. — Хорошо-хорошо, — сдалась она, поднимая руки в примирительном жесте, — у нас есть ещё время. Итак, об этом волке… О нём больше никто и ничего не слышал. Но ходят слухи, что он скитается по лесам и несёт свою ненависть всем и вся… Вожатая встала плавно, словно стараясь не спугнуть вновь воцарившуюся атмосферу кошмара, подошла к каменному кругу, внутри которого плясал костёр. — И говорят… — вожатая подняла руки так, чтобы тень её пальцев упала на испуганных, но заворожëнных детей. Сама же Шиммер чуть наклонилась над костром и рыжие отблески заплясали чертятами в её насмешливых глазах, зажглись на волосах, превращая жёлтые пряди в золото, а красные в лаву. Тени же жуткой маской очертили её лицо. — Что он нападает на группы туристов и разрывает всех на кусочки… А если же среди людей были дети… — Сансет задерживает жутковатый взгляд на Скайлайт, переводит его на светловолосого Скайрокера и его подругу — Диану Харстрингс, затем же окидывает глазами других детей, — То он утаскивает их к себе в пещеру глубоко под землю и никто не знает, что с ними случается… Нет, это лишь очередная подводка. Лишь подступ к кульминации пугалки. — Но знаете, что самое страшное? Вам так долго пришлось меня уговаривать провести этот поход из-за того, что последнее раз я слышала будто этого волка видели недалеко от нашего лагеря! В этот же миг в кустах, прямо за спинами детей послышалась возня, а затем громкий и протяжный вой. Ребята подскочили как ошпаренные, за считанные секунды оказываясь за спиной у любимой вожатой. Розоволосый мальчишка Флаттер, прижался к сестрице-готке по имени Бэт. Скайлайт же сжала маленькими ручками ткань джинс Сансет и зажмурилась. Только длинноволосый парнишка Скайрокер и Диана выскочили вперёд, защищая Шим и свой отряд. Мгновение спустя, прикрывая их, выступила голубоволосая Блумилк, всегда готовая к бою. Сочетание хобби это девочки искренне поражало Шиммер — создание молочных коктейлей и кулачные бои… Очень нетипичная девчонка, с которой Сан пришлось повозиться: когда Милк только приехала, она почти не вылезала из своего угла и чуть ли не шипела на тех, кто к ней приближался. А затем разговор и прикосновение, что открыло для провидицы воспоминания. И в них Сансет видела лишь постоянные издëвки от всех вокруг. Позже вожатой понадобилось действительно много занятий, что бы девочка сумела хотя бы попробовать довериться кому-то и поговорить. Когда Блу начала общаться с Дианой, а немного позже стала заниматься игрой на гитаре со Скайрокером, Сансет была искренне горда и счастлива за девочку. И, конечно, за себя. Но вот Блумилк, обернулась и слегка кивнула, словно подзывая кого-то. Неужели у неё появился новый друг? Шиммер оглянулась на детей за спиной. Когда же от небольшой группой отделился зеленоволосый мальчишка в свитере, удивлению Сан не было предела. Ривер Блаш — слишком закрытый и ранимый мальчишка, постоянно прячущийся за зелëной челкой и книгой с коллекцией засушенных цветов. Выходит, они с Блу подружились? Теперь становится понятно, из-за кого Ривер записался на борьбу. Улыбка гордости не смогла не растянуться на губах вожатой. — Ладно, хватит с них, Тимбер! — ободряюще потрепав головку малышки-Скай, позвала она. Воцарилась тишина, которую нарушал лишь костёр, поглощая бревно, за бревном. Дети замерли, полагая, что ослышались. Окончательно их удивлению не стало предела в тот момент, когда куст вновь завозился, а потом резко отрастил себе ноги, руки и в конце концов выплюнул из себя самого крутого вожатого в лагере. — Вот и наш оборотень, ребята! Ещё несколько мгновений тишины и непонимания, пока дети анализировали ситуацию. Затем же, словно колокольчик, зазвенел смех кого-то из девчат, впоследствии подхваченный хохотом остальных. Сансет только улыбнулась и протянула кулак подходящем Тимберу, полушутливо протянув. — Глориоса такие шутки не одобрит. Парень по-дружески стукнул по нему в ответ и отозвался в той же беззаботной манере. — Однозначно не одобрит, — немного помолчав, глядя на веселящихся ребят, он повернул голову к Сансет, — Как ты узнала, что я там? Вожатая хмыкнула и постучала указательным пальцем по виску. — Просто почувствовала, — Ну конечно, — закатил глаза парень. — Что ты вообще здесь делаешь в пять утра? — Сначала собирал дрова, а потом услышал страшилку, которую придумал только пару дней назад для своей группы. Ты вообще слышала про авторские права? — Не-а, — совершенно беззаботно протянула Сансет, закидывая руки за голову. Тимбер же состроил самое «недовольное» лицо. Но девушка на это не обратила внимания и нагло продолжила. — Раз ты здесь, то проводишь нас до лагеря. Вон, посмотри, мои ребята уже зевают. И действительно, повеселившись от души, юные лагерники явно подустали, потеряв остатки энергии. И Тимбер, также заметив это, не стал спорить. *** Когда солнце стало окрашивать мир в рыже-красные оттенки, обращая утренний туман в росу, группка из двадцати детей, под предводительством двух вожатых вышла из леса, оказываясь пред вратами лагеря. И там их уже ждала разъярённая фурия. — Вот тут для нас и будет финальная точка в истории, — чуть наклонившись к подруге, сказал Тимбер. Ответом со стороны Сан стало лицо, что явно выражало лишь смиренное принятие конца. Главная вожатая лагеря, завидев подходящий отряд, всплеснула руками и зашагала навстречу, пылая изумрудным взором. Ничего хорошего ждать точно не стоило от такого… Спрус вздохнул, погладив по голове заснувшую на его плечах Скайлайт и взглянул на красноволосую. — Завещание уже написал? — на всякий случай уточнила Сансет, бросая взгляд через плечо, дабы дополнительный раз проверить состав ребят. Нет, никого не потеряли. Вот и славно. — Тимбер, сегодня твоя смена обходить лагерь, куда ты пропал?! Почему я выполняю твою работу? А ты, Сан, вы должны были вернуться ещё два часа назад! Ни слуху, ни духу, а что если бы… — начала было гневную тираду Дейзи, но прервалась, глядя на сонных детей. После глубоко она вздохнула, отсчитала до десяти и уже спокойнее пригладила волосы. — Проходите, потом с вами разберусь, — сейчас вожатая больше всего походила на уставшую матушку, чьи непоседливые дети в который раз ослушались и сбежали без спроса, заставив её волноваться до появления новых седых прядей. Впрочем, оно было не далеко от правды. Когда же дети полностью скрылись за воротами, Сансет повернулась к начальнице. — Прости, — начала она тихо, но искренне — я с ребятами увлеклась и не заметила как идёт время. Ты же знаешь, я не хотела заставлять тебя волноваться. Дейзи же лишь кивнула. Пускай она не произнесла и слова, из взгляда ушёл праведный гнев, уступив место усталости и лёгкому раздражению, которое вскоре сменилось нежной заботой. — Просто… пожалуйста, хоть отпишись в следующий раз. Я ведь отвечаю не только за каждого ребенка, но и за тебя и братца тоже. А тут вы пропали во время ночного похода, на связь не выходите… — пальцы Глориосы оказались у переносицы, потирая усталые глаза, красные от тревожной и явно бессонной ночи. Сансет аккуратно сжала ладонь старшей вожатой, но не для того, чтобы прочитать чувства. Сейчас понять эмоции подруги было совершено не сложно. Они плескались в красных глазах совершенно не прячась. — Прости, — ещё раз извинилась солнечная девушка, на что Дейзи только усмехнулась. — Ты опять используешь силу? Ответом стало покачивание головы и лёгкая улыба. Тогда измученное лицо Дейзи также исказилось лёгкой улыбкой. — Ладно, можешь идти. Я придумаю тебе и твоему отряду наказание попозже. Эти слова заставили Сансет замереть с уже поднятой было ногой. — Хэй! Я думала ты меня простила! — Конечно простила! Но это же не значит, что я задание вам не дам? Будете посуду мыть и помогать по кухне три смены. А пока, иди отдохни перед серьёзными свершениями, — и лишь на миг в глазах Глориосы, пробив пелену усталости, блеснул огонёк веселья. Ответить Сансет было нечего, оставалось лишь покорно склонить голову и принять не самую счастливую участь. Однако не успела она отойти и на несколько шагов, как Глориоса вновь её окликнула. — Сансет! Девушка оглянулась, приподняв брови в немом вопросе. — Загляни ко мне утром. На этом разговор был завершён. Дейзи явно не спешила пояснять, что же случилось. Однако по тону голоса было ясно, что ждёт нечто крайне серьёзное. *** Прошло несколько часов, за которые Сансет успела даже немного подремать. Затем же привести себя в порядок, принять душ и провести линейку сонным детям. Сделав неутешительные выводы по состоянию своих подопечных, Шиммер отправила ребят на завтрак. Проследив за тем, чтобы каждый взял себе полный завтрак и устроился за столом, девушка и сама присоединилась к трапезе. Взгляд её скользил по столовой, цепляясь то за одного, то за другого постояльца лагеря. Сколько из них уже подружились, как сильно изменились? Даже самые замкнутые — те, кто поначалу боялись заговорить, — теперь сидят в кружках, смеются, слушают друг друга, а некоторые даже делятся своими историями. Задир в лагере не было — «Эверфри» стал похож на маленький мир, где царили гармония и дружба. В который раз Сансет убеждалась, что дружба — действительно чудо. Как же давно она уже не виделась с девочками? Кажется, со свадьбы Пинки? Уже почти пять месяцев прошло, даже не верится… Конечно, у каждой свои дела, своя работа, от чего собраться всем вместе, выделить хоть один день — далеко не простая задачка. И Сансет действительно скучает… — Можно? Вожатая подняла голову и тут же радостно улыбнулась, жестом указывая на свободный стул напротив. — Конечно, зачем спрашиваешь, Глориоса? Девушка пожала плечами, опускаясь за стол и аккуратно ставя перед собой тарелку с румяными блинчиками. — Надеюсь, ты успела выспаться? — принимаясь за завтрак, поинтересовалась, как выражается Тимбер — «Леди ответственность». — Ты же ко мне не злорадствовать подсела? — на всякий случай уточнила Шиммер. Ответом стало какое-то потерянное пожимание плечами и выражение в глазах, явно указывающее на то, что девушке сейчас не до шуток. — Ах да! — хлопнула себя по лбу красноволосая вожатая, — ты же говорила, что мне нужно к тебе заглянуть! Что-то случилось? И вопрос этот явно не очень понравился главе лагеря. Дейзи нахмурилась и с тяжёлым вздохом вновь потëрла переносицу. Третий раз за последние сутки — явно не хороший признак. — Я… — начала она, на мгновение замявшись, будто не была уверена, как именно рассказать о произошедшем, — Нашла девочку. — Что?! — слишком громко вырвалось из уст Сансет. Глориоса же продолжила: — Сначала я подумала, что это просто еноты за окном роются, однако когда вышла проверить… — старшая вожатая отложила вилку, будто более не могла проглотить и кусочка, — Сансет, она была почти без одежды, грязная и вся… Какая-то забитая… Сначала я подумала, что это из соседнего лагеря, но… — Но он в восьмидесяти километрах! До города даже на машине часа четыре добираться, а пешком… — Именно, — Дейзи закрыла глаза, тяжело уронила лицо в ладони и уже в них измотано проговорила, — Здесь ей просто неоткуда взяться… — Что она сама говорит? — стараясь сохранить трезвые размышления, уточнила Сансет. — Ничего… Совсем ничего. Она такая забитая… Её будто с самых пелëнок били… — Господи… — единственное, что могла прошептать Сансет. Глориоса же продолжила: — Поэтому я и надеялась на тебя. Ты единственная, кто может находит путь даже там, где другой заблудится… Шиммер задумчиво кивнула, пусть в любое другое время она была покраснела за такую похвалу. Откуда здесь, среди вечнозелёных, вековых елей, в дали от города могла взяться девочка? А главное, в таком состоянии? Это безумие какое-то… — Где она сейчас? Глориоса молча поднялась из-за стола и поманила подругу за собой. — Идëм…