Даже не боишься

I’m your filthy little slut

Ее фирменная, слегка сумасшедшая ухмылка заставила сжать бедра сильнее. Я знала, что подо мной было довольно большое мокрое пятно. Она сегодня была чересчур... Просто слишком...  она не давала мне то, чего мне хотелось больше всего - ее. Я дернула руками, чтобы дотянуться до нее и прижать к себе, и услышала звон цепи от наручников. В этот раз никакой магии, таково было условие. Я вдохнула полную грудь воздуха, чтобы заговорить, в то время как она села на мои бедра и провела указательным посередине груди, слегка царапая. — Будь осторожна, Гермиона. Ее слова с трудом дошли до меня, так как я не могла перестать смотреть на то, как ее большой клитор касался моего лобка. Я открыла рот снова, чтобы... — Будь осторожна, это последнее предупреждение. Черт! Черт! Нельзя говорить. Она продолжала улыбаться и насмешливо смотреть на мое лицо, наблюдая за моими потугами что-либо сказать. Я же закусила губу, мне хотелось укусить ее за шею. С ее кудрявыми волосами, собранными в высокий хвост, ее лицо приобрело другие, непривычные очертания. У меня сводило зубы, я хотела ее укусить. Я жаждала сделать ее своей. — Прекрати, — я выдавила и тут же закричала от боли. Стек прошелся по правой щеке, ногти оставили бело-красные полосы на левой груди. Сосок пульсировал от боли, что хотелось прижать к нему ладонь, чтобы пережить ощущения. — Нечестно, — стек снова ударил по щеке, по тому же месту. Она наклонилась, с силой схватила мои волосы на затылке в кулак и провела кончиком языка по щеке, которая все еще страдала от жгучей боли. Тонкий стек всегда больно бил, а в руках Беллы — это почти смертоносное оружие. Я зашипела от новой боли и, стиснув зубы, приглушенно заорала, когда она укусила это же место. — Да, блять, Белла! Дай кончить, — заорала я, когда она наконец отпустила щеку и выпрямилась, садясь. Бедром я чувствовала, насколько она была возбуждена. — Даже не боишься, — медленно произнесла Белла, проводя ногтями по правой груди. Внезапно она бросила стек на кровать и сжала мое горло с такой силой, что дыхание перехватило. Я не могла сделать ни единого вдоха. В глазах стало темнеть, когда я ощутила ее губы своими: — Непослушная девчонка, — Белла лизнула мою нижнюю губу и отпустила горло, вместе со мной делая вдох. Возбуждение прошлось от низа живота к голове. — Ты обещала, — едва выдохнула я и только расслабилась, что не последовало наказания, как... Она сжала левый сосок, оттянула его изо всех сил, выкручивая. Я непроизвольно стала дергать руками, но все было бесполезно. — Гермиона, ты же сама... — Да, пошла ты... Она впилась в мои губы грубым, жестким поцелуем, и я поняла, что сдалась. Я обмякла под ней, стараясь ей отвечать, тело перестало слушаться. Возбуждение волнами затапливало меня, низ живота начал болеть от напряжения и ожидания. — Пожалуйста, — я прошептала между поцелуями, и она провела ногтями по внутренний стороне бицепса, вынуждая меня снова начать биться с наручниками под ней. Она навалилась сильнее, заставляя замереть на месте. — Мне нравится, — прошептала она на ухо. Губы онемели от поцелуев, — как ты беспомощно дергаешься подо мной. Маленькая Гермиона хочет и не может получить, — Белла провела языком по мочке уха, заставляя резко убрать голову в сторону. Белла снова начала целовать меня, но в этот раз нежно. Она была осторожна, словно боялась сделать больно. Я снова сжала бедра и застонала. Я ощущала, как готова кончить, мне не хватало одного... — Пожалуйста, Белла, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, — забормотала я как можно быстрее, — я больше не могу. Она стала медленно целовать подбородок и челюсть, переходя на шею. Белла слезла с меня и провела ладонью по бедру, заставляя раскрыть бедра. Когда она оказалась между моих ног, не прекращая покрывать шею поцелуями, я выдохнула, расслабляясь, и откинула голову, зажмуриваясь. Я схватилась за прутья кровати, готовясь, что она в меня вот-вот войдет, когда ощутила, что она перестала меня целовать и выпрямилась. В следующие секунды ничего не происходило, и как только я подняла голову, чтобы посмотреть на нее, стек приземлился на внутреннюю сторону бедра. Слишком близко. Слишком близко. Второй и третий удары были хлесткими и шли друг за другом без какой-либо паузы. Я сжала зубы и громко застонала, когда она пальцами левой провела по клитору. Я закатила глаза и сильнее вцепилась в прутья, когда она вошла в меня. Оргазм был так близко, я его чувствовала... И она вытащила пальцы. Я застонала и запрокинула голову назад. — Пожалуйста, — вышло жалобнее и отчаяннее, чем я намеревалась, но меня уже ничего не волновало. Я просто стала ждать очередного удара. Боль и возбуждение - хороший вечер пятницы. — Фак, Белла! — закричала я, выгибаясь, почувствовав ее губы на клиторе. — Белла! — сначала я услышала звон цепей и только потом едва сообразила, что я снова пыталась освободиться. Я хотела положить руки на ее голову и, удерживая, объездить ее лицо. Я хотела наконец кончить. Она вошла в меня двумя пальцами, и я даже не успела застонать, как с удивлением и некой растерянностью заметила, что кончаю. Оргазм прошелся по телу, оставляя глухой звон в голове и невероятную слабость в теле. — Люблю тебя, — Белла чмокнула меня в пересохшие губы и, подтянувшись, стала расстегивать наручники. — И я, — прошептала я, с трудом шевеля губами, — тебя. Запястья болели, но было неважно. Я уже обнимала Беллу, которая лежала на мне и тяжело дышала. — Стеком по бедру? Грязный ход, — смогла выговорить я спустя пару минут. — Тебе нравится, — усмехнулась Белла мне в шею и поцеловала. — Да, нравится, — я улыбнулась, закрыв глаза, и сильнее сжала Беллу в объятиях.