Зов на Рождество

ТАРДИС молчит. Ни гула двигателя, ни признаков телепатии. Ничего. Словно она выжидает чего то нового. Того что вдохнет в нее жизнь. Она умирала. Последние пару часов, умирала. Она внутри. Появилась в дверях рождественским призраком, с россыпью тающих снежинок в светлых волосах. С теплым огнем в карих глазах, согревающим теплом камина в Рождественский холодный вечер. Неправильно. Или? Правильно. Здесь и сейчас. Может мне так сильно хотелось верить в рождественское чудо? Или в неё? Я всегда верил в неё…Когда появилась эта вера? Когда я родился? Когда умер впервые? Когда умирал последний раз на ее глазах? Кажется она всегда была со мной. Чушь какая то… Или? – «Я могла бы тебя ненавидеть, знаешь?» – сжимаю звуковую отвертку за спиной, и она предательски жужжит, оповещая о проделанных мной действиях. Но мне уже не важно, что скажет мой излюбленный и всегда такой верный гаджет. Ее голос. Это точно её голос. – «Знаю…» – ну и где вся твоя бравада и бесконечно длинный язык, когда он так нужен? Неужели это все что ты можешь сказать ей? В конце концов, сколько времени прошло? Сколько попыток умереть в очередной битве ты предпринимал? И это все на что ты способен перед ней? – «Выглядишь уставшим…» Она двигается мягко и легко, словно плывет по железным стонущим под её ногами решеткам. ТАРДИС наконец издает стон. Один. Короткий. Она хмыкнула? Чувство юмора у старушки конечно порой достаточно жестокое. Мои ноги приросли к полу, в паре сантиметров от рычагов на консоли. Я могу нажать на один из них, и тут же исчезнуть в воронке времени. Исчезнуть вместе с ней на борту. Украсть Роуз Тайлер у всего мира. Поддаться мимолетной истерии и просто выкрасть это создании у самого времени. Могу? Мог бы…Что меня остановит? – «Выдались несколько тяжелых сотен лет…Вселенная не ждет и не останавливается, знаешь?» – мой собственный голос, звучит сдавленно и совсем не по родному. Словно я пытаюсь кричать сквозь толщу воды. Она смотрит на меня слишком правильно. Слишком как Роуз Тайлер, и я тихо выдыхаю, почти решив опустить глаза в пол. Тяжелее чем я думал. Все это намного тяжелее чем я себе представлял. Но все же я смотрю. Прямо и беззастенчиво. Даже чуточку нагло. Мой взгляд борется с её, и кажется она выигрывает. – «Знаю конечно…Разве она сможет отпустить тебя на покой когда нибудь…» – полуулыбка на её таком молодом лице, заставляет меня нервно усмехнуться. Слишком молода. Из какого времени? Из какой Вселенной? – «Кто ты?» – больно. Ей больно от этого вопроса. Мне больнее. Вера конечно дело благородное, и я даже мог бы поддаться соблазну поверить что она настоящая. Но…Для Доктора всегда есть НО. – «Ты мне скажи… Ты просканировал меня уже трижды…» – усмехнулась и даже искренне улыбнулась. Странный эффект для моего слишком старого разума. Я теряю нить собственных рассуждений, когда она так улыбается. Терял…Раньше…Теряю и сейчас. Буду терять? Заметно исхудавшая фигурка в черной водолазке, так бесстыдно подходящей ей, и черных джинсах, опять же, это слишком её, приближается к консоли. Не ко мне. Расстояние. Дистанция. Пропасть. Как чужие. Родные чужие люди. Не люди. Я точно не человек. Хотя…Рядом с ней. Человечнее меня сложно представить. Опускает ресницы, вдыхая терпкий поток воздуха, в перемешку с машинным маслом и пылью, сквозь приоткрытый рот. Эти губы. Эти губы мне снились. Или привиделись? Не знаю. Как давно я не ложится спать? Не помню. Последнее время сон не был уж так необходим. И снова эта полуулыбка. Взрослее чем кажется. Намного. Много. Много веков взрослее. – «Роуз Марион Тайлер. Человек.» – выдыхаю вердикт в пространство комнаты управления и жду её следующей реплики. Вопреки ожиданиям я не знаю что она скажет. – «И всё? – слегка приподнимает бровь в подобии удивления, но по пляшущим искоркам в её карих глубоких, почти черных, в тусклом освещении умирающей ТАРДИС глазах, я ловлю понимание и иронию. Она знает что не всё. – Так значит с этим разобрались…?» – «Откуда ты?» – попытка сделать крошечный шаг на встречу проваливается с треском. Не могу. Моё тело статично. А разум давным-давно окутал её мягкое такое теплое тело объятиями. Если быть до конца честным с самим собой, что достаточно сложно в последнее время, то это произошло как только она коснулась своими острыми каблучками пола ТАРДИС. – «Из настоящего. – словно задумавшись поднимает взгляд к потолку, указательный пальчик с непривычно острым ногтем такого же черного цвета как и её водолазка, взлетает вверх к подбородку. Хорошая актерская игра. Отличная на мой вкус. – Моё настоящее. Твое настоящее. Все что есть настоящее.» – «Этого не может быть…» – как мантра. Как единственное что ещё удерживает меня на ногах. Самая противоречивая моя фразочка, самая настоящая во всем безумии Вселенной. Может быть. Все может быть. К своей тысячи лет мог бы и смирится с уже определившимися догмами. – «Ты и сам знаешь что может.» – выдох. Грудь обтянутая черной (Черт возьми, давно ли я стал так восприимчив к женскому телу?) тканью водолазки, мягко опускается. Тонкие пальчики касаются приборной панели, и именно сейчас я боюсь. Я боюсь её. Новое, новое и странное ощущение, заставляет сердца разбежаться в разных ритмах. Одно пропускает удар, выбивая воздух из легких, другое пропускает удар дважды и обходная система дыхания дает сбой. Из кончиков пальцев словно звездопад сыплется золотая пыль, и несколько кораллов на стенах старушки пропускают дрожь. Вибрация. Едва заметная и едва слышимая. Но она была. Она снова улыбается, но подбородок дрогнул, и профиль её лица становится жестче и мягче одновременно. Словно скульптор лепит её облик прямо сейчас, и все еще не определился, какую эмоцию хочет изобразить. – «Что ты делаешь?» – какое то из этих слов я явно проглотил. Не уверен что вообще сказал это вслух. Глаза не отрываясь следят за медленными, тягучими движениями пальчиков по панели моей машины времени, и я не могу оторваться. Хотел бы не смотреть, но не могу. – «Здесь? Или сейчас?» – её вопрос застает врасплох. Загадочная и такая далекая. Такая родная и необходимая. Настоящая, теплая, вселяющая надежду и разочарование, смертная и бессмертная, вечная…Вечная, как дыхание времени на моем затылке. – «Оба вопроса правильные. Если ты Роуз, то должна объясниться. Разве нет?» – прищуриваюсь, пытаясь уловить фальшь в ней. Во внешности, во взгляде, в движениях, в чем угодно. Но фальши нет. Есть только Роуз Тайлер. Бесконечная и поглощающая меня всего Роуз. – «Я тебе ничего не должна Доктор...» – каждое слово как чеканная монета с истершимся орлом и решкой. Грубо. Горько. Пропускаю вдох. ТАРДИС стонет под очередным движением пальчиков. Золотые искры в перемешку с пылью, звездами и всеми известными галактиками проникают глубже. В саму суть машины. В её сердце. Пронизывают все её существование. Роуз молчит. Губы дрогнули в попытке снова заговорить, но так и не продолжили предложение. А оно не закончено. Могу поклясться всеми своими знаниями, она ещё не закончила. – «Однако ты здесь…Я жду объяснений или хотя бы…» – моё личное рождественское приведение не дает мне договорить, обрывая на полуслове острым, как меч одного из тех рыцарей, что я встретил накануне, взглядом. Ох…Этот взгляд мне знаком. Ещё бы. Я встречаюсь с ним почти ежедневно, когда набираюсь смелости взглянуть в зеркало. Смелость и трусость во мне вечные спутники не расцепляющие рук. Как и мы когда то. Как ты и я, Роуз. Помнишь? Хотя бы объятий…Это все что я хотел сказать. Что она не позволила мне сказать. – «Я ничего тебе не должна… – цедит слова, не отрывая темного взгляда от моего лица. И я дрогнул. Она могла бы меня ненавидеть. Не могла. Только не она. Но я заслужил. – Все что я должна была, я уже сделала. Все твои приказы, я уже выполнила. Как хорошая девочка, как отличный солдат. Я прожила жизнь которую ты от меня требовал, так что да… – выпрямляет спину, слегка поддавшись вперед, с метнувшимся в мою грудь указательным пальчиком, к которому так нечестно и не уместно тут же тянутся оба сердца, грозя разорвать плоть и ткань пиджака. – Я ничего тебе не должна, Доктор.» Не замечаю как расстояние неумолимо сокращается, пока её тело движется возле панели управления как по орбите. Ближе. Теперь всё ближе. Лицо, руки, гибкое и слишком теплое и живое тело, глаза, аромат темного чая и спелых яблок. Зеленых яблок. Как та трава под нами. Яблочная трава, мой плащ, твоя улыбка и золотые волосы так и норовящие закрыть твое лицо от моего взгляда. Ты помнишь, Роуз? Помнишь ту траву и ветер? То чувство свободы и счастья? Я помню…Хоть и пытался сжечь эти воспоминания. Испепелить в чертогах разума, вывести как пятно на белоснежной рубашке, разбить как хрупкое стекло молотом, слишком тяжелым для моих уставших рук. Я так сильно пытался, Роуз. Так неистово желал. Тебя. Нас. И забыть. И помнить. Запутался. – «Ненавидишь? За попытку подарить счастье? Или за ошибку в выборе? За то что встретились? За то что прощались? За что? За что конкретно, Роуз? Мне нужны факты. Ты же знаешь…Я не так уж хорош во всем этом…Человеческом…» – последнее слово прозвучало слишком ехидно, слишком пренебрежительно, словно смрад свалки с отходами резко ударил в нос. Ох…Как же неправильно и не обдумано. Подвержен эмоциям. Рядом с ней, сильно подвержен своим собственный чувствам. Злюсь? В ярости? Не понимаю. Просто не понимаю. Ведь я правда пытался. – «Счастье…Подарок…Щедрый, щедрый Доктор… – слова льются из неё, неукротимой рекой. Шелестят на губах, иронично, саркастично, слишком плавно и явно. Расстояние не то что сокращается, оно тонет между нами. Между телами которым необходимо дать быть рядом. Необходимо прикоснуться, дотронутся, обнять, оплести руками как лианами, застыть в подобии объятий перед смертью. В чем то, что позволит хоть самую малость утолить жажду и голод. Убить боль в самом её зачатке, отрубить голову злой судьбе, заставить молить о пощаде саму старушку Вселенную. – Не помню что бы просила о таком подарке Санту в своих письмах. Но ты же Доктор! Тебе виднее. Ты знаешь больше, лучше, правильнее, все вокруг слишком глупы, что бы разгадать твой великий замысел…» Каким богам мне следует молиться, что бы она замолчала? Кого бы конкретного вспомнить, или сразу всей плеяде? Кому послать призыв о помощи? Может заткнуть уши? Начать слишком фальшиво и громко петь одну из последних пришедших на ум опер? Что сделать что бы не слышать в этом через чур любимом голосе, разрывающую на атомы злость? Через край, слишком много, не вынести, не удержать. Я слабее чем хочу казаться, и неугомонный, щекочущий внутренности голосок, напоминает об этом. И ещё о том, что она знает. Она всегда знает. Она всё знает. – «Я хотя бы попробовал…Ради тебя, ради него, ради твоего же блага. Разве попытку нельзя засчитать?» – теперь когда кончик ее носа почти соприкасается с моим собственным, я вижу россыпь созвездий в ее глазах. Золотыми переливами, накатывающими волнами, перед забвенным цунами, ветром всех временных линий, штормом рвущимся наружу, засасывающим внутрь все живое и неживое что попадается на его пути. Время и пространство гуляющее в ней. Так по хозяйски и так честно и правильно. Последние пару минут, я слишком много думаю о правильном. Хаотичные мысли. Несвязные. И это всегда было в моей голове? Как я вообще выжил осознавая всю эту тяжесть? И легкость, и бездну… – «Засчитана.» – смеривает меня взглядом, непростительно заострив внимание на моих слегка дернувшихся ей навстречу губах. Децисекунда. Но она была. Ооо…Она была. Дуновение ветерка с примесью яблок щекочет ноздри, когда она резко разворачивается на своих каблучках. Острые. Высокие. Не достаточно высокие. Даже сейчас не может сравниться со мной в росте. Зачем то улыбаюсь этой мысли. Маленькая и хрупкая. Человечная Роуз Тайлер. И мне понравилось быть выше её, понравилось как ей пришлось запрокинуть голову что бы дотянутся до моих глаз. Я в восторге. Дикий табун лошадей пробежался под ребрами и снова бредовая улыбка. Хорошо, что она сейчас не видит. Хорошо. Да, определено хорошо. Я потерял её из виду, скрылась за колонной, на противоположной стороне. И только по ещё нескольким почти рыкам ТАРДИС, могу понять что она продолжает. Продолжает дарить жизнь моей старушке. Продолжает касаться её так нежно и трепетно, что я слегка ревную. Завидую? Кому из этих двоих? – «Он прожил замечательную, удивительную жизнь, если тебе конечно интересно…» – её голос смягчился. Словно она обдумала что то, пока была скрыта от моего взгляда. Мелкая дрожь пробежала по позвоночнику теряясь в волосах. Даже кончики этих взъерошенных в очередной раз волос, почувствовали нежность с которой она говорит о нем. О том другом. О том кто так похож на меня самого. О том которому посчастливилось быть рядом с ней. Ненавижу его. Или нет? Не знаю, ещё не понял. – «Прожил? Значит теперь он…?» – не могу решится на последнее слово. Последнее, которое поставит точку в этой “счастливой” жизни Роуз Тайлер и моего двойника. Остатки рассудительности и более менее логичного мышления прорываются сквозь пелену её присутствия. Что то не сходится..Не получается… – «Теперь он нашел покой. Не теперь конечно. Много лет назад. Но все же. Он умер… – ее голос оборвался, но она быстро взяла себя в руки. Прокашлявшись, и кажется поправив выбившуюся прядку волос за ухо, продолжила. – От старости. Счастливым, любимым и любящим. Он был…Добрым и честным. Он был лучшей версией себя. Как ты и хотел, Доктор.» – «Как я и хотел… – завороженно прокатываю на языке её же слова и смотрю в одну точку. Маленькая зеленая, ничем не примечательная кнопка на приборной панели. Мигает, словно веселясь от всего происходящего, и только сейчас я понимаю, что моя старушка оживает. Вибрирует, стонет, кряхтит, и жалобно призывает нас обратить на неё внимание. – А как хотела ты, Роуз?» Белокурые волосы, покачиваясь в ритм её движений, появляются из за колонны и удивленный взгляд скользит сначала по моему лицу, затем по вороту рубашки, затем снова возвращается к лицу. Может она тоже пытается понять, реальна ли эта встреча? – «А тебя это правда волнует?» – наклоняет голову и продолжает искать на мне что то только ей известное. – «Я всегда волновался за тебя Роуз! С первой встречи.» – попытался придать голосу твердость. Вроде вышло. В конце концов я старше. Давно я не применял на ней свой наставнический голос. Брови на прекрасном, нет, идеальном лице, взлетают вверх, и мне до ужаса хочется улыбнуться. Нет. Не сейчас. Я выдержу. – «Даже когда оседлал Артура, и влетел в восемнадцатый век, как рыцарь на белом коне?» – дразнится. Почти улыбнулась, но так же как и я, старается держать лицо. Ощущение, что мы находим ритм. Только нам одним известный ритм. Извечный ритм. Доктор и Роуз Тайлер. – «Оу, так ты здесь для того что бы припомнить мне все грехи? Правосудие в лице бывшей спутницы?» – собственный эгоизм и чувство правоты восстает во мне одной не такой уж и высокой волной. Тут же сдаваясь под натиском её глаз. Она точно хочет улыбнуться. Я вижу тебя насквозь, Роуз. Я вижу даже дергающуюся от ритма твоего сердца венку на твоей шее, так мило оголившуюся приспущенным воротом водолазки. – «Все свои грехи ты и так знаешь. Мусолишь их как конфеты изо дня в день. Я здесь не для этого.» – дергает плечиком, сменив гнев на милость. И снова плавная походка вокруг панели управления, заставляет меня следить за каждым её движением. Черная кошка в темной комнате. Гибкое, идеальное создание, само себе на уме, не терпящее приказов и невнимания. Золотые глаза сверкают в полумраке, все ещё по чуть чуть приходящей в себя ТАРДИС. Завораживает. – «Тогда для чего? Игра затянулась, мисс Тайлер…» – прячу руки в карманах брюк, с двумя простыми целями. Первое – скрыть возникшую дрожь, от её приближения. Второе – я черт возьми, сейчас сорвусь. Просто сгребу её в охапку и прижму так что бы ребра хрустели. Мои или её, неважно. – «Игра бесконечна, Доктор. У неё нет свойства заканчиваться, теперь то я это точно знаю. Ощутила на собственной шкуре… – плутовка, почти шепчет мне в шею, заставляя волосы на затылке подрагивать от её дыхания. За моей спиной живое доказательство того, что у Доктора есть слабости. И эта слабость живая и горячая на ощупь, яблочная и скорее всего жгучая как острый перец на вкус. У слабости Доктора есть имя. Просто человечное имя, несущее в себе так много смыслов и назначений, что если задуматься, даже у Повелителя Времени закружится голова. Роуз Тайлер. Слабость Доктора. – ТАРДИС позвала меня, и я пришла. До чего ты довел старушку? Посмотри на это!» Выскакивает из за моей спины, внезапно оживившись, словно и не было секунды предыдущей. Как будто и вовсе не шептала томно в мою шею, запуская ворох мурашек по всему телу старого, измученного ТаймЛорда. Так нечестно. Вернись обратно! Прямо сейчас. Мне нужно ещё. Ещё чуточку. Может упасть на колени и умолять? Тогда эта пытка её горячим дыханием продолжиться? Тогда она задержится здесь со мной ещё на пару минут? Часов? Дней? Да что уж там, зачем я так мелочусь, на всю вечность? Все таки она обещала! Давала обещание вечности мне, и только мне. Держи себя в руках старый ты болван! – «Я не специально. – это оправдание? Хотя бы попробуй не быть таким слабым перед ней. И снова моё тело не поддается контролю. Извиняющийся взгляд тут же бросается на её почти в слух смеющееся лицо. Как будто я не только свою машину времени сломал, но и её заодно. Две сломанных и самых любимых женщины в моей жизни, прямо сейчас передо мной, и мне стыдно. Стыд это что то новенькое. Пару десятков лет его точно не было в этом теле. – Возможно я забыл подзарядиться, возможно слишком большая нагрузка после последнего прыжка.» – «Ты не давал ей передохнуть последние пять путешествий. Она измотана. Ей больно и обидно. – взгляд с укором. Щиплет. Неприятно. И снова это чувство ускользающей догадки. Её глаза. Слишком многое в них. Даже если я все еще игнорирую поток времени скользящий внутри её зрачков, я не могу игнорировать боль и тяжесть прожитых лет. Нет не двадцати трех человеческих. Точно нет. Внутри неё намного больше. Сотня! Нет, две сотни! – Она умоляла, Доктор… Стонала в муках и слезах. Звала на помощь…» И разговор сейчас не только о моей старушке. В каждом её слове горечь и боль обиды. В каждом движении пухлых розовых губ, невыплаканные слезы. Ох, моя Роуз. Моя Защитница Земли. Мой Злой Волк, не причинявший боли своей обладательнице. – «Мне жаль… – сглатываю ком подступивший к горлу, несущий за собой раскаяние и нежелание быть таким жестоким к этому миру. К ТАРДИС. К Роуз. – Как мне все исправить?» И снова разговор вовсе не о ТАРДИС, теперь уже расслаблено мурлыкающей под прикосновениями Злого Волка. Её дитя вернулось и исправило все допущенные мной ошибки. Сейчас старушка лишь подслушивает нас, затаившись в стенах и предвкушая развязку встречи двух пропавших. Двух потерянных и запутавшихся почти людей. – «А ты правда хочешь этого? – приближается, прищурившись и покусывая нижнюю губу, старое движение из прошлого. Старое движение рождающее новые ощущения. – Исправить, я имею ввиду…» – «Ты так и не сказала чего хочешь ты Роуз?» – мы забыли что значит расстояние. Ни одна формула, ни одно мало мальски правильное объяснение сейчас нам о нем не напомнит. Нет никаких правил. Границ тоже нет. Позволила мне коснуться её руки. Застыла в ожидании, рассматривая лацканы пиджака. Каким же тесным и тяжелым он мне сейчас кажется. Будто бы неправильно что на мне столько слоев одежды. – «Много чего…Нет правильного ответа на этот вопрос, Доктор.» – она смакует знакомое ей имя, не переставая упоминать его вслух. Скучала. Подушечками пальцев провожу линию по её безымянному пальчику. Осмелел. Позволяет, не отходит, не убирает руку. Эйфория окутывает все моё древнее существо, заставляя подумать, что я мог бы позволить себе немного большее. Вторая рука сама поднимается выше, касаясь скулы. Мягкая, бархатная. Лишь кончики пальцев, не могу решится и осмелиться. Эйфория отступает, стоит заметить вспыхнувший золотой вихрь в глазах. Золотые нити под моими пальцами, в месте соприкосновения на её коже. Тепло. – «Тебе больно?» – завороженно слежу глазами за линиями золота, под собственными пальцами, окутывающих каждое моё движение по её лицу. Словно вихрь только и ждал когда я дотронусь до неё. Будто верный пес ожидающий хозяина дома, виляющий хвостом стоит ему переступить порог. Переступить черту дозволенных касаний в нашем случае. – «Нет.» – дрожащие губы, прикрытые глаза. Она сама это делает? Это она позволяет мне касаться вихря? – «Оно убивает тебя?» – вся ладонь ложится на её щеку, тут же покрывшуюся розовым едва заметным румянцем. Только не для меня. Я все вижу, все замечаю. Пальцы путаются в волосах, цепляют краешек губ. Легкий стон, заставляет ТАРДИС вновь завибрировать. Кажется старушка только этого и ждала. Извращенка. – «Оно не может убить меня. Я даю ему жизнь.» – открывает глаза, как будто только сейчас пробудившись от долгого сна. Ресницы дрожат, испуганный, виноватый взгляд, никак не вяжется со всей её новой, такой манящей силой и красотой. Жалеет? Не хотела подпускать так близко, поддалась слабости? Крайне важная догадка скребется где то в подвальных помещениях великого и ужасного разума Повелителя Времени. Догадка никогда даже не рассматриваемая, один раз всплывшая и тут же загнанная куда то в самые дальние и темные углы. Но сейчас, кажется именно эта самая невозможная из всех невозможных мысль – самая правильная. Ох, как я был глуп! – «Ты создала Злого Волка… – выдыхаю в её лицо, не упрек, нет, восхищение. – Роуз Тайлер может существовать без Волка, но Волк без Роуз Тайлер…» – «Умный, умный Доктор… – улыбается этой своей обворожительной по детски улыбкой, и ведь знает что я не могу устоять перед ней. Наверняка чувствует как подгибаются мои колени. – У тебя ушло на это больше времени, чем я думала…Хотя… – льнет к моей ладони щекой, ну точно кошка, ищущая ласки. И внутри все сгорает. В диком пламени, такой же дикой надежды. Вселенная сжалилась над вечным её скитальцем? Подарила ему возможность на счастье? – У меня ушло на осознание примерно лет двести…У тебя чуть дольше, но твое лицо сейчас… – заливается смехом, запрокинув голову, и поглаживая своей ладошкой мою грудь. Сердца сходят со своих мест, так и норовя оказаться в её ладошках, преподнесенные на золотом блюдечке, как дар вечному, не стихающему чувству. – Ох, оно того стоило…» Теплые, мягкие губы, никакого острого перца, лишь тонкие нотки вишни, времени и пространства, и стойкое ощущение вечности. Почти наивный поцелуй, почти подростковый, один из тех детских, когда кажется что лишнее движение обернется смертью для кого то из вас. Когда ещё может казаться что носы мешают целоваться. Она отстраняется первой, и я слышу на подсознательном уровне свой собственный разочарованный стон. И снова мысли. Ненужные и такие бессмысленные сейчас, но мой язык оказывается быстрее здравого смысла и я все же выпаливаю в неуверенности первое что приходит на ум. – «Д-д-двести?» – звонкий смех сменяется, милым хрюканьем и я почти визжу от восторга. Моя неповторимая, моя необыкновенная. Моя. Моя Роуз Тайлер. – «Что такое? Слишком стара для тебя?» – озорные огоньки приходят на смену временному вихрю в её медовых, дарящих покой и умиротворение глазах. Кончик языка выглядывает из приоткрытых губ. Прошлое переплетается с настоящим и будущим, вплетая нас в свою историю, и я чувствую это. Вижу. Ощущаю. Тону в новых открытых возможностях. В новых надеждах и новых победах. – «Не надейся, наша разница в возрасте… – не дает договорить и снова поцелуй. Нежнее. Волнующе, и трепетно. В этот раз будет сложнее оторваться от сладких губ. – Все равно огромная… – выдох, лишь для того что бы снова поцеловать. Лишь мимолетный, набрать воздуха и прильнуть обратно. – Джеки все равно не одобрила бы…» – «Мама давно уже все одобрила… Просто тебе не говорила…» – её смех возле губ, щекочет и рождает мой собственный тихий смешок. У меня ещё куча вопросов, если честно я бы устроил ей настоящий допрос, в тесной комнате, в тусклом освещении, возможно без лишних слоев одежды. Возможно привязанную. Надо бы немного умерить пыл, слишком много для первого раза. Но удивительные, поражающие сознание своей яркостью картинки мелькают перед прикрытыми веками и я уже почти тяну её в сторону спальни. Любой на самом деле спальни, какая разница вообще? Вовремя одернув порывы, такие человеческие, что даже страшно, остаюсь на месте, лишь бросив беглый взгляд на панель управления, уже полностью очнувшейся ТАРДИС. – «Как на счет путешествия? Смотри, Роуз Тайлер, предлагаю лишь один раз…» – «Врешь самому себе, как же это в твоем духе… – все ещё посмеивается, отстраняется и прислоняется к панели управления перекрыв мне несколько, кстати нужных для перемещения рычагов. – На моей памяти это уже третье твое приглашение, кто знает сколько ещё тебе придется меня об этом просить…» – «Нууу…Технически это последний раз, я же предлагаю тебе путешествие в вечность…Я видимо не так выразился…Ты же обещала мне, помнишь?» – её талия идеально ложится в ладони, так же как и её руки. Что еще в нас есть столько же идеально созданного друг для друга? Надо выяснить… – «Припоминаю… – теплые ручки блуждают по моей шее, нащупывают венку пульсирующую двойным пульсом. Приятно. Как будто я делюсь с ней чем то личным, чем то сокровенным. Собственной жизнью. – И я сдерживаю все свои обещания… – отталкивается от панели, и проскользнув под моей рукой, так и оставшейся в воздухе, перебегает к пульту для ввода координат. Она…Она…Идеальная… – В отличии от некоторых…» – «О! И все же мне придется покаяться за все свои грехи перед вами мисс Тайлер…» – язычок между зубами, пальчики так ловко скользящие по приборной панели, словно она и не исчезала отсюда на эти долгие двести лет. Смеюсь, представляя все свои будущие попытки вымолить перед этой невероятной женщиной прощение и рву рычаг на себя, заставляя старушку ТАРДИС самодовольно загудеть.