Камертон

Мик довольно откинулся спиной на стену, к которой примыкала кровать Фуми. Наконец-то они посмотрят нормальное кино, а именно — комедию-боевик с легендарным каратистом в главной роли, которую предложил, конечно же, Мик, а не артхаусное нечто на 3 с половиной часа, предложенное Фуми. Впрочем, глубоко внутри Мику было неважно, что смотреть, пока рядом была она. Да, они могли часами спорить о вкусах в кинематографе, но на деле, само присутствие Фуми, само нахождение в такой близости к ней, будоражило чувства Ямады куда больше, чем любой остросюжетный фильм. Подумать только - герой и злодейка вместе проводят вечер пятницы, словно это что-то совершенно обыденное и простое. Днем нашлась бы тысяча причин, по которой им захотелось бы начистить друг другу морды, но ночью... Ночью настроение необъяснимо менялось, и он чувствовал это сегодня как никогда раньше. В последнее время они все чаще были вместе. Мик то и дело находил поводы увидеться, а Фуми, кажется, охотно верила в его поверхностные отмазки и не задавала лишних вопросов. Однако, несмотря на внешнюю непринужденность, напряжение висело в воздухе всякий раз, когда они пересекались взглядами, или случайно касались друг друга, и тут же, соря извинениями, отдалялись. Взгляд Хизаши был устремлен на белоснежные волосы Ширатори, едва достигавшие линий ее изящных, худых плеч. Свет от экрана то и дело придавал им мягкие, пастельные оттенки разных цветов... — Что? — Фуми вдруг нервно озирнулась, встретившись взглядами с Миком. — Что? — попытался отыграться он, в надежде притвориться невинным. — Долго еще на меня пялиться будешь? — как всегда грубовато поинтересовалась она. На лице Мика мелькнула добродушная усмешка; что-то в этом вопросе, в этой реакции Ширатори было абсолютно очаровательным. В ее голосе на этот раз практически не было злобы, отчего она звучала скорее обеспокоенной. — Chill out! Будто тебе неприятно, hey? — ехидно откликнулся Мик и улыбнулся. Это была та самая самодовольная, сияющая улыбка, за которой он скрывался всякий раз, когда тревожился. — Еще одно слово, и я выкину тебя с балкона. — Фуми повернулась и теперь уже смотрела ему прямо в глаза. В полутьме комнаты она выглядела как дикая кошка, готовая броситься. Ее теплое, размеренное дыхание касалось его кожи... — Не выкинешь. — он попытался сдерзить, но голос вышел слишком мягким. Герой голоса, не способный совладать со своей причудой? How embarrassing. На секунду Мику показалось, будто он вот-вот отхватит от девушки леща за такую наглость. Но вместо этого Ширатори приблизилась и сократила между ними дистанцию в осторожном поцелуе. "Как тебя понимать, woman?!..." подумалось Ямаде, и он ощутил, как ритм его сердца учащается, как BPM на лучших тусовках, где он только диджеил. От эффекта, который на него имела Фуми, не спасал ни опыт геройской работы, ни многочисленные выступления на сцене, ни даже опыт с предыдущими партнерами. Ей было свойственно все делать совершенно не так, как он ожидал, словно она протестовала против самой попытки быть понятой. Должно быть, именно этим она была так пленительна — такому отшибленному, как он, нужна такая отшибленная, как она. Его ладонь осторожно коснулась щеки Фуми. Они никогда прежде не были настолько близко, и ощущение тепла от ее смуглой кожи, невесомость жестковатых от осветлителя прядок — все это было безумной фантазией, которая во мгновение стала... Реальной? Мик осторожно углубил поцелуй. Больше всего на свете он боялся спугнуть этот волшебный момент, но все внутри него кричало — "БУДЬ НАСТОЙЧИВЕЕ, GODDAMMIT!". Хизаши хотел, чтобы она знала, обязательно знала, что дорога ему — и если говорить это вслух запрещено, он даст ей знать без слов. Другого такого момента могло попросту не представиться: утром они вновь встанут по разные стороны закона, Фуми опять ускользнет от него и исчезнет с радаров, и как знать — может, в очередной раз оттолкнет его, только в этот раз — навсегда. — Прости, мне не стоило... — пробормотала Фуми, отстраняясь. — Wait-wait, погоди. Наконец она снова подняла на него глаза; Хизаши показалось, что он увидел, как легкая печаль мелькнула на ее лице. Линии напряженных тонких бровей, подрагивающие пальцы, теребящие край одеяла — он видел ее такой крайне редко. — Фуми, — он коснулся лбом ее лба, — Ты тоже это почувствовала? Она кивнула, словно сознавалась в преступлении, и снова опустила взгляд. — Я же знаю, что нельзя, я не хочу, чтобы из-за меня ты... — ее голос сорвался на шепот, словно за ними следили здесь и сейчас. — Эй, — Ямада прервал ее на полуслове, и его теплый взгляд устремился в ее серебристые глаза. — Ты же не думаешь, что я отвечаю перед геройской комиссией за все, что делаю по ночам? — Я думала, федералы всегда держат над вами свечу? — Фуми криво усмехнулась, и он почувствовал, как девушка наконец немного расслабилась. — Поверь, у меня бы уже не было работы, — улыбнулся он. Хизаши не мог перестать смотреть на нее, и его взгляд то и дело останавливался на ее губах. Он вновь наклонился к ней, растягивая каждый момент, давая ей шанс отстраниться. Его дыхание сперло от напряжения. Но Фуми осталась на месте, замершая, словно ожидавшая его решения. Хизаши вновь прильнул к ее губам и почувствовал, как она дрожа выдыхает. Его ладони нашли ее талию и мягко притянули к себе. Руки Фуми скользнули вверх по его груди, коснулись плеч, и Хизаши почувствовал, как мурашки бегут по коже, когда тонкие пальцы девушки коснулись его шеи. Эпицентр его причуды, его мощного голоса, Мик оберегал горло от любых прикосновений — и оттого оно было невероятно чувствительным. Фуми отстранилась, и в ее глазах мелькнул коварный огонек. Мик знал это выражение очень хорошо, любовался им в сражениях, но прямо сейчас, на расстоянии вдоха, внимательный взгляд злодейки пронзал его насквозь. — Ты вздрогнул, — обратила внимание Ширатори. — Нет, просто... — разгорающееся желание смешалось с тревогой в душе Хизаши. Но девушка не дала ему договорить, и Мик закусил губу, ощущая, как она в поцелуе касается его челюсти и медленно спускается ниже. — Лучше не делай этого, babe, — пробормотал он. — А то что? В полумраке спальни Фуми глядела ему прямо в глаза, глядела с вызовом и игривым любопытством. — А то я не остановлюсь. В следующее мгновение мягкие губы девушки коснулись его шеи. Из груди Хизаши вырвался предательски дрожащий выдох, и он откинул голову назад, подпуская ее ближе. Это была точка невозврата. Фуми оставляла на его коже поцелуи и мягкие укусы, и с каждым прикосновением ладони Хизаши все выше поднимались по ее талии. Его пальцы коснулись края ее облегающего топа и задержались на этой границе, словно ожидая разрешения. Когда губы Фуми и Хизаши вновь встретились в поцелуе, мужчина почувствовал, как с каждой секундой их осторожность уходит на второй план. Легким движением он притянул девушку к себе, и та последовала, усевшись бедрами ему на колени. Как и многие разы до этого, они были лицом к лицу, но теперь — невозможно близко. Ямада кусал ее припухшие от поцелуев губы и жадно вдыхал ее манящий запах. Не в силах больше сдерживаться, его пальцы скользнули под ее топ, и Фуми дрожа выдохнула, заставляя его улыбнуться в поцелуй. Стало быть, 1:1. Касания Хизаши поднимались выше по ее ребрам, и каждый миллиметр мягкой, бархатистой кожи злодейки дурманил его все сильнее. Наконец, подушечки его пальцев осторожно прикоснулись к ее соскам. Твердые, маленькие, они были просто прекрасны на ощупь, и Ямада чувствовал, как от каждого прикосновения все сильнее было его желание. Как долго он, не сознаваясь сам себе, мечтал об этом — боди, в котором щеголяла Астро, будоражил его воображение, и иногда переливающаяся ткань выдавала очертания ее сосков. — Можно? — Мик на мгновение прервал поцелуй, и голос его прозвучал низким и полным желания. Ширатори беззвучно кивнула, и Ямада мягким движением поднял ее топ, обнажая голую грудь. На секунду дыхание Хизаши перехватило, и внутренний голос, неугомонный комментатор, тут же поспешил уколоть его — "come on man, мнешься, как школьник..." Небольшая, упругая грудь, мягкая кожа, и... Металлические шарики, по два на каждый сосок, поблескивающие в полумраке. Господи, как же прекрасно. Если бы Мику пришлось признаться честно, он уже давно приметил эту особенность, но наконец увидеть ее было невероятным блаженством. Ямада коснулся кончиком языка большого пальца, смочив его, и нежно притронулся к одному соску. Прикосновение заставило Фуми содрогнуться, но она явно постаралась не подать виду и лишь откинула плечи назад, отводя взгляд куда-то в сторону. Губы Мика накрыли ее сосок, и мужчина почувствовал, как пальцы Фуми вплелись в его собранные в пучок волосы. Он положил ладонь на грудь девушки и мягко сжал, и Ширатори часто задышала, пряча взгляд под ресницами, закусывая губу, словно это была провокация, на которую она не собиралась поддаваться. Ямада вновь провел языком по груди, пробуя ее на вкус, и особенно задержался на металлических шариках. Медленно, растягивая каждый момент, он поднимался выше, целуя грудь, затем ключицы, и наконец шею. Его пальцы нежно массировали соски девушки, сжимали грудь, касались ребер и плоского живота. Хизаши хотелось исследовать ее всю, каждый сантиметр ее карамельной кожи. Он прикусил нежную кожу ее шеи, и Фуми отклонила голову, позволяя ему приблизиться. Это маленькое движение значило так много для него — она хотела этого, даже если пыталась скрыть, и эта игра его чертовски заводила. Ямада чувствовал, как узкие бедра Фуми упирались в его пах, и как с каждой минутой его возбуждение росло, сдерживаемое жесткой тканью джинс. Когда их губы вновь соприкоснулись в оголодавшем поцелуе, Ширатори двинула бедрами, и ладони Мика инстинктивно опустились вниз, сжимая их, притягивая ближе к себе. Теплые ладони Фуми скользнули ниже, вновь прикоснулись к шее Хизаши, и ее ногти в дразнящем движении прошлись вниз по его шее. С уст Мика сорвался стон, и он почувствовал, как Фуми улыбается в поцелуе. Этого было достаточно, чтобы желание взяло верх. Быстрым движением Ямада схватил девушку и уложил ее на кровать, подминая под себя. На мгновение он замер. В тусклом свете ламп и давно забытого экрана ТВ она выглядела нежной, ее белоснежные волосы струились по подушке и плечам, а искрящийся взгляд был устремлен прямо ему в глаза, а то и в самую душу. "Милая..." Склонившись, он мягко коснулся лбом ее лба, а затем ласково — удивительно для себя самого — поцеловал ее в щеку и в уголок губ. — Ты уверена? — прошептал он. Хизаши показалось, будто этот простой вопрос удивил Фуми. На секунду ее привычно холодный, внимательный взгляд вдруг изменился и сделался... Нежным? — Тебе это важно? — негромко спросила она, обнимая его за плечи. — Глупая, — Хизаши уткнулся лицом в ее шею и добродушно усмехнулся. — Конечно, мне важно. — Сам ты дурак! — возмущенно отозвалась Ширатори и пихнула его в плечо. Она самодовольно хмыкнула и ее пальцы скользнули по плечам ниже, к его лопаткам. — Дать тебе — самый тупой поступок в моей жизни, — промурчала она, вновь сделавшись привычной, наглой собой, — Но я в настроении творить глупости. — Да? — улыбнулся он, глядя ей в глаза. — Да, — выдохнула Фуми, и их губы вновь соприкоснулись в поцелуе. Ладони девушки коснулись разгоряченной кожи под его футболкой и потянули ткань наверх. Быстрым движением Хизаши покорно снял с себя майку и бездумно швырнул на пол. Ощущение, как пальцы Фуми прикасаются к ее ребрам и животу, кружило ему голову. Он небрежно схватился за ткань ее шорт и стянул их вниз вместе с нижним бельем, оголяя нежную кожу ее лобка. На мгновение он остановился, просто глядя на Астро. Ее миниатюрное телосложение, плавные волны мышц на плечах и икрах, и узкая талия, которая так и манила взяться и притянуть ближе, — Фуми была прекрасна, будто шедевр талантливого скульптора, а Хизаши — редкий счастливчик, которому повезло увидеть такое произведение искусства вблизи. Он вновь склонился над ней, осыпая ее шею и ключицы поцелуями, растворяясь в ней без остатка. Его пальцы осторожно легли на ее лобок и спустились ниже. Когда они коснулись нежной кожи влагалища, Мик невольно выдохнул в поцелуй низким, хрипловатым голосом — Фуми была безумно мокрой. Черт возьми, она хочет этого, и хочет настолько сильно, как он сам. Девушка вздрогнула от прикосновения и закусила губу, а ее пальцы потянулись к его джинсам и легли на выпирающий под тканью член, заставив Мика негромко выругаться, когда ее ладонь сжалась. Резким движением она притянула его к себе за ремень и расстегнула его, а затем медленно повела молнию вниз. Когда ее пальцы коснулись напряженной плоти через облегающие черные боксеры, Ямада не удержался и подался бедрами вперед. Наконец, девушка сорвала с него последние остатки одежды и Ямада предстал перед ней обнаженным. Как часто по жизни он обращал на себя взгляды, привлекал внимание... Что и говорить, Сущий Мик сделал карьеру из того, что в любой комнате он, без сомнений, был самым громким человеком. Тысячи взглядов, ослепляюще яркие прожекторы — ничто из этого уже давно не вызывало у него малейшей тревоги. И тем не менее, сейчас, перед Фуми, его сердце колотилось так быстро, что ему казалось, будто она непременно услышит это. Сколько было поклонников, готовых на абсурдные поступки, лишь бы Хизаши заметил их, сколько выгодных знакомств, сколько незаметных для публики, несомненно хороших девушек, с которыми он мог бы наверняка жить спокойно и мирно до конца своих дней? Но снова и снова все дороги вели его к Фуми. Глядя на нее сейчас в теплом полумраке, он все отчетливее понимал — это было не просто влечение. Это была не просто ночь. Хизаши вновь склонился над ней, и его пылающая от возбуждения обнаженная кожа соприкоснулась с ее голым телом. Дрожащее дыхание Фуми обжигало его шею и плечи. Какое безумие, что они так близко... Головка его члена коснулась влажной вульвы и легко вошла внутрь. Хизаши в мягком поцелуе прикоснулся к губам Фуми и вошел в нее полностью. Он закрыл глаза, отдаваясь ощущениям, погружаясь в тепло меж ее бедер. Как долго, как долго он хотел этого, мечтал и пытался увести мысли в другое русло, напрасно стремился забыть о ней. Но стоило ей взглянуть на него с игривым огоньком в глазах, улыбнуться чертовски дерзко, как он понимал, что пропал. И теперь, когда ее руки обвивали его плечи, прижимали ближе, его пьянила каждая секунда. Будто Астро была его камертоном, Мик был настроен на ее волну, улавливал каждый дрожащий вздох, срывающийся с ее губ. Звук их движений, влажный ритм их сталкивающихся тел, заполнил комнату; несмотря на забытый на фоне фильм, как раз приближавшийся к развязке сюжета, Хизаши не слышал лишнего шума — для него в этот миг существовали только они двое, захваченные страстью. Ее бедра плавными волнами двигались ему навстречу и сводили с ума каждый раз. Боже, это были бедра женщины, которая умела и любила танцевать. Резким рывком он прижал руку Фуми к постели, удерживая, и их пальцы переплелись. Вторая рука девушки блуждала по его коже, царапая лопатки, нежно касаясь шеи. Когда она коснулась его щеки, он нежно отдался прикосновению, целуя внутреннюю сторону ладони и горячо выдыхая. — My god, ты прекрасна, — шепнул он в поцелуй, вновь касаясь ее губ. Хизаши показалось, что она усмехнулась и вновь закусила нижнюю губу, словно удерживаясь от того, чтобы дать себе волю ответить ему. Милая, закрытая, ледяная принцесса... Хизаши больше не мог скрывать этого — он хотел услышать, как она стонет от удовольствия. — Дай мне тебя услышать, babе. — прошептал он срывающимся на хрипотцу голосом и прикусил мочку ее уха. — Глупости... Я не стону... — даже сейчас, со сбивающимся дыханием, с щеками, горящими от румянца, Фуми была все такой же упрямой. ...А это вызов. Мик двинулся реще, заставив Ширатори ахнуть, и нарастил темп. Ее пальцы впились в его плечи, и она откинула голову назад. Ямада лизнул пальцы и прикоснулся к ее клитору. Он почувствовал, как тело Фуми содрогнулось от мягких круговых движений. Она подалась бедрами вперед, отвечая на каждое его движение, заставляя его входить глубже. — Ммм... Негромкий стон вырвался из ее груди. Он был таким нежным, таким полным желания, что по телу Хизаши пробежала волна удовольствия. Вот она — музыка для его ушей... — Вот так, — довольно прошептал он ей на ушко. — Замолчи! — прошипела она, не сбавляя темп. — Без шансов. Сделай так еще раз. Фуми открыла рот, чтобы возразить, он видел это по взгляду, полному упрямства, но смогла только простонать. Она закрыла глаза и словно наконец расслабилась, отдаваясь моменту целиком, изгибаясь ему навстречу. По коже Мика пробежали мурашки. Боже, она звучала просто идеально. Он чувствовал, что близок к пику, и это заставляло его двигаться быстрее, судорожнее, голоднее. Тонкие пальцы Фуми вплелись в его волосы, все сильнее разлохмачивая некогда аккуратный пучок. Длинные золотистые пряди сыпались ему на лицо, прилипая к капелькам пота, стекающих со лба, и содрогаясь от каждого его вдоха и выдоха. — Не останавливайся, — вдруг прошептала Фуми, притягивая его ближе, невозможно близко к себе. Это было все, чего Мик мог желать услышать — и он полностью растворился в ощущениях. Он снова нарастил темп, прижимаясь к ней, заставляя их влажную от смазки кожу сталкиваться все громче и чаще. Астро жадно целовала его, кусая его губы и нежно посасывая. Ее ноги обвились вокруг его бедер, и Хизаши ощущал, как она тоже наращивает темп, как ее дыхание становится все чаще и громче. Наконец, она дрогнула, и он почувствовал, как Фуми сжимается вокруг его члена. Она запрокинула голову назад и застонала, практически хныча. — Боже, ДА, — только и смогла выговорить она, и вновь изогнулась ему навстречу, а ее тело забилось мелкой дрожью. Хизаши шумно выдохнул и почувствовал, как близок к разрядке, и как волна безумного удовольствия настигает его, кружа голову и заставляя все внутри приятно пульсировать. С последними рывками он закончил в нее, и уткнулся в шею Фуми с закрытыми глазами, вновь вдыхая ее запах, ощущая тепло от ее влажной, разгоряченной кожи. Фуми все еще подрагивала, ее мышцы сокращались и вновь расслаблялись, и Мик проживал этот момент вместе с ней, чувствуя каждое небольшое движение. Негромкий статический гул вдруг прошелся по комнате, заставив его приподнять голову и прислушаться. Он слышал его неоднократно и узнавал из тысячи, но... Сейчас? “Фуми?” Ее веки были прикрыты. На пару мгновений она словно ушла глубоко в собственное сознание, но затем глубоко выдохнула и приоткрыла глаза. — Аа это... — Мик поводил рукой в воздухе в абстрактном жесте, — Это... Ты была сейчас? Фуми вздохнула и негромко усмехнулась. — Да, — кивнула она, — Иногда моя причуда срабатывает, когда мне... Хорошо. Брови Мика поднялись. Его лицо вытянулось и теперь выражало невероятную заинтригованность. — That means, ты...? — уточнил он. — Пятерка за догадливость, умник, — Фуми беззлобно хмыкнула, глядя, как он расползается в довольной улыбке. — Не зазнавайся слишком сильно. — О, нет, — Хизаши покачал головой и прильнул лбом ко лбу Фуми в нежном жесте. — Ты сказала это слишком поздно. Он довольно плюхнулся на спину рядом с ней и перевел дух. В голове было приятно пусто, чем он мог насладиться крайне нечасто, и, ощущая эту тишину, Ямада умиротворенно выдохнул. По экрану телевизора медленно ползли титры. Теперь, когда он не мерцал экшн-сценами, комната погрузилась в более глубокую темноту, и только лампа, стоявшая на рабочем столе Фуми, источала мягкий, теплый свет. Негромкая мелодия финальных титров, ностальгический отголосок ретро, навевала спокойствие. — Хизаши, — негромкий голос Астро разрезал тишину между ними, и Мик приоткрыл один глаз, осознавая. Никогда, никогда раньше, она не называла его по имени. Он вопросительно повернулся. Фуми неуверенно теребила меж пальцев складку одеяла и застенчиво прятала взгляд под ресницами. — Ты же останешься? — тихо спросила она, осторожно кладя ладонь на его руку и наконец поднимая на него взор. — Конечно, звездочка, — прошептал он, притягивая ее ближе к себе и целуя в плечо. — Конечно, останусь. ☆