just get together

Ландо и Оскар, решает Джордж, не были бы и в половину так невыносимы, если бы чертова машина «Макларен» не была бы столь же быстрой.  Но, похоже, сейчас сезон папай, и последние несколько гонок он провел позади Оскара и Ландо, квалифицируясь чуть дальше первых двух мест.  — Это третья позиция, Джордж. Завтра мы атакуем. — сообщает Маркус.  — Спасибо, команда. Спасибо. — отвечает он, чувствуя, как напряжение покидает его тело. Вторая позиция была ужасной, третья – гораздо лучше. С ним и Кими на пятой у «Мерседес» есть хорошие шансы на двойной подиум.  Расселл паркует машину возле таблички с третьим номером, бросая взгляд на оранжевую машину рядом, и намеренно медленно, но недостаточно, чтобы привлечь внимание или заставить беспокоиться, выпрыгивает из болида. Краем глаза он видит, как Оскар и Ландо идут навстречу друг другу. Блеск в их глазах виден даже издалека.  К тому времени, как Джордж заканчивает приветствовать свою команду и взвешиваться, парни уже ждут его. Он пожимает их руки и хлопает по плечам, поздравляя с победой.  С легкостью и привычностью, Ландо двигает Оскара в правую от себя сторону. Джорджу не нужно видеть готовые фото, чтобы знать, что пилоты «Макларен» несомненно будут ближе друг к другу, полностью соприкасаясь плечами и крепко обнимаясь. А, напряжение возвращается.  //  Джордж уже однажды пытался поговорить об этом со своим другом. — Вы с Оскаром, эээ… хорошо ладите?  — А, да? Это наш третий год вместе, и, ну, ты понимаешь.  Хорошо, это полностью на Джордже. Ему нужно было точнее сформулировать вопрос.  — Я имею ввиду, вы двое, кажется, ближе чем когда-либо.  — Опять же, третий год, будучи напарниками.  Просто напарники?  Ландо прищурился. — Это ты просишь о помощи, потому что наконец-то, наконец-то стал старшим товарищем? Потому что я очень готов ответить на все твои вопросы.  Расселл показал ему средний палец, Норрис ответил высунутым языком.  //  После нескольких ключевых стратегических решений их команды и легких проблем с шинами у Оскара Джордж вырывает второе место. Сам Ландо был слишком далеко, чертова ракета вместо машины и абсолютно чистый воздух были ему только на руку.  Парень настолько отвлечен поздравлениями от своей команды, криком Тото, что почти забывает о том, что ему предстоит целая церемония с Ландо и Оскаром.  В комнате отдыха Норрис полностью погружается в происходящее на экране телевизора – наклоняется, уперев руки в бедра, и внимательно смотрит повтор, где в выезде на пит-лейн Джордж обгоняет Оскара. Они также показывают их борьбу на нескольких кругах – там, где Джордж провел одну из лучших за весь сезон защит. Ландо охает и ахает в нужные моменты, Оскар даже коротко посмеивается вместе с ним.  И это Ландо, кто кажется готовым на преступления. — Гадость, да? — он фыркает на экран, где снова показывают обгон на выезде.  Оскар пожимает плечами. Это была тяжелая и честная гонка. Они оба это знают.  Вы боритесь друг с другом за очки. Помнишь? — Хочется сказать Джорджу. — Я помогаю тебе, Ландо.  На трибунах их встречает море оранжевого и черные пятна. Джордж верит, что в следующий раз «Боже, храни короля» будет играть в его честь.  Он достаточно успешно избегает шквала шампанского от Ландо, фокусируясь на представителе «Макларен», который, Расселл почти уверен, раньше работал в «Мерседес», а затем начинает брызгать самого Норриса.  Норриса, который полностью занят своим напарником, выливая на него всю бутылку.  Они втроем стукаются, затем позируют перед камерами для фотографий. Ландо чуть ли не падает лицом вниз, едва не увлекая за собой Оскара, что абсолютно неудивительно, учитывая, что он буквально отказывается отпускать Пиастри. Неужели им действительно нужно идти с рукой Ландо, крепко обнимающей Оскара за шею?  Это та вещь, которую Джордж никак не может избежать. Они буквально прилеплены друг к другу.  Ландо что-то шепчет Оскару на ухо, личное маленькое подбадривание, отчего парень едва не сгибается пополам, смеясь.  Хорошо. Две вещи.  // — Когда свадьба? — шутит Джордж, направляясь на пресс-конференцию. Раньше ему было весело с этими двумя, он наблюдал за их неловкими ритуалами и слушал их глупые, даже тупые шутки, но это длинный сезон, и «Макларен» продолжают абсолютно доминировать.  Оскар отшучивается. Естественно.  Ландо прищуривается и ухмыляется. — Считаешь, Алекс признается сегодня? Алекс проделал невероятную работу на пятой позиции. — Давай не будем впутывать его в это.  В комнате, полной спортивных журналистов и бдительных пресс-секретарей своих команд, Ландо повторяет шутку друга, сказанную ранее, и каким-то образом еще и усугубляет ситуацию.  — Мы празднуем, конечно. — отвечает Ландо на вопрос об увеличении отрыва «Макларен» в чемпионате. — Особенный медовый месяц, да, Оск?  Что бы это не значило.  Но Оскар понимает. Что бы это ни было. — Отпразднуем годовщину также? Первое-второе места?  — Первое-второе, малыш.  В зале раздается смех. Джордж натянуто улыбается.  В календаре все еще остается Вегас, и если Джордж сможет получить хотя бы одну жалобу на рабочем месте, связанную с этими двумя, он передаст документы Карлосу. Пусть тот проверит лимиты своей дружбы с Ландо.  Может, Расселл не пойдет праздновать сегодня. Избавит себя от мучений.  //  Сначала это было терпимо. Даже немного очаровательно. Три года назад, когда Оскар был объявлен новым напарником Норриса, они втроем – он, сам Ландо и Алекс – очень долго разговаривали. Их обед в основном включал в себя Ландо, что пытался избегать разговора о Даниэле, потому что тогда это еще не было Оскаром. В тот момент это еще не было этим между ними двумя. Даже если бы Даниэля заменил кто-то другой, проблема осталась бы прежней: многократного победителя Риккардо выгнали до окончания контракта. Плохой конец, и это было яснее, чем когда-либо, неудачная серия с «Макларен». Твит Оскара произвел впечатление на всех из них. Алекс хотел потыкать друга, чтобы тот нарушил соглашение о неразглашении, но Ландо тихо заткнул его. Он медленно жевал свою еду и избегал всех вопросов о бывшем напарнике, «Макларен» и Оскаре Пиастри.  Джордж мало что знал о нем. Твит говорил ему, что у парня есть чувство юмора и крепкое, твердое управление. В лице Марка Веббера, как оказалось позже. Расселл слышал о стремительном взлете Пиастри в юниорских сериях, не то чтобы Джордж считал, но он сам был победителем формулы-2, многие из них были, но мало кто попадал дальше.  Ландо, как в тот день узнали Джордж и Алекс, был погребен под грузом ответственности.  — Ты с ним ни разу не говорил? — попытался Расселл. Какой смысл был в их обеде, если они не собираются обсуждать главное?  Ландо покачал головой.  — Не было даже «здравствуй, привет, как дела?» — Очевидно, что было, — отрезал Норрис. — Но только это. Сезон еще не закончен, он еще не мой напарник.  — Пока, — напомнил ему Алекс. — Сезон закончится. Время быстро летит, понимаешь.  Ландо закатил глаза. — Ха-ха. Есть какие-нибудь советы? — Не веди себя с ним странно.  — Хорошая шутка, Джорджи.  //  Ландо, странный по отношению к своим напарникам по команде, – это нормально. Это закон. Но Оскар Пиастри? Оскар, который всегда вежлив и тих, слегка замкнут и явно устает от большого количества людей. Оскар, которого Джордж уже на протяжении двух месяцев ловит дремлющим в случайных углах паддока. В интервью, которые давали «Макларен» и «Мерседес» (ладно, только Джордж, Льюиса не было), Оскар выбрал сон и гонки как два своих хобби. Их спрашивали о трех. Да, этот Оскар.  С чего бы ему быть странным по отношению к своему напарнику?  Джордж две минуты полистал ленту твиттера, где было несколько тредов и постов с цитатами, и пришел к выводу, что Оскар просто странный насчет Ландо.  Он однажды звал Пиастри в клуб, и тот вежливо отказался, сказав, что такой вид времяпровождения не для него. Джордж сразу это понял, но было правильно узнать. После, он услышал, как Ландо спрашивает его то же самое.  — Я подумаю об этом, — ответил Оскар.  — Думаешь, ты сможешь подумать об этом так, чтобы ответить «да»? В то время Джордж еще не знал, но у Оскара есть реакция на все, что говорит Ландо, в виде четырех элементов. Долгий взгляд, смех, смягчение, повторение.  Оскар смотрит, смеется, смягчается. Повторяет. — Хорошо, я подумаю об этом.  То, что Расселл не удивился, увидев Оскара в VIP-зале позже тем же вечером, должно было стать предзнаменованием.  — Передумал? — слегка поддразнивает он. — Уговорили, — просто объясняет Оскар, оглядывая комнату. — Обычно он за диджейской стойкой. — отвечает Джордж. Тогда он все еще находил их забавными, достаточно забавными, чтобы иногда помогать. — Спасибо, — благодарит Пиастри, уходя к центру с видом парня, который очень хочет, чтобы его уговорили снова.  //  Это было почти два года назад. Джордж успел прийти к выводу, что взаимная странность Ландо и Оскара очень выматывает.  Его мысли окончательно укрепились в Шанхае. Возможно, ему не стоило думать о личных взаимоотношениях своих коллег, – да, уважение рабочих границ, да, – но когда они ведут себя как парочка влюбленных школьников, Джордж абсолютно в праве их судить.   В основном он представляет им возможность побыть вместе, в комнате отдыха, на подиумах, пресс-конференциях и в пустых коридорах между ними. Джордж сам был в восторге от нескольких подиумов подряд. Он не мог винить Оскара за то, что тот не мог держать руки при себе и постоянно касался Ландо.  Как и ожидалось, больше всего вопросов было у прессы к дуэту «Макларен». Джордж мог отключиться и продремать большую часть конференции.  Но он все еще хорошо услышал, когда Оскар и Ландо начали шутить о «Макларен» 2007. Льюис и Алонсо.  Они буквально смеялись, размышляя о последствиях своей борьбы за чемпионский титул. Черт возьми, это была всего лишь вторая гонка сезона. Разве не был Макс в похожей ситуации в прошлом году? Изначальное доминирование, за которым пытались угнаться вспышки посредственности и гениальности. Никто из них не смог догнать его в итоге. Иногда Джорджу трудно смириться с мыслью о том, что эти двое рядом с ним выиграли кубок конструкторов, особенно, когда они как ни в чем не бывало вспоминают соперничества прошлых времен. Рассел слышал, как они шутили о Мульти-21, Льюисе и Нико. Как будто они знают, каково это – проходить мимо коридоров, наполненных общими историями двух бывших гонщиков «Мерседес», с трудом сдерживая нереальное количество мечтаний и страха. Джордж всегда уважал своих старших, и, возможно, это урок, который ни Ландо, ни Оскар не усвоили. Вот что происходит, когда два года подряд оказываешься самой молодой парой на стартовой решетке. Может быть, и это всего лишь предположение Джорджа, может быть, Ландо и Оскар без колебаний переступают через историю, поскольку верят, что сами творят ее. Никаких проблем в том, чтобы заглянуть в черную дыру, которая только зарождается. Спокойно и твердо смотреть в лицо истории, поглощающей тебя.  А может быть, и это более вероятно, может быть, они просто безумно влюблены. Даже не безнадежно, просто безумно.  //  Машина была сложной все выходные. Квалифицироваться четвертым было подарком небес, учитывая все обстоятельства.  — Ну как? — спрашивает Джордж. Макс обошел его на невероятно быстром круге, что и привел его к поулу. «Феррари» тоже были быстры. — Поул у Ферстаппена. Леклер второй. Норрис третий. Ты. Хэмилтон, Пиастри. Кими седьмой. — Понял, — вздыхает Джордж. — Нам еще есть над чем поработать. Спасибо за сегодня. — По крайней мере, они смогут воспользоваться неудачей «Макларен». — Спасибо, Джордж. Мы обсудим стра… ээм, новости по квале. Штраф Хэмилтона вступил в силу. У Пиастри пятое место. Кими шестой. Блять.  //  Он чуть не врезался в обоих Макларен на первом же повороте. Он клянется, что не хотел этого, что это не его подсознание, что берет ситуацию под свой контроль. Знаете, кто должен взять ситуацию под контроль? Ландо и Оскар. Но сделают ли они это? Нет, не сделают. — Не повезло там, приятель, — говорит он Оскару. Они пожимают руки. — Было бы ужасно. Извини.  Пиастри принимает извинения с натянутой улыбкой. — Это гонки.  Это гонки, и Ландо с Оскаром – одни из тех гонщиков, которых Джордж считает своими друзьями за пределами трассы. Конечно, если оставить в стороне его некоторые разочарования и усталость из-за их отношений. Он немного болтает с Оскаром, разбирает седьмой поворот, где почти все были на пределе возможностей трассы. Ландо присоединяется к ним чуть позже, отмахиваясь от сожалений Джорджа. Они соревновались друг с другом слишком долго, чтобы понять, насколько глубоко их уважение. Оскар мгновенно оживляется, когда Норрис устраивается рядом с ним. Джордж даже не стал больше раздражаться. «Макларен» сейчас — их ближайший конкурент, но даже он умеет ценить товарищество в неудачное воскресенье. Товарищество, ха! — Падел в Монако? — спрашивает Джордж. Ландо и Оскар одновременно кивают. Пугающе. В любом случае, Джордж отменит встречу в последнюю минуту и ​​оставит их играть вдвоем. Все-таки выходные выдались тяжелыми, он планирует хорошо выспаться. Позже из инстаграма он узнает, что Макс оказался третьим лишним на их свидании.  //  — Вопросы к тебе, Джордж. Ты уже четвертый раз попадаешь в тройку лидеров вместе с гонщиками «Макларен». Это придает тебе уверенности или наоборот расстраивает? — О, это определённо худший для меня момент. — отвечает он. //  Медиа в Вегасе всегда начинается раньше, чем должно. Они здесь, в хорошем настроении, расхваливают гонку, хотя все знают, что с наступлением ноября напряжение будет как никогда высоким. — Узоры режут глаза, — невозмутимо говорит Оскар. Их группа ждет начала съемок. Карлос и Ландо болтают, Алекс и Оскар ругают графику Вегаса, и, э-э… черт, похоже, он потерял Кими.  — Пятиминутная техническая задержка. — объявляет режиссер. — Простите, ребята! Можно нам еще раз поправить макияж и волосы парней? Джордж наклоняется, пока кто-то снова наносит на него лак для укладки. — Наконец-то проверите Вегасовкую часовню в этом году? — шутит один из гримеров. — Слышал, кольца входят в церемонию. Карлос толкает Ландо локтем, который только отмахивается. — Я? Да, нет, у меня нет планов. Но я слышал… Джорджи? У тебя есть планы? Оскар издает совсем не оскаровский звук.  Просто начните встречаться, пожалуйста. — думает Джордж. //  Как так вышло, что они уже на стадии «состариться вместе», но при этом все еще «вместе хихикаем во время съемок медиа-роликов»? Неужели Джордж недостаточно настрадался?  Стоит ли ему взять ситуацию в свои руки? Его предыдущие попытки провалились, но если дело в решимости и настойчивости, он справится. Но… Хочет ли он взять ситуацию в свои руки? Это противоречит самому смыслу свободы воли. Почему Джордж терпел последние несколько месяцев, если он и так готов сам решать эти проблемы?  //  — Я думаю, им стоит потрахаться.  — Что?  Джордж помешивает свой второй напиток. Он не в настроении напиваться. Он здесь, чтобы поддержать Алекса, занявшего место на подиуме, несмотря на свои отстойные выходные «Мерседеса». Алекс на танцполе, многие также празднуют его победу. Джордж, вероятно, уйдет раньше, чем планировал, и надеется, что друг его поймет.  Ландо и Оскар празднуют очередной двойной подиум, буквально вплотную прижавшись друг к другу. Глаза Джорджа все еще чесались от сцены их объятий в парк ферме. Лицо Ландо, прижатое к шее Оскара, руки Пиастри крепко обнимающие Норриса. Им стоит просто поцеловаться. Нет, даже лучше потрахаться.  Человек, который сидел рядом с Расселлом на диване, внезапно замолчал. Джордж поднял взгляд от напитка, встретившись с голубыми глазами Макса, вокруг которых пролегали легкие морщинки.  — Я сказал это вслух… — осознал парень. Ферстаппен только кивнул. — Ты сказал. Кому стоит потрахаться? — Ландо и Оскару, — тут же отвечает британец. Макс на пару секунд фокусируется на их личном моменте посреди переполненного зала. — Вижу.  — Ты согласен? — Да. Им стоит переспать. Согласен.  Джордж перебирает в памяти прошлые сезоны. Макс, если подумать, был первой жертвой. Он был свидетелем первого двойного подиума гонщиков «Макларен».  — Они очевидно оба влюблены друг в друга. Не понимаю, почему никто из них не делает первый шаг. — делится Джордж, наклоняясь ближе к Ферстаппену. — В 2023 они были такими же?  — Еще хуже. — сухо констатирует Макс.  — Для гонщиков формулы они оба довольно медленно соображают, да? Им стоит быть чуть быстрее и решительнее. Если чувства не взаимны, а они взаимны, то, по крайней мере, пластырь будет снят менее болезненно. Они снова станут нормальными.  — Они когда-то были?  — Вот именно! Но это становится просто нелепым. Закати шар. Схвати быка за рога. — Джордж сам фыркает на последнее. Забавно.  — Хочешь переспать со мной? — резко спрашивает Ферстаппен.  Джордж смотрит на румянец Макса, на его пристальный взгляд, на его легкую, уверенную улыбку. — Конечно. — отвечает он.  //  Джордж и Кими замыкают первую линию, перед ними Ландо и Оскар, снова абсолютно неразлучные.  Получивший объятия от команды и легкий щипок за бок от Макса, Расселл даже не замечает, как гонщики «Макларен» хлопают друг друга по шлемам.  Теперь все нормально. Они разберутся с этим. Как Макс и он.  //  — Кто еще будет? — спрашивает Джорж, отпивая ред булл из банки своего парня. Ему всегда было интересно, отличается ли вкус от обычного. Все еще ужасно.  — Только Ландо и Оскар. Нико летит со своей командой.  Может, это способ Макса помочь.  Джордж устраивается на своем месте. Частые перелеты на гонки и обратно на частных самолетах Макса немного — буквально на чуть-чуть, на каплю — лучше. Их команды перешли от шока к растерянности, а затем к миру. Если так пойдет и дальше, к летним каникулам они будут устраивать вечеринки. В ожидании машины «Макларен» Макс и Джордж обмениваются новыми фотографиями своих племянников и племянниц. Они давно планируют устроить совместный отдых. Ландо влетает, Оскар следует за ним более сдержанно. — Извините за опоздание, — говорит Норрис. Он падает на сиденье напротив Джорджа. — Кое-кто проспал все свои будильники.  Оскар ворчит. Он известен своей любовью ко сну. Джорджа не удивляет, что он выглядит так, будто слез с кровати пять минут назад, насильно притащенный в джет для семичасового перелета, в… В толстовке Ландо, если судить по логотипу с цифрой 4. — Ворчун, — говорит Макс. Оскар снова бурчит. — Неа, Оска, ты так собьешь свои биологические часы. Следи за расписанием. — Ландо тянется, чтобы щелкнуть парня по носу, а затем целует его в то же место. Джордж взвизгивает. Оскар сонно моргает.  — Ты в порядке, Джорджи? — спрашивает Норисс, опускаясь обратно в свое кресло, и скидывает свои ноги на колени Оскара, на что тот фыркает, но не жалуется.  — Да, нормально, просто… — он оборачивается к Максу в поисках поддержки. Тот все еще выбирает фото, которые хочет опубликовать. — Ничего, это ничего.  Выяснять о не-отношениях дуэта «Макларен» в закрытой стальной коробке – неразумно.  Оскар вопросительно поднимает бровь, Ландо подхватывает вопрос. — Э-э, Макс ведь сказал тебе о нас… да? Джордж толкает Макса. — Сказал что?  — О. Я забыл. Они встречаются.  Что за херня? — Мы женаты, — гордо поправляет Норрис. Что за хуйня? — Что? — кричит Джордж. Ландо объясняет, активно размахивая руками. — С Сингапура, прошлого года? Ага. Мы поженились здесь, в его джете. Макс был нашим свидетелем.  — Это не принято ни в одной стране. Я проверял. Они просто повторяют это. — говорит Макс. — Раздражающе, да? «Раздражающе» не подходит даже близко. Это ужасающе. Двое самых безнадежно – бездумно – безумно влюбленных людей, которых знает Джордж, на самом деле все выяснили между собой раньше него.  — Макс, тогда ты согласился со мной в… Макс смеется тепло и искренне. — Должен был заполучить тебя, не так ли? Сработало.  — Двойное свидание, двойное свидание, двойное свидание. — скандирует Ландо. Джордж чувствует, как быстро к его вискам подступает головная боль. — Как… я, я вообще хочу это знать? — Вы двое очевидны. — бормочет Оскар. Конечно.  //  Джордж побеждает в Вегасе. Он делает историю, когда первым пересекает клетчатый флаг во второй раз. Выбирается из машины с высоко поднятой головой, раскинув руки в победной позе. Замечает Макса, паркующегося перед знаком с цифрой два, а за ними и Ландо.  Вегас, ты шумный, оживлённый, красивый город. Джордж, может быть, немного предвзят. Макс встречает его, легко обнимая одной рукой. Это было не настоящее празднование, совсем нет, но камеры щелкали быстрее, снимая каждый ракурс. Это было их самое дружеское общение за долгое время. — Фу, вы двое, — фыркает Ландо, ухмыляясь. Он крепко обнимает Джорджа. — Не хочу быть третьим лишним.  — Заткнись, — смеется Расселл. Оскар подходит, чтобы поздравить их троих. Джордж и Макс получают рукопожатия. Ландо – крепкие объятия. Невыносимые.