Новое солнце

Тамаки всегда был немного замкнутым. Он предпочитал уединение шумным компаниям. В его мире тишина и спокойствие были важнее, чем гудение толпы. Единственным исключением в такие моменты были Мирио и Нейджире. Эти двое были яркими личностями, которые умели развеять его тёмные облака. Тогата, с его заразительной энергией и оптимизмом, всегда находил способ поднять настроение Амаджики. Он был настоящим источником позитива. Хадо, в свою очередь, была более спокойной, но всё равно полной жизненной энергии. С этими двумя Тамаки чувствовал себя свободнее. Они не давили на него, как другие окружающие люди. Но совершенно неожиданно, как будто из ниоткуда, появился новый лучик солнца, который осветил всё вокруг. Этот лучик был не просто светом. Имя ему было — Мидория Изуку. Тамаки, наблюдая за ним, испытывал целую гамму эмоций. Смущение и восхищение переплетались в его душе, когда он видел, как уверенно и легко Мидория общается с другими. И как же таяло его несчастное сердце, когда их взгляды пересекались! Это было не просто смущение, а что-то большее — восхищение, трепет и легкий страх. Изуку, с его характерной зелёной прической, изумрудными глазами и доброй улыбкой, был не просто парнем. Он был символом надежды и мужества. Подобно Мирио, который также вдохновлял окружающих своим оптимизмом и решимостью, но… Но при этом имел что-то особенное. Что-то своё, что ускользало от взгляда Амаджики. Возможно, это была его искренность. Или, может быть, его способность видеть добро в каждом, даже в тех, кто терялся в круговороте отчаяния. В любом случае, это точно была влюблённость! Тамаки не мог отрицать очевидное. Он влюбился в Изуку! Это чувство переполняло его, как прилив, который накрывает всё на своём пути. Как пламя, пожирающее окружающий лес во время пожара. «СОС! Спасите несчастное сердечко!» — думал Амаджики, встречая его взгляд. Тамаки понимал, что влюбленность может быть сложной. Это не просто сладкие мечты и романтика. Это также страхи, сомнения и неуверенность. В его сердце разыгрывалась настоящая буря. Сладкие мечты о совместных моментах с Изуку часто омрачались тёмными мыслями. Что, если его чувства не взаимны? Каждый раз, когда он думал о признании, его охватывал холодный пот. Мысли об отказе не покидали его. Амаджики воображал, как Мидория смотрит на него с недоумением или, ещё хуже, с жалостью. А может быть даже с презрением! Или… Нет, этот парень не такой, он не поступит так с несчастным влюблённым. Толчком стала очередная тренировка для первого и третьего класса, которую организовал Айзава Шота. Всё шло своим чередом. Ученики активно отрабатывали свои навыки, а атмосфера была наполнена дружеским соперничеством. Ну, если не считать Бакуго, который на всех орал. Но это было в его стиле, так что никто уже особого внимания на крики не обращал. Тамаки, как всегда, стоял у стенки, стараясь притвориться частью зала, а не живым человеком. Он наблюдал за товарищами, погруженными в упражнения, когда к нему подошёл Изуку. В руках у него была бутылка с водой. Мидория выглядел немного уставшим, но это не помешало ему с энтузиазмом отхлебнуть из бутылки. Он, не задумываясь, предложил Амаджики сделать то же самое, хоть тот не сильно устал, тренируясь стать кирпичом. Но вот беда: горлышко бутылки не было протерто. «Он предлагает непрямой поцелуй?!» — пронеслось в голове у Тамаки. Мысли метались, словно птицы в клетке. Смущение накрыло его с головой. Здесь, в этом моменте, всё казалось важным. Каждый взгляд, каждый жест. И парень понимал, что если оплошает, то всему настанет конец. Потому что если о его влюблённости узнают все, то его возненавидят! На него будут указывать пальцем! И тогда придётся исключиться из школы! Но удержаться от того, чтобы не взять бутылку из рук Мидории, Амаджики просто не мог. Как долго ещё придётся ждать, чтобы оказаться так близко к нему? Может быть, даже больше никогда! Это была уникальная возможность. Дрожащие руки могли бы быть объяснены его социофобией, но в глубине души он знал, что эта трясучка указывает на нечто большее. И это ещё сильнее смущало. Это был бы непрямой поцелуй, но для Тамаки это уже было чем-то более значимым. Он знал, что Изуку, вероятно, не заметит его чувств, если всё ограничится лишь этой бутылкой. И поэтому он решился пить. «О Боги, спасите меня!» Подавившись водой от собственных мыслей, Амаджики пришлось ретироваться из спортивного зала под недоумённый взгляд Мидории. Как же сложно быть влюблённым! Каждый день приносил новые вызовы, новые возможности. Но в эту минуту он просто хотел быть собой, без масок и без страха. А всё равно не мог! Смущение в любом случае возьмёт своё и, дай бог, Тамаки лишь упадёт в обморок, а не начнёт нести какую-то околесицу заплетающимся ртом, уткнувшись лбом в стену. Всё это напоминало сюжет детского мультика. Главный герой, который стесняется признаться в своих чувствах, оказывается в комичных и порой нелепых ситуациях. Его борьба за признание в любви часто становится центральной темой. Герои преодолевают свои страхи и находят смелость признаться в любви. В конце концов, они всегда получали желаемое, а Амаджики искренне надеялся на такую же развязку. Но реальность была куда сложнее. Даже можно было сказать: всё максимального уровня сложности. Поэтому иногда кажется, что жизнь сама подкидывает тебе испытания, которые сложно пройти. И вот, в этот самый момент, когда Тамаки оказался в мужском туалете, его мысли были далеко от привычных забот. Перед ним стоял Изуку, с сердечным признанием на губах. Это было что-то невероятное. Во-первых: из-за того, что его чувства были взаимны. А во-вторых: … Почему именно это место?! Но ладно! Ладно! Не в этом же сейчас дело! А в первом пункте! Теперь, когда Мидория открывал свои чувства, внутри Амаджики бушевали эмоции. Смешанные чувства радости и тревоги переполняли его. Как так? Неужели, наконец, судьба решила сыграть с ним на одной стороне? Изуку, хоть и выглядел смущенным, продолжал говорить. Его голос был полон искренности. Тамаки чувствовал, как его сердце бьется всё быстрее. Каждый миг казался вечностью. Он понимал, что это может стать поворотным моментом в его жизни. И этот поворот наступил. Вместе с обмороком! Господи, почему именно сейчас эта головушка решила настолько сильно переволноваться?! И лёжа в медицинском классе, Амаджики чувствовал, как холодный пот стекает по его лбу. Перепуганный Мидория, который сидел рядом, выглядел так, будто сам только что пережил сильный стресс. Его глаза, полные тревоги, беспокойно метались по комнате. И из-за этого чувство неловкости ещё больше накрывало парня. Он понимал, что пора учиться контролировать свои эмоции, иначе так и умереть от волнения недолго. Возможно, стоит обратиться за помощью к друзьям. Они всегда поддерживали его, и, кто знает, может, вместе они смогут найти способы справляться с его бешено скачущими эмоциями. Извинения перед Изуку стали настоящим испытанием. Тамаки долго искал слова, которые могли бы хоть немного смягчить ситуацию. И прячась за спиной Мирио, который прибежал как только узнал об обмороке, ему приходилось пытаться заставить себя говорить. Это было сложно, но он справился на твёрдую троечку. По крайней мере, Амаджики удалось ответить взаимностью на чужие чувства. Хоть и дрожа, и даже не собираясь смотреть в изумрудные глаза. И всё закрутилось, завертелось. Каждое утро Тамаки просыпался с мыслью об Изуку. Его «парень» постепенно стал частью повседневной рутины. И хотя Амаджики всё ещё смущался от этой новой роли в жизни, он не мог не чувствовать, как его сердце замирает от радости, когда они вместе. Было уютно и тепло. И спасибо тебе, дорогая судьба, что дала такой шанс! Постепенно, всё это привело их к первому настоящему поцелую. Не к какому-то там намёку или непрямому касанию горлышка бутылки, а именно к тому, что можно назвать настоящим, искренним поцелуем. Изуку, словно главный дирижёр в их симфонии чувств, решил взять на себя инициативу. Он предложил Тамаки сделать этот шаг, который мог бы изменить всё. И пришлось согласиться, правда, еле выговаривая гласные. Когда они, наконец, встретились губами, то оба вспыхнули, как спелые помидоры. Неловко и трепетно, они пытались найти ритм, который бы соответствовал их чувствам. Каждый из них боялся сделать что-то не так. Это была их первая попытка, и эмоции захлестнули их, как волны на берегу. Первым отстранился Амаджики, прячась под одеялом. На что Мидория тихо пискнул, повторяя те же движения, но с подушкой. Серые будни сменялись яркими моментами. Солнечные дни и дождливые вечера переплетались в некий ритм. Этот момент — лишь предисловие к большому событию, которое ждёт впереди. Он, возможно, станет началом чего-то нового. А пока всё и будет идти своим чередом. По крайней мере, пока Тамаки вновь не бахнется в обморок, смущённый предложением Изуку о чём-то большем, чем поцелуе. Но об этом уже когда-нибудь потом.