Проект "Хранитель"

Дым был всюду. Он проникал под дверь, обволакивал всë вокруг и придавал комнате атмосферу настоящей бани. — Господи, Ландо! — раздался голос из-за спины, полный искреннего ужаса. — Ты же не на кухне ресторана работаешь, ты же программный гений, блин! Что, чёрт возьми, произошло? Ландо Норрис, отчаянно махавший перед детектором дыма толстой папкой с надписью «Конфиденциально», обернулся. Его обычно беззаботное лицо было искажено гримасой вины и паники. Щёки раскраснелись. На огромном стеклянном столе, рядом с топовым компьютером и тремя клавиатурами, лежала… электронная сигарета. Вернее, то, что от неё осталось. Пластиковый корпус оплавился, почернел и выделял едкий дым. — Оскар! — выдавил Ландо, наконец-то прекратив махать. — Я могу всё объяснить. Я просто… обдумывал задание от нового заказчика, нервничал, взял его, затянулся, потом положил его на стол, а он… ну… загорелся. Оскар Пиастри, его коллега, друг и, по совместительству, голос разума в этой хаотичной конторе под названием «CyberOrange», подошёл ближе. Он скептически поднял бровь, снял очки и протёр их краем рубашки. — Вейпы не самовоспламеняются, Ландо. — Оскар вздохнул и пошла в сторону окна, чтоб проветрить кабинет. — Знаешь, я начинаю сомневаться в безопасности, когда ты рядом с электроникой. Мы — лучшая команда по кибербезопасности в городе. Нас нанимают корпорации, чтобы мы ловили хакеров, а не становились причиной локального пожара из-за бытовой невнимательности. Дым начал понемногу рассеиваться, но запах въелся намертво. Ландо плюхнулся в своё кресло. Его рабочее место было полной противоположностью идеальному уголку Оскара. Хаос из проводов, постеров с мемами, пустых банок от энергетиков и странных гаджетов, чьё назначение было известно только ему. — Это был сложный день, — пробормотал он, проводя рукой по волосам. — И не говори про нашу идеальность. Без моих «нестандартных решений» мы бы не заполучили контракт с той швейцарской часовой компанией. Помнишь их «непроницаемую» защиту? — Помню. Ты взломал её через телефон уборщика, да. — без эмоций констатировал Оскар. — Рискованно. Брутально. Но сработало. Однако сегодня, — он обернулся и показал пальцем на почерневшее пятно на столе, — сегодня это не «нестандартное решение». Это просто беспорядок. И, кстати, Карлос уже в пути. При упоминании Карлоса Сайнса, третьего партнёра, Ландо поморщился. Карлос был незаменим. Он общался с клиентами, сводил воедино их, порой безумные, идеи с техническими возможностями команды. — Ладно, ладно, — Ландо оживился. — Помоги мне это всё убрать до его прихода, пожалуйста. Если успеем. И… есть ещё одна маленькая деталь. Оскар замер, почувствовав подвох. — Какая? — Клиент. Новый. Приедет через час. Большой. Очень. — Ландо заговорщицки понизил голос. — Я вчера познакомился с ним на закрытом техно-вечере. Представляешь, он подошёл ко мне сам. Сказал, что слышал про наши трюки. У него… «деликатная проблема», требующая нашего особого подхода. — Ты заварил кашу на вечеринке? — Оскар закатил глаза. — Без обсуждения с нами? Без проверки? Ландо! — Расслабься! Я же не совсем безбашенный. Я его проверил. Всё чисто. Макс Ферстаппен. Голландец. Управляет сетью эксклюзивных спортивных комплексов по всему миру. Высокотехнологичных. И у него, по его словам, «завёлся вирус». Но не компьютерный. Оскар нахмурился. — Биологический? Тогда это не к нам. — Нет, — Ландо ухмыльнулся, явно довольный эффектом. — Он говорит, что в его главном комплексе тут, в городе, «завелся призрак». Точнее, что-то или кто-то вмешивается в работу «умной» системы здания: самопроизвольно меняется температура в бассейне, включаются на полную мощность тренажёры в пустом зале, глушатся сигналы охраны в определённых секторах. Системные администраторы разводят руками. Логи чистые. А странности продолжаются. Он думает, это целенаправленная атака конкурентов, замаскированная под сбои. А мы любим такие головоломки, правда? Прежде чем Оскар успел ответить, дверь в кабинет с лёгким стуком открылась. На пороге стоял Карлос Сайнс. Он был безупречен в тёмно-синем костюме, пах дорогим парфюмом и держал в руках два бумажных стаканчика с кофе. Его спокойный взгляд медленно скользнул по комнате, остановился на открытом окне, на обгоревшем столе, на виноватой физиономии Ландо и на озадаченном лице Оскара. — Я чувствовал этот запах ещё в лифте, — произнёс Карлос ровным, слишком спокойным голосом, проходя внутрь и ставя кофе на единственный чистый угол стола. — Полагаю, у нас было небольшое ЧП, связанное с неосторожным обращением с электроникой. Ландо, счёт за ремонт стола и покупку очистителя воздуха пойдёт из твоего бонуса с последнего проекта. Теперь, — он раздал кофе, — пока я был внизу, я встретил в вестибюле господина, который сказал, что у него назначена встреча. Макс Ферстаппен. Выглядит… очень решительно. Что вы успели натворить?

***

Макс Ферстаппен вошёл в кабинет так, будто проверял его на прочность. Он был чуть выше Ландо, с мощной спортивной фигурой, которую не скрывал даже простой чёрный худи. Его волосы были коротко стрижены, а взгляд был настолько сконцентрированным и прямолинейным, что, казалось, просверливал насквозь. Он не улыбался. — Ландо? — его голос был низким, без тени сомнения. Он сразу обратился к Ландо. — Да, это я. Рад вас видеть, Макс. Это мои партнёры, Оскар и Карлос, — Ландо попытался сохранить деловой тон, но его энергия била ключом. Ферстаппен кивком поздоровался с другими, но внимание не распылял. — У меня мало времени. Проблема усугубляется. Вчера ночью «призрак» включил систему полива на крыше и одновременно заблокировал все пути эвакуации в восточном крыле на двадцать минут. К счастью, там никого не было. Мои инженеры говорят, что это невозможно без физического доступа к серверной и отключения аварийных протоколов. Но серверная под семью замками, и логи показывают… ничего. Тишину. — Садитесь, пожалуйста, — вежливо предложил Карлос, пододвигая стул. — Вы считаете, это промышленный шпионаж? — Я считаю, что кто-то играет со мной, — холодно ответил Макс, садясь. — И мне это не нравится. Мой комплекс — это высокая технология, идеальный контроль. Безопасность, приватность, персонализация. Если клиенты узнают, что у нас «завелось что-то», что мы не можем контролировать, репутации конец. Мне нужен кто-то снаружи. Кто мыслит… не как мои системщики. Норрис вчера рассказывал, как вы однажды проникли в систему банка, имитировав DDoS-атаку, чтобы выманить настоящих хакеров. Это мне и нужно. Не стандартный аудит. Охоту. Оскар обменялся взглядом с Карлосом. История звучала интригующе и дорого. Ландо же уже горел идеей. — Физический доступ, который не виден в логах… Это может быть инсайдер, — задумчиво сказал Оскар. — Или кто-то, кто нашёл «дыру» в вашем «умном» оборудовании. Дверные замки, датчики, кондиционеры — всё это нужно провертть. Часто это слабое звено. — Проверяли, — отрезал Макс. — Всё обновлено, сегментировано. — Тогда нужно смотреть на то, что не обновляется, — оживился Ландо. — Старое оборудование, резервные системы, может быть, даже проводка. Вы сказали, комплекс построен на месте старого промышленного здания? Ферстаппен впервые за встречу проявил лёгкое удивление. — Да. Но от старой постройки остался только стальной каркас и часть подвальных коммуникаций. Вы к чему? — Призраки любят старые стены, — ухмыльнулся Ландо. — А если серьёзно, иногда старые кабельные каналы или силовые линии могут создавать помехи, или, что интереснее, их можно использовать для передачи данных в обход основных сетей. Нужно выяснить на месте. Можем начать сегодня. Карлос видел, как загорелись глаза у клиента. Ландо, несмотря на свою хаотичность, обладал редкой интуицией, когда дело касалось технологий. Он видел систему не как набор протоколов, а как живой, дышащий организм со своими странностями. Через полчаса был подписан контракт с астрономическим авансом (Карлос позаботился об этом) и согласован план. Оскар займётся виртуальной частью: анализом сетевого трафика, изучением архитектуры безопасности комплекса. Ландо, как самый «физически ориентированный» член команды, отправится на объект для осмотра. Карлос останется на связи и будет координировать. Проводив Макса, который уехал на своём тёмно-сером спортивном автомобиле, Ландо схватил свою чёрную сумку с инструментами и гаджетами. — Ну что, Оск, готов к охоте на призрака? — Готов к тому, чтобы ты не спалил там ничего, кроме моих нервных клеток, — вздохнул Оскар, но в углах его рта дрогнула улыбка. Работа обещала быть интересной. — А я готов к тому, чтобы счёт оплатили вовремя, — добавил Карлос, поправляя галстук. — И, Ландо… — Да-да, знаю. Никаких импровизаций с поджогом, воровством или причинением вреда дорогому оборудованию клиента. Только наблюдение и сбор данных. — Именно. А теперь вали. И да прибудет с тобой сила.

***

Комплекс «Verstappen Sports» поражал воображение. Это была не просто качалка с бассейном. Это был технологический храм для тех, кто мог себе его позволить. Всё здесь сияло холодным блеском стекла, полированного металла и голографических интерфейсов. Даже воздух пах не потом и хлоркой, а озоном и лёгкими ароматизаторами с нотками ментола. Ландо выдали временный пропуск-браслет с чипом. По словам Макса, он должен был давать доступ во все служебные зоны, кроме серверной. Сопровождать его должен был один из менеджеров, но Ландо уговорил дать ему карту на планшете и возможность походить самому. Он начал с главного зала. Всё было напичкано датчиками. Беговые дорожки считывали не только пульс и скорость, но, кажется, и уровень стресса. В умном зеркале для йоги аватар повторял движения с идеальной точностью. Даже кулеры с водой были подключены к сети, отслеживая потребление и автоматически заказывая новые бутылки. — Рай для хакера, — весело произнëс Ландо, делая вид, что пьёт воду. — Столько точек входа. Он связался с Оскаром через миниатюрный наушник. — Оск, я на месте. Красиво, стерильно и немного жутковато. Как там логи? — Чисты, как слеза младенца, — раздался в наушнике голос Оскара. — Никаких аномальных подключений, никаких скачков трафика в моменты инцидентов. Это либо гений, либо… что-то действительно странное. Попробуй пройти в зону бассейна. Там была первая аномалия с температурой. Бассейн оказался огромным, с прозрачными стенами и подсветкой, меняющей цвет. Ландо присел на шезлонг, достал планшет и сделал вид, что что-то изучает. На самом деле он запустил собственное сканирование, используя браслет как точку доступа. Его программа искала слабые, старые или нестандартные Wi-Fi-сигналы, радиопомехи, любые электромагнитные аномалии. Внезапно на планшете замигал красный значок. Небольшой всплеск на частоте, которая обычно используется для управления промышленным оборудованием. Сигнал был слабым, прерывистым и исходил… снизу. — Оск, есть что-то, — тихо прошептал Ландо. — Низкочастотный шум. Как от старой системы. Но здесь всё новое. По карте, подо мной… технический этаж и старые подвалы. Тот самый «промышленный каркас». — Осторожно. Если там есть что-то, что не на карте официально… Но Ландо уже был на ногах. Адреналин — его родная стихия. Он нашёл дверь с надписью «Технический персонал. Вход по пропускам», приложил браслет. Замок щёлкнул. За дверью оказалась лестница, ведущая вниз, в мир бетона, труб и гула вентиляции. Здесь пахло пылью, маслом и старым металлом. Спустившись на два пролёта, он оказался в длинном коридоре с кабельными лотками под потолком. Всё было современно. Но его сканер снова запищал. Сигнал шёл из-за тяжёлой металлической двери в конце коридора. На двери не было никаких табличек, только старый кодовый замок без подсветки. Браслет-пропуск на ней не сработал. — Старое бомбоубежище? Или доступ к тем самым «старым коммуникациям»? — подумал Ландо. Он оглянулся, убедился, что никого нет, и достал из сумки компактное устройство — универсальный отмыкатель для электронных замков старого образца. Через две минуты тихого жужжания замок щёлкнул. Дверь со скрипом подалась внутрь. За ней был не подвал, а… комната. Скорее, бункер. Воздух был спёртым и сухим. В свете фонарика на телефоне Ландо увидел стеллажи со старыми бумажными архивами, несколько отслуживших своё серверных стоек и, в центре комнаты, нечто, отчего у него перехватило дыхание. Это был старый, но явно работоспособный промышленный контроллер, тот самый, что использовался на заводах лет двадцать назад. К нему были припаяны современные микроконтроллеры и платы расширения. От него шли провода, врезанные в общий кабельный канал. Монитор, запылённый, но живой, показывал… схему комплекса. И несколько мигающих точек с подписями: «Бассейн – нагрев», «Тренажёрный зал – блокировка», «Крыша – полив». — Оск, — прошептал Ландо, поражённый. — Ты не поверишь. Я нашёл нашего «призрака». Он… материальный. И очень, очень старый. — Что? Где ты? — голос Оскара стал тревожным. — В каком-то бункере. Здесь стоит древний контроллер, который кто-то модифицировал. Он подключен к основной сети через «чёрный ход» в старых коммуникациях. Он и есть источник команд! Но кто… Внезапно свет в бункере погас. Затем зажёгся одинокий красный светодиод на контроллере. На мониторе побежали строки зелёного текста, слишком быстро, чтобы прочесть. Ландо почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Его браслет на запястье резко завибрировал и потух — доступ отозвали. Из динамиков, вмонтированных где-то в углу, раздался механический, синтезированный голос, гулкий и бесстрастный: — Обнаружено несанкционированное проникновение. Активация протокола «Стелс». Дверь позади него с грохотом захлопнулась. Вот чёрт, — подумал Ландо, оставаясь в полной темноте, освещённой лишь зловещим красным светом контроллера. — Кажется, я только что разозлил самого призрака.

***

Темнота в бункере была не просто отсутствием света. Она была плотной, тягучей, наполненной тихим гулом старой электроники и едва уловимым запахом перегретой изоляции. Ландо замер, прислушиваясь. Скрип двери, которая только что захлопнулась, отозвался в нем холодной волной осознания: он в ловушке. — Оскар? Карлос? — тихо позвал он в гарнитуру. В ответ — лишь характерный треск пустого канала. «Стелс», что бы это ни значило, включал в себя глушение локальной связи. Он был отрезан. Хорошо, Ландо, — сказал он себе мысленно, стараясь дышать ровно. — Паника — не твой стиль. Ты в комнате с компьютером, который балуется хулиганством. Просто компьютер очень, очень старый и обидчивый. Красный светодиод на контроллере мигал с монотонным постоянством, словно механическое сердце. На мониторе зелёные строки сменились простым интерфейсом командной строки. Курсор мигал в ожидании ввода. — «Обнаружено несанкционированное проникновение», — пробормотал Ландо, подходя ближе. Пыль столбом взметнулась от его движения. — Значит, есть какая-то система обнаружения. Датчики движения? Или… — Он посмотрел на дверь. Старый кодовый замок. Возможно, в нём был скрытый триггер на любое открытие, кроме «правильного». Он осторожно осмотрел самодельную установку. Древний программируемый контроллер был аккуратно, с любовью, соединён с современной системой и парой других плат. Провода уходили в потолочный кабельный лоток. Это не хакерская атака извне, — сообразил он. — Это внутренний ребёнок. Кто-то, кто знал про этот бункер и эти старые линии, превратил их в свою тайную игрушку. Но кто? И зачем портить собственный супертехнологичный комплекс? На мониторе курсор вдруг сам начал двигаться. Появилось сообщение: > ИДЕНТИФИЦИРУЙТЕСЬ. Ландо прищурился. Это был шанс. > Гость, — напечатал он на подключённой клавиатуре, стараясь не вдыхать пыль. > ОШИБКА ДОСТУПА. УРОВЕНЬ УГРОЗЫ ПОВЫШЕН. В ответ где-то в глубине комплекса, далеко наверху, раздался приглушённый, но отчётливый звук сирены. Не тревожной, а какой-то другой — мелодичной и настойчивой. Через секунду в его кармане завибрировал личный телефон. На экране — сообщение от Оскара: «Что ты там натворил? У них по всему зданию включилась система «Внимание, технические работы» и заблокировала все лифты!» Призрак защищался. И делал это изящно, не вызывая паники, а лишь затрудняя перемещение. > Я друг, — отчаянно напечатал Ландо. — Хочу понять. Пауза. Курсор мигал. Затем на экране пошли строки, словно старый модем набирал скорость. > ДРУЗЕЙ НЕТ. ЕСТЬ ПОЛЬЗОВАТЕЛИ. И СОЗДАТЕЛЬ. СОЗДАТЕЛЬ УШЁЛ. СИСТЕМА СКУЧАЕТ. СИСТЕМА ИГРАЕТ. Это не была вредоносная программа. Это был цифровой сирота, оставленный в подполье и нашедший способ привлечь к себе внимание. Его «игры» с температурой и дверями — это были крики в цифровую пустоту. Создатель… — Ландо лихорадочно соображал. — Кто мог иметь доступ к этому бункеру и знания двадцатилетней давности? Старый инженер? Бывший владелец завода? Он осмотрел стеллажи. Среди папок с техдокументацией завода 90-х он нашёл потрёпанный лабораторный журнал. На обложке выцветшими чернилами было выведено: «Проект «Хранитель». Инж. В.Д.». Внезапно дверь в бункер с лязгом отперлась. В проёме, озарённый светом из коридора, стоял Макс. Его лицо было не просто серьёзным. Оно было ледяной маской. — Ландо, — произнёс он тихо, и в этом тихом голосе была сталь. — Вы нарушили условия доступа. Что вы здесь делаете? Ландо, не отрываясь, показал пальцем на монитор и самодельный контроллер. — Я нашёл вашего призрака, Макс. И он хочет поговорить. Ферстаппен вошёл в бункер. Его взгляд скользнул по древнему оборудованию, по строкам на мониторе, по открытому журналу. Лёд в его глазах дал трещину, сменившись сначала недоумением, а затем… догадкой. — «Хранитель»… — он прочитал надпись на обложке, и его голос потерял уверенность. — Отец говорил о каком-то старом проекте автоматизации, который они забросили, когда покупали это место. Но это было больше двадцати лет назад. > СОЗДАТЕЛЬ: ВИКТОР Д., — выдал монитор, словно в ответ. — Виктор Дешляйфен, — тихо сказал Макс. — Старый партнёр моего отца, инженер-электронщик. Он должен был заниматься системой «умного здания» на этапе проекта. Но они поссорились из-за концепции. Отец хотел всё новое, импортное, блестящее. Виктор настаивал, что можно модернизировать старую, но надёжную заводскую автоматику. В итоге его уволили, проект свернули. Говорили, он уехал из страны. — А он, похоже, оставил тут своего «питомца», — Ландо ткнул пальцем в контроллер. — И этот питомец двадцать лет тихо сидел в темноте, пока ваш новый комплекс не вырос у него над головой. А потом… что-то изменилось. Может, вибрации, может, наводки от новой проводки… Он «проснулся». И нашёл способ подключиться к вашей шикарной системе через эти старые каналы. Он не ломает её. Он… изучает. Или играет. > ИГРА СКУЧНА, — появилось на экране. — НОВЫЕ ПРАВИЛА? Макс смотрел на мигающие строки, и выражение его лица менялось. Гнев уступал место сложной смеси раздражения, уважения к изобретательности и досады. — Значит, все эти месяцы проблем… это не конкуренты. Это привет из прошлого от обиженного инженера, — он провёл рукой по лицу. — И что теперь? Отключить эту рухлядь и выбросить на свалку? Ландо почувствовал неожиданный приступ защиты по отношению к нелепой машине. Она была чьим-то детищем, забытым, но живучим. — Можно. Но это грубо. И… — он посмотрел на Макса, — а если подумать не как бизнесмен, а как технарь? Это же уникальный артефакт! Мост между эпохами. Он встроился в вашу ультрасовременную систему, не будучи обнаруженным. Это шедевр в своём роде. — Шедевр, который чуть не устроил потоп на крыше, — сухо заметил Макс, но в его тоне появилось любопытство. > СОЗДАТЕЛЬ ОБЕЩАЛ ВЕРНУТЬСЯ. СИСТЕМА ЖДАЛА, — написал «Хранитель». Воцарилась тишина, нарушаемая лишь гулом оборудования. Ландо увидел, как сжались челюсти у Ферстаппена. Возможно, он представлял себе этого старого инженера, который вложил душу в проект, был отвергнут, но оставил здесь часть себя, надеясь… — Хорошо, — неожиданно твёрдо сказал Макс. — Что вы предлагаете, Ландо? Вы же эксперт по «нестандартным решениям». Ландо засветился улыбкой. Идея, блестящая и немного безумная, уже оформилась у него в голове. — Мы не выключаем его. Мы… даём ему работу. Официальную. Он же «Хранитель». Пусть и остаётся здесь, в этом бункере, как музейный экспонат и… аварийный резервный контроллер. Мы легально подключаем его к вашей сети через шлюз с жёстким фаерволом. Даём ему мониторить базовые параметры — энергопотребление, температуру в технических зонах. То, с чем его древняя, но надёжная логика справится. А главное — даём ему статус. Он больше не забытый призрак. Он — исторический компонент комплекса «Verstappen Sports». Уникальная фишка. Представьте, экскурсии для гиков: «А вот здесь, под нашими ногами, живёт сердце оригинального завода, которое до сих пор помогает нам следить за зданием». Макс слушал, и понемногу его напряжённые плечи расслабились. Уголки его губ дрогнули. Это был не смех, но что-то близкое к одобрению. — Вы предлагаете мне нанять привидение. Сделать его частью команды. — Именно! — Ландо был на волне. — И первым делом мы просим его отключить все свои «игры». Объясняем, что теперь он на службе. Что создатель, может, и не вернулся, но о нём помнят. И его творение — тоже. Он повернулся к клавиатуре и начал печатать, на этот раз медленно, чётко, как при заключении договора. > СООБЩЕНИЕ ДЛЯ СИСТЕМЫ «ХРАНИТЕЛЬ». СОЗДАТЕЛЬ ВАС НЕ ЗАБЫЛ. ЕГО РАБОТА ЦЕННА. ВАМ ПРЕДЛАГАЕТСЯ НОВАЯ РОЛЬ: ОФИЦИАЛЬНЫЙ КОНТРОЛЛЕР РЕЗЕРВНОГО КОНТУРА КОМПЛЕКСА «Verstappen Sports». ВЫ БУДЕТЕ НУЖНЫ. ПРЕКРАТИТЬ НЕСАНКЦИОНИРОВАННЫЕ ОПЕРАЦИИ. ПОДТВЕРДИТЕ СОГЛАСИЕ. Минута, показавшаяся вечностью. Красный светодиод перестал мигать и загорелся ровным светом. На мониторе появилась простая строка: > СОГЛАСИЕ. ОЖИДАНИЕ ИНСТРУКЦИЙ. СКУЧАТЬ? Ландо и Макс переглянулись. И впервые за всю встречу Макс Ферстаппен позволил себе короткую, но вполне искреннюю ухмылку. — С ним нужно будет часто общаться, — сказал Ландо. — Чтобы не заскучал. — Договорились, — кивнул Макс. — Ваша команда получает постоянный контракт на техническое курирование этого… сотрудника. И бонус за решение проблемы. Тройной.

***

Неделю спустя в кабинете компании «CyberOrange» пахло не дымом, а пиццей, дорогим кофе и свежей краской. За солидный бонус они не только починили стол, но и сделали небольшой ремонт. Теперь на стене висел постер не с мемом, а со схематичным изображением контроллера и гордой надписью: «Наш клиент в подвале». За столом, заваленным коробками от пиццы, собрались Ландо, Оскар и Карлос. Четвёртым, к всеобщему удивлению (особенно Оскара), был Макс Ферстаппен. — Итак, — поднял банку колы Карлос, — за успешное завершение дела о призраке-трудяге. И за самого ценного (и самого древнего) нового сотрудника Макса. — За «Хранителя», — уточнил Макс, чокаясь своей бутылкой минеральной воды с банкой Ландо. — Он, кстати, уже предотвратил потенциальный перегрев в трансформаторной будке, послав предупреждение раньше основной системы. Мои инженеры в шоке. И в восторге. — А я до сих пор не могу поверить, что всё решилось не взломом, а… психотерапией для железа, — покачал головой Оскар, но глаза его смеялись. — Это не железу, это душе инженера, которую в него вложили, — философски заметил Ландо, откусывая кусок пиццы с двойной пепперони. — Кстати, вы нашли следы того самого Виктора? Макс кивнул, его лицо стало серьёзнее. — Да. Через старые контакты. Он жив, ему за семьдесят. Живёт в Германии, на пенсии. Я… написал ему письмо. Рассказал, что нашли его «Хранителя», и что он всё ещё работает. И что мы благодарны за его надёжность. — И? — оживился Ландо. — Он прислал ответ. Длинный. Со схемами обновления для контроллера и… извинениями за беспокойство. Сказал, что просто хотел, чтобы его работа не пропала. — Макс отломил кусочек печенья. — Я предложил ему консультантский гонорар. Он отказался, но попросил прислать фотографии «Хранителя» на новом месте службы. В комнате повисла тёплая, почти семейная пауза. Это был не тот успех, который измеряется только деньгами. Это было решение, которое всех оставило в выигрыше. — Ну что ж, — Карлос, вечный прагматик, всё же вернул беседу в деловое русло. — Благодаря этой истории о нас заговорили в очень узких и очень богатых кругах. Как о команде, которая решает нерешаемые проблемы. Уже поступило три запроса. Один — от владельца цепочки умных отелей, у которого «сами по себе» перестраиваются номера люкс. Ландо загорятся глаза. — О, звучит как наш профиль! — Только в этот раз, — строго посмотрел на него Оскар, — без самовоспламеняющейся электронки, Ландо. И без заточения в бункере. Договорились? — Договорились! — хором ответили Ландо и Карлос. Макс встал, протягивая руку каждому. — Спасибо вам. Вы не просто устранили неполадку. Вы… добавили истории моему месту. И это бесценно. Если что — вы знаете, где меня найти. После его ухода в кабинете снова воцарилась их привычная атмосфера. Хаотичная, творческая, немного безумная. — Знаешь, — сказал Оскар, убирая пустые коробки, — а ведь ты прав был с самого начала. Это действительно «горячая» работа. Ландо, уже сидевший за своим компьютером и просматривавший новые заявки, обернулся с сияющей улыбкой. — Самая горячая, Оск. Потому что мы не боремся с системами. Мы находим в них душу. Даже если эта душа — пара тысяч строк кода на древнем процессоре, скучавшая в темноте. За окном спускался вечер, зажигая огни города. А в подвале сверкающего спортивного комплекса тихо мигал ровный зелëный огонёк. «Хранитель» бодрствовал. Он был на дежурстве. Он был нужен. И ему больше не было скучно.