Good Boy, Bad Intentions

Знакомство Бан Чан был холодным,резким с самого детства. Он рос ребёнком, который почти не знал родительской любви и заботы: у родителей в приоритете всегда была выпивка.Иногда они словно забывали, что у них вообще есть сын. Вспоминали только тогда, когда нужно было сходить за новой порцией алкоголя или когда им нужно было выпустить гнев. Постепенно Чан привык воспринимать это как норму, хотя внутри все время жил тихий страх. В детстве отец мог и применить силу к Чану, и маленький парень ничего не мог с этим сделать. Когда Чан подрос, подобного стало меньше — он уже не был «маленьким мальчиком», а стал подростком, который мог постоять за себя. В первом классе он подружился с Минхо. Со временем они собрали вокруг себя компанию, которая казалась окружающим «плохой», но ребят это мало заботило. На сегодняшний день они вместе уже одиннадцать лет. Феликс — его полная противоположность. Тёплый, добрый, отзывчивый. Он всегда умел услышать, понять, поддержать. Иногда даже слишком старается, потому что боится потерять людей. Но после одной тяжёлой ситуации, которую ему пришлось пережить по вине родственника, Феликс словно замолчал внутри себя. Он стал осторожнее, закрытее, и порой даже пугался, когда кто-то говорил громче обычного. Когда Феликс перешёл в одиннадцатый класс, его маме предложили хорошую должность в другом городе. Ликс не хотел переезжать, поэтому мама решила, что он доучится здесь, а после выпускного поступит в университет там, где она работает. Друзей у Ликса почти не было — лишь один близкий друг, Джисон, с которым они общались ещё с младшей школы.   Утром в окно Феликса заглянули первые солнечные лучи. Парень сонно потер глаза: ему так хотелось поспать ещё хоть немного, но часы показывали половину седьмого, и пора было собираться в школу. Он нехотя поднялся с кровати, натянул одежду и поплёлся на кухню. По традиции утром ему позвонил Хан, чтобы поторопить и сообщить, что уже почти подошёл. Ликс взглянул на кухонные часы — «7:40». Он в спешке схватил рюкзак и торопливо вышел из дома, боясь опоздать. Когда Феликс почти подошёл к воротам школы, судьба будто решила поиздеваться — навстречу вышел Бан Чан. Они пересекались постоянно, но каждый раз это ощущалось как новый виток одного и того же кошмара, который длится уже целую вечность. — Эй, очкарик, чего летишь? — голос Чана звучал как насмешка, хоть слова и были словно обычными. Феликс никогда не любил свои очки — они казались ему лишним напоминанием о том, что он «не как все». В школе он носил их только потому, что без них почти не видел доску. И именно этим Чан любил пользоваться, будто нашёл идеальное слабое место. Феликс почувствовал, как внутри всё сжалось. Он снова выбрал молчание: просто, безопаснее не отвечать. — Что, слов нет? — Чан резко шагнул ближе и надавил рукой на плечо, прижимая к воротам. У Феликса перехватило дыхание — не от боли, а от неожиданности. Он боялся сделать хоть движение, чтобы не спровоцировать ещё хуже. Издалека заметил Хан. Ему снова стало неприятно — это чувство появлялось каждый раз, когда он видел подобное. В какой-то момент он перестал верить, что взрослые могут помочь: сколько он ни говорил учителям, никто не хотел вмешиваться. Но наблюдать он тоже больше не мог. В пару шагов Хан оказался рядом и резко толкнул Чана. — Отстань от него. Слова прозвучали твёрже, чем он сам ожидал. Чан удивился и даже на секунду будто не понял, что произошло. — Ты вообще понимаешь, с кем базариш? Хан усмехнулся, хотя внутри всё дрожало: — Ну да, с “великим” Бан Чаном. Что-то не так? Чан занёс руку, но движение остановил Минхо — будто успел появиться из ниоткуда. — Хватит. Идите на уроки, — коротко бросил он, показывая рукой на школу. Феликс отступил, чувствуя, как руки слегка дрожат от напряжения. — Ты зачем вмешался? — выдохнул он Хану уже вдали от ворот, не скрывая раздражения. — Он мог тебя ударить. Но за злостью слышалось другое — тревога. Он просто не хотел, чтобы любимые люди страдали из-за него. Ну я не против подраться с таким придурком, — усмехнулся Хан и, слегка подтолкнув Ликса, повёл его к школе. Уроки тянулись медленно. Учитель монотонно что-то объяснял, от чего половина класса впадала в полудрёму, а другая тихонько занималась своими делами, будто урока вовсе и не существовало. Бан Чан, развалившись на стуле, нервно вертел ручку в пальцах и время от времени бросал на Ликса раздражённые взгляды, словно продолжал внутренний спор сам с собой. Когда учебный день наконец подошёл к концу, Феликс и Джисон неспешно направились домой, каждый погружённый в мысли. Но Хану в голову внезапно пришла идея, и он тут же выпалил: — Слушай, давай сегодня сходим в клуб? Просто развеемся! — Нам сегодня задали кучу домашки. И завтра вставать рано. Не думаю, что стоит, — спокойно ответил Феликс. — Потом сделаешь! Ну пожаалуйста, Феликс, хотя бы на часок, — Хан сделал тот самый умоляющий взгляд, от которого Ликс редко мог устоять. Феликс,заметил манипуляцию, но, всё же сдался: — Хорошо. Но только ненадолго. Хан буквально подпрыгнул от радости, схватил друга за руки и потащил его вперёд. Бан Чан встретился с Хёнджином. — Сегодня должен подъехать VIP-клиент. Нужно будет передать ему товар вечером в клубе — спокойно произнёс Чан. — В тот же клуб? — Да. — Хорошо. Джин пожал руку Чану,после чего пошёл по своим мелким делишкам. *** Хан и Феликс, переодевшись и приведя себя в порядок, подъехали к клубу. Хан сиял, будто собирался на лучший вечер в жизни. Феликс внимательно посмотрел на яркие вывески, на шум у входа и тихо буркнул себе под нос что-то не очень довольное. — Может, пока не поздно, вернёмся домой? — предложил он осторожно. — Нет-нет,будет круто! — Джисон схватил его за руку и уверенно потянул внутрь. Феликс только вздохнул — кажется, отступать уже было бессмысленно.